Эпилог
Эйден
Можете себе представить, что женщина смогла противостоять воли предсказания, идя против судьбы? Даже смерть не стала преградой на пути ее искренних желаний. Не важно, что она принадлежала древнему роду ведьм. Самое главное – ее веру не смогла сломить даже страх противоположной стороны жизни.
Прошло полгода со дня, когда трое выживших из грехов стали снова людьми. Им подарили второй шанс прожить свои оставшиеся годы человеческой жизни правильно, опираясь на плачевный опыт в прошлом. И от легкости внутри, что ты снова свободен в своих действиях и ни отчего не зависишь – понимаешь это действительно подарок, ценность которого нельзя ни в чем измерить.
Первый месяц, маленькая ведьма не вставала с постели. Она была такой слабой, что слова давались с трудом. Однако с каждым днем она восстанавливалась, и задатки ее противного характера возвращались в обычное русло. Дженнифер не смогла явиться на церемонию в Священную Долину, чтобы получить почести от Главы Адриана Кэндала и Настоятеля Церкви. Все святые умолчали, что ведьма приложила руки к воскрешению грехов в качестве людей. Этот факт остался в могиле, и не упоминался в летописях. Официально все грехи пали, и других пояснений не оглашалось.
Дженнифер со мной осталась в Резиденции Рейдж, в то время как остальные покинули Долину Грешников. И уже полгода маленькая ведьма не покидала стен замка, так как здоровье было пока шатким. Страж один раз за все время навестил сестру после состоявшейся почетной церемонии. И мы с ним закурили по сигаре, как был уговорено. Парень привез какой-то золотой крест в качестве награды, от чего я пытался подавить смешок.
И ради этой безделушки каждая из святых дев рисковала жизнью? И смех и грех!
Если Страж хотел этим рассмешить мои тапки, то у него получилось. Он приезжал с Мирандой Шепард, однако девушка не посмела зайти в комнату к Дженн. Я даже удивился такому ее поведению. Но не делал на этом акцент, так как меня не волновали чувства этой барышни.
Кстати, если уже начато за Стража, то Габриэль Сеинт основал свое училище по боевой подготовке при Башне Сестер. Он рассказал, когда посетил земли моей резиденции, что отказался от почетной должности при замке Адриана Кэндала. Дженн обозвала брата полным глупцом. Но тот лишь рассмеялся, качая головой. Он и Миранда по неизвестным мне причинам остались в Башне Семи Добродетельниц, решив не покидать стены, что стали им домом за долгий период времени. Моя ведьма как-то упоминала, что эти двое были первыми, кто начал собирать остальных святых, поэтому это место было для них по-своему родным. И Зои Никсон похоронили со священным оружием у большого дерева, как раз рядом с Башней Сестер. Там, по словам Стража, воздвигли солидный памятник с табличкой, где Никсон возглашали почести. Вот только никакие теплые и душевные слова не вернут ее к жизни.
Остальные девушки из семерки святых добродетельниц распределились по землям Священной долины. Габриэль сообщил, что Анжелика Вайт открыла травяной магазинчик в Сент-Дейле и остепенилась там, ведя хозяйство в своей новой теплице. Страж как-то заглядывал к ней, но святая Смирения, каждый раз видя кого-то из своих старых знакомых, всегда грустнела и мрачнела. Словно воспоминания снова вырывались наружу и терзали ее сердце. На входе в ее магазинчик тоже повеселили табличку, что одна из выживших святых являлась владелицей лавки. Поэтому покупателей у нее хоть отбавляй. Торговля у Вайт процветала, однако, она отстранилась от бывших товарищей, не ища с ними встреч. Ее можно было понять, поэтому оставили в покое.
Про Агнесс Катлин Габриэлю было почти ничего неизвестно. После церемонии она отправилась в монастырь, где брат Дженнифер провел остатки своего детства и стал собственно Стражем Семи Сестер. Она решила тихо посвятить себя служению церкви, поддерживая дух правды и свалу о сестрах-добродетельницах. Святая Целомудрия по слухам проводила там частные уроки для девушек. Но детальной информацией Габриэль не обладал.
Как мне известно, Стоун, паршивец, отправился куда-то путешествовать с Ирвин. Ему давно так не хотелось двигаться и шевелиться, как после возвращения к человеческой жизни. Понимал его, как никто другой, потому что я и сам перестал ощущать гнев у себя под кожей.
Так легко стало ...
Я, как и Линдсей стал властен над своим внутренним миром, эмоциями и действиями, которые никем не были продиктованы. Я говорил, земля и была адом, то пусть он продлиться до старости. Хуже, чем было с грехом за пазухой, точно не будет.
Что касается зеленоглазки, нет ... Леди Рейчел Кэндал, то она стала второй фигурой после ее отца – Адриана Кэндала. Девушка перебралась жить в замок своего родителя в городе Ариане, однако по факту больше времени проводила в хижине Морганы. Девушку восстановили в титуле, она приняла свою часть жизни, которая ранее была для святой Любви скрыта. Страж сказал, что девушка наотрез отказалась от живописи. Она заведовала королевской библиотекой, и пропадала там сутками напролет всякий раз, как оказывалась в замке Адриана. А когда покидала его, то уезжала в деревушку Сан-Шато. Пока Дженнифер была нездорова телом и духом, зеленоглазка взяла на себя ношу и приглядывала за их домом. Но было ощущение, что Рейчел Кэндал просто не хотела расставаться с воспоминаниями о прошлом. Да и ее волосы с глазами так и остались цвета серебристого жемчуга. Думалось, прозвище зеленоглазки ей больше не к лицу, но лишь немногие понимали его значение. Не смотря на все произошедшее, Рейчел ни за чтобы на все это не подписалась, если бы ее не вынуждали обстоятельства. Ведь Дарвуд прогнал ее из своей Резиденции Семи Грехов ...
Юджин Дарвуд был вне себя, когда очнулся человеком. Он был напуган до чертиков, что стал слабым смертным, предпочитая почетную смерть, чем жалкое существование. Двери его полуразвалившейся резиденции хлопнули прямо у носа Рейчел. За полгода, что прошли, он так и ни разу не посетил Священную Долину, закрывшись от всех.
Как затворник в депрессии, ей богу.
Я как-то издалека наблюдал за замком Дарвуда, пока вырвался на охоту. Юджин, скорее всего, нанял людей и реконструировал здание, так как он не мог себе позволить жить в развалинах. Но и умирать он тоже не мог себе позволить, так как сам прекрасно понимал, что будет выглядеть жалким в глазах других. Для Юджина смертная жизнь олицетворялась и отождествлялась с наказанием, которое он считал заслуженным, поэтому после яростных всплесков принял его, скрепя зубами. Я не думаю, что Рейчел смогла с ним увидеться за все это время, не то, что уже поговорить и обмолвиться парой фраз. Он возненавидел ее за решение – поднять его из мертвых. Пусть и чужими руками. Он заточил нож еще и на Дженн, вот только, поняв, каких усилий стоило ее пробуждение, просто замолчал, мысленно браня всех вокруг. Так вот ...
– Я же сказала! Не ставить провиант в вестибюле! – Послышался недовольный голос Дженнифер с первого этажа.
Раздери меня черт!
Я устало вздохнул, сидя на веранде, и поставил на блюдце кружку с нетронутым чаем, которого еще не успел отхлебнуть и глотка. За эти шесть месяцев один на один с маленькой ведьмой я несколько раз задумывался над важным вопросом.
А не сброситься ли мне с крыши к чертям!?
Но то, что она шла на поправку, радовало меня, не смотря на ... сопутствующий ущерб. Раздавался топот по ступеням лестницы. Девушка шла ко мне, и по ее интенсивным шагам, намечался скандал. Я шумно выдохнул и приготовился к словесной порке.
– Эйден Вайлд. Не прикидывайся глухонемым. Я знаю, ты все слышишь! – Не унималась девушка, начиная угрожать громким топотом.
Алая ведьма зашла в комнату с прищуренным взглядом, зрительно ища свою очевидную и единственную жертву во всем доме. Она разместила руки на бока и постукивала стопой, действуя на нервы. В одной руке девушки была трость, которая помогла ей восстановить ходьбу после долгого недуга.
Да-да, трость самого Каспера Фолена ...
Я до сих пор помнил ее выражение лица, когда девушка очнулась впервые после того, как подняла из мертвых Дарвуда. Она неделю валялась без сознания, как овощ. Но узнав о том, что Каспер Фолен обратился в прах, ее подкосило. Она молчала несколько недель, а я не мог до нее достучаться. И когда Дженнифер ко мне обратилась после долгого затишья, заявила о просьбе доставить трость Падшего Казначея лично ей в руки. У меня возникла уйма вопросов, но я не огласил ни одного, а просто и молча сделал, как она того хотела. Наступит время и она отойдет, все рассказав, а пока это время не пришло.
Смотря на нее в данный момент, было ощущение, будто бы полгода назад ничего серьезного с ее здоровьем не произошло. Словно того момента вообще не было в истории. Оттенок кожи уже казался здоровым, а вид бодрым. Каштановые зрачки были прикованы к моей персоне, что в свою очередь расслабленно сидела за столиком, закинув при этом нога на ногу. Дженнифер сдула непослушную прядь волос с недовольного лица и заиграла пальцами руки по трости. С момента инцидента полугодичной давности, Дженнифер, не снимая, носила перчатки, чтобы скрыть свои временные недостатки рук. Она стеснялась этого недуга, и тогда я ей повторил ее слова, что однажды она сказала мне: «Не прячь то, что ты считаешь отвратительным. Не все разделяют твое мнение». Сейчас они почти зажили, однако привычка ее не покидала. Как и сила алой ведьмы, всегда была при ней. Правда, она давно уже ее не использовала из-за простой ненадобности.
– Что опять? – Я усмехнулся, смотря на мордашку маленькой ведьмы.
– Не опять, а снова. – Дженнифер закатила глаза. – Рейчел приедет с минуты на минуту. – Девушка поджала губы и насупила нос.
– И? – Я подталкивал собеседницу на объяснения, делая плавное, круговое движение рукой, в которой уже держал чашку с чаем.
– А у нас. Бардак. – Девушка тростью указала на выход. – Ящики, ящики, ящики. – Быстро повторяла ведьма так, что от уровня ее голоса чай в чашке завибрировал. – Повсюду. Ящики в вестибюле, слово это кладовая какая-то. – Развела руками девушка с намереньем меня доконать и свести в могилу.
Лучше бы тогда оставила меня трупом лежать себе, да прохлаждаться.
Я поставил чашу на стол резче, чем стоило. Почесав бровь, я уперся локтем об перекладину кресла, разместив подбородок на костяшках пальцев.
– Черт, была бы у меня прежняя сила. – Наигранно и мимолетно начал вдаваться в воспоминания, желая увести разговор в другое русло.
– Ты был бы мертв. И я знаю этот тон. – Дженн пресекла мою попытку. – Ноги в руки и вперед.
– Я носил их все утро, только присел. Там немного осталось же! – Я состроил обиженное лицо и отвернулся к окну.
–Ден, побойся гнева алой ведьмы. – Предостерегающим тоном заверила Дженнифер.
– Ты меня не запугаешь! – Выкрикнул в след девушке, что уже вышла за порог.
– А мне и усилий не надо прикладывать! – Усмехаясь, ответила собеседница, что довольно спускалась вниз. – И еще.
Дьявол, пощади ...
– Началось. – Шепнул я себе под нос, покидая уютное место в кресле.
– Не упоминай при Рейчел о Дарвуде. Ее это расстроит. – Доносился отдаленный голос маленькой ведьмы.
– Я же не совсем идиот! – Я выглянул из-за двери и повысил голос.
– Соглашусь, не полный! – Ехидно произнесла девушка, что начала заливаться мрачным смехом.
Только через пару секунд я понял, что она имела в виду. Недовольно фыркнув, я резко захлопнул дверь, что вела на веранду, и стал спускаться вниз к вестибюлю.
– Будешь издеваться, сама начнешь таскать свои ящики! – Бросил я в сторону Дженнифер, на что она с новой силой захохотала от души.
Неугомонная, ... но за это она мне и нарвится.
Рейчел
Я Рейчел Кэндал, дочь Адриана и Софии Кэндал. И я вернулась домой на свое законное место.
Хотя я не планировала этого делать, ведь хотела остаться рядом с человеком, которому, как мне казалось, нужна моя помощь и поддержка. Но как же сильно я ошибалась на этот счет.
До сих пор помнила взгляд Дарвуда, когда он понял что к чему. И как у ворот Резиденции Семи Грехов он, уходя, равнодушно захлопнул предо мной двери, даже не смотря в глаза. Самое страшное отношение к человеку это ни гнев и ярость, ни обиды и разочарования, здесь шло проявление хоть каких-то эмоций. А когда человек просто перестал говорить, а дальше молчал. С болью в глазах он смотрел на меня после пробуждения, при этом выплескивал бушующую злость наружу. Но когда до Юджина дошло, что настала точка невозврата, он стих. За все эти долгие шесть месяцев, что казались годами, я ни разу не осмелилась снова показаться на глаза бывшему Греху Гордости. Даже Дженнифер не навещала, так как не могла себя пересилить и ступить ногой на землю Долины Грешников.
Я видела, как пылала Резиденция Зависти с башни замка семьи Кэндалов. Она горела огнем вечности несколько дней подряд, словно не хотела исчезать с лица земли. Дикий огонь было видно даже издалека, настолько он был масштабный. Юджин решил полностью уничтожить все, что служило напоминанием о Блэке. Даже не могла представить, что у него было на душе, ведь столько вариаций отражалось в голове. Я знала, что он возненавидит меня, если Дженн вернет его к жизни обычного человека, поэтому состояние алой ведьмы в тот день было не единственной причиной, почему я была против ее действий. Юджин воспринимал все как наказание, в то время как я хотела показать другую сторону жизни, которая была прекрасной. Однако у меня не было шанса, Дарвуд не дал такой возможности, и так вышло, что он больше не хотел меня видеть. А я приняла его выбор, как бы мне не хотелось опротестовать и закричать ему в ответ.
Зато он жив.
