Capítulo 39
Матеу Хорге
Оказавшись в особняке, очень тихо прошли наверх и разошлись по своим комнатам, чудом отыскав к ним дорогу. Харли мягко ступала босыми ногами, позвякивая лишь замочками от босоножек, бьющихся друг о друга в её свободной руке. Пальцы второй были сжаты в моей ладони. Мне не хотелось выпускать её даже ради того, чтобы она приняла душ.
Как верный пёс, прошёл за ней в ванную комнату и, уперев руки в массивную каменную столешницу возле раковины, уставился на своё лицо. В туалете клуба мне казалось, что я нормально умылся. Харли отлучилась в комнату за бельём, а я воспользовался моментом и прошмыгнул в душ, чтобы она не видела моего лица, а местами и тела, в кровавых разводах. Вода из тропического душа полилась на меня, унося с собой розовые следы сегодняшнего происшествия.
Даже здесь, в лощённой Америке, Харли не была в безопасности, рядом со мной. Может быть, если бы не моя бесконтрольная ярость, вперемешку с чувством собственности к этой малышке, то ничего этого и не было бы. Но я больше не стану думать, что без меня ей было бы лучше. Чёрта с два! И, возможно, без меня, это закончилось бы действительно плачевно.
Запрокинув голову наверх, подставил лицо под тёплые струи, проводя по нему руками, желая смыть переполняющий душу гнев. Дверца раскрылась, и я обернулся. Харли вошла в душевую, подойдя ко мне вплотную и обняв со спины.
-Я так люблю тебя! – прошептала блондинка, трепеща всем телом.
Я понимал, что этот трепет вовсе не от возбуждения. Она переживала. Испугалась так, что до сих пор приходит в себя.
-Маленькая моя, - я повернулся к ней и прижал к своей груди, поглаживая светлые волосы.
Хрупкое тело так льнуло к моему, словно я был её домом, в котором ей было хорошо и безопасно. И я хотел стать для неё именно домом, которым и она стала для меня. Я понял и принял тот факт, что мне глубоко плевать, где я буду находится и какие люди будут окружать меня. Главное, чтобы со мной была она. Без Харли я снова провалюсь во тьму и поддамся своим внутренним демонам.
Простояв так какое-то время, слегка покачиваясь для успокоения, мы наконец смогли отстраниться друг от друга. Я вытащил из упаковки новую губку и намылил её каким-то дорогущим гелем, других здесь не держат. Пройдясь мягкой поверхностью по бархатной влажной коже, смывал с Харли всё напряжение сегодняшнего дня. Она стояла, покорно опустив руки и наблюдая за моими неспешными движениями. После я намылил этой губкой себя и смыл пену с нас обоих.
Мне нравилось это – ухаживать за ней, как за маленькой. Вытирать её тело мягчайшим полотенцем, каких никогда в жизни не чувствовала моя кожа. Поднять её на руки и, словно ребёнка, отнести на кровать. Попросил перевернуться блондиночку на живот и стал массировать уставшие плечи. Заметил красноватое пятно между лопатками, отчего гнев закипел во мне, как котёл в адском пламени. Почему я не успел до того, как этот урод толкнул мою девочку так, что она чуть не вылетела за ограждение лестницы. Проходя поцелуями по этому месту, старался быть, как можно нежнее.
От близости Харли, её прекрасного обнажённого тела, всё во мне рвалось к ней навстречу, желая соединить наши тела в страстном танце. Но я не позволял себе коснуться её возбуждённой плотью, понимая её состояние. Зная себя, я бы не отходил от не неё ни на минуту, не выпуская из своих рук и постели. Мне всегда хотелось её ещё и ещё. Снова и снова.
Помассировав спину, спустился на стройные бёдра, разминая попутно сексуальные ягодицы. Финальным штрихом были стопы. Наверняка она ужасно устала на этих высоченных шпильках. Я слышал с каким довольным придыханием принимала мои действия Харли и мял её аккуратные ступни до тех пор, пока не понял, что малышка уснула. Устроившись возле неё и прикрыв блондиночку невесомым одеялом, ещё немного посмотрел, как мило она сопит во сне, и только после этого уснул.
Утром, после того дня, мы решили остаться в Лос-Анджелесе на неопределённый срок. Джордж помог нам и Кайо с Мики найти достойную квартиру для съёма, и мы перебрались туда. Вернуться в Хьюстон нам всё же пришлось, но это заняло всего пару дней. Харли уладила вопрос с университетом, написав заявление на перевод с очного на дистанционное обучение, а также я познакомился с её прекрасной бабушкой. Родители Харли явно не одобрили наше решение жить вместе, да ещё и в Лос-Анджелесе, но их согласие было ни чем иным, как проявлением истинной любви к дочери. А, возможно, они просто надеялись, что мы не будем спешить с созданием семьи и Харли ещё передумает на мой счёт.
Помню, как войдя в большую квартиру, разделённую на несколько комнат и гостиную, переходящую в кухонную зону, мы поставили чемодан у входа, и я тут же увлёк Харли в глубокий пожирающий поцелуй. Я так скучал по этой девчонке и её сладостным стонам, что буквально уже не мог держать себя в штанах. Подхватил блондинучку под бёдра и уволок в ту комнату, которую мы заняли для себя. После двадцати минут удовольствий, наши влажные тела лежали на скомканных простынях восстанавливая дыхание и наслаждаясь эйфорией, разливающейся по телу. Мне нравились эти новые простыни, которые мы выбирали вместе с Харли перед тем, как заехать сюда. Оказывается, всё делать вместе, вовсе не скучно, как я представлял себе раньше. Это очень сближает.
Комната Кайо и Мики была через одну от нас, и мы надеялись, что не будем слышать чужие стоны по ночам. Но так как мы с Кайо приняли предложение Демиана, то решили, что девчонкам будет не так скучно вместе, если мы вдруг задержимся по какой-то причине. Харли я сказал, что нам предложили работу, быть на подхвате. Она так обрадовалась, что я что-то нашёл для себя, что всячески крутилась вокруг меня и поддерживала. Говорила, что это только начало, а потом мне можно будет на что-нибудь выучиться и начать строить карьеру. Больше всего Харли была счастлива от мысли, что я завязал с криминалом. Было не по себе от вранья, но я понимал, что мне не заработать столько денег, если бы я и впрямь согласился работать разнорабочим.
Сейчас же я узнал, что такое американские доллары и как приятно самому платить за такси и билеты. Харли сперва удивилась, откуда у меня деньги, но я снова соврал, что это из бабушкиного наследства. Мама хотела отдать мне часть из тех денег, но я не мог согласиться на это, понимая, что они с папой безработные, да ещё и Тьягу остался с ними. Если у меня ничего не выйдет в Лос-Анджелесе, то возможно я и попрошу у них какую-то часть, в долг. Но я планирую встать на ноги здесь и добиться жизни, к которой мы стремимся.
Харли постоянно смотрела какие-то вакансии для себя, но я не хотел, чтобы она работала, например, официанткой в ресторане, где какой-нибудь придурок может позволить себе вольность отвесить ей комплимент сексуального характера, или, что ещё хуже, дать волю рукам. Пусть лучше сидит дома и читает свои скучные лекции о психологических типах, расстройствах личности и способах решения конфликтных ситуаций. Как-то я пролистал один из её учебных пособий и понял, что далёк от этого.
Дни летели, сменяя друг друга, словно сорванные календарные страницы. Харли и Мики обуютили эту квартирку в Уилшире, и возвращаться домой стало куда приятнее. Конечно же я планировал зарабатывать больше денег и снять отдельную квартиру, но пока мы мирно уживались вчетвером. Демиан говорил, что скоро планируется большой заказ, на котором мы сможем поднять много денег. После этого думаю свозить Харли на шопинг и начать присматривать отдельное жильё.
Мики не теряла времени даром и решила развивать в себе тот талант, к которому у неё всегда лежала душа – делать девушек красивыми. Она записалась на курсы визажа и иногда я не мог узнать Харли, до такой степени она была накрашена, в исполнении какой-то там новой техники нанесения чего-то там, в чём я ни хрена не разбирался и разбираться не хотел. А хотел я её, мою Харли, то милое не накрашенное личико, в которое влюбился ещё в Алемау.
Бывало, я вспоминал, как начинались наши отношения. Как я всё время шутил над ней, провоцировал её смущённый румянец, который был мне словно бальзам на душу. Кем я был до неё? Бандитом, бесцельно проживающим жизнь. У меня и души-то будто не было, пока в моей жизни не появился свет её голубых лун и не показал мне, что в жизни есть что-то дороже денег, ценнее разовой шлюхи и глубже ненависти. Её любовь изменила меня. Её чистота поставила меня перед ней на колени. И я готов стоять на них вечно, но только перед ней, и будет куда лучше, если она при этом будет без трусиков.
Демиан выделил мне одну из своих машин. Чёрная Maserati идеально подходила мне, но всё же не так идеально, как мотоцикл, который я непременно себе куплю при первой же возможности. Сперва было немного страшновато управлять такой крутой тачкой, особенно учитывая, что принадлежала она вовсе не мне. Но потом удовольствие от езды на этом красавчике притупило всякий страх и оставило место лишь для блаженства.
На носу новый год. Первый новый год в Америке. Первый новый год с моей девочкой. Первый новый год, в который я надену на тонкий аккуратный пальчик кольцо, которое купил в ювелирном пару дней назад. Не пожалел ни единого доллара на обворожительное кольцо с чёрным, цвета моей души, сияющим бриллиантом. Это было что-то необыкновенное. Когда я выбирал украшение, никак не мог представить, что мне понравится именно оно. Но увидев его, понял, что именно этот камень должен украшать аккуратный пальчик моей красотки. Я куплю ей множество других камней, но пусть этот будет особенным.
Весь месяц, Харли таскала меня по Лос-Анджелесу, как угорелая. Она будто боялась не успеть увидеть все достопримечательности этого прекрасного мегаполиса. Голливуд он или нет, но без улыбки Брикман, мне этот город не был бы интересен ни на дюйм. Каждый раз, когда она хватала меня за руку и тянула по знаменитой аллее славы, где оставили отпечатки своего творчества многие известные люди, или поднимаясь с ней на чёртово колесо обозрения, на котором я из последних сил старался не впадать в панику из-за дебильной боязни высоты, о которой до первого полёта и знать не знал. Везде и всюду, только рядом с ней я был счастлив, будто бы попал в мир моей мечты.
Мы жили, как нормальная пара, как настоящая семья. Она ждала меня с работы, готовя какие-то вкусные ужины, по утрам варила мне кофе и вкусные завтраки, и я делал то же самое, чтобы отблагодарить её за то, что она делает лучше каждый мой день. Я буквально свихнулся на ней. Ни разу не вспоминал про наркотики, и Харли успокоилась, перестав поднимать тему со специалистом, которого она хотела бы, чтобы я посещал. Мы просто жили и получали от жизни кайф.
В преддверии нового года во всех магазинах было просто миллион людей. Сметали с полок всё нужное и не нужное. Я бы ни шагу не сделал ни в один торговый центр, не вооружившись пистолетом, да и вообще, если бы не широко раскрытые голубые звёзды Харли, ослепляющие своим восторгом и предвкушением. Мы ходили из магазина в магазин, выбирая подарки нашим близким и докупая недостающие мелочи для встречи нового года. Я томно вздыхал и старался не посылать куда подальше каждого толкнувшего меня в этой нескончаемой толпе.
Блондинка, со своим врождённым чувством грации и миниатюрным телосложением лавировала между людьми куда более ловко, чем это делал я. Словно носильщик, я молча тащил за ней всё, что мы уже успели приобрести. В планах было полететь в Хьюстон и Джексон, на пару дней, чтобы поздравить всех с наступающим и успеть вернуться в Лос-Анджелес для самого празднования.
