Проклятое дитя

Всю последующую неделю у Итадори был выходной. Первый день которого тот решил провести с пользой и, взяв портфель, покинул территорию академии. Добравшись на автобусе до центра Токио, он зашёл в цветочный магазин, чтобы купить небольшой букетик незабудок. Затем, подойдя к станции метро, он спустился вниз и стал ждать свой состав.

Несмотря на то, что время уже близилось к обеду людей было меньше, чем обычно. Половина из них просто уткнулись в свои телефоны, не замечая ничего вокруг себя. Сливаясь с этой толпой, парень время от времени посматривал на табло, чтобы не пропустить прибытие своего поезда. Окинув помещение взглядом, Итадори изучал людей, что находились на платформе вместе с ним. Заметив ребятню, играющую в ладушки, на лице парня расцвела спокойная улыбка. Для него дети всегда ассоциировались с чистыми и наивными существами, которые и представить себе не могут насколько может быть жесток этот мир. С боку от него слышалась какая-то иностранная попсовая музыка.

Сев в вагон поезда, Юджи включил музыку в наушниках, чтобы скрасить свою поездку. Ему предстояло проехать достаточно большое расстояние до кладбища, где находится прах его дедушки. Решив прикрыть глаза всего на несколько минут, парень провёл в сонном состоянии около получаса, по неосторожности проехав нужную станцию. Проснувшись, Юджи стал растерянно осматриваться по сторонам. Людей, которые зашли с ним в вагон уже не было.

Наткнувшись взглядом на одного единственного пассажира в противоположном углу, Итадори увидел темноволосую девушку в белых джинсах, сидевшую к нему боком. Обрадовавшись своей находке, парень решил подойти и узнать на какую станцию они сейчас направляются. Но, узнав в отражении девушку, с которой тот столкнулся в воскресенье, он тихо и осторожно приблизился к ней, всматриваясь в её лицо. Он разглядывал её спокойные черты лица, вспоминая как при первой встрече оно было искажено гримасой ужаса. Юджи аккуратно присел рядом с ней, откидывая голову назад.

— Слава богу... — с губ парня слетел вздох облегчения. Ему страшно было подумать, что по его вине мог погибнуть человек. Изредка поглядывая на девичий профиль, он ожидал её пробуждения. Так и просидев с ней рядом до остановки вагона, Итадори нерешительно встал, смотря на шатенку. Размышляя, стоит ли ему уже идти или же подождать, пока та проснётся.

Но от резкой остановки поезда девушка проснулась сама, потирая глаза, чтобы хоть чуть-чуть прояснить своё зрение. Посмотрев на экран телефона, она нахмурила свои густые чёрные брови, и с её губ непроизвольно сорвались ругательства на иностранном языке. Резко схватив свою сумку, девушка выбежала из открывшихся дверей вагона.

— Pu...put-ain? — не понимая слов девушки, парень пытался повторить за ней, но получалось не очень. Осознав, что он опять упустил её, Юджи огорчённо уселся, запуская пальцы свободной руки в волосы. Тот просидел бы там ещё очень долго, если бы из динамика не донёсся мелодичный женский голос, оповещая о том, что двери закрываются. Вылетев из вагона, Итадори столкнулся с другими пассажирами. Посмотрев на табло с названием станции, он обрадовался, что уехал не так далеко.

Поняв, что девушку уже не найти, парень решил проветрить свою голову и пошёл пешком. В его голове вертелись навязчивые мысли. Юджи думал об той девушке. Он очевидно, что она выделялась на фоне окружающих своей нестандартной для японцев внешностью. Но и было в ней что-то, что не давало парню покоя, словно она была коробкой для чёрта из табакерки.

«И всё же, что это за странное предчувствие...»

«Ого! Неужто наш малыш научился соображать? Я поражён, думал, что у тебя работает только одна мозговая извилина, хотя она тоже не всегда справляется.» — произнёс король проклятий в сознании парня. Сукуна вновь издевался над своим сосудом. Итадори хотел возмутиться по поводу едкого замечания, но быстро одумался, понимая, что от него этого и добиваются.

«Мне просто интересно, кто она такая. Тебе же тоже явно не всё равно, кто эта девушка. Возможно, она — шаман и просто не знает об этом, тогда понятно почему она испугалась, увидев тебя и поседеть можно, » — парень шёл по улицам, продолжая размышлять об этом. Почему она жива, даже после того как у неё пошло кровотечение из уха? Это же не нормально для простого человека.

