17 глава
Я вошёл в комнату и увидел её у окна. Она не обернулась, не пыталась скрыть свои мысли. Это было не странно. В её глазах была неустрашимость, но сегодня что-то было не так. В комнате витала тишина, но что-то в воздухе напоминало мне, что всё далеко не так спокойно, как она пытается показать. Она находится в этом доме уже три дня и за эти три дня она ничего практически не говорила.
Я подошёл к ней, тихо, но уверенно, как всегда. И вот в этот момент, когда я приблизился, её платье сдвинулось, открыв часть её плеча. Я заметил их — синяки. Они были везде. На руках, на шее, на ногах. Это не было случайностью. Это была жестокость, а я знал, кто стоял за этим.
Мои руки сжались в кулаки. Внутри всё начало бурлить. Я не думал, что это будет так. Я ожидал, что она будет проявлять силу, что она будет бороться. Но увидеть её в таком состоянии… Я почувствовал, как злоба пронизывает меня, как желание наказать тех, кто это сделал, растёт с каждым мгновением.
Я сделал шаг назад, отступая от неё. Дыхание стало тяжёлым, я пытался сдержать свой гнев. Но было слишком поздно — я не мог этого скрыть.
– Кто это сделал, Астрелла? – Мой голос был холодным, но в нём ощущалась угроза. Я не хотел злиться на неё, но не мог сдержать ярость. Я знал, что это не она. Я знал, что кто-то осмелился причинить ей боль. И за это они заплатят.
Она не ответила, и я знал, что она не собиралась говорить. Её молчание только разжигало мой гнев. Я стиснул зубы.
– Это будет стоить им жизни, – сказал я, не обращая внимания на её молчание. И, повернувшись, покинул комнату.
Как только я вышел, я схватил свой телефон и набрал номер Алессандро. Я знал, что он будет готов к этому. Я не прощал предательство. И сейчас я не прощу тех, кто прикоснулся к ней.
– Алессандро, найди Андира и его людей, – сказал я, не пытаясь скрывать гнева в голосе. – Не оставляй никого в живых. Я буду разбираться с ними лично, но они должны заплатить. Я буду ждать.
После того как я закончил разговор, я почувствовал, как адреналин начинает затмевать меня. Я знал, что это не закончится просто наказанием. Я хотел, чтобы они ощутили свою боль, чтобы они почувствовали, что значит быть на месте той, кого они избили. Это было не только моё дело. Это было лично.
Когда я вышел из комнаты, где оставил Астреллу, меня охватило чувство ярости. С каждым шагом по коридору я старался контролировать себя, но злость не отпускала. Каждый взгляд, который я бросал на охранников, казался им настоятельной угрозой. В голове крутился только один вопрос: *Почему они позволили этому случиться?*
Я подошёл к двери и, не оборачиваясь, громко произнес:
— Постарайтесь не упустить его. Если хоть одно слово сорвётся с его губ — убивайте.
Охранники кидаются взглядами друг на друга, но молча кивают. Я не ожидал иного. Каждый из них знал, что в моём доме нарушать правила не позволительно. Но теперь речь шла о другом. Я должен был вернуть контроль, а для этого Андир и его люди должны были заплатить.
Как только я оказался на улице, я направился к своему автомобилю, думая о том, что скоро всё закончится. Я знал, что месть – это не самое лучшее чувство, но сейчас оно стало неотъемлемой частью моего мира. Я чувствовал, что должен закончить это. В голове уже складывалась картина, как я встречу Андира. С каждым шагом он всё ближе.
Когда я добрался до машины, я вытащил телефон из кармана и набрал номер Алессандро.
— Ты знаешь, что делать, — сказал я, едва усевшись в сиденье. — Найди его. Все трое. Когда найдешь — не пощади. Мне нужно, чтобы они чувствовали, что значит нарушить мои правила.
Алессандро не возражал, его голос был спокойным и уверенным. В глубине души я знал, что он прекрасно понимает, о чём я говорю.
Я отложил телефон, запустив двигатель. Все мои мысли были сосредоточены на одном: месть. И хотя я знал, что это разрушит часть меня, я не мог позволить себе быть слабым.
Как только я прибыл на место, я распахнул дверь автомобиля, почти не задумываясь, какой жестокостью мне предстоит проