Пыльные листья
Что-то гудит. Не дает спать. Встаю, выглядываю в окно: мусоровоз. Ясно. Душно. Приоткрываю окно. Хочется спать. Вчера к соседке опять приходили гости, не давали уснуть. Судя по речи – русские, жаль, что не самые адекватные из них. Играли в карты, орали, долбили в дверь, не исключено, что пили. Иду в душ. Собираюсь на занятия.
Спускаюсь вниз. Встречаюсь с соседом снизу – японцем.
– Hallo!
– Hallo, – вот тоже и предложения по-немецки не свяжет, а сколько дружелюбия в одном слове. Сразу посветлело на душе.
Внизу встречаюсь с Ритой. По дороге покупаем кофе.
– Не вздумай переводиться. Да, сначала будет тяжело, зато поднимешь свой уровень. Нужно преодолевать себя.
– Ладно, посмотрим.
До Гетеплатц доходим вместе, а потом расходимся: я – направо, она – налево.
– Встретимся в обед в Мензе, – имеет в виду «Mensa am Park», столовую. Киваю ей и поворачиваю.
***
На занятии нужно было рассказать о своей стране, используя наскоро накиданный тобой рисунок. Моей задачей, как выходца из страны, заканчивающейся на -стан, было, в первую очередь, развенчать сложившиеся у некоторых людей стереотипы о моей стране и представить ее тем, кто не знал о ней ничего. А такие люди, безусловно, были. Я, конечно, говорю не о русских или украинцах, но в моей группе были еще жители Америки, Франции, Тайваня, Румынии и Словакии. Вчера, например, мы попросили у Марио ноутбук, чтобы посмотреть фильм, и обнаружили, что он гуглил нашу страну. Человек потратил свое время, хоть на том спасибо. Вообще, я никого не осуждаю. Некоторые люди просто не интересуются географией. Я вот, к своему стыду, не совсем представлял, где находится Лаос. Но, познакомившись на днях с его уроженкой, постарался заполнить этот информационный пробел.
Отмучившись, вместе с остальными покидаю класс. О боже, уже пекло. Козырек из руки. Иво уже на своем месте, собрал вокруг себя представительниц слабого пола. Дает прикурить брюнетке из другой группы. О чем-то беседуют. Даже говори я на немецком, как на своем родном, я бы не смог вот так просто... Бросает на меня взгляд, кивает, приветствуя. Едва заметно киваю в ответ и прохожу мимо. Нужно торопиться: договорился пройтись по магазинам с Ритой, а еще домашку делать. Кто бы подумал, что и здесь будут давать задание на дом.
***
Зашли с Ритой в Гете Кауфхауз за продуктами. Нужно будет не забыть заскочить сюда в конце недели: по воскресеньям магазины закрыты. Закинули купленное каждый к себе и отправились в хваленый Атриум: погулять, присмотреть сувениры для родных.
Тут и правда есть многое. Одежда, аксессуары, мороженое. Пока Рита перемеряла один бутик за другим, я присмотрел для сестры заколку в виде звезды, а для себя радужный браслет, хотя вряд ли отважусь надеть его у себя в городе. Впрочем, почему нет? Никто толком и не знает, что значит это сочетание цветов. А может, я фанат пони.
Сижу на скамейке, ем ванильное мороженое. Жду Риту.
– Have come so far to eat ice cream? There is «das eiscafe» on Theaterplatz, you know? – на этот раз узнаю по голосу, серьезно, насколько мал этот город?
– You can talk to me in German, you know?
– Yes, I know. But you've had enough German today. Now you can relax...
– Speaking English, – забавно.
– You could speak your mother tongue.
– And you wouldn't understand a word.
– Damn it, you're right. It never occurred to me, – говорит, смеясь. – What's your name by the way?
– It's Daniil, – английского аналога не называю (пусть зовет как есть), как и уменьшительно-ласкательного. Один раз представился Даней – чуть не стал государством Северной Европы.