«Эта девка да и шаман? Если бы она была, то не выдержала бы давления. А эта не только не умерла, но и была довольно шустрой. А шаманом высокого класса она не может быть, твой друг бы тогда наверняка её знал. Так что скорее всего она, либо проклятье, либо сосуд.»

После сказанного, Юджи всерьёз задумался над словами надоедливого соседа. Дойдя до кладбища, парень сразу же направился к семейной могиле. Он впервые сюда пришёл после своей «смерти». Петляя между рядами, Юджи неспеша приблизился к надгробию, где находился прах его дедушки. Когда парень зажёг все благовонные палочки, он присел напротив могилы, продолжая держать букет незабудок в руках.

— Привет, деда. Прости, что так долго не приходил. Просто... Столько всего произошло, что я даже не знаю с чего мне стоит начать. Знаешь, я встретил хороших наставников, они помогают мне освоиться в моей новой жизни, — Итадори говорил спокойно, изредка делая небольшие паузы, — ох, меня так долго не было, что цветы уже завяли, — засуетившись, он убирал засохшие цветы в портфель, поставив вместо него букет незабудок и рамки с фотографиями на которых были запечатлены мимолётные, но счастливые моменты. — Я не знал какие лучше будет взять, поэтому купил то, что мне порекомендовали. Надеюсь они тебе понравятся, — парень замолк, не решаясь продолжить монолог. — У меня накопилось столько вопросов, я бы так хотел, чтобы ты мне ответил. Ведь я точно знаю что ты бы не дал мне завязнуть в них... Порой, смотря в зеркало, я вижу там совершенно другого человека. Деда, мне кажется я начинаю терять себя. Я боюсь опустить руки, мне очень сложно, — на последних словах голос сорвался практически на шёпот, но Итадори изложил всё, что успело накопиться на душе, могиле самого близкого человека. Он не знал слышит ли дедушка, но ему нужно было это сделать, ведь он остаётся частью семьи. Человек, который растил его с самого детства, заложивший в нём основу восприятия мира и беспокоившийся о нём даже в последние минуты своей жизни, надеясь, что его единственный внук не совершит тех же ошибок, что и он сам в молодости.

На улице понемногу начинало темнеть, да и комендантский час никто не отменял. Всё же ехать из Токио в Мияги довольно трудно. Нехотя попрощавшись с дедом, Юджи пообещал прийти в следующие выходные. Возвращался в общежитие он по давно привычному маршруту, в этот раз не решаясь заснуть в вагоне. После того как Юджи смог выговориться дедуле, на душе стало чуточку спокойнее.

Попав в общежитие при колледже, парень сразу же плюхнулся на кровать. Дорога туда и обратно слишком сильно выматывала. Надеясь проспать до самого утра, чтобы накопить как можно больше сил для следующего дня. Нужно продолжать играть свою роль.Роль «дурочка». Но проведя всего несколько минут в постели, в его комнату неожиданно влетает Набара вместе с Годжо-сенсеем, начав безжалостно его тормошить. Не соображая что происходит, Юджи через силу поднялся с кровати и пошёл вслед за своими мучителями. Добравшись до кухни, его усадили за стол, за которым уже сидел Мегуми с чернушкой и недовольно смотрел по сторонам. Комочек пытался повторять за ним, что выглядело весьма странно и мило. Их тоже притащили сюда насильно.

Когда все были в сборе, Кугисаки поставила на стол кастрюлю с чем-то отдалённо напоминающим карри с очень специфическим запахом.

— Пробуйте, — сказала девушка, на которой был одет фартук с уточками. Положив каждому в тарелку порцию риса с «карри», та надеялась на то, что её блюдо придётся им по вкусу, пряча руки за спиной и нервно теребя пластыри на своих пальцах.

Годжо-сенсей смотрел на всё это со стороны, посмеиваясь над своими учениками, ведь ему такой щедрости не предоставили. В комнате повисла угнетающая тишина. Никто не решался стать первооткрывателем, обмениваясь опасливыми взглядами. И только Итадори пересилил себя, чтобы захлестнуть небольшую ложку, когда услышал, как кто-то начал чавкать. Переведя удивлённые взгляды на тарелку Фушигуро, они увидели как маленькая чернушка без опаски поедала это блюдо. Съев его полностью, чёрная клякса с сытым видом закатилась на спину. Смотря на чернушку, Итадори надеялся, что блюдо плохо только на вид, и всё же положил ложку в рот. Почувствовав вкус, у него навернулись на глаза слёзы. Еда была настолько остра и пересолена, что даже непривередливый Юджи не мог есть это без слёз. Заметив это, лицо Набары помрачнело.

