Глава четырнадцатая
Дежавю - это ощущение, словно происходящий момент с тобой уже случался. И вот я сейчас, гонимая этим неприятным чувством, стою в учительской перед столом Аарона, смотрю на коврик под ногами, слышу «кукареканье» будильников в общежитии и пытаюсь вспомнить, когда со мной было нечто похожее.
– И так, уважаемый педсовет, – холодным голосом отозвался ректор, медленно вышагивая из стороны в сторону. – Я вызвал вас для решения над одним вопиющим проступком.
Сонные, помятые преподаватели, явно не горели желанием в семь утра разбираться с непутевой коллегой, от того посылали в меня испепеляющие взгляды. Зато Чародеев, Клер и Раш сидели на диванчике и с интересом наблюдали за позором нашей академии. А я что? Стою, тихонечко плачу, хлюпаю носом. Да и принцы с троедурками за моей спиной испуганно попускали головы вниз.
– Сегодня, в три часа сорок пять минут ночи, я застал Викторию Смежеву в её покоях с пьяными адептами...
– Я не-е-е винова-а-ата, – хлюпнула носом я, роняя огромные слёзы. – Они с-сами ко мне при-и-и-ишли-и-и...
– СМЕЖЕВА! – рявкнул Войт и, снова теряя самообладания, со всей силы хлопнул по своему столу. – Ты хотя бы понимаешь, что натворила?! Спаивание адептов!!! Да ещё кого... представителей других королевств! Это не увольнение, Тори - это смертная казнь!
Я разрыдалась теперь уже во весь голос, активно вытирая слёзы рукавами преподавательской накидки. Даже взгляды педагог стали мягче, а вот Рона мои слёзы никак не кололи! Кажется, от них он становился только злее.
– Спаивание адептов, среди которых есть несовершеннолетние лица и представители королевств, – начал перечислять Аарон, загибая пальцы. – Порча имущества общежития; систематическое нахождение в комнате адептов в после отбоя; распитие алкогольной продукции в общежитии - да, Тори, это тоже подвергается наказанию!...
– Аарон, ночью Тори была со мн... – подал голос Сашка, но рявк Войта перебил его.
– Заткнись, Иванов!... И так, Смежева, за все эти серьёзные проступки я вынужден тебя наказать, – злые разноцветные глаза снова остановились на мне. Алекс хотел ещё что-то возразить, но следующие слова ректора заставили его заткнуться и старательно не улыбаться. – Смежева Виктория Натановна, я выселяю тебя из общежития!
– Ты н-не можешь этого сделать! – меня бросило в холодный пот. Теперь уже рыдания сменились истерикой. – Мне же н-не где жить! Да я даже не потяну аренду квартиры с твоими штрафами на зарплату!
В моей голове уже появились картинки, как я отдаюсь какому-нибудь толстому мужику за возможность переночевать несколько дней. Теплотрасс в этом мире нет, поэтому на улице с таким холодом я быстренько превращусь в полуфабрикат. Даже сил нет сдержать дрожь!
– Аарон Войт, – раздался тихий голос Виктора, привлекая к себе внимание. – Виктория действительно... не виновата. Мы с Их Высочествами хотели немного выпить и познакомиться поближе...
– И поперлись к преподавателю? – ядовито произнёс ректор, сверля принца глазами, от чего парень даже немного замялся.
– Д-да. Мы подумали, что если нас и застанут за этим делом, то наказание понесёт Виктория.
– Достойный королевской крови поступок, – словно змея прошипел Войт. – Это позор для ваших королевств, уважаемые наследники. Вы что, не понимаете, что вы не тупые подростки с пубертатным периодом!? Вы - лица ваших отцов и матерей! Каково было бы правителям ваших земель, если бы они видели вас ночью!? А от вас, Виктор Райко, я такого вообще на ожидал. Вместо того, чтобы продемонстрировать красоту и силу нашего королевства, вы стаптываете Угру с грязью. Я разочарован.
Наш принц заметно поник. И кто бы знал, сколько хороший друг Натана его отчитывал бы, если бы не раздался тихий виноватый голосок.
– Дядя...
– Ах, да, совсем забыл, – настала очередь профилактических людей для наших троедурней. Боевые вытянулись по струночке, испуганно смотря на Аарона, из глаз которого словно искры полетели. – Третий курс боевой магии... я смотрю, у Тори вы словно прописались! Уж кто знал, что поддых мне ударят одни из лучших учеников моей академии?! С вами у меня будет отдельный разговор, и даже вас, Лаут Райко, не спасёт титул принца. А что касается тебя Шон - думаю в дополнение к моему наказанию Раикс выдаст тебе месячный запас пиздюлей. Будете отрабатывать практику не в королевской армии, а у Лака Лион! Все три месяца!