Наконец, завалив крошечное заднее сиденье и багажник спортивного авто, я резко вырулил на дорогу и помчался домой. До самолёта ещё было время, чтобы хотя бы перекусить и сходить в душ. Конечно же, душ принимать один я не собирался, затащу с собой свою малышку и пусть шум воды поглотит её страстные стоны моего имени, когда она будет кончать.
Частые полёты обещали свести меня в могилу, но каждый раз Харли старалась брать места в середине самолёта, а если самолёт был небольшой, то садилась у иллюминатора и крепко сжимала мою руку, чтобы мне не было видно, как мы поднимаемся над землёй, но было спокойно от её близости.
Приземлившись в аэропорту Хьюстона, понял, что в этот раз полёт был особенно ужасным. Мы трижды попали в зону турбулентности и меня-таки стошнило в этот чёртов пакет. Весь зелёный я вышел на стоянку, где нас ожидал отец Харли.
-Добрый день, Матеу! Вижу, ты отлично провёл все три часа полёта! – подшутил надо мной доктор Брикман, замечая мою бледность и усталый вид, и по-свойски похлопал по плечу, вызывая новый рвотный позыв.
-Я бы на Вашем месте сейчас не нагнетал, потому что в случае чего, чистку вашего салона я оплачивать не стану! – парировал я, на что получил сдержанную улыбку.
Как бы он не отрицал это у себя в душе, я чувствовал, что нравлюсь ему. Его пытливые взгляды, то, как он пытался рассмотреть во мне те качества, о которых говорила ему Харли, думая, что я абсолютно не слышу их разговоров ранним утром. Он пытался принять меня. В отличие от миссис Брикман, которая при виде меня излучала холод Ледовитого океана, видя во мне тот самый злополучный айсберг, из-за которого пошёл ко дну знаменитый Титаник, вместе со всеми невинными людьми на борту. Этот фильм мне пришлось посмотреть вместе с Харли, так как она любила пересматривать его именно перед наступлением нового года. Я и сам не знал, что такого хорошего во мне разглядела Харли, но не перестаю возносить хвалам, что её орлиное зрение смогло увидеть это во мне.
Оказавшись в квартире, мы увидели сюрприз, который приготовили для нас её родители. Мои родители сидели за столом и с интересом разговаривали с миссис Палмер. Но помимо неё за столом была и моя двоюродная бабушка Кэтрин, вместе со своим, откуда только взявшимся, внуком Джорджем.
-И ты здесь, - первое, что я смог произнести, глядя в улыбающиеся зелёные блюдца, сверлящие меня насмешливым взглядом.
-И я рад тебя видеть, - миролюбиво приветствовал меня Джордж.
Харли Брикман
Увидев всю большую компанию в сборе, моё сердце невольно сжалось от умиления. Здесь были все, кого я так рада видеть и все, по кому я успела соскучиься. Мама пригласила даже Хлою.
Не обращая внимания на напряжённого Матеу, обняла всех и даже Джорджа, который прижался ко мне как-то зажато, вероятно испытывая на себе в тот момент убийственный взгляд моего бразильца. Я буквально светилась изнутри, ощущая как счастье переполняет каждую клеточку моей души, наполняя меня особенной силой. Силой любви.
Налюбовавшись огромной трёхметровой ёлкой, под потолок, решила не затягивать и поздравить всех с наступающим новым годом. Подарки были для всех, кроме миссис Тёрнер и её внука. Мы не были готовы к тому, что встретим их здесь. Извинившись, пообещали выслать им подарки через службу доставки, на что Кэтрин лишь махнула рукой, говоря, что это совершенно необязательно.
Я погрузилась в предпраздничную атмосферу с головой, получая великое удовольствие от общения с каждым из присутствующих. Донна Агата говорила на английском всё лучше. Она рассказала, как счастлива, что теперь ей не нужно бояться выходить на улицу и отпускать куда-то Тьягу. Кстати, его удалось записать на курсы по программированию. Он изъявил интерес именно к этому занятию. И пусть впереди был длинный путь, но самым главным было то, что его глаза горели, когда он рассказывал, чему его обучают и как он с этим справляется.
