Откровение: Вера

Большая кровать. Мягко. Тепло. Белоснежное постельное бельё. Чудесно. Так много света из большого окна. Но это всё не моё. Я не дома. Это не моя комната.

Паника.

Я сбросила с себя одеяло и соскочила с кровати. В глазах резко потемнело. Покачнулась, наступила на книгу и чуть не упала. Ноги еле держали.

– Чёрт!

Книги. Кругом книги. Долбанные книги, блокноты и исписанные листки. Они были и на полу, и на письменном столе, который стоял у окна, и на кресле рядом с кроватью.

– Какого хрена?

Краем глаза заметила движение сбоку. Вздрогнула и выставила перед собой кулаки. Отражение в зеркале на шкафу. Просто отражение. Выдохнула. Сердце до сих пор билось о рёбра.

Просто я. Такая же бледная и растрёпанная, как обычно. Вот только из одежды на мне была лишь рубашка в тёмно-зелёную и чёрную клетку. Мужская. Достаточно длинная, чтобы прикрыть всё, что надо.

Осознание. Стала задыхаться.

«Чужая рубашка. На мне чужая рубашка. В чужой комнате. В чужой постели. Мне плохо. Сейчас стошнит».

Схватилась за грудную клетку.

Вспышка. Перед глазами стали проноситься отрывки прошлого вечера. Фрэнки. Боль. Крики. Ещё боль. Кровь. Дыра в груди. Голова закружилась. Я опять покачнулась. В один шаг сократила расстояние между мной и зеркалом и лихорадочно расстегнула две верхние пуговицы рубашки. С жадностью впилась взглядом в отражение, ощупывая себя. Не было никакой дыры. Коснулась пальцами лица. Ни царапинки. Это могло значить только одно. Я и правда не выбралась. Это не по-настоящему. Ватные ноги заставили меня осесть на край кровати.

Ещё один кошмар. Слеза скатилась по щеке.

– Фрэнки...

Я шмыгнула носом и быстро смахнула её. В ту же секунду краем глаза заметила на углу кровати стопку вещей. На ней – клочок бумаги. Взяла его и прочла короткую надпись:

«Надень меня».

Недоверчиво покосилась на аккуратно сложенные вещи. Ещё раз шмыгнула. Снова посмотрела на клочок бумаги у меня в руке. Положила его на кровать. Мозг хочет поиграть?

– Что ж, поиграем, – процедила сквозь зубы, со злостью исподлобья глядя на своё отражение. В глазах ещё блестели слёзы.

Оделась. Трикотажные тёмно-серые штаны так же, как и рубашка, оказались велики. Но тут был шнурок. Затянула его потуже, завязала на бантик и прикрыла подолом длинной чёрной футболки. Рубашку надела поверх неё. Только сейчас заметила босые ноги. Холодный пол.

«Почему это место? Что это за место? Это не воспоминание».

Нужен был план, а ещё оружие. И умыться. Если это моя фантазия, то здесь обязана быть ванная комната.

Я бесшумно подошла к двери и приложила к ней ухо. Тишина. Это значило хотя бы то, что за этой дверью никого не было. Уже хорошо. Осторожно открыла. Спасибо, что не скрипнула. Камень с души. Выглянула – никого. Зато был коридор. Опять коридор. На этот раз тянулся в поперёк, а не передо мной. Не длинный и не очень широкий. А самое главное то, что в нём было светло. На бежевых стенах не было чёрной плесени, паутины, зато в рамке висели две странные картины. На деревянном чистом полу в углу стоял горшок с каким-то растением. Уютно. И тухлятиной не воняло. Вместо этого в воздухе гулял приятный запах чего-то жареного. Наверное, этот аромат и выманил меня окончательно. Я тихонько закрыла за собой дверь и остановилась.

«Куда идти?»

Решила осмотреться. Второй этаж. Это я поняла, когда заприметила за углом лестницу. Снизу на второй этаж проникало много света. Вокруг – несколько дверей. Первая – за моей спиной. Остальные – по разным сторонам коридора. Но куда любопытнее оказалась та, на поверхности которой призывно выделялся ярко-жёлтый самоклеящийся стикер. Ещё одна записка.

«Открой меня».

– Ни разу не странно, – пробормотала я себе под нос.

Выдох. Очень страшно. Совсем не хотелось выполнять просьбу записки. Что там могло быть? Я взялась за круглую холодную ручку, повернула её и легонько толкнула дверь от себя. Спасибо, что и в этот раз не было никакого скрипа.

Передо мной – просторная ванная комната. Здесь тоже было светло благодаря небольшому окну.

«Какому кретину могло понадобится окно в ванной? Показывать соседям свой мытый зад?»

Сразу заметила раковину.

«Так, хорошо. Я хотела умыться, так? А тут эта записка и ванная. Всё нормально? Всё же нормально. Чего я парюсь?»

Вздохнула.

«Нет! Ничего не нормально! Я опять в долбанном кошмаре! Нечто оставляет записки и знает, что мне нужно! Твою мать! Конечно, этот чёртов «некто» знает, чего я хочу. Я же сама его выдумала! Главная проблема в том, что я не знаю, кто или что это! А куда приведут эти записки? Дыши, Сэм. Дыши. Спокойно. Ты найдёшь выход. Всё хорошо... Господи, если ты есть, спаси. Я опять в полной жопе».

Накрыла лицо холодными ладонями. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Убрала ладони и распрямила плечи, набрав в грудь побольше воздуха. Покосилась на зеркало, которое было над раковиной. А нет. Не зеркало. Небольшой навесной шкафчик с зеркалом вместо дверцы. Опять скользнула взглядом по своему отражению – сейчас оно казалось ещё более серым, чем обычно. Быстро умылась, но полотенца трогать не стала, хоть рядышком со мной и висела парочка. К чёрту. Промокнула лицо низом рубашки. Упёрлась руками в бортики раковины и снова посмотрела в зеркало. Вздохнула.

«Хорошо бы уже уйти отсюда. Найти чёртов выход. Не могу. Страшно. Тут светло и спокойно. Нет никого кроме меня».

Кого я пыталась обмануть? Тянула время. Оттягивала момент.

«Что, если я никогда отсюда не выберусь? Что, если и нет вовсе никакого выхода? Я здесь, а моё тело сейчас разлагается на стуле в гостиной. А вдруг родители уже вернулись домой и нашли меня такой? Сколько я тут? Они нас с Фрэнки уже похоронить успели. Фрэнки...»

Слёзы покатились по щекам. Шмыгнув быстро краснеющим носом, я утёрла их рукавом. Стала поправлять тёмные спутанные волосы. Они цеплялись за влажные дрожащие пальцы. Путались ещё больше.

«Поздно сопли распускать. Это ничего не изменит. Не вернёт нас. Хреновый из тебя друг получился, Сэм. И дочь тоже хреновая. И жизнь ты прожила хреновую. И умерла не лучше».

Наверное, именно в эту самую секунду я поняла и приняла, то, что застряла здесь. А раз так, то неплохо было бы найти что-то, чем можно защищаться. Защищаться тут. От самой себя и своей фантазии? Смешно. Огляделась по сторонам и не нашла ничего. Можно было б, конечно, попробовать придушить выдуманного злодея носком, который выглядывал из-под крышки большой плетёной корзины, очевидно, с грязным бельём. Однозначно сработает.

Я решительно вышла из ванной комнаты и прикрыла дверь. Снова оказалась в коридоре. Вдох. Выдох.

«Как же вкусно пахнет».

Я зашагала в сторону лестницы. Быстро, но бесшумно. Не доходя до неё, услышала шаги. Кто-то поднимался.

«Дерьмо! Дерьмо!»

Что делать? Шаги всё ближе. Назад идти? Поздно. Ему осталась пара ступенек. Прятаться? Негде. Я уже видела тень на стене напротив лестницы. Сердце колотилось в горле. Я притаилась за углом с левой стороны.

«Ну иди сюда. Давай. Спущу, нахрен, с этой лестницы».

Спиной к стене. Вдох. Выдох.

«Всё получится».

Пальцы в кулак. Вдох. Локти крепко прижала к туловищу. Выдох. Глубокий вдох. Напряглась. Слева показался тёмный силуэт. Сердце замерло. Страх исчез. Я выскочила из-за угла и врезала хуком правой – рабочей. Понятия не имею, куда именно, но точно попала. Лицо говнюка разглядеть не успела. Мужчина. С почти белыми волосами. Ахнул, но не упал – успел ухватиться одной рукой за перила.

«Ах ты!»

Я не стала ждать, когда он придёт в себя. Тут же бросилась в атаку.

«Добить говнюка!»

Кулак уже летел ему в голову. Но до удара дело не дошло – руку поймал кто-то сзади. Обернулась. Ещё один. Молодой белый мужчина среднего роста. В глаза сразу бросился длинный шрам на левой скуле.

«Ну, ничего, у меня есть второй, солнышко».

Левый угодил ему точно в челюсть. Он сразу же выпустил правую руку. Я снова повернулась к тому, что всё ещё был на лестнице. Этот выше, хоть и несильно, того со шрамом. Стоял посреди дороги и смотрел на меня широко распахнутыми очень тёмными карими (может, даже чёрными) глазами. Закрыл проход собой. Я, недолго думая, схватила его за голову и шарахнула ею о стену. Он рухнул на колени прямо на ступеньки. Путь свободен.

«Бежать!»