Я не сказала отцу, что собиралась посетить Долину Грешников. Адриан даже после падения грехов с опаской относился к этим землям и не спешил их присоединять к нашей Долине. Хотя много веков местность Долины Грешников была не освоена, а уже после была обоснованная своим правителем. Отец по сей день запрещал мне приближаться к ней, так как в его разуме на подсознательном уровне глубоко засела мысль, что там все еще была опасность. И искоренить такое суждение было тяжело, поэтому я списывала такую тревожность отца на эмоции. Но я слишком долго не видела Дженнифер, я даже не знала, как она поживала все это время. Меня с головой захлестнула жизнь во дворце с Адрианом, что лишь вечерами я стояла на балконе и пыталась справиться с подступающими слезами. Хоть и на голове у меня и была диадема, но все равно я скучала по Рейчел Хэйзи, которая жила обычной жизнью в домике Морганы со своей подругой. Частенько я сбегала туда под любым предлогом. Я с достоинством занялась ремонтом хижины так, что теперь Моргана точно могла быть спокойна за свой дом. Он был восстановлен из лучших материалов, что возможно было сыскать в Священной Долине. Однако каждый раз, когда я в нем оставалась, тоска и грусть от тишины и одиночества разъедала душу изнутри. Я скучала по всем моментам проведенными с бывшими товарищами, но теперь у каждого была своя жизнь. Только я в отличие от всех жила воспоминаниями ...
В один из дней, я отправила весточку в Графство Рейдж по поводу своего визита. Мне потребовались колоссальные усилия, чтобы пойти на этот шаг. Уже стоя у входа в туннель, навивали памятные моменты. Летний ветерок качал ветви деревьев и перешептывался с природой. Его ласковые теплые потоки обдували лицо и тело, что было скрыто под легкой одеждой. Мне каждый день приходилось носить платья, украшения, и от этого начинало порядком тошнить. Как же я выдохнула, когда позволила себе нарядить незамысловатую и привычную для души одежду в стиле Хэйзи. Старая версия меня ликовала глубоко внутри. Мои волосы заметно отрасли и были уже ниже плеч. Каждый раз, когда я смотрелась в зеркало, то видела глаза Юджина, поэтому вскоре отводила опечаленный взгляд. Сейчас я шла по туннелю, где текла река Айка. Она вернула свой привычный цвет. И не верилось, что несколько месяцев назад вершилась история, которая могла повернуться совсем плачевным исходом для всех нас. Словно так тихо и спокойно было всегда.
Проходя сквозь лесную чащу, я предавалась воспоминаниям, как святая команда так же полгода назад шла по этой же самой тропе в лютую зиму к Резиденции Рейдж. Тоскливая улыбка не заставила себя ждать, пока я витала в облаках. Улыбнувшись мыслям, продолжала идти, не сбавляя темп. Приблизившись к резиденции я остановилась на входе ее владения. Мне было тяжело переступать черту, но я не могла повернуть назад и не увидеть свою подругу. Я надеялась, что она не таила обиду на меня. И так чувствовала вину перед ней, но прийти раньше не могла.
Пока не могла ...
Я оттягивала момент встречи, думала, что Дженнифер меня понимала, как никто другой. Скрепя сердцем я поднималась по ступенькам, ведущих к парадному входу замка Рейдж. Несколько раз я замахивалась, чтобы постучать в массивные черные двери, но останавливалась в последний момент. Очередной раз застыла в такой позе, сжав челюсти. Однако дверь отворилась сама по себе. Тело вздрогнуло от неожиданности. Подруга распахнула дверь с мигающими зрачками, словно увидела приведение. Пару секунд мы молча рассматривали друг друга, и потом Дженн резко обняла меня, прижимая крепко к себе.
– И как долго ты планировала тут стоять? – Без упрека с усмешкой сказала девушка.
Дженн совершенно не изменилась в лице. Глаза защипали, так как я почувствовала, как же сильно мне ее не хватало рядом.
– Твое сердце колотилось так громко, что я услышала его за версту.
Мои глаза наполнились подступающими слезами, я не могла выцедить из себя и слова. Лишь в ответ обняла подругу, по которой, оказывалось, сильно скучала и тосковала. Чувства нахлынули, переполняя эмоциями все внутри.
– Как же долго ты сюда шла. – Шепотом произнесла ведьма, отстраняясь, чтобы взглянуть в мое лицо.
– Я пришла. – Кивнула, не отрывая взгляда от кареглазой девушки.
– Леди Рейчел Кэндал. – Эйден стоял позади Дженн, упершись виском об косяк дверной арки. – Шучу, зеленоглазка. – Ухмылка растянулась на лице парня.
