История одной лестницы или Сумасшествие не лечится.
Дерик Уибли уже весьма давно проснулся и успел осознать, что он находится далеко не в своей уютной комнате. Он лежал на колючем сене, сквозь тонкий слой которого можно было почувствовать твердые доски пола, и смотрел в потолок. С рассохшихся балок свисали клочья старой паутины с застрявшими травинками и аккуратно связанные пучки с сушеной крапивой, таволгой, клевером и овсом. Прямо над Дериком с потолка на тонкой нити свисал огромный мохнатый паук. Запахи разных трав смешивались и образовывали стойкий дурманящий аромат. От этого солисту Sum 41 ни о чем не хотелось думать; ни о том, где он; ни о том, как он сюда попал; хотелось просто лежать, лежать, лежать... Веки тяжелели, Дерик вновь погружался в сон... Паук, воспользовавшись тем, что внимание более не было на нем сосредоточено, оборвал паутину и с чистой совестью шлепнулся Дерику на нос. От неожиданности солист Sum 41 резко открыл глаза и, проведя ладонью по лицу, смахнул наглое существо. Паук обиженно зарылся в сено. Внезапно ворвавшийся свежий ветер, что обычно уносит почти высохшие и пахнущие порошком покрывала и простыни с бельевых веревок, играючи прошелся по связкам с орешником и ольхой и унес с сушил терпкий запах трав. Дерик, тяжело поднявшись и разминая затекшие конечности, с блаженным вздохом распрямился, зацепив ершиком волос серую паутину. Доски под его ногами погрохивали и проседали. Внизу, как предположил Уибли, находились хозяйские угодья, гараж то или сарайчик - он не знал. Чтобы проверить свои догадки, он осторожно разгреб солому. В открывшуюся взору щель между неплотно прилегающих досок посыпались травинки, и внизу раздался громкий не то вскрик, не то чих, не то всхрап. Возмущенно квохнул петух, и Дерик отшатнулся от щели, отойдя из полумрака в окно солнечного света. Среди прочих звуков насыщенной жизни дворика он разобрал голоса. Наклонив голову вниз, он заметил шаткую на вид конструкцию - лестница едва-едва касалась последней точки опоры и даже не была прибита для надежности. Внизу же пребывали весьма и весьма неоднозначные и, конечно же, знакомые ему личности - Шеннон Лето и Билли Джо Армстронг, громко обсуждавшие, кто же полезет по лестнице на сушила. Но, завидев Уибли, они с некой радостью переглянулись и заорали кому-то:
- Эй, мы ещё одного отыскали. Следующие слова относились уже к Дерику:
- Ну что стоишь как дуп? - умело спародировал братца Шеннон.
- Слазь давай! - поддержал того БиДжей.
- Идиоты, да? - Дерик попятился. - Чтоб мне навернуться? Она на соплях держится! Думаете, меня выдержит? - Жрать меньше надо, - хмыкнул Армстронг, окинув взглядом располневшего Уибли.
- Слазь, мы подержим. - Шеннон ухватился за лестницу.
Делать нечего, Дерик повернулся и осторожно начал спускаться вниз. Внутри у него все дрожало. Казалось, очертания лестницы растают, и он ухнет в пропасть. От страха Дерик начал спускаться быстрее и вот уже достиг середины. Все бы хорошо, но тут к делу подключился Билли, что стоял в стороне. Он стал трясти лестницу и что есть мочи вопить:
- А-а-а!!! Землетрясение! Спасайся, кто может!!!
Шеннон хитро усмехнулся и присоединился к нему. Дерик судорожно вцепился в лестницу, крик застрял в горле, до земли оставалось метра два, но лестница ходила ходуном, так что без синяков и растяжений не спрыгнешь.
- Придурки! Что вы делаете?! Вас бы туда! - Джаред заметил проделки старшего брата и уже спешил на помощь Дерику.
С другой стороны спешил Майк. Они, не сговариваясь, вцепились в своих «подопечных» и потянули тех в разные стороны. Лестница зашаталась ещё больше. И тут послышался треск. Музыканты замерли и уставились на окаменевшего Дерика.
- П-парни, что это б-было? - почему-то шепотом спросил тот.
- Не знаю, - так же шепотом ответил Шеннон, - но лучше бы тебе оттуда слезть.
- Не мог-гу.
- Что?
- Р-р-р... руки расц-цепить не м-могу. Кто-то неосторожно шевельнулся, потревожив лестницу. Та жалобно скрипнула, отчего Дерик пулей слетел с нее.
- Вот видишь, а ты боялся! - ухмыльнулся Армстронг. Подождав, пока Дерик оправится от шока, продолжил:
- Ну, а теперь пошли на огород!
***
- Ко-ко-ко-ко-ко? - вопросительно прокудахтал петух.
- Чуть-чуть ко-ко, - ответил Честер, приоткрывая глаза, - Шинода ко-ко больше. Все пиво, гад, один выдул, - проговорил он, как бы забывая, что «кое-что покрепче» целиком и полностью находилось в его крови и желудке.
Петух юмора не оценил и, скосив глаз, подозрительно уставился на Беннингтона, словно спрашивая: «Ты точно не ко-ко?»
- Трезвый я, трезвый. Поневоле тут с вами протрезвеешь. - Честер сел и, вынимая из волос перья, огляделся. Вокруг не было ничего кроме перьев, и... гхм, помета. На нашестах восседали, кудахча, собственно, те, кто это все оставил.
- Ладно бы ты один, так ещё и гарем твой разноцветный тут разголосился. Оскорбление в сторону своей персоны петух вытерпел, но оскорблять его многочисленных жен... Возмущенный птЫц распушил хвост, взъерошил гладкие пестрые перья и клювом долбанул Честера по лбу. Тот, в свою очередь, взвыл аки мавр и опрометью бросился прочь из курятника. Перемахнув через забор, он приземлился прямо в джунгли жгучей крапивы. Стебли, словно дьявольские силки, схлестнулись на ногах, руках и остальных частях тела. Раздался громкий, полный неизбежной боли и отчаяния, повторный вопль.