SEXT
Дни становятся теплее, и Тэхен считает, что ему нужно заменить толстую университетскую толстовку на более тонкую бейсбольную футболку, чтобы бороться с солнцем, падающим на его спину. Он находится в офисе администрации, обмахивается брошюрой, когда приходит сообщение.
Эй, нам нужно поскорее назначить дату.
Это от Чонгук. Тэхен хмурится, читая баннер уведомления на экране заблокированного телефона, затем пролистывает вправо.
для чего??
вечеринки расставания
помнишь?
О да. Это. Тэхен забыл все об этом. Все о том, как их дни сочтены.
omg да, я совершенно забыл об этом
да мы должны
когда?
я тоже хаха упс
уххх
в следующем месяце? середина апреля
поэтому нам не нужно беспокоиться об этом во время экзаменов в мае
Тэхен сглатывает. Месяц. Это не так уж плохо, предполагает он.
15 апреля? прямо посередине?
Эй, звучит неплохо.
мы можем сделать это у меня дома.
и поделить расходы на еду
отлично
чувак мне грустно
это было весело
я буду скучать по тебе
Дерьмо. Тэхен смотрит, как отправляется последнее сообщение, синяя полоса мчится по верхней части текстового поля. Он должен был отступить, пока мог. Но Чонгук уже отвечает.
лол расслабься
у нас еще целый месяц впереди.
Но да, я знаю
аналогично
я тоже буду скучать по тебе.
Этот зловещий срок. Тэхен блокирует телефон, бросает его в рюкзак, закидывает на плечо и прощается с Сокджином, уходит на весь день. Он ехал на велосипеде, когда снова раздается уведомление, и он знает, что это от Чонгука. Он настроил колокольчик, когда они только встретились, но не останавливается, пока не добирается до дома, паркуя велосипед у забора.
я должен научить тебя кое-чему за последний месяц
~опыт обучения~
ты можешь взять его с собой до конца своих дней.
– Чимин?- крикнул Тэхен, бросая рюкзак. Нет ответа.
lol, чему ты мог бы меня научить?
хм
что на тебе сейчас надето?
Горло Тэхена сжимается быстрее, чем захлопывается дверь. Святое дерьмо, Чонгук, блять, издевается над ним. Он начинает разговор с напоминания о том, что, между прочим, мы разрываем эти фальшивые отношения через месяц. Кроме того, позволь мне научить тебя секстингу.
(кстати, не чувствуйте себя обязанным отвечать на это, если ты не хочешь)
(но приглашение в силе, если передумаешь)
(просто развлекуха!!)
Тэхен чувствует как его язык становится ватным, как будто он принял слишком много ударов, но он хочет. И он делает это.
эм
моя униформа гида
бейсбольная футболка?
в любом случае я думал о тебе в тот раз когда я заходил
я думал о том, чтобы снять ёе с тебя в своей комнате.
я думал обо всем, чтобы ты захотел, чтобы я сделал с тобой.
Серые пузырьки не перестает появляться, и Тэхен чувствует, как мир наклоняется под ним. Слава Богу, Чимина нет дома, думает он, пробираясь в их комнату и закрывая дверь, запирая ее. Не то чтобы Тэхен не занимался вещами, которые мог бы унести в могилу, не видя, но все же.
я хотел, чтобы ты
дотронулся до меня
везде, засунь свою руку мне в штаны и заставь меня умолять.
Пальцы Тэхена дрожат. Он не знает, что делает, но Чонгук думает, что он хорошо справляется, поддерживая его за руку проходя через все, его тексты становятся все грязнее и грязнее, когда они выстреливали (отвечали) друг другу. В какой-то момент он перекатывается на живот и громко стонет из-за трения об тяжелеющего жара между ног. Контакт заставляет его осознать, как сильно он хочет, нуждается в физическом прикосновении. В момент нелепой, смелой храбрости он пишет...
я могу приехать
я могу приехать сейчас
и Чонгук делает паузу на другом конце.
(серьезно?)
Тэхен облизывает губы.
(я хочу.)
Серые пузырьки долго не появляются. Тэхен сходит с ума, когда, наконец, приходит ответ.
(приходи тогда)
Чонгук живет не так далеко, но кажется, что прошла целая жизнь, прежде чем Тэхен доберётся до его квартиры. Он в отчаянии натягивает рубашку поверх штанов, поднимаясь по лестнице через две ступеньки на этаж Чонгука, и громко стучит в дверь. Она открывается сразу же, как будто Чонгук ждал.
– Ты уверен в этом, - говорит он, глядя в темноту. На нем футбольные штаны Adidas и Майка, как будто он собирался пойти в спортивный центр с Чимином. – Ты знаешь... ты знаешь, что это не так, я не знаю...