Он скрестил руки на груди и пристально рассматривал меня янтарными зрачками. Его появление в качестве смертного меняло даже зрительное восприятие. Исчезло ощущение агрессии и опасности в его ауре, что была раньше ему присуща, как греху. Он словно стал лучшей версией себя. Но Вайлду я была благодарна больше всех, так как именно он все эти полгода присматривал за Дженн, ухаживал за ее здоровьем и не отходил от девушки. С помощью этого человека моя подруга поправилась и встала на ноги, это неописуемый жест, который он оказал мне. Глубокое чувство уважения и восхищения этим человеком не покидало ни на минуту. Возможно, он расценивал по принципу – дело за дело, так как Дженн даровала ему действительно ценный подарок – жизнь, и таким образом, он ей отплачивал. Но здесь не только была замешана благодарность, а еще то чувство, которое в своем случае я потеряла, хоть и была его святой.
– Не называй меня так. – Я покачала отрицательно головой с тусклым видом.
– Что-то все-таки в этой жизни остается неизменным. – Рассмеялся парень, который припомнил мою такую же реплику в прошлом. – Проходи, эта мелочь уже успела меня загонять, так хоть ты ее на себя отвлечешь на какое-то время. – Как мольбу произнес парень, скрываясь в пространствах гостиной комнаты.
Дженнифер стукнула тростью, которую я только сейчас заметила. Она, несомненно, принадлежала Греху Алчности. Руки подруги были в черных перчатках, пальцы которых свободно возлагались на трости. Девушка выглядела уверенно, словно всю жизнь аксессуар был при ней. Странность повисла в воздухе, так как летнее время не располагало к утеплению кистей в теплую погоду. Дженнифер заметила траекторию моего зрения, пока шикала на гогочущего парня. Непроизвольно она дернула ими, словно не знала куда деть и спрятать. Я догадывалась, почему Дженн их носила, поэтому сделала вид, что меня не волновала такая ее перемена. Резко поменяв область видения, чтобы подруга не чувствовала себя некомфортно и смущенно, я улыбнулась и полностью зашла в вестибюль замка Рейдж.
Зайдя в гостиную, поток слов, которыми мы обменивались с Дженн, казался неиссякаемым. Было ощущение, что у Вайлда, который сидел чуть дальше от нас, точно сворачивались уши в трубочку. Я рассказала все события подруге за полгода нашего расставания. Вплоть до того, что стала заведовать библиотекой при замке Кэндалов. Она была самой огромной и богатой в долине. Дженнифер обрадовалась за меня.
– А что с Габриэлем? – Подруга свела брови.
Я помедлила, чтобы тактично ответить.
– Мы ... как-то встретились в замке отца. Габ как раз набирал новобранцев, чтобы тренировать в своем училище при Башне Семи Сестер. Так ряды стражников при дворе будут хорошо и качественно подготовлены. – Запнулась я. – Мы столкнулись в холле, я как раз направлялась с книжками в библиотеку. Он улыбнулся и кивнул мне головой. – Осеклась, так как не хотела подробно вспоминать. – Габ спросил лишь один вопрос, если отодвинуть остальную банальщину. Не сожалею ли я о своем выборе? – Мои уголки рта приподнялись, а взор был обращен к подруге.
– И ты сказала? – Дженн приподняла одну бровь.
– Нет.
– Так и думала. – Ухмыльнулась алая ведьма.
– Но я приехала сюда еще по двум причинам.Я скучала по тебе до смерти. – Мой голос содрогнулся, пока я смотрела на Дженн. - И ...
– Ты к нему собралась!? – Яростное шипение вырвалось из уст Дженнифер. – Я была тогда без сознания. Но, он выставил тебя, Рейч, правда Ден? – Она метнула голову к Вайлду.
– Можно и так сказать. – С задумчивым видом ответил парень, что читал какой-то сборник. – Только мне кажется. – Эйден поджал губы. – Что за все это время, Дарвуд не поменял своего решения.
– И тем не менее. – Стояла на своем я. – Я бы хотела просить вас об услуге.
– Я в твоем распоряжении, но Дженн еще не поправилась. Она не может пока покидать резиденцию. – Твердо ответил Вайлд, в голосе которого затрепетали отголоски стального характера Греха Гнева.
– С ума сошел? – Прыснула Дженн, смотря на парня, как на идиота. – Это мой шанс впервые за полгода подышать свежим воздухом. Не души меня своими запретами. – Фыркнула девушка, складывая руки крест-накрест на груди.
– Открой окно, раз так хочется подышать свежим воздухом. – С ехидством повторил парень за Дженнифер.
Я не успевала бросать взглядами, чтобы уследить за словесной перепалкой двоих. Закусила губу, так как не должна была этого просить. Чувство вины впилось в спину.
– Если это вызывает проблемы, то ... – Я оглянула обоих друзей.
– Смотри, Эйден, ты заставил Рейчел чувствовать себя ненужной! – Обвиняющим тоном произнесла Дженн, закатывая глаза.