– Daniil, – о, а у него неплохо получается, – you already know my name, don't you?
– Yes, I do. It means «yew tree», right?
– Never really looked it up.
– That's my hobby. Names.
– And what's the meaning of yours? – мое внимание отвлекает проходящая мимо пара. Пара держащихся за руки парней. Перевожу взгляд на Иво. Смотрит на меня странно, не знаю, как истолковать его эмоции. – Is it inappropriate for people in your country to love each other regardless of sex?
– No, it's inappropriate to show it. We... – блядь, что я несу?! – These people try to hide who they really are, at least in front of strangers.
– It must be really hard... for them, – все-таки понял? В глазах вижу... жалость? Нет уж, увольте.
– А я тебя везде ищу, – Рита, ты мое спасение! – Ой, – замечает Иво, – Entschuldigung.
– Es ist okay, – поворачивается ко мне, – See you tomorrow(1).
Киваю ему, беру Риту за локоть и увожу.
– Ты что творишь? Да за него же умереть можно!
– У тебя уже есть парень.
– Дурень, я про тебя.
Интересно, я выгляжу так же глупо, как себя ощущаю?
– Думал, получится обдурить меня? Да какой нормальный парень будет спокойно спать в одной кровати с ТАКОЙ-ТО девушкой?
– А вы себе не льстите, мадам? – бесполезно скрывать очевидное.
– Отнюдь.
Пока мы шли домой, она нас с ним уже поженить успела и начала планировать медовый месяц. Самое замечательное в жизни за границей: ты можешь говорить о чем угодно и как угодно громко на своем родном языке, и никто ничего не поймет.
– Ты вообще видела, КАКИЕ на него девушки вешаются?
– Но ты-то не девушка.
– О том и речь, Рита, – о том и речь.
***
Сижу в темноте. Заснуть не получается. Вся музыка в телефоне напоминает о доме: включил радио, немецкое конечно же. Уже наткнулся на парочку неплохих песен. Впервые замечаю на стене флуоресцентные наклейки-звездочки. Слабо, но рассеивают темноту. В ушах – Олаф Бергер «Du hast mich niemals verloren». Занятная. Прогноз погоды в Тюрингии. Все та же жара.
***
– Как же это красиво.
– Auf Deutsch, Danja!(2)
Уж и восхититься нельзя по-нашенски. Знакомьтесь: тиран Юрген – преподаватель второй группы. Они с Анной иногда меняются, чтобы разнообразить наши занятия и свести меня в могилу. Слишком эгоцентрично? Но это правда. Сегодня, к примеру, он заставил меня отжиматься, чтобы расширить грудную клетку, а потом говорить с расставленными руками, пока он кричал: «Lauter! Lauter!»(3) Я, видите ли, слишком тихо говорю.
Лучше буду восхвалять великолепие Эрфуртского собора про себя. Не могу отвести глаз от витражных окон. Кажется, сказали, что из пятнадцати осталось только двенадцать. Но и их достаточно. Каждое рассказывает свою часть истории о Деве Марии, жизни апостолов и святых. Но мне они напомнили калейдоскоп: так же невозможно оторваться. Пора уходить.
Ветрено. Пасмурно. Либо я вообще ни бум-бум в немецком, либо здешние синоптики тоже ошибаются. А какая погода будет сегодня, вы узнаете завтра. Мило. На мне только футболка, а соски как у «Замерзшей из Майами». Экскурсия же по городу только началась. Иво – паразит. Стоит себе в своей зеленой куртке и шапке. С такими локонами и вечной небритостью мог бы обойтись и без головного убора. Тепло тебе, скотина?
Мне вручают листок с заданием: нужно найти эти места в городе и заполнить пробелы.
– Heute arbeitet ihr in Paaren(4).
Paaren? Супер. Гении, ничего, что у нас тут нечет?
Как я и думал, все раскидались, а я остался не у дел.
– Ah so, – Юрген потер подбородок. – Danja geht mit Ivo(5).