Да уж, хуже этого наказания может быть только смерть. И то только потому, что наш некромант будет воскрешать и мучать до последнего раз за разом.
– Переезд Виктории ко мне решился сам собой? – всё-таки не сдержался Иванов, разрастаясь самой счастливой улыбкой, от которой Аарона аж скривило.
Мужчина стиснул зубы и, бросив на подчинённого графа последний взгляд, снова обратил внимание ко мне. В один миг Аарон снова взял себя в руки, закрыл глаза и глубоко вздохнул, после чего в коем-то веке опустился к себе в кресло.
– Пакуй вещи, Виктория. Бухтам Магомедович организует твой переезд в мой кабинет, – в учительской повисла гробовая тишина, а Аарон продолжил. – Я вынесу свой стол и вещи, и к вечеру ты заедешь.
– Н-но Рон! – возмутилась Мелисса.
– Заткнись, Клер. Мое решение не обсуждается. Тори, будешь жить в академии и точка. У меня везде стоят защитные заклинания, и ни один из твоих ухажёров без моего ведома не проберется. Теперь можете быть свободны.
Ровно в этот момент раздался звонок на пары. Я поплелась прочь из кабинета, едва сдерживая обиженную слезинку. С одной стороны альтернатива жить в академии более радужная, чем скакать по трактирам или привыкать к жизни бомжа. Тем более, у Аарона в меру просторный кабинет, есть ванна с туалетом, диванчик раскладывается, да и ремонт не плохой. Но все равно обидно!
– Что ни день - то новое зрелище, – раздался голос Шакала за спиной. Они с Раиксом шли рядышком, сверля мою спину взглядами.
– Да уж. Виктория в этот раз превзошла себя. Ну ничего, Тори, могло быть и хуже.
– Что к примеру? – я обернулась, чтобы увидеть ребяческую улыбочку на лице преподавателя боевых искусств.
– Рон мог бы организовать тебе переезд в наше поместье. Я бы тогда с удовольствием наблюдал бы, как вы с Мелиссой грызётесь каждый час.
– Я правильно понимаю - любовный треугольник? – Раш ехидно улыбнулся, а братец ректора довольно захихикал.
– Я бы даже сказал «любовный многогранник». А если приписать к нему ещё гарем мужиков Смежевой, то этот клубок отношений будешь распутывать век!
– Да пошли вы! – в сердцах проговорила я, продемонстриров соседям средний палец и гневно потопала от них подальше. Вроде как взрослые мужики, а сплетничают хуже баб базарных! И кстати о них: после первой пары у боевых, на которой троедурни были «ниже травы, тише воды», ко мне в кабинет зашли неожиданные гости в лице преподавателя ботаники и преподавателя полетов на метле.
– Мы не с пустыми руками, – Улина протянула чашку с чаем и положила на мой стол коробку с печеньем, после чего схватила стул и уселась напротив меня.
– Составим компанию? – в полуприказном тоне проговорила Лион, так же сев напротив.
Минутку мы просто молчали, потягивая чай. Я же не знала, когда ожидать подвоха. Может чай отравлен? Однако по загадочным улыбочкам двух змей-подружек и горящим глазам было ясно - сейчас начнутся перетирания костей и сплетни.
– А я слышала, как после расхода педсовета Аарон Войт очень громко ругался с Мелиссой, – наконец протянула Гильевна, растягивая кровожадную улыбку. – Всем известно, что ректор частенько засиживается в академии до поздней ночи. Видимо, наша рыжая плутовка очень недовольна, что в его кабинете теперь будешь жить ты.
– Как бы ещё и граф Иванов не стал ревновать, – ухмыльнулась Ирга.
– Тори, Аарон Войт должен расстаться с Мелиссой, – неожиданно серьезно проговорила Гильевна. – Эта Клер только с виду такая дружелюбная, а на деле та ещё сука. Ты не подумай, мы не за ректора переживаем. Если эта магичка переедет сюда, то выживет всех нас - Иргу, Ратату, меня и тебя.
– С чего это вы взяли? – я тяжело вздохнула.
– Я навела тут кое-какие справки, – ответила сестрицаЛион. – Клер говорила, что она была единственная девушка преподаватель в академии Рахад. Вот только это все брехня. В январе этого года там работали ещё три девушки. По моим сведениям, на тот момент Чародеев и Клер начали отношения. Ну, а Давид... сама видишь, очень трепетно общается с женским полом. Так вот именно тогда в академии стали происходить странности - то нежить окажется в кабинетах, то люстра упадет, то монстр какой-нибудь заглянет. И это в самой защищённой академии Угры! Причём странности в основном были в кабинетах девушек преподавателей. В итоге одна из них уволилась по собственному желанию, другая внепланово решила переехать в деревеньку на окраине, а третья так вообще упала с лестницы и переломала себе обе ноги, после чего тоже решила уйти из академии. И после этого все происшествия пропали.
