Глава 7
- Пойдем, - поманив рукой, сказал брюнет.
Феликс поднялся по лестнице, четко следуя за хозяином. По пути он рассматривал дом и отмечал редкие вазы, стоящие по углам, картины, которые наверняка были выкуплены на каких-нибудь аукционах в Париже за бешеные суммы. Конечно, разве какая-то поломанная вывеска могла быть проблемой?
Постепенно дом эволюционировал, и теперь только стены выдавали его старость. Комнаты заполнялись техникой, новая, современная мебель заменила антиквариат. Комната, в которую зашли мужчины, была сымитирована под кирпич. На одной из стен висел большой белый фон, рядом стояло освещение, посередине было кожаное кресло. В другом конце на напольной вешалке висела куча нарядов, стояли коробки с украшениями, косметикой. Это была полноценная фотостудия на дому.
- И... что это всё значит? – спросил Ликс.
- Для начала мы посмотрим, как ты работаешь на камеру. Проходи и садись в кресло.
Феликс неуверенно прошел уселся в дорогое коричневое кресло, положив руки на подлокотники. Хёнджин взял фотоаппарат и присел перед ним на маленький стул, «прицеливаясь».
- Ты всегда так сидишь? – вдруг спросил он.
- Что?
- Ну, в повседневной жизни ты именно так сидишь в кресле?
- Я не сижу в таких креслах в повседневной жизни.
- Вот паясничаешь ты лучше, чем позируешь, - скривившись, ответил Хван. – Ты очень зажат, ну что это за школьница, ты на выпускной альбом фотографируешься? Расслабься, сядь так, словно камеры нет.
Феликс очень скептически относился к происходящему, да и не понимал, что от него хочет брюнет. Он попытался расслабить ноги, как-то посвободнее сесть, но вышло так, словно он очень плохо пытается скрыть, что пьяный.
- Нет, Феликс, это не то. Ты будто боишься камеры. Стань чуть увереннее, не переживай.
- Легко сказать! – недовольно фыркнул Феликс.
Хёнджин опустил фотоаппарат и задумчиво уставился на блондина, изучая его взглядом. Чем дольше он так настырно пялился, тем сильнее сжимался Феликс.
- Хватит так смотреть.
- Я думаю.
- Судя по всему, для тебя это тяжело.
Хван улыбнулся. Его нисколько не задевала ирония юноши, и это бесило того еще больше.
- Ты милый, когда злишься.
- Что?
- Ничего, пупсик. Вставай, покажу мастер-класс. Надеюсь, фотографировать умеешь?
Передав фотоаппарат в руки Феликсу, Хёнджин задернул темные шторы на окнах, и комната мигом погрузилась во мрак. Потом он прошел в угол, где стояли коробки с реквизитом, и выудил оттуда что-то. В темноте блондин не понимал, что происходит, и слышал только громыхание вокруг себя. В какой-то момент звякнула зажигалка, и затрепетал маленький фитиль.
Хёнджин сидел в кресле, закинув ногу на ногу. Одна его рука опиралась на принесенный откуда-то стол, на котором и тлела свеча. Модель облокотил голову на спинку и задумчиво прикоснулся пальцами к лицу. В свете поблескивали бриллианты на его перстнях. Угольные прядки волос падали на лицо, отбрасывая красивые тени. А этот взгляд. Феликс бы постеснялся смотреть так проникновенно. Он даже опустил камеру, заворожённый его таинственностью. Чуть приоткрыв рот, Хёнджин неотрывно следил за объективом, несмотря на то что Феликс забыл, что вообще-то надо фотографировать.
- Я понимаю, что мной можно любоваться вечно, но нажми на кнопочку.
Вздрогнув, юноша тут же скрылся за камерой и стал подбирать ракурс. Хорошо, что в темноте не было видно, как покраснели его щеки.
- Хмм, фотографировать у тебя лучше получается, чем позировать, - сказал Хван, просматривая фото.
Феликс заметно поник. Хёнджин был прекрасен даже без обработки, сразу нашелся перед камерой, подобрал идеальную позу, и это фото вполне можно было отправлять на обложку. Блондин уже не видел смысла тратить время на бесполезные попытки чему-то научиться.
- Ладно, достаточно. Видимо, я неисправим. Спасибо, что попытался, - сказал Феликс и направился к выходу.
- Эй, ты не можешь вот так уйти! – крикнул Хван. – Мы подписали договор.
- Не утруждай себя.
Хёнджин вдруг подбежал к юноше и развернул его к себе.
- Постой. Должен быть способ пробудить твой талант.
- У меня его нет, я бездарность, понимаешь? Корову балету быстрее научить получится. Извини, я пойду.
Блондин ушел, с трудом сдерживая слезы. Он ещё раз убедился, что сделал неправильный выбор, и теперь вынужден пожинать плоды своего юношеского бездумья. Кто-то внушил ему, что он красив. Как же тот человек ошибался.
Убегал он от проблем с помощью алкоголя. Этот парень никогда не предавал, всегда мог выслушать и поддержать.
- И каждый вечер друг единственный в моем стакане отражен... - посмеиваясь, цитировал Феликс.