— Не стоит себя заставлять, если тебе не нравится, — девушка старательно делала вид, словно это совершенно её не беспокоит. Но по поникшим карим глазам, можно было легко понять, что она чувствует на самом деле.

Не желая расстраивать свою подругу, Итадори через силу ел её кари, не задумываясь, что будет с его пищеварительной системой после того, как он съест всю порцию. Девушка с шоком смотрела на парня, пытаясь отговорить его есть, если еда и вправду ужасна на вкус. Закончив есть, Итадори положил ложку около тарелки и сложил руки, чтобы поблагодарить за еду.

— Спасибо за еду, было очень вкусно! В следующий раз не клади так много специй, а овощи режь на более мелкие кусочки. И если захочешь, можем вместе это приготовить, — он встал из-за стола и помыл за собой посуду. Пожелав всем спокойной ночи, парень удалился в свою комнату.

Решив последовать его примеру Мегуми, попытался съесть это как можно быстрее, чтобы тоже ретироваться к себе. Пока он ел стряпню, успел пожалеть об этом действии несколько раз. Так же поблагодарив за еду и вымыв посуду, парень удалился к себе, оставляя удивлённую Набару наедине с довольным сенсеем и чернушкой, просящей добавки.

— Не понимаю, им же явно не понравилось. Так почему они всё съели. — Набара говорила заторможено, поглаживая просящего ласки комочек.

— Хм... дай-ка подумать, — на лице Сатору была спокойная улыбка, но из-за того, что его глаза были закрыты солнцезащитными очками, трудно было понять о чём он думает. — А ты сама, как думаешь. Может они хотят поддержать тебя? Ты же всё-таки их драгоценный напарник, — Сатору оставил эту мысль для размышления своей ученице. Определив, что здесь ему делать нечего, мужчина отправился к себе досматривать малоинтересное ток-шоу, которое выезжало только за счёт женщин с пышными формами.

Оставшись вдвоём на кухне, Набара села напротив чёрного комочка, тыкая в его щёчки. Неожиданно что-то в голове «железной леди» щёлкнуло, и, взяв ложку, она начала кормить проклятье с ложки. Смотря как это милое создание с сияющими глазами поедает её карри, она немного пришла в себя.

— Господи какой же ты милый, так бы и съела тебя, — чернушка посмотрела на девушку большими глазами, с трудом проглатывая карри, которое давала девушка. И отошла от Набары на несколько шагов назад. — Я просто пошутила. Не пугайся ты так. Просто, ты такой милый, что невозможно устоять. Ты даже Мегуми понравился, — девушка тихо вздохнула и положила ложку в сторону, в её глазах начинало расцветать уныние, но на лице продолжала держаться улыбка. — Тебе ведь здесь одиноко без своих собратьев, да? Ты ведь спокойно могла сбежать вместе с ними, так почему ты не сделала этого? Неужели Мегуми тебе так сильно понравился, что ты даже решила остаться? Или ты преследуешь какие-то свои корыстные цели? — чернушка, не моргая, смотрела на девушку своими большими глазами. — Боже, что за глупости. Наверное из-за недосыпа я становлюсь параноиком.

Девушка издала нервный смешок, не замечая копошение чёрного комочка. Она всё ещё размышляла над последним вопросом, который она озвучила. У неё была хорошая интуиция, и в данный момент она шептала ей быть на стороже. Но Набара никак не могла понять чего её стоит опасаться. Когда она видела чернушку, что-то заставляло её нервничать, но это чувство было настолько слабым, что девушка всё время смешивала это чувство с другими, более яркими эмоциями. Но сейчас когда они остались наедине, Кугисаки наконец смогла ощутить это неприятное чувство, от чего и задала этот вопрос. Но когда она озвучила его, то поняла насколько нелепо это звучит. Она, Набара, боится какого-то проклятья четвёртого ранга? Да это же просто нелепо!