– Ты только занимаешься FWB и перепихонами, верно? - Тэхен переступает порог, потная бейсбольная футболка прилипает к его коже. – Ни романтики, ни любви, верно?
Верно?
– Я...- адамово яблоко Чонгука подпрыгивает, когда он сглатывает. – Пожалуй.
– Так что все в порядке, это ничем не отличается, верно? - спрашивает Тэхен. – Мы просто друзья, разыгрывающие всех остальных, с небольшим количеством случайного секса на стороне, верно?
Чонгук не отвечает ему, протягивая руку, и Тэхен дает, и они терпят крах вместе. С некоторой экспертной координацией они попадают в комнату Чонгука - это хорошо (у него есть односпальная кровать), хоть она и размером с гардеробную, большинство одежды на полу, но это нормально. Она смягчает падение, когда нога Чонгука зацепляется за лодыжку Тэхена, и они спотыкаются друг о друга.
В конце концов, Чонгук действительно подносит Тэхена к стене, к которой его кровать прижата. Он намного мягче, чем ожидал от него Тэхен, даже если он толкает его сзади; он продолжает тянуться, чтобы повернуть лицо Тэхен, чтобы он мог поцеловать уголок рта Тэхена.
Когда они закончили, он не двигается, чтобы стереть семя с кожи Тэхена, но при этом он не говорит Тэхену встать с постели. На самом деле он даже ничего не говорит, когда Тэхен свернулся на самой краю его матраса - после того, как он выбросил презерватив, Чонгук просто залезает к нему обратно в постель. Он не прикасается к нему, но они встречается лицом к лицу, его лицо без эмоций, глаза медленно закрываются, пока его дыхание не углубляется, и Тэхен не позволяет ритму убаюкивать его тоже.
Он мечтает о мире, где у них нет аудитории и нет пранков, где никто не смотрит, и Чонгук целует его без необходимости объяснения причин. Тэхен мечтает о том далеком месте, где единственное свидание, о котором им нужно беспокоиться, - это их годовщина, а не вечеринка расставания, и он просыпается, чувствуя боль в местах, которые он никогда не испытывал после секса. Чонгук все еще спит, теперь на спине, и Тэхен садится с гримасой. Он долго смотрит на Чонгука, опирается на одну руку и наклоняется.
Чонгук не проснется, он уверен. Он крепко спит. Тэхен знал это с самого первого дня, прижимаясь губами к губам Чонгука. Что он должен был догадаться, думает он, надевая брюки и натягивая одежду, так это о том, что это было бы так похоже на него - влюбиться в кого-то вроде Чонгука. Кто-то безнадежный и мимолетный, как сон.
***
Тэхен поднимается до нового статуса FWB, можно подумать, что они оба пользуются выгодой от этих фальшивых отношений в последние несколько недель вместе. Он становится постоянным гостем в квартире Чонгука, Хосок и Намджун даже не успевали моргнуть, когда он появлялся, а Чонгук, даже не поздоровавшись, швырнул его в комнату.
В последние время они мало разговаривают, ограничиваясь в основном секстингом и настоящим сексом. Легче уйти, не попрощавшись друг с другом после вечеринки расставания, рассуждает Тэхен, пока Чонгук наблюдает, как он скачет на его члене с холодной непроницаемостью в глазах, руки держащие бедра Тэхена сжимают до синяков. Тэхен всегда следит за тем, чтобы случайно не заснуть на всю ночь, и не раз просыпается, свернувшись калачиком рядом с Чонгуком. Он всегда уходит до восхода солнца, так удобней для них обоих, целуя Чонгука перед уходом. С наступлением лета он обнаруживает, что должен просыпаться все раньше и раньше, чтобы собрать свои вещи. В какой-то момент он просто начинает бороться со сном, пока Чонгук вежливо не выйдет, прежде чем скользнуть в ночь, как тень.
– Ты в порядке?
Чимин задает вопрос за две недели до назначенной даты, и Тэхен поднимает взгляд от яичницы, которые он жарит на обед, основание его позвоночника все еще болезненно пульсирует. Он поднимает голову и видит Чимина стоящего за стойкой, лицо которого наполнено беспокойством.
– Я в порядке.
– Ты выглядишь хреново, - говорит Чимин. – Ты уверен? Иногда ты возвращаешься очень поздно ночью.
– О, да, я знаю, - Тэхен вздыхает, разбивая яйца и ругается себе под нос, когда каждый из желтков лопается и бежит в сковородку. – Тяжелый семестр.
– Это все? Учеба?
– Да, - отвечает Тэхен, наклоняя сковороду. – Знаешь, психология сложнее, чем кажется.
– Я просто беспокоюсь за тебя, - говорит Чимин, бросая рюкзак на стул и открывая холодильник. – В последнее время ты гораздо больше разговариваешь во сне, чем обычно.