– Хотите сказать, что здесь замешана Клер? – я скептически задрала правую бровь. – Нет, я конечно понимаю, что ревность может толкать на страшные поступки, но не думаю, что Мелисса избавлялась от конкуренток. А если это и так, то бояться тем более нечего - Аарон не милуется с нами.
– Да ну? – теперь уже засомневались Улина и Игра, многозначительно на меня посмотрев. – Так уж вообще ни с кем?
– Если вы намекаете на меня, то спешу огорчить: я в отношениях с Ивановым. Да и вообще, Аарон меня ненавидит! Постоянно подкидывает работенку, орет, штрафует, а теперь ещё и апартаментов лишил! Если это и есть «милуется», то нафиг мне такое внимание надо. Могу даже с кем-нибудь поменяться.
Девушки на это покачали головами. Минутку мы седели молча, а после засмеялась в унисон.
– Делаем ставки, как долго продлятся их отношения, – ухмыльнулась Гильевна, положив на стол несколько монет. – Ставлю на неделю.
– Думаю полторы максимум, – загоготала Ирга и так же внесла деньги.
– Тогда я, – пришлось натянуть кривую улыбку и так же бросить ставку, – на то, что они будут вместе. Они друг друга стоят.
– Злая ты, Тори, – Улина захихикала. – Думаю, такая как Мелисса - проклятье для Аарона.
– Или Аарон станет кошмаром для Клер, – тяжело вздохнула я.
В аудиторию стали заходить мои высшие, поглядывая искося на трёх щебечущих подружек, после чего прозвенел звонок и девушки убежали к себе. Мне же ничего не осталось, как закончить этот кошмарный день. Я уже собиралась упорхнуть к себе, как спустилась с небес на землю - «к себе» уже нет. От мысли, что я буду двадцать четыре на семь сидеть в стенах академии стало как-то тоскливо. Поэтому пришлось поплестись в мою новую спальню.
Как Аарон и обещал - все было уже готово. Лайза, как моя верная рабочая сила, помогла мне разложить диван, быстро заправить его постельным, что Бухтам Магомедович любезно оставил на моей морозильной тумбочке, и начать укладывать одежду в шкаф. Моя любимая шуба, к сожалению, туда уже не влезала, но здесь нашлась хоть какая-то польза от фамильяров - сжатое пространство драконов стало моей подручной кладовкой, куда отправились еще гитарная установка и стопки непроверенных тетрадей. Эту роль я возложила на Дихрару, так как она более ответственная и реже Чайковского ошивается хрен знает где. Закончив обживаться, я отправила никудышную ведьму к себе и плюхнулась на диванчик, поморщившись - надеюсь Клер и Войт не занимались тут непристойностями. Через пару минут я осознала, что ситуация намного хуже: ещё одного спального места нет, поэтому мои фамильяры снова будут занимать две трети моего дивана.
– Гребанный Войт... – пришлось смахнуть накатившую обиженную слезинку.
– Я рад, что ты не испытываешь к нему тёплых чувств, – раздался довольный голос Сашки, а я приподнялась на логтях, чтобы с вызовом взглянуть в изумрудные глаза.
Иванов стоял у двери, подпирая косяк. Сложив руки на груди, граф улыбнулся и стал рассматривать комнату, после чего сделал заключение:
– Как раз подстать для депрессии.
– Я не в настроении, – я плюхнулась обратно и уставилась в потолок.
Ровно через мгновение туша Александра оказалась сверху, неплохо придавив меня к дивану. На его лице расцвета похабная ухмылка, а я аж сжалась.
– Я знаю, как его тебе поднять, – сладко промурлыкал он. Мне в голову уже полезли неприятные мысли, вот толко Сашка встал, бесцеремонно полез в мой шкаф, откуда достал первое попавшееся платье, и, бросив им в меня, отвернулся. – Собирайся, я покажу тебе одно райское местечко.
Выбора мне не оставили, поэтому я покорно натянула выходное коричневое платье и кисло улыбнулась ухажёру. Тот довольно мне кивнул, после чего достал переносящий камень и, схватив меня за руку, шагнул в портал. Я ожидала, что граф поведёт меня куда-нибудь в ресторан или другое интересное место. Но я не как не хотела оказаться в поместье семьи Ивановых! Это я поняла по вычурным мраморным стенам, высоким потолкам, кричащей роскоши... а ещё по ряду из пятнадцати слуг, что хором поприветствовали хозяина особняка.
– Как там ужин? Готов? – поинтересовался Алекс, скидывая с плеч преподавательскую накидку и оставаясь в полурастегнутой белой блузке.