Рванула вперёд. Но меня ждал облом. Второй обхватил меня под грудью обеими руками сзади и потащил в коридор. Я почти зарычала, пытаясь вырваться. Резко откинула голову назад и ударила его затылком в лицо. Больно. В голове зазвенело. Но ему явно было больнее, раз он выпустил меня. Я повернулась к нему и добавила хуком правой. Он застонал от боли, но быстро восстановился.

– Да какого хрена? – рявкнула я.

Он сделал выпад в мою сторону. Увернуться не успела. Растерялась. Он крепко схватил за плечи и рывком притянул к себе. Я задёргалась.

– Хватит! Стоп! – рявкнул он.

– Отвали! – я продолжала дёргаться. – Не трогай меня! – попыталась снова ударить его.

– Говорю, хватит! – прижал к стене.

Тяжело дышал.

– Всё. Успокойся, – серо-голубые глаза смотрели в мои, не моргая. Стоял почти неподвижно.

Ему же хуже. Недолго думая, плюнула ему в лицо. Подействовало безотказно. Он моментально ослабил хватку.

«Что, не ожидал? А как тебе это?»

Я вырвалась из его рук и коленом ударила в пах.

«Отчаянные времена, бла-бла-бла... На войне запрещённых приёмов не бывает».

Он громко застонал и отстранился. Я с силой толкнула его ладонями в грудь. Он рухнул на колени у противоположной стены и согнулся от боли, держась за место удара.

– Стэн! – окликнул его первый и бросился помогать своему дружку.

Вот оно! Идеальный момент. Я сорвалась с места и рванула к лестнице. Пока сбегала по ней, заметила входную дверь в стороне. Как и ожидала. Совсем недалеко. Я почти свободна.

«О, слава Богу!»

Уже слышала возню за спиной. Только бы успеть. Ноги подкашивались на ходу. Прямо как во сне, когда пытаешься удрать от кого-нибудь. Было даже плевать на внезапное головокружение и на то, что в глазах начало темнеть.

«Быстрее! Быстрее!»

– Сэм, стой! – послышался знакомый голос за спиной.

Я замерла, не веря своим ушам. Обернулась и увидела её.

– Мэй?

– Всё хорошо, – сказала подруга.

Миниатюрная китаянка смотрела на меня с видом напуганного ребёнка. Среди этого хаоса её образ был единственным, за что я могла зацепиться. Знакомое. Родное. Но когда она сделала осторожный шаг в мою сторону, я быстро пришла в себя.

«Это не она. Фантазия. Не поддавайся».

– Не подходи, – я отпрянула, выставив руку перед собой.

– Сэм, ты чего? – она сделала ещё пол шага.

– Не приближайся! – рявкнула я.

Всё нутро дрожало. Я покосилась на темнокожего молодого мужчину, который стоял рядом с ней.

– Тебе надо успокоиться. Слышишь? – тихо сказал он с поднятыми ладонями.

Я отстранилась ещё на пару шагов, поджав губы. Взгляд метался от одного лица к другому.

– Ты в безопасности, – мягко добавила Мэй.

Этот голос. Глаза защипали. Я зажмурилась, нервно выдохнув носом. Бесило то, каким реальным всё казалось. Мне хотелось упасть на пол и закричать во всё горло. Только бы прекратить это. Я бы всё на свете отдала, чтобы быть в безопасности! Хотя бы раз в своей грёбанной жизни! Но я, мать вашу, не в безопасности. Я не в безопасности! Я, мать вашу, сдохла! Сдохла!

– Нет! – закричала я. – Я знаю, что это не по-настоящему!

– Всё по-настоящему, – донёсся голос из-за спины.

Я резко обернулась. Комната будто покачнулась. Прямо за мной стояли те двое со второго этажа.

«Обступили со всех сторон, суки. Что дальше?»

– Назад! – рявкнула я. – Что? Сожрёте меня? Да?

– Чего, блин? – выдохнул белобрысый.

Мужчина со шрамом нахмурился, посмотрел на него и покачал головой.

– Вам меня не одурачить! – продолжала я.

– Пожалуйста. Успокойся, – тихо сказал со шрамом, снова покачав головой.

Показалось, что он двинулся в мою сторону. А может, и впрямь двинулся. А может, и нет. В какой-то момент воздуха в лёгких не осталось. Комната закружилась ещё сильнее. В горле появился ком. Знакомое и очень противное тепло стало разливаться по затылку. Слабость. Холодно. Всё вокруг начало чернеть. Вакуум. Звон в ушах. Нет воздуха.

«Нет. Только не сейчас».

– Не подходи! – опять рявкнула я.

Или нет. Подумала? В любом случае, это уже не важно. Мне конец.

«Отключаюсь».

Саундтреки:

DAKOOKA – Герой

Green Apelsin – В пасти смерти

Mareux – The perfect girl

АИГЕЛ – Тебе кажется