– Что!? Что ты несешь своей Ротовой Мельницей!? – Вайлд так и не понял, что скоро будет загнан в женскую ловушку. – Я не ...
– Ты ужасен. – Укоризненно посмотрела алая ведьма на парня, который проводил ладонью по лицу. – Еще и разделяешь нас, как тогда в резид ...
– ЛАДНО! – Вскинул руки парень, сдаваясь. – Ладно! Только без продолжения атаки Ротовой Мельницей. – Парень отвернулся с недовольным лицом. – Поедим вместе, но если тебе станет плохо – сразу уедим. И ты не молчишь и не терпишь до последнего, пока снова не свалишься с ног! – Серьезные глаза янтарного цвета горели под лучами яркого солнца.
– Другое дело. – Довольно хлопнула в ладоши Дженнифер.
Час спустя ...
– Ты им вертишь, как хочешь. – Шикнула я подруге, когда мы ехали в карете.
Эйден занял место кучера, поэтому мы с Дженн были наедине в пространстве кареты.
– Увы, но нет. – Отмахнулась подруга. – Здесь взаимная манипуляция. – Хохотнула Дженнифер, почесывая висок. – И я понимаю, почему он так себя ведет. Он рассказывал мне, какой я была, пока валялась без сознания. Да и дни, которые я провела пригвозденная к постели, он терпел вместе со мной. – Грустная улыбка коснулась лица девушки. – Я слишком дорожу им, не могу себе позволить пренебрегать его словами. – Она пожала плечами, смотря в окно экипажа.
Через некоторое время что мы провели с подругой в беседах, наш транспорт остановился на приличном расстоянии от Резиденции Семи Грехов. Выйдя с кареты, ощутила внутреннюю радость при виде здания в целости. Действительно, его привели в исходный вид.
И снова я тут. Дома.
Я перемялась с ноги на ногу. Эйден, спешившись, толкнул меня плечом, указывая подбородком, чтобы я шла к воротам. Но весь мой внутренний мир кричал, чтобы я убиралась отсюда поскорее.
Все-таки слишком эгоистично было так приезжать. Не могу ...
– Вот хорошо и прогулялись, а теперь обрат ... – Я начала пятиться в сторону транспорта, чтобы в нем укрыться.
Однако Дженн схватила меня за воротник железной хваткой свободной от трости руки.
– Ну, уж нет. И как долго ты будешь избегать встречи? – Цокнула девушка. – Время самое ценное в жизни, забыла? Не трать его впустую. Пошли. Покряхтит и перестанет. – Она стала насильно тащить меня в сторону главных ворот Резиденции Семи Грехов.
Я сжала зубы и поддалась. Ворота оказались заперты, что было неудивительно. Мы стояли и вглядывались сквозь железные прутья на площадь перед входом, где воздвигли заново фонтан. За замком абсолютно точно ухаживали и следили, но точно потребовалось немало людей. И как назло ни одна прислуга не показывалась на горизонте. Ненавидела быть незваной гостьей, но по-другому я и приглашения никогда бы не получила. Ломиться было бы некультурно, поэтому ...
– Плевать. – Дернул щекой Эйден, резко ударив по замочной скважине стопой ноги.
Мне показалось, что его нечеловеческая сила греха вовсе не оставила тело Вайлда. Мой рот неосознанно приоткрылся. Ворота с гулом разъехались в разные стороны, издавая пронзительные скрипы, что нарушали тишину во внутреннем дворе. Железо с отдачей ударилось об железо, что воздействовало на мозги. Мои глаза чуть не вылезли на лоб, я стала мешкаться, чтобы инстинктивно спрятаться.
И не важно, что в кусты!
Дженнифер поджала губы и обреченно покачала головой. Эйден поймал недовольный взгляд алой ведьмы и сразу встрепенулся.
– Что? – Он кивнул головой. – Два часа торчать на жаре в ожидании чуда? – Вайлд закатил глаза. – Это не наш вариант. – Фыркнул он, засунув руки в кармы брюк, и первый шагнул на территорию резиденции.
Мы шли к парадному входу, я инстинктивно озиралась по сторонам. К нам выбежала какая-то женщина пожилого возраста в рабочей одежде слуги. Она была явно ошарашена появлением незнакомцев. Но пристальный взгляд говорил, что у нее далеко не милый характер.
– Вы заблудились, молодые люди? – Вкрадчиво обратилась худая женщина с карими глазами.
– Не обессудьте, мы старые знакомые хозяина. Нам нужно видеть его тело живым. – Эйден запрокинул голову, всматриваясь в окна резиденции с видом, будто говорил обыденную вещь.
Женщина заметно напряглась, она убрала руки за спину.
– Эм, кем вы приходитесь Господину? – Настороженно спросила дама в фартуке.