– Через два часа будет подано на стол, господин, – тут же отозвалась крайняя служанка, украдкой бросив на меня заинтересованный взгляд.
– Хорошо, – Сашка кивнул. – Тори, знакомься, это Дая - старшая служанка. Именно она всем здесь заправляет, поэтому по всем вопросам можешь обращаться к ней. Дая, будь любезна - проведи моей гостье экскурсию по поместью, а после покажи свободные покой, в которых она сможет привести себя в порядок.
– Будет сделано, – кивнула толстенькая женщина с множеством глубоких морщин и улыбнулась мне, предлогая последовать за ней.
Минут двадцать мы блуждали по коридорам, останавливаясь то в приемной, то в комнате отдыха, то на кухне. В конце концов Дая привела меня в огромную светлую комнату.
Я с завистью уставилась на огроменную кровать, едва подавляя желание плюхнуться на неё, проверяя мягкость перины.
– Ваша ванная уже готова, – улыбнулась служанка, проводя рукой в сторону арки в стене. – Прошу, подготовьтесь к ужину с юным господином.
От этого всего стало как-то не по себе. Кажется я совсем забываю, что меня окружают одни только богачи, графы и их детки. Да и Сашка тоже высокопоставленное лицо. Поэтому пришлось глупо улыбнуться женщине и дождаться, когда она меня оставят наедине. Когда же дверь закрылась, я всё-таки позволила себе присесть на кровать... а затем с удовольствием на ней растянуться, так как это был самый лучший момент всей моей жизни.
– Я поняла, чего хочу, – сладко протянула я, вдыхая аромат свежего постельного белья. – Хочу, чтобы меня похоронили на этой кровати!
Коричневые и бежевые оттенки, нежно розовый балдахин над головой, мягкий белый ковёр с крупным ворсом, огромное окно за которым спал под снегом расчищенный сад с мраморными статуями, арка справа, ведущая куда-то ещё. Интерес взял вверх: что же находится в той комнате? Я отклеилась от кровати и последовала туда, чтобы ахнуть от очарования. Здесь находилась ванная комната, что по размерам не уступала самой спальне – каменная белая плитка, массажный стол в углу, огромное зеркало во всю стену, живые огромные цветы-деревья в углу и главная красавица - огромная вмонтированная в пол круглая ванна в центре. Даже язык не поворачивался назвать её ванной - больше похожа на круглый бассейн, который уже был заполнен горящей водой.
Не долго думая, я стянула с себя одежду и, оставив её прямо на полу, пошла к своему счастью. Спустившись по нескольким ступенькам, я тут же погрузилась в горячую воду. Объёмная мыльная пена стала ласкать мне кожу, даря незабываемое ощущение наслаждения. Правда длилось оно не долго, так как спустя минут десять в ванную зашли три служанки.
– Госпожа, – раздался голос одной из них, от чего я вздрогнула и стала активно прикрываться пеной. – Хозяин поручил вам помочь.
– Н-не надо! Я в состоянии сама справится, – я смущённо улыбнулась, однако девушки остались непреклонны.
Одна из них стала нежно намыливать не волосы, другая аккуратно терла мне кожу мягкой мочалкой, а третья - обрабатывала огрубевшие пяточки. Сначала я пыталась как-то сопротивляться, вот только быстро сдалась в нежных руках и поддалось райскому наслаждению, проклиная, что ни разу до этого не ходила в спа. А ведь это было даже не все! После банных процедур меня уложили на кушетку, обмазали маслами и стали массировать все, что только можно было. Следом меня высушили, уложили волосы и нанесли легкий макияж, а после принесли вычурное чёрное платье с глубоким бюстом.
– Мне было бы комфортнее в моей одежде, – я смущённо улыбнулась.
– К сожалению, то платье было слегка потрепанным, – огорошила меня одна из служанок, подарив очаровательную улыбку. – Нам пришлось его сжечь.
Мне осталось только поперхнуться возмущением и смериться с участью быть этим вечером сногсшибательной красоткой. Платье село в пору, и мы отправились. За огромным вытянутым столом, украшенным свечами и сервировочными салфетками, уже сидел Сашка, лениво потягивая бокал красного вина. Стоило мне зайти, как парень бросил на меня довольный цепкий взгляд. Я села на предложенное служанкой место, немного радуясь тому, что мы с Ивановым сидим на разных концах и между нами большое расстояние. Сам же граф сменил преподавательскую одежду на удобные свободные штаны и чёрную хлопковую рубашку, что даже не удосужился застегнуть. Я уставилась на триллионы ложек, вилок и ножей возле себя и взволновано сглотнула, надеясь, что Сашка не надумал подобным образом поглумиться. Наступившую тишину нарушили служанки, что принесли нам первое блюдо.