Пока девушка размышляла, полностью уйдя в свои мысли, маленькая клякса копошилась на столе. Она пыталась наложить небольшую порцию в ложку, но большие кусочки овощей всё время с неё соскальзывали, плюхаясь обратно в тарелку. Плюнув на это, малышка обхватила своими маленькими верёвочками ложку, поднимая и поднося её к девушке. Набара отреагировала не сразу, до сих пор не вылезая из своего мыслительного процесса. Она обратила на неё внимание только тогда, когда комочек начал издавать нечленораздельные звуки.

— А? Это мне? Боже какая ты пуся! — не сдержавшись, Набара приобняла чернушку и стала гладить её по шерсти, которая электризовалась и поднималась следом за рукой.

Тем временим Мегуми шёл к своей комнате, придерживаясь за свой живот. Всё-таки пища, приготовленная девушкой была не пригодна к употреблению. Но когда тот подходил к своей комнате, то упал, споткнувшись обо что-то не понятное. Посмотрев под свои ног, он увидел лежавшего на полу Юджи.

— Итадори?! — парень не ожидал увидеть своего товарища, который уснул прямо на полу. Понимая, что Юджи явно сегодня устал, он решил сначала сходить облегчить свою душу, а уже потом без опасений отнести Итадори к нему в комнату. Но когда парень вернулся, то друга уже не было и решив проверить его комнату, увидел как сенсей укладывает его на кровать. Но в поле зрения Мегуми не попало то, как он целует его в лобик.

На следующий день они всей компанией решили прогуляться по Токио, договорившись исследовать район Бункё. Когда компания из трёх человек прибыла на место, то первым делом отправилась на поиски парка аттракционов. Блуждая между улицами и попутно спрашивая как добраться до нужного места, они делали селфи на память возле попадающихся на пути достопримечательностей. Добравшись до ворот парка подростки остановились, договариваясь встретиться около лавки с Тайаки в шесть.

— Чернушка, ты идёшь с Мегуми. Охраняй его. Поняла? — девушка наказывала маленькому комочку следить за «пипи» и отгонять от него всяких подозрительных личностей. На что она отсалютовала своей маленькой лапкой, выдавая привычно милые слоги.

— Мими!

Не переставая умиляться с проклятия, Кугисаки с Итадори отправились на американские горки, оставляя этих двоих наедине. Они петляли между ларьками и покупали разные сладости по пути, радуясь, что всё же решили прийти сюда. Подойдя к долгожданному аттракциону, они заметили не особо длинную очередь. Но так как день близился к четырём, а занятия к этому времени уже успели закончиться, то народу постепенно становилось больше.

— Ну же, Тали! Ну, пошли туда, хватит есть! — недалеко от них светловолосая девушка, пыталась затащить свою подругу в очередь, но у неё не особо получалось. Она просто не желала отходить от ларька с Данго и расставаться со сладостями. — Ну, Тали, хотя бы один круг! А потом можем сразу по домам пойти! — её подруга зыркнула на неё острым взглядом, продолжая жевать разноцветные шарики Мотти в сладком соусе. Тяжело вздыхая, девушка всё же согласилась проехать с ней один круг, если после этого она действительно сможет пойти домой. Набара наблюдала за этой парочкой, завидуя шатенке. Если бы у неё была такая подруга, она бы непременно ею дорожила, в отличии от этой девушки. Да они бы непременно нашли общий язык.

Залезая в вагончик, девушка переключила своё внимание на сам аттракцион, наслаждаясь самим процессом и полностью отдаваясь моменту. Она почувствовала мандраж от мысли, что они вот-вот проедут по крутым виражам. Сотрудники аттракциона провели небольшую инструкцию по безопасности, чтобы обошлось без нежелательных жертв, зацепив каждого из присутствующих ремнями безопасности. Горки были не слишком крутыми, но всё же будоражили кровь каждого из посетителей. Одно дело — смотреть как на них катаются люди и думать что в этом нет ничего особенного. А другое это самому испытывать весь этот спектр ощущений.

Как только они поехали, сработал инстинкт самосохранения, и все вцепились в перила железной хваткой. Проехав всего несколько метров, вагончики стали подниматься по крутой горке. Все были в предвкушении, задерживая дыхание от предстоящего съезда. Чувства, что они испытывали было трудно передать словами: страх, адреналин, предвкушение. Всё это создавало невероятные ощущения ещё только на старте. Замерев на самой высокой точке подъёма, им открылся невероятный вид с высоты птичьего полёта, что были даже видны верхушки ближайших многоэтажек. Долго любоваться этой картиной им не дал резкий спуск. От столь резкого движения люди, поддавшись своим эмоциям, не сдерживали свои крики. Вагончики ехали по назначенному пути, огибая каждый изгиб рельс и совершая крутые виражи.