– Бывший Грех Гнева. – Безо всяких замыслов и прямо сказал парень с янтарными глазами.
Женщина забегала своими зрачками по всем нам. Дженнифер с силой пихнула парня локтем и шикнула на него.
– Не слушайте его. Он перегрелся на солнце. – Быстро затараторила алая ведьма. – Просто отведите к Юджину Дарвуду, уверяю, мы очень тесно знакомы. – Дженнифер растянула губы в злобном оскале, приподнимая уголки рта.
– С сомнением вериться. – Недоверчиво посмотрела на нас женщина.
Потом ее взгляд остановился на мне. Служанка всматривалась в мое лицо, словно откуда-то узнала. Она кашлянула в кулак и опустила взгляд.
– Тем не менее, ... идите за мной. Господин на террасе весь в работе и он не любит ... – Начала она.
– Когда все идет не по плану. – Договорила я за нее давно заученную фразу блондина.
– Именно. – Удивленно отреагировала служанка, но быстро скрыла этот факт.
Мы петляли по резиденции, пока не достигли нужного этажа здания. Все восстановилось в прежний вид. Наверно много усилий потребовалось, чтобы реконструировать замок в такой короткий срок. В сердце заныло, так как мне сразу вспомнился первый день в этих стенах, который ассоциировался с Главным Дворецким Резиденции – Дарием. Его присутствия сильно не хватало. С порога террасы я заметила блондина, что сидел спиной к нам. На его затылке исчезла, привычная мне, татуировка скипетра и короны. Он сидел на том же месте, как и в день, когда впервые состоялось наше знакомство, хоть и не совсем удачное на первый взгляд. На кофейном столике была кипа бумаг, словно парень что-то исследовал или искал. Он деловито закинул нога на ногу, держа в одной руке белую чашку с какой-то жидкостью, а в другой пергамент, что так сильно захватил его внимание. На нем был темно-синий костюм с белой рубашкой. И конечно серебряные запонки не ускользнули от моего зрения.
– Господин, к вам гости. – Аккуратно сообщила женщина, не осмеливаясь подходить близко к Юджину, словно боялась спугнуть его внимательный настрой.
– Я никого не ждал. К черту всех. ... К черту. – Как от мухи отмахнулся парень, не отрываясь от документа.
От его знакомого голоса, который так давно не слышала, забегали мурашки. Но он был словно иной, все-таки претерпел изменения, став мягче.
– Мы от него недавно вернулись, не думаю, что новое свидание будет уместным, собрат. – Дерзко хмыкнул Вайлд.
Юджин заметно вздрогнул, но не спешил оборачиваться в нашу сторону. Он медленно отложил бумагу, разместив на столе. Шея парня напряглась, но блондин заставил ее повернуть голову. Звон разбитой чашки резко нарушил тишину, когда наши взгляды встретились. Все отвлеклись на битые осколки. Женщина в форме сразу закружила и стала убирать остатки конфуза. Пальцы Дарвуда, что сжимали кружку, сжались в кулак.
– Не называй меня так. – Дарвуд встал из кресла.
– Говоришь так же, как одна наша общая знакомая. – Дженнифер оскалилась.
– И это было грубо. – Скривился наигранно Вайлд.
– Мы не собратья более. С каких пор ты стал неженкой? – Дарвуд сморщил лицо в ответ.
– С тех самых, когда ты стал затворником. – Усмехнулся Эйден, закатывая глаза.
– А Леди Дженнифер настоящая патриотка Падшего Казначея. – Намекнул на трость Дарвуд, кивая подбородком на вещь.
Юджин нарочно обошел прямого диалога, избегая слова про грехов в присутствии посторонних, кто совершенно был не причастен к этой теме.
– Это память, Дарвуд. – Оскалилась алая ведьма, но выглядело совсем недружелюбно.
– С вами все ясно. – Юджин осмотрел Дженн и парня с янтарными глазами. – Смертоносный дуэт или что от него осталось. – Повел бровью блондин. – А что на счет вас? Чем обязан такой чести? – Он сделал намеренно паузу. – Леди Рейчел Кэндал?
Его слова специально были поставлены так, чтобы застать меня в неудобном положении.
– Мимо проезжала. – Сквозь зубы процедила в ответ.
– Мимо ... – Дарвуд поджал губы, повторяя за мной, и кивнул головой. – Это далеко не ваша остановка Леди Кэндал. – Твердо и уверенно заявил парень в синем костюме. – Далеко же вас занесло.
Его слова звучали как пощечина. Я подавила ухмылку, так как иного и не ожидала от парня. Чувство тяжести на сердце не могло оставить тело, что будто налилось свинцом. Отведя взгляд, стала спокойно идти к выходу.
– Если ты закончил прелюдия. – Посмотрела на блондина из-за плеча. – Буду ждать в твоем кабинете. – Губы дрогнули в натянутой улыбке, и я ушла с открытой местности террасы.