– П-приятного аппетита! – я с удовольствием засунула вилку в какое-то вычурное блюдо, похожее на тар-тар, украшенный зеленью и овощами. К моему несчастью это оказались какая-то невкусная каша, и, судя по хмыку мага, на моем лице читалось разочарование.
– Тебе не по душе пюре из кабачка?
– Я предпочитаю мясо.
На это парень жестом показал одной из служанок, которая тут же заменила блюдо. Теперь в моей тарелке красовались золотые кусочки куриной грудки с рисом и салатом. Я уж было обрадовалась жареному мяску, вот только грудка оказалась отварной, просто обмоченной каким-то соусом. Причём она была едва соленая, ещё и тянулась неприятно во рту. Через ещё пару блюд я поняла, что ничего жирного, жареного и вкусного мне здесь не дадут. Поэтому пришлось с недовольной миной уплетать овощной салат.
– Не обижайся, – раздался голос графа, что все это время смотрел на меня с виноватой улыбкой. – Мне приходится придерживаться здорового питания.
– И при этом хлещешь вино, – я скептически хмыкнула, на что Иванов усмехнулся.
– Каюсь-каюсь. На светских мероприятиях не красиво не поддержать важных персон бокалом алкоголя.
Хотелось как-то съязвить, вот только почему-то я не могла этого сделать. Возможно от того, что было непривычно видеть Сашку таким: в стенах поместья он был каким-то отрешённым, без привычной искры в глазах. Его можно понять, ведь как и в прошлой жизни он лишился родителей в раннем возрасте, а опеку над сиротой взяли дядя с тетей. Вот только в этот раз на маленького мальчика была возложена обязанность за родовое поместье и фамилию. Кстати, о приемных родителях...
– Они уехали лет пять назад, – раздался голос графа. Как он понял, о чем я думаю? – У тебя все написано на лице. Дядя и тетя уехали в глухую деревушку на окраине королевства по приказу короля.
– Короля? – я удивилась.
– Да Тори. В то время как раз встал вопрос о главенстве семьи, ну и как я прямой наследник, все было понятно. Вот только дядя не собирался так просто отдавать мне тёпленькое место, даже при учете того, что он был братом мамы и не имел кровного родства с родом Ивановых. На мою защиту встал король и сослал родственничков куда подальше. Поэтому я в этом поместье абсолютно...
– ...один – тихо продолжила я, отводя взгляд.
Александра постоянно окружают только слуги, что с самого детства заботились о нем, но это другое. В холодных стенах юный граф был одинок, не понимая, почему и в этой жизни все пошло наперекосяк. И если в прошлой жизни у него били я и Аика, то в этой бесконечная обида и пустота.
– Саш, я... – у меня даже не нашлось слов, как залечить эту душевную рану старого друга. Да и не думаю, что тут они подошли бы. Поэтому я просто встала, обошла стол и обняла парня за шею, прижимая его голову к груди. – Я люблю тебя, Саш.
Горячая рука сжала мою, словно разделяя ту боль, что маг нёс в своём сердце годами. Алекс встал и повернулся ко мне лицом, после чего достал из кармана какое-то украшение и протянул его.
– Это же?... – я с волнением перехватила небольшой круглый серебряный медальончик на цепочке. – Откуда ты его взял!?
Этот самый медальон принадлежал мне с самого детства. При этом я абсолютно не помню, откуда он взялся - лишь знаю, что мне его дал очень близкий человек. А потом он пропал. Я очень долго плакала, понимая, что потеряла последнюю частичку чего-то родного, о чем даже не знала. В доказательство своих слов я покрутила маленькие круглые диски в центре, выставляя их в нужном порядке, от чего замок открылся. Внутри все так же покоился малюсенький цветок высушенного бархатца.
– Ты его спер? – я с недовольством посмотрела на ухажёра и одела цепочку на шею.
– Ну не правда. Ты его потеряла на одном из уроков тхэквондо, – парень сложил руки на груди и задрал голову вверх, – А я его нашёл. Даже вернуть хотел, но ты вела себя плохо! А потом я вообще про него забыл.
– Ладно, – пришлось поверить на слово. – Но как он попал сюда? В этот мир?
Маг пожал плечами.
– Он был уже здесь. Всегда у меня. Каждый раз, глядя на это украшение, я вспоминал о нас: моей прошлой жизни, тебе и Аики. Я смотрел на него и старался вспомнить, какого это - видеть мир разноцветным, радоваться глупым мелочам и позволять себе кого-то любить и быть любимым. Я вспоминал о тебе, Тори.
От слов Иванова стало тоскливо на душе. Парень нежно протянул меня к себе за талию и мягко обнял, коснувшись носом моей шеи. Я положила руки ему на грудь, а после поддалась мужским чарам. Сашка медленно стал раскачиваться и крутиться со мной в медленном вальсе. Музыки не было - она звучала в наших сердцах, наполняя их спокойствием и счастьем.