Хлоя по-прежнему флиртовала с Джорджем, который был с ней очень мил. Впрочем, как и со всеми остальными, от чего становилось немного за неё обидно. Но зато Тьягу заинтересовался моей подругой куда больше. Он постоянно задавал ей разные вопросы и старался всячески за ней поухаживать. Матеу смеялся над ним, а я пихала его под столом коленом, намекая, чтобы он не лез и не высмеивал брата.
Я могу с уверенностью сказать, что вечер выдался прекрасным. Мама с донной Агатой сделали безумно вкусные блюда, которые были съедены без остатка, что было, пожалуй, впервые. Дон Филипе вёл беседы с моим отцом, и я поняла, что не смотря на то, откуда приехал мужчина, он был довольно начитан и знал множество интересных историй. Бабушка с Кэтрин много вспоминали университетские времена, а Матеу, как по выключателю, снова стал нейтральным по отношению к Джорджу, с которым он проговорил пол вечера, иногда отлучаясь на перекур.
Время с семьёй пронеслось, словно шквалистый ветер, и мы собрались на последний ужин, после которого нам нужно будет ехать в аэропорт, чтобы вернуться в Лос-Анджелес. Вся компания снова собралась вместе и когда Теу встал, чтобы сказать тост, все удивились и замерли в ожидании.
-Я хотел бы сказать спасибо всем вам. – Прочистив горло, продолжил, - Я знаю, как важно для Харли присутствие каждого из здесь собравшихся. И я так же рад тёплому приёму в этом доме, - он перевёл взгляд на мою маму, которая внимательно на него смотрела. - Просто хотел сказать, что счастлив оказаться частью этой компании и знакомству с каждым из вас.
Я была тронута искренностью его слов и тем, что он вообще захотел пустить кого-то в свою душу, кроме меня. Хлоя закусила губу, глядя на моего бразильца, отчего я даже немного заревновала. Возможно, он пленил её своей красотой, а возможно, заставил проникнуться сказанным.
После звона бокалов все расселись по местам. Было грустно прощаться, но я совру, если скажу, будто Лос-Анджелес мне совершенно не по душе. Наоборот, этот город каким-то странным образом оказался идеальным для меня. Климат, улочки, близость к океану. Конечно же я вряд ли бы решилась уехать туда одна, всё благодаря Теу. С ним я была готова уехать хоть на край света.
Самое главное, что он понял – у нас есть будущее. Мы поселились в недорогой, но очень уютной квартирке, за которую не нужно было платить баснословных денег, как например за такую же по размерам квартиру в нескольких кварталах от нас на Беверли-Хиллз. Но наш район относился к центральному, что нас вполне устраивало.
Простившись со всеми, мы вернулись в то место, которое мне нравилось называть домом. Мики и Кайо уже начали приготовление к новогоднему столу. Мы договорились, что часть еды закажем в готовом виде, а часть приготовим сами. И завалившись в квартиру с полными пакетами еды на вынос, обрушили их, спеша на помощь друзьям.
Ощущение чего-то особенного, новогоднего чуда переполняло меня и дарило ощущение, будто нет в мире ничего невозможного. Нарезая рыбу, я думала о том, что этот год был самым насыщенным за все мои девятнадцать лет. Столько всего случилось за последние три месяца что, если бы я не прожила их сама, не в жизнь не поверила бы, что такое возможно. Улыбнувшись своим мыслям, чуть не отрезала себе палец, вовремя ощутив, что под остриём ножа что-то твёрже нежной тушки форели.
-Ауч!
-Что случилось? – подорвался Теу, нарезающий овощи, отбросив в сторону нож.
-Ерунда, - засунула я кровоточащий палец в рот.
-Нет не ерунда, Харли! Покажи!
-Правда, Теу, ничего серьёзного. До свадьбы заживёт! – прошепелявила я, не вытаскивая пальца изо рта и пытаясь улыбнуться.