Тэхен замирает.
– И что например?
– Ничего особенного, - говорит Чимин, роясь. – Иногда всплывает имя Чонгука, иногда ты просто кричишь и шумишь. Ты просто делал это чаще на экзаменационной неделе, а не в середине семестра.
– Оу. Извини.
– Все в порядке. - Чимин выпрямляется, вооружившись замороженным курицей. – Просто поговори со мной, если захочешь, хорошо? Мы уже давно лучшие друзья.
– Спасибо, Чимин.
И на мгновение Тэхен чувствует себя плохо из-за этого пранка.
***
За неделю до дня D, Тэхен получает сообщение от Чонгук, что, впервые за месяц, не начинается с, ты хочешь узнать, что на мне надето? а вместо этого написано,
можешь принести мне немного своего тайленола?
да, конечно!
ты болен? D:
угу
прости, но у нас закончились лекарства.
и я хочу увидеть твое тупое лицо.
Тэхен поднимает брови, прочитав последнее сообщение. Вряд ли Тэхена нужно уговаривать пойти к нему домой, но, может быть, Чонгук с лихорадкой более правдив, чем Чонгук без.
Он заходит в их комнату и видит, что Чонгука, завернувшегося в одеяла, сидит в кресле на балконе и шмыгает носом, словно от этого зависит его жизнь.
– Эй, - зовет Тэхен, открывая раздвижную дверь. – Почему ты здесь?
– Моя комната похожа на чашку Петри, - объясняет Чонгук, когда Тэхен протягивает ему бутылку с водой и откручивает крышку тайленола. – И воздух здесь лучше.
– Думал, что ты переболеешь к середине весны, - Тэхен качает головой.
– Это ринит, - жалуется Чонгук. – Думаешь, пыльца с этим согласится?
Тэхен только смеется, качая головой.
– Хочешь, я принесу тебе еще одеял или еще чего-нибудь?
– Нет, - возражает Чонгук. – Просто посиди со мной.
– Хорошо, - говорит Тэхен, и Чонгук со вздохом наклоняется к нему. Сначала он не знает, куда положить руки. Затем он запускает руку в волосы Чонгука и проводит по ним пальцами. Чонгук потный от лихорадки и сильно дрожит, но после того, как лекарство подействовало, он начинает расслабляться. – Ты беспомощен, когда болеешь, не так ли?
– Заткнись, - сопит Чонгук, едва ли угрожая своим заложенным носом.
Тэхен смеется. С наступлением темноты звуки города усиливаются. К тому времени, как солнце скрылось за горизонтом, сопение Чонгука прояснилось, и рука Тэхена затекает.
– Чувствуешь себя лучше?
– Лучше, - говорит Чонгук. – Теперь я чувствую себя более живым.
– Хорошо. Я люблю моих людей милыми и живыми.
Чонгук слабо хихикает.
– Ты чертовски странный.
– Я думаю, что тебе нравятся твои люди милыми и странными, учитывая компанию, с которой ты общаешься
– Думаю, с этим не поспоришь, а?
Вокруг снова воцаряется тишина. Затем, ни с того ни с сего, Тэхен должен узнать. Он должен, по крайней мере, получить конкретный ответ.
– Эй, Чонгук?
– Ммм?
– Кто мы?
Тэхен сожалеет о словах, как только он их произносит. Они падают между ними, как камни, и перемена настроения ощутима, почти слышна. Пальцы Тэхена все еще в волосах Чонгука, и внезапно, слишком внезапно, рев далекого транспорта становится громким и угрожающим, грохоча в ушах Тэхена в такт его сердцебиению.
– Что ты имеешь в виду, - спокойно отвечает Чонгук, не отстраняясь, но Тэхен чувствует, как напрягаются его мышцы. – Мы просто - два человека, которых подставили вместе, верно?
– Да, - кивает Тэхен, желая отсесть в сторону, но слишком боясь отодвинуться. Слишком боясь, что это будет последний раз, когда они так сидят. – Но, все же, мы. Мы что-то большее?
Чонгук - тот, кто отсаживается, отталкивая Тэхена достаточно, чтобы он понял намек и отошел.
– Мы друзья, - заявляет Чонгук, глаза темные и непроницаемые. – Друзья, разыгрывающие остальных наших друзей. Верно? Что еще вы имели в виду?
Верно?
Слова эхом окружают их, Чонгук произносит это так, будто не уверен, напоминает ли он Тэхену или себе.
Кажется, что тело Тэхена выходит из-под его собственного контроля, хотя оно делает то, что хотело, уже давно; Чонгук стоит неподвижно, когда он тянется вперед, проводя рукой по шее Чонгука, пока она не обхватывает щеку Чонгука. Это, кажется, немного удивляет Чонгука, и он опускает свой взгляд вниз, чтобы посмотреть на руку Тэхена на своем лице, а затем снова в глаза Тэхена.