Уходя с аттракциона, детишки подошли к ларьку с Дайфуку, выбирая, куда пойти теперь. Они шли в толпу людей к следующему аттракциону, когда Итадори увидел её. Она прошла мимо с подругой, которая оживлённо что-то рассказывала. Девушка смотрела под ноги, совершенно её не слушая и стараясь не обращать внимания на пристальный взгляд в свою сторону.

— Итадори, ты чего застыл? — парень смотрел в сторону уходящих девушек. Юджи был в нерешительности, пойти за ней или нет.

«Нет, я не могу снова её упустить, » — он решил узнать всё здесь и сейчас. — Извини, Кугисаки, мне нужно кое с кем поговорить. — Юджи не обращал внимания на возмущения подруги и торопливо последовал за девушкой, надеясь снова не потерять из виду.

Они направлялись к выходу из парка, и парень стремительно следовал за девушкой, при этом оставаясь на достаточном расстоянии, чтобы его не заметили. Он ждал, когда девушка останется одна, чтобы без лишних глаз обо всём её расспросить. И когда они разошлись, на станции Итадори стремительно последовал за своей целью в вагон, надеясь её там застать. Но он не ожидал, что поток людей будет настолько большим, и чуть было не потерял её из виду, вовремя выловив глазами её жёлтый кардиган. Сквозь толпу он пытался пробраться поближе к девушке, но голос Рёмёна его остановил:

«Притормози, засранец. Своими импульсивными действиями ты её только спугнёшь, а тогда ты точно ничего не узнаешь.»

«И что ты мне тогда предлагаешь делать?» — Юджи скорчил недовольное выражение лица, всё так же продолжая смотреть на жёлтую кофту.

«Ха... Просто представь, что ты хищник наблюдающий за своей жертвой. Ты же не будешь нападать, не подгадав правильный момент.»

«Я не собираюсь за ней следить! Я же не какой-то там маньяк! При том за кого она меня примет, если застанет за этим!» — возмущению парня не было предела. Ему была противна сама мысль о том, что ему придётся следить за кем-то.

«Боже, какой ты неженка. Если тебе так это не нравится, то можешь поступать по-своему. Но я не удивлюсь, если ты опять её напугаешь, и она будет уносить от тебя ноги.» — хоть это и звучало так будто тот желал помочь Юджи, но на самом деле ему просто было скучно, и он хоть как-то хотел заглушить это чувство. А что может быть лучше, чем шутить над наивным мальчишкой.

«Ладно-ладно! Понял я! Поступлю по-твоему!» — ему неприятно было признавать, что в чём-то его нерадивый сосед всё-таки прав. Он стоял на месте, наблюдая за своей «добычей» на расстоянии. Даже когда они вышли из метро, он продолжал идти за ней, сохраняя дистанцию. Итадори решил полноценно воспользоваться предложением Сукуны, истолковав его для себя как наблюдение. За несколько дней «слежки», он смог узнать немного о ней: где она живёт, в каком учебном заведении учится, куда уходит на обед, какой кофе предпочитает и то, что она точно может пользоваться проклятой энергией. Каждый раз, когда кто-то рядом с ней испытывал негативные эмоции, она поглощала их перерабатывая в свою проклятую энергию. Для простых людей это может и было незаметно, но Юджи это прекрасно видел.

В последний свой выходной, что начался в воскресенье, Итадори решил с ней встретиться. Уже стоя напротив её квартиры, он нерешительно мялся около двери.

«А что, если я опять её напугаю?».

Парень копошился, нерешительно протягивая руку к дверному звонку.

«Чёрт! Будь, что будет!»

Юджи нажал на дверной звонок, и по прошествии нескольких секунд нетерпеливо нажал его ещё раз. Не услышав приближающихся к двери шагов, в голове зарождались сомнения насчёт правильности своего поступка.

— Может её нет дома? — но в тот же момент послышался щелчок открывающейся двери, и перед его взором оказалась невысокая смугловатая девушка в одной лишь ночной сорочке с накинутым поверх халатом. Юная особа смотрела на него пристальным, проницательным взглядом, от чего ему стало неловко, и он отвернулся, осматривая подъезд. — А... Могу я войти?