8
После ссоры с Роном все снова покатилось к чертям. Гарри отказывался понимать девушку, упорно защищая Рона в их спорах, а Джинни колебалась между Грейнджер и братом.
Во-первых, упала успеваемость. Гермиона все время думала о том, как бы Рон не разболтал всему факультету об их с Малфоем поцелуе, будучи обозленным. На уроках ее преследовали скверные мысли о том, что хорек серьезно заболел или еще чего похуже. Он лежал в лазарете уже вторую неделю, и об его самочувствии не было известно даже Забини, с которым Гермиона ладила и иногда расспрашивала о Драко.
Во-вторых, все из окружения потеряли доверие к ней. Теперь среди однокурсников больше не мелькало знакомых лиц, с которыми она могла посмеяться и весело провести время. Свободное время она старалась посвящать творчеству, так как рисование немного успокаивало ее, причем не быстрая техника скетчинга, а упорная прорисовка деталей и раскрашивание тонкой стороной маркера, что занимало значительно больше времени, чем толстой.
Никакого желания ходить на обед в Большой зал не было - Гермиона вообще мало с кем хотела видеться, да и аппетита особо не было. Каждый вечер или обед Джинни притаскивала немного еды гриффиндорке в спальню или библиотеку, где она проводила бòльшую часть времени за чтением книг.
Также, с начала года Гермиона решила вести собственный ежедневник. Нет, это был не креативный личный дневник модной девочки-подростка, весь обклееный стикерами и изрисованный яркими фломастерами. Это был строгий бумажник, в котором она оставляла очерки о своей жизни, и оставляла комментарии по поводу некоторых событий. Гермиона не любила всю эту вычурность, или как ее назвать? В каком-то плане она стала походить на мальчика с ее этой строгой манерой одеваться, говорить, да и, в общем, жить.
В плане одежды, Гермиона не особо заморачивалась, и одевалась в скромные вещи часто темных цветов. Когда дело доходило до школьной формы, она не терпела никаких возражений по поводу и без ("Но, Герм, это же слишком скромно! Хотя бы с принтом взяла бы, что ли, ну, с маленьким!"). Она предпочитала соблюдать школьные правила и не позориться, тем более, учителя иногда оставляли свои замечания касаемо внешнего вида учеников.
Конечно, гриффиндорка не могла не заметить, при всем ее нежелании, что даже если она одета в официальную одежду, которая абсолютно не красит ее, как казалось, она все равно нравится парням и от них нет отбоя. Недавно ей дарил фиалки Невилл, неуклюже и смущенно признавшись ей в своих чувствах, да и Рон с Забини не оставляли попыток добраться до ключа к ее сердцу.
Кстати, о Роне. Рыжий в последнее время вел себя очень странно. Он отказывался говорить даже с Гарри и, кажется, предложил Лаванде встречаться. Браун была без ума от него и с радостью приняла предложение, безумно целуя Уизли везде, куда можно и куда нельзя.
Конечно, девушка была рада за него - может, найдет утешение в своей любимой. Но странное предчувствие преследовало ее везде с тех пор, когда она узнала об отношениях между Уизли и Браун. В ее сердце и горле стоял комок волнения невиданной силы, и из-за этого ей становилось неприятно. Гермиона пыталась побороться с этим чувством, рассказывая все, что ее тревожит собственному ежедневнику, который теперь, после ссоры с близкими приятелями, стал ее лучшим другом.
Но все ее волнения объяснялись тем фактом, о котором Грейнджер даже и не подозревала до этого дня.
Встала гриффиндорка рано и сразу пошла на завтрак. Ее настроение было приподнято, и она решила поделиться им с Джинни, с которой буквально вчера они триумфально помирились, еще долго обнимаясь и хохоча.
Странно, но Уизли, опухшая спросонья, уже съела свою порцию и задумчиво, с ноткой грусти разглядывала серый от туч потолок.
- Привет, - поздоровалась Грейнджер и плюхнулась рядом с рыжей на скамейку. - Почему грустишь? Что-то случилось?
Уизли сглотнула и обратила обеспокоенный взгляд на Гермиону.
- Эм... - Уизли закашлялась и затихла, обдумывая начало рассказа.
Гермиона нахмурилась, почувствовав что-то неладное, и продолжила напряженно слушать.
- В общем... Лаванда беременна от Рона.
Гермиона поперхнулась соком и ошеломленно уставилась на рыжую.