– Что ты... - шепчет он, но конец фразы теряется, когда Тэхен наклоняется и целует его. Целовать кого-то, кто не отвечает, но не отталкивает его, разочаровывает. Целовать кого-то, кто целовал его в ответ с пылом и безудержным отчаянием, который приходит в себя и превращается в лед в такой момент, как этот, хуже всего. Тэхен крепче прижимается губами к губам Чонгука, ожидая, желая чего-то, но через несколько мгновений он отступает назад. Его сердце стучит в ушах, и он единственный, кто это чувствует.
– Ничего, - бормочет он, убирая руку с лица Чонгука. – Действительно ничего?
– Тэхен, - говорит Чонгук, протягивая руку. – Тэхен, мы с самого начала говорили, что это, - Чонгук показывает на пустое пространство вокруг них, на фальшивый маленький пузырь, в котором они живут, – не реально. Это шутка. Шутка, помнишь? У нас все будет хорошо. Таков был план.
– Хорошо, - отвечает Тэхен, вырывая запястье из пальцев Чонгука. – Верно, я облажался. Просто. Притворись, что этого не было.
– Тэхен, подожди...
– Нет, все в порядке. Давай вернемся, пока тебе не стало хуже.
– Подожди и послушай! – срывается Чонгук, и Тэхен останавливается, чтобы встать. – Я не знал тебя... я думал, что ты...
– В том-то и дело, Чонгук, - холодно отвечает Тэхен. – Ты не знал. Ты думал. Ты предположил. Но ты когда-нибудь думал сказать мне, напомнить мне, Эй, Тэхен. Ты мне не нравишься, я не вижу тебя в таком смысле, это просто хитрый план, чтобы разозлить наших друзей? Ты действительно думаешь, что, когда ты ввалилась ко мне в окно в 4 утра, когда ты научил меня секстингу и не останавливался, когда одна ночь превратились в две, три, четыре ночи, когда ты попросил меня навестить тебя сегодня , потому что был ты болен и хотел, чтобы кто-то был рядом, не Чимин или Намджун или не кто-то другой, а я, я, когда мы делали все это вдали от всего мира - не заставило бы меня поверить, что ты, так или иначе, думали обо мне больше, чем просто соучастник преступления? - теперь дыхание Тэхена вырывается наружу тяжелым пыхтением, полная грудь гнев бурлит по краям.
Чонгук невероятно тихий.
– Это было наше соглашение, - говорит он так бесстрастно, что Тэхену хочется схватить его за плечи и хорошенько встряхнуть, просто чтобы посмотреть, услышит ли он, как душа Чонгука бьется внутри него. – То, что это не реально. Мне жаль, что ты чувствуешь, что я обманул тебя.
Тэхен чувствует, как силы покидает его тело, с каждой секундой все более истощаясь.
– Нет, ты никогда не был должен мне объяснять, - говорит он. – Мне тоже жаль, что мне пришлось влюбиться в кого-то, кого так пугают его собственные эмоции.
Ярость, горячая, как магма вспыхивает на лице Чонгука.
– Ты знал это с самого первого дня, - выплевывает он. – Ты знал, и это, по крайней мере, я напоминал тебе снова и снова, и ты не возражал. Ты никогда ничего не говорил. Ты никогда не просил больше, и, кажется, тебя это устраивало.
– Я никогда ничего не говорил, потому что все, что я мог сделать, это сказать себе, что то, что я хотел было просто сном, - отстреливается Тэхен. – Как, черт возьми, я мог что-то сказать? Ты сам сказал, Ты напоминал мне снова и снова. Как, черт возьми, тогда, Чон Чонгук, я мог просить тебя о большем, когда все, что ты сделал, это сказал мне, что ты до тридцати лет будешь холостяком?
– Я не мог... - слова Чонгука застревают в резком кашле, и его тело сотрясается от них. Тэхен напрягся, желая лишь провести рукой по спине Чонгука, но не смог заставить себя сделать это. В последний момент, однако, он сдается, протягивая руку, но Чонгук отмахнулся от него.
– Не надо, - хрипит он. – Не надо. Иди домой. Чем дольше ты будешь видеть мое лицо, тем больше ты будешь злиться, просто иди домой.
Так Тэхен и делает. Отвернутся от Чонгука, ему физически больно. Его внутренности, только что казавшиеся горячими извивающимися змеями, теперь стали кирпичами и свинцом. Он волочит ноги и борется с желанием оглянуться, даже когда Чонгук перестает кашлять, и, насколько Тэхен знает, возможно, он остался совершенно один.
давайте сделаем это на неделю раньше. вечеринка по поводу расставания.
это завтра...
Я знаю.
ты не против?
угу.