-Успеет ли, - пробурчал брюнет, цепляясь за мою руку.
-Что тут случилось, - появилась в кухне раскрасневшаяся Мики. Вероятно, они не подарки проверять уходили. Или же они затерялись где-то между её ножек.
-Харли порезала палец, и не показывает мне!
-А ты любишь посмотреть на кровь? – разрядил суровый взгляд Хорге Кайо своей обаятельной улыбкой.
-Сейчас пущу твою и проверим! – огрызнулся Матеу.
-Выйдите оба, - нервничая сказала Мики, возвращаясь из ванной с аптечкой в руках и выпроваживая мужчин. – Сейчас я тебе помогу, - мягко добавила она мне, доставая бинт.
-Я же говорю ерунда! – показала я брюнетке порез.
-На самом деле довольно глубокий, - заключила она. – О чём задумалась?
-О том, как я счастлива, Мики! Вы все здесь, в Америке. Теу завязал с криминалом и наркотиками и зарабатывает деньги честным трудом. В моей жизни всё становится так идеально, что даже немножечко страшно.
Мики согласно кивала, в такт моим словам, занимаясь тем, что обрабатывала и забинтовывала мой указательный палец.
-Постарайся сберечь свои конечности на подольше, хорошо! – заключила она, убирая оставшийся бинт в коробочку и выходя из кухни.
Посмотрев на забинтованный толстый палец, поняла, что новогодний образ будет уже не таким эффектным. Матеу, появившийся возле меня, обнял сзади, положив голову на моё плечо.
-Он таких размеров, что для него теперь нужна отдельная кровать! – пожаловалась я.
Теу обласкал мой слух своим смехом и поцеловав больной палец, отправил меня переодеваться, обещая закончить нарезку красной рыбы, теперь уже не только из-за цвета филе, но и пары капель моей крови на разделочной доске.
Стол был накрыт, ёлка наряжена, мы во всеоружии ожидали заветных четырёх нулей, чтобы открыть новую бутылку шампанского и, разлив шипучую жидкость по бокалам, поздравить друг друга с новым годом. Настроение было просто сказочно волшебным, и когда Кайо с хлопком открыл бутылку, мы с Мики громко завизжали и подставили наши бокалы. Обнявшись, и продолжая поздравлять друг друга с новым годом, я повернулась к Теу, чтобы поцеловать его ещё раз. Но когда я обернулась, заметила, что он зачем-то встал передо мной на одно колено.
Осознание пришло с запозданием, и когда я поняла, что в его руке коробочка с кольцом, чуть не уронила на пол полупустой бокал.
-Харли!
-Да!
-Ты станешь моей женой?
-Да!
Я прикрыла рот рукой и едва сдерживала слёзы счастья, скопившиеся в моей переносице болезненными ощущениями. Протянула ему руку, с перебинтованным пальцем, вспоминая его слова про то, что успел бы он зажить до свадьбы. Благо нужный палец был цел.
-Чёрный бриллиант? – восхитилась Мики. – Какой красивый, покажи?!
Я сама не могла поверить, что это не сон и не сказка. Тихонечко себя ущипнула и заулыбалась ещё шире, бросаясь на шею к счастливому Теу.
-Сейчас всё было хорошо? – смеялся он. – Твои ноги не на моих плечах и на твоём животе нет ни капли моей...
-Замолчи! – заткнула я его рот поцелуем.
-Но через пару часов я планирую это исправить, - многообещающе прошептал мне на ухо Хорге.
-Сумасшедший!
-И весь твой!
Мы болтали, веселились и даже пели в домашнее караоке, которое не так давно притащила домой Микаэла. Но мой взгляд то и дело возвращался к слабому блеску чёрного камня, который согревал мою душу своим тёплым приглушённым светом. Это было уникальное украшение, подаренное уникальным человеком. И я снова сказала ему «да». Сколько бы раз он не спросил меня об этом, мой ответ всегда будет неизменно положительным.