– Даже не представляешь, как я хочу, чтобы ты осталась здесь со мной, – тихо выдохнул маг, все ещё не желая меня отпускать. – Рано или поздно Аарон разрешит тебе переехать, останется лишь только твоё желание.
– Я... подумаю.
Мы ещё недолго кружились, разговаривая о всякой ерунде и просто наслаждались друг другом. А ближе к полуночи Алекс достал камушек телепортации и построил заклинание в кабинет Аарона, пожелав перед сном спокойной ночи и подарив мягкий поцелуй в лоб.
Я со счастливой улыбочкой переступила переносящую воронку в тёмную комнату и плюхнулась к себе на диван. Казалось, настроение уже ничего не может испортить, вот только возле окна шелохнулся темный силуэт. Я испуганно дёрнулась, с ужасом наблюдая мужскую фигуру.
– И где тебя носило? – раздался голос Аарона, после чего он хлопнул в ладоши. Под потолком тут же загорелся освещающий шарик, открывая обозлённое лицо ректора. Мужчина сидел на ещё одном диванчике, видимо, предназначенном для Дихрары. Он прошёл недовольным взглядом по моему откровенному платью и скривил губы.
– Разве это так важно? – от ледяного тона мага было не по себе, от чего обиженная «Виктория» вылезла наружу, в очередной раз показывая свой характер. – Аарон Войт, смею напомнить, что я не ваша заключённая - где хочу, там и нахожусь.
– О да, – тихо прошипел Войт старший. – Ты не заключённая, ты – подчиненная.
– В этом случае, все вопросы о моем местонахождении задавайте в рабочее время, – я фыркнула. – В послерабочее я имею право заниматься своей личной жизнью. Это во-первых, Аарон Войт. А во-вторых, теперь это помещение - мои покои. Поэтому будьте любезны забыть сюда дорогу.
– Хорошо, – рыкнул граф и подошёл к двери. Но перед тем, как выйти, он развернулся и недовольно бросил: – Только не забывай запирать двери. Кто знает, какие ещё ночные визитеры захотят полакомиться твоей личной жизнью!
То, что Рон обиделся, я поняла на следующий день, когда тот не разговаривал со мной. Да что там! Он игнорировал меня! Я раза четыре подходила с вопросом о том, когда же наконец мне выдадут учебники на весь класс. Ответом мне стал покерфейс. И это продолжалось на протяжении ещё нескольких дней.
– Обиженка фигова, – в сердцах проговорила я, вываливая возмущение на Иргу и Улину.
Эти две местные змеюки решили пополнить свой круг общения мной, поэтому переодически заглядывают ко мне в аудиторию на чай. Теперь в моем ящике в столе появилась не только бутыль коньяка, но и вкусняшки к чаю.
– Да уж, – скривилась сестрицаЛион. – Зато теперь он за любую провинность срывается на остальных.
– Может лучше... помиритесь? – с надеждой проговорила Гильевна, а я тяжело вздохнула.
– Придётся самой идти на мировую. Сделать первый шаг, хотя я ни в чем не виновата!
– Самое главное, ему так не говори, – захихикала Улина. – Лучше смотри с щенячий взглядом.
Прозвенел звонок и преподавательницы разбежались. Я же тяжело вздохнула. Третий пары у меня сегодня нет, а это отличный шанс поговорить с Аароном с глазу на глаз. Пришлось взять себя в руки и постучаться в учительскую.
– Да, входите.
Войт развалился в своём кресле, развернув его спинкой к двери. Поэтому он даже не видел, кто вошёл. Пришлось тихонечко к нему подойти.
– Аарон Войт... нужно поговорить.
Стоило раздаться моему голосу, как ректор тут же выпрямился и развернулся, натягивая холодное выражение лица. Я, не дожидаясь разрешения, села в кресло напротив и бросила на мужчину решительный взгляд.
– О чем вы хотели поговорить, Виктория?
– Рон... хватит уже дуться на меня, – я тяжело вздохнула. – Ведёшь себя, как ребёнок. Без причины стал холоден ко мне, даже не разговариваешь!
– Тори... Вот зачем тебе это нужно? – теперь уже Аарон вздохнул и стал массировать переносицу. – Ты свела меня с Мелиссой, сама стала встречаться с Ивановым. И это после того, что между нами было! А теперь опять пришла ко мне и снова лезешь в душу. Для чего?
Я обиженно прикусила губу. Почему Войт задаёт такие вопросы? Неужели, он не рад, что вступил в отношения с Клер? А если нет, то зачем он это сделал?