Осколки, что собирала слуга, выпали на пол снова, на что, скорей всего, повлияли мои дерзкие слова. Новый персонал, что теперь работал в резиденции, совершенно не знал бывалого времени в этих стенах. Они не ведали о другой версии своего хозяина, как и его прошлом. Им и не следовало. Не смотря на внешнее спокойствие, внутри бушевала тревога. Было больно видеть холодное равнодушие спустя долгое время. Парень продолжать таить обиду, и не скрывал неприятного настроя в мою сторону.
Я зашла в кабинет Юджина, и первым делом обратила внимание на картину, что висела над креслом у рабочего стола. Мой труд располагался на своем месте, мне даже стало жаль, что оставила занятие живописи. Но так вышло не по моему желанию. Просто моя рука, которая служила главным инструментом в процессе творения, потеряла былую координацию. Каждый раз, когда я пыталась сделать необходимый мазок, рука непроизвольно дрожала и дергалась, портя эскиз. Так что теперь у Юджина висел мой эксклюзив, неповторимый и непревзойденный. Может даже у Дарвуда затерялся портрет Греха Лени, что я успела запечатлеть, пока у меня были рабочие навыки. Сзади меня хлопнула дверь, Юджин вальяжно прошел мимо меня, занимая кресло за черным столом. Он в спешке собирал документы у себя на столе, партиями грузя их в пространство ящиков смольной мебели. Один лист вылетел из стопки, я подняла бумагу у своих ног. Мне хватило одного взмаха ресниц, что увидеть имя, которые непрестанно часто всплывало в тексте.
– Аксель Файт? Ты серьезно? – Я свела брови. – Чем ты занимаешься тут? – Я не скрывала своего недоумения и замешательства.
– Не твоего ума дело. – Дарвуд протянул руку, чтобы я вернула его каракули.
– Юджин. – Досадно произнесла я. – Только не говори, что копошишься в этом снова. – Горечь застряла в горле.
– Чем еще прикажешь мне заниматься, если другого занятия у меня нет? – Бесстрастно поинтересовался блондин, не смотря на меня. – Делаю то, что умел. Да, и мне стало любопытно.
– Что именно? – Я развела руками.
– А ты не понимаешь? – Она поднял на меня многозадачный взгляд. –Грехи первого поколения, это история покрытая мраком. И Аксель Файт, каким-то образом мог знать головоломку, как определить заранее, кто мог стать грехом. Досадно, Блэк тоже мог быть в курсе, но ... уже поздно спрашивать. Скоро вновь начнется цепочка появления грехов, которая, так или иначе, замкнется.– Юджин повел бровью.
– Вот как. – Я потупила взгляд, отдавая парню его писанину.
– Если это все, можешь идти. Наверно, ведьма и грех ... то есть Вайлд уже допили чай, что им приготовила служанка.
– Нет. – Юджин удивился моему резкому ответу. – Не все.
Юджин делал вид, что его снова что-то увлекло. Как будто моя персона разговаривала со стенкой.
– Как ты себя чувствуешь?
Дарвуд поднял на меня недоуменный взгляд, словно я просила какую-то ересь. Он потер ладонью лоб, а потом ей же затылок, пройдясь по светлым волосам.
– Ты серьезно приехала сюда из замка Кэндалов, чтобы спросить именно это? – Юджин негодовал, но поймав мой серьезный вид, осадил пыл. – Паршиво, потому что живой. Мои дни сочтены, и я пытаюсь успеть найти знания, тайна которых точно не даст мне спокойно умереть в противном случае, когда придет время. – Выдохнул парень, откидывая затылок на спинку кресла.
– Думаю, я могу тебе помочь. – Мягко улыбнулась я.
– Например. – Юджин поднял брови, желая видеть, как я выкручусь.
– Библиотека, что под моим ведением в замке отца, имеет очень богатый ассортимент информации.
Повисла пауза. Дарвуд неотрывно смотрел мне в лицо, будто боролся со своими мыслями.
– Тогда нам придется очень часто видеться. – Напористо добавил Дарвуд. – Ты ищешь поводы для встреч.
– Верно. И если ты меня не прогонишь, я смогу сказать истинную причину своего приезда.
– Если ты вновь от меня не сбежишь ... – Юджин начал фразу, но оборвал ее на полуслове.
– Я скучала, Юджин. – Тихий шепот сорвался с моих губ.
Юджин помедлил с ответом, что дался ему тяжело.
– А я, ... даже утопая в своей пучине ненависти и обид, не переставал думать о ягненке. – Тихая усмешка сорвалась с уст Дарвуда, что заполнила тихое пространство кабинета, в котором мы задержались на дольше, чем стоило для формальной беседы.
Начнем заново эту историю, Юджин Дарвуд?