Он не помнил, сколько бутылок соджу выпил, сидя в какой-то захолустной кафешке. Это место ему было уже родным: так часто он тут отдыхал за самым дальним столиком в углу, где никто его не трогал. Настроение было паршивым, виски затрещали, и тяжелая голова медленно опустилась на стол. Его жизнь перевернулась с ног на голову и стала еще невыносимее. Он боялся, что теперь откуда не возьмись будут вылезать всякие неприятные сюрпризы. Он не хотел такой жизни. Блондин думал о родном доме, о сестрах, о маме, и на душе скребли кошки. Порывался вернуться, но знал, что тоже будет этим недоволен. Лишь неисполненная мечта держала его здесь, но с каждым днем он всё больше сомневался, что сможет её воплотить.
Музыка ветра, висящая над дверью, издала мелодию, и кто-то вошел в кафе. Феликсу было плевать, он почти спал.
- Боже, что за помойка. Из-за тебя, милая, мне приходится заходить в подобные места. Я не удивлюсь, если здесь их не будет, - заговорил знакомый мужской голос.
При кафе был небольшой киоск, в котором продавали всё подряд, в том числе сигареты. Молодой человек произнес название и выругался.
- Конечно, разве эти полуфабрикаты могут себе такое позволить? – возмутился он.
Феликсу казалось, что где-то он уже слышал этот голос, но сквозь звон в ушах он ничего не мог разобрать.
- Оо... вот так встреча... - голос стал четче. – Ты жив вообще?
С трудом подняв голову, блондин увидел того, кого ожидал увидеть в таком месте меньше всего. Хван Хёнджин нависал над ним и брезгливо рассматривал пустые бутылки.
- Слушай, если тебе хотелось хорошо провести время, то нужно было идти в клуб, но не сюда. Наутро твоя голова взорвется от такого напитка.
- Отвали, - пробурчал Ли.
- Любишь же ты дерзить. Вставай давай, отвезу тебя домой. Где ты живешь? – ласково спросил Хёнджин.
- Оставь меня, я сам дойду, - промямлил блондин.
Хван попытался поднять пластилиновое тело, но юноша не поддавался, а, наоборот, пытался сопротивляться. Крича и размахивая руками, он требовал оставить его в покое, пока брюнет вздыхал и пытался угомонить пьяницу.
- Джинни, что ты привязался к этому алкашу? Сдался он тебе. Заразный наверно... - возмутилась какая-то девушка.
- Кюрин-а, вернись в машину, я скоро подойду.
Девушка злобно затопала каблукамии побежала к выходу, но её нелепая обида нисколько не удивила Хвана.
- Где ты живешь, недоразумение?
- В аду.
- Ну, твоим дыханием сейчас действительно можно наказывать. Возьми себя в руки!
- Отста-ань!
Феликс хлопнул по столу, но не заметил бутылок и случайно разбил одну. Резкая боль, хлынула кровь. Юноша затуманенными глазами смотрел на руку с длинной раной. Но даже не это его удивило, а то, как расширились глаза Хёнджина.
- О Господи... Эй, хозяйка, есть бинт или хотя бы что-нибудь перевязать рану?
Впервые Феликс видел Хвана таким потерянным. Его взгляд метался по кафе, и он старался не смотреть на руку Ли. Хозяйка не появлялась, а рука уже почти полностью окрасилась в красный и запачкала одежду.
- Где она?! – нервничал Хёнджин. – Ах, ну почему всё это происходит со мной?!
Трясущимися руками брюнет собрал со столов какие-то салфетки с заткнул рану Феликса.
- Придерживай другой рукой. И убери её подальше от меня! – заверещал он, утягивая юношу на выход.
Испуганный, Хёнджин прижался спиной к стене, закрыл глаза и глубоко вдыхал свежий прохладный воздух. Феликс не понимал, что происходит. Из машины выбежала та самая девушка и принялась утешать брюнета. Она недовольно взглянула на Ли, и её взгляд стал ещё мрачнее.
- Джинни, что случилось? Он что-то тебе сделал?
- Н-нет, он... Достань аптечку и... руку ему перемотай.
Кюрин бросилась к машине и вернулась с серым чемоданчиком. Стараясь держаться подальше от Ликса, она попросила протянуть его руку и кое-как намотала бинт. К этому моменту Хёнджин, кажется, пришел в себя и подошел к ним.
- Всё, милый, поехали, он не умрет.
- Не трогай меня, - отрезал Хёнджин. – Садись за руль, отвезем его к нам пока.
- Мы что, фонд защиты бездомных? Кто он такой, чтобы мы его везли к нам?
- Он не бездомный, Кюрин, просто... уставший. Не задавай лишних вопросов, я всё чуть позже объясню.
Губы девушки сжались в узкую линию. Она с трудом сдерживала гнев. Схватив за руку брюнета, она потащила его на первое сидение.
- Эй, шевелись, кто бы ты ни был! – крикнула она Ликсу.
Феликс, считающийпроисходящее сном, побрел за ними. Ему уже было всё равно, куда ехать, главное,чтобы там ему дали поспать.