Спасибо, парень, теперь меня вообще все любят. Все разошлись, а мы стоим. Смотрит. Слова не идут с языка, ноги не идут тоже. А он чего ждет? Подходит, накидывает на меня куртку. Тепло Иво. Запах Иво. Жестом говорит идти.
– So you were waiting for others to leave because of this? – приподнимаю куртку и просовываю руки в рукава.
– Not only. Now we can speak English, – ему-то зачем все это?
– Aren't you cold?
– I have Italian blood.
– Oh, that explains a lot.
– What exactly?
– Почему ты такой горячий.
– Come again?.. – останавливается.
– It explains why your skin is so dark, – хмурится.
– So your fair skin, hair and blue eyes say that you're Russian?..
– Not blue.
– What?
– My eyes. They're greenish gray.
– Really? – подходит, наклоняется. Слишком близко. Глаза в глаза. – Now I see. Like dusty leaves.
– What a nice simile! Thank you, – отстраняю его рукой и иду вперед. Смеется, догоняя. Хватает за руку.
– I believe this is one of the places we need, – показывает рукой на желтый дом с цветами на окнах. – It's «Haus zum Sonneborn» – city wedding Palace.
Нахожу название на листке. Тем временем Иво рассказывает мне, что оно произошло от названия фонтана или источника. А на месте бывшего фонтана художником Гюнтером Райхертом сооружен кованый «дом», на прутьях которого развешано множество цветных металлических замочков. Выглядит знакомо.
– Do you know what it is?
– Yeah, we have something like that in our town, – хотя у нас это делается на мосту в парке.
– Wanna have your own lock someday?
– That's never gonna happen.
– Why?
– Let's go to the next place(6).
***
Перевод диалогов:
1) – Проделал такой путь, чтобы поесть мороженое? На Театрплатц есть кафе-мороженое, знаешь?
– Ты можешь говорить со мной по-немецки, знаешь?
– Да, я знаю. Но хватит с тебя на сегодня немецкого. Можешь расслабиться...
– Говоря на английском.
– Ты мог бы говорить на родном языке.
– И ты не понял бы ни слова.
– Черт, ты прав. Это не приходило мне в голову. Кстати, как тебя зовут?
– Даниил.
– Даниил. Мое имя тебе уже известно, не так ли?
– Да. Оно означает «тисовое дерево», верно?
– По правде говоря, никогда не проверял.
– Это мое хобби. Имена.
– А какое значение у твоего? Там, где ты живешь, неприемлемо любить друг друга независимо от пола?
– Неприемлемо показывать это. Мы... Эти люди стараются скрывать, кто они на самом деле, по крайней мере, перед посторонними.
– Это, должно быть, действительно нелегко... для них.
– Прошу прощения.
– Все в порядке. Увидимся завтра.
2) На немецком, Даня!
3) Громче! Громче!
4) Сегодня вы работаете в парах.
5) Вот как. Даня идет с Иво.
6) – Значит, ты ждал, пока остальные уйдут, из-за этого?
– Не только. Теперь мы можем говорить на английском.
– Тебе не холодно?
– Во мне течет итальянская кровь.
– Оу, это многое объясняет.
– Что именно?
– ...
– Что, прости?
– Это объясняет, почему твоя кожа – такая смуглая.
– Значит, твоя светлая кожа, волосы и голубые глаза говорят о том, что ты русский?..
– Не голубые.
– Что?
– Мои глаза. Они зеленовато-серые.
– Правда? Теперь я вижу. Словно пыльные листья.
– Какое милое сравнение! Спасибо.
– Мне кажется, это одно из нужных нам мест. Это – «Солнечный Дом», городской Дворец бракосочетаний.
...
– Знаешь, что это?
– Да, у нас в городе есть что-то похожее.
– Хотел бы когда-нибудь обзавестись своим собственным замко́м?
– Это никогда не произойдет.
– Почему?
– Пошли к следующему месту.
Эрфуртский собор
«Haus zum Sonneborn» – «Солнечный Дом»