Настала тишина, которую никто из нас не решился нарушать. Я, не зная, куда спрятаться от пронзительно взгляда разноцветных глазах, посмотрела на ректорский стол, бессмысленно вчитываясь в разбросанные документы. И как раз один из листиков привлёк мое внимание.
– Перевод в Академию Магических искусств? – я схватила листик и стала с интересом вчитываться в строки. – Заявление от Мелиссы? Она подала его неделю назад. Почему ещё не подписал?
Я не ожидала, что Аарон ответит, однако маг заговорил.
– Клер метит на должность преподавателя стихийной магии. Второй преподаватель стихийной магии мне не нужен, а лишаться такого ценного сотрудника как Игорь я не хочу.
– Тогда, может быть, имеет место назначить её на какую-нибудь другую дисциплину? К примеру, ввести предмет финансового распределения. Как раз юным графам будет полезно изучать ещё и умение грамотно распоряжаться со своими поместьями.
– Если бы, – архимаг горько ухмыльнулся. – Клер дала четко понять, что она хочет заниматься исключительно стихийниками. Поэтому, я не уверен, нужен ли мне ее перевод в нашу академию.
– Да уж, а поддерживать отношения на расстоянии то ещё удовольствие.
Мы в коем-то веке посмотрели друг на друга. Аарон выглядел уставшим, как никогда. Он словно несколько дней не спал.
– Я ещё не представил Мелиссу своей официальной спутницей. Да и не думаю, что эта интрижка приведёт к чему-то большему...
– Потому что тебе что-то мешает?
– Кто-то, – ректор снова тяжело вздохнул и грустно улыбнулся. – Тори, все не просто. Но я рад, что ты пришла.
– Я... тоже, – щеки позорно вспыхнули, а Виктория спряталась в свой уголочек, не собираясь выходить и язвить. От откровения Аарона стало даже как-то приятно внутри. А может быть от мысли, что они с Клер не так близки.
К моему удивлению, маг постучал по столу и протянул мне появившейся бокал с виски.
– Выпьешь со мной?
– На рабочем месте? – я растянула ехидную улыбку,
– А тебя это останавливало?
Я приняла бокал и звонко чокнулась с мужчиной, после чего сделала глоток горячего напитка.
– Примем это как примирительный жест, – наконец улыбнулся Рон и снова сделал глоток. Мгновение он помолчал, после чего отвёл взгляд и тихо проговорил. – А Алекс? Как развиваются ваши дела?
– Намного лучше, чем я предполагала, – я опустила глаза в стакан и грустно улыбнулась. – Я переживала, что Сашка будет таким же, как в прошлой жизни. Однако, в это раз он заботлив, аккуратен и не позволяет лишнего.
– Рад за тебя, – голос ректора не выражал радости. Скорее наоборот - чувствовались нотки ревности и обиды. – Если хочешь, можешь переехать к нему.
– Нет, – пришлось покачать головой, чему мужчина удивился. – Хоть у Иванова и неплохие апартаменты, слуги, что регулярно делают мне массаж, и огромная ванная... всё-таки я больше предпочитаю находится под твоей защитой. Тем более, ты же не хочешь, чтобы я покидала стены академии?
– Н-не хочу, – кивнул Рон, после чего залился радостной улыбкой. – Мне приятно, что ты так думаешь.
Я допила в несколько глотков виски и облегченно вздохнула, после чего встала и смущённо проговорила:
– Я... наверное пойду.
Аарон на это лишь кивнул. Я уже собралась было покинуть кабинет, как на пороге встретилась нос к носу с Мелиссой.
– Я к Рону, – фыркнула она, обходя меня стороной. И ее взгляд... от него пробежали мурашки по коже. Я лишь отмахнулась от неприятных мыслей и пошла обратно к себе в аудиторию.
Пары пролетели в один миг. После пришлось задержаться в библиотеке, так как ректор сообщил по переговорному кристаллу, что мои учебники наконец прибыли. Ну и пока я заполняла нужные бланки, подписывала книги и изучала темы обучения, уже настала ночь. К себе я пришла без сил и сразу плюхнулась в кровать. Дихрара ещё днём улетела по каким-то своим драконьим делам, предупредив, что будет поздно. Поэтому её диван у окна пустовал, а я наслаждалась лишь сопением Чайковского под боком. Именно под него я и провалилась в глубокий сон.
***
– Смотри, Тори, это сюжетный клубок, – проговорила блондинка, показывая маленькой девочке с хвостиками на стол.
Девушка махнула рукой, и тут же поверх мебели появилась золотая печать из нескольких кругов и непонятных символов между ними. Иероглифы медленно крутились, приводя девочку в восторг.
– Тётушка Эммилеркая, а для чего этот клубок нужен? – малютка хлопнула глазами и перевела взгляд на девушку.
Блондинка тяжело вздохнула.
– Все тебе разжёвывать надо! Когда мы попадаем в другой роман, мы первым делом заглядываем в сюжетный клубок. В первую очередь, чтобы понять, насколько силён сюжет. Если он нестабилен, то может размотаться, а роман станет полноценным миром, избавившись от оков автора. Вот, смотри...
Блондинка дотронулась до крайнего кольца печати и аккуратно потянула за него. Тот покорно отцепился и, словно ниточка на веретене, потянулся за тонкими пальчиками. В тот же миг по столу пробежала золотая искорка, оставляя после себя глубокую трещину.
– Именно так и разрушаются романы. Поэтому пока мы прячемся от других, нужно стараться не влезать в сюжетные линии, или привлечём внимание и этот мир придут зачищать.
– Хочешь всё-таки попробовать научить её междумирной магии? – раздался уставший голос сзади.
– Мамочка! – девочка качнула хвостиками и, словно позабыв о интересном занятии, бросилась в тёплые объятия.
– Если эта девчонка всё-таки одна из нас, то нужно использовать это, – блондинка фыркнула, закрывая золотую печать. – Хреново выглядишь, Коллет.
– Ещё не могу адаптироваться к местной магии, – девушка качнула темной косой и тяжело вздохнула. – Слишком резонируют магические частицы в воздухе.
– В этом я всегда была лучше тебя, – Эммилеркая задрала подборок. – Как и в плетении сюжетных дыр и чувстве эфемерной материи миров.
– Зато я великолепно увожу в забвение сюжетные линии, что почти никто из междумирок не умеет, – Коллет лишь зло засмеялась. – Именно поэтому мы с тобой идеальная команда.
– Ага. Вот только за столько столетий нам и не удалось найти идеальный, гибкий сюжет...
***
Я проснулась среди глубокой ночи от удушающего чувства. В голове звенело, а к горлу прикатывал рвотный ком. Мгновение перед глазами все плыло, а я старалась проморгаться. Через пару минут наконец я пришла в порядок и присела на диван, стараясь не разбудить Чайковского.
– Какого?!...
Вместо привычного кабинета Аарона я увидела нечто необыкновенное. Всюду витали маленькие золотые искорки и тоненькие разноцветные линии. Некоторые из них переплетались и вились возле едва горящего освящающего магического шарика под потолком. А когда несколько искорок подлетело к моим пальцем, я почувствовала знакомое покалывание.
– Неужели это и есть магические частицы и потоки? – удивленно прошептала я. – Но почему я их стала видеть?
Мой взгляд зацепился за стену возле окна. Как раз там были большое скопление частиц и потоков, что витали возле огромной золотой схемы из колец с символами. Эта печать накрывала что-то на стене. Я тихонечко встала, поправила чёрный спортивный топ и подошла поближе к стене. За печатью находился какой-то рисунок из красных, немного светящихся линий, что составляли какую-то сложную схему из множества кружочков, квадратов и непонятных надписей. Гэхекен на моей груди почему-то стал нагреваться, словно требуя отойти. Я же, завлеченная интересным открытием, потёрла о розовые спортивные штаны вспотевшие от волнения ладони и робко дотронулась до крайнего кольца золотой печати. То покорно поддалось и потянулось следом, становясь тоненькой нитью, за которую я неуверенно потянула.
– Тори? – раздался сонный голос Чайковского сзади, а я отвлеклась, посмотрев на дракона. Тот выглядел встревоженно, с опаской смотря мне за спину. – Что-то не так. Я почувствовал какую-то сильную магическую энергию.
– Тут что-то есть, – тихо прошептала я, снова поворачиваясь к печати.
Золотые лини стали медленно расходиться, словно распустившиеся нити вязаного свитера, и через мгновение от магических колец не осталось и следа. Зато та схема, что пряталась за ними неожиданно засветилась ярко красным и стала расти во всю стену, мгновенно покрывая комнату.
– Тори!!! – раздался испуганный голос дракона, что тут же рванул в мою сторону.
Раздался громкий хлопок - стена, на которой находилась красная схема взорвалась, покрывая всю комнату огнём. Опора под ногами стала проваливаться, а после я ощутила морозный воздух и стала падать вместе с обломками огромных камней.
– Поймаю! – пасть Чайковского захлопнулась прям перед моим носом, хватая Гэхекен.
Религия Войтов неприятно врезалась в кожу, не давая возможности дышать. Я даже на мгновение подумала, что все обошлось, вот только тоненькая цепочка резко расстегнулась, отправляя меня снова вниз. Последнее, что я запомнила - это полыхающее огнём здание, испуганное выражение морды дракона, из пасти которого слегка поблёскивала цепь Гэхекена, и груда камней и массивных металических балок, летящих вслед за мной. А затем секундная боль в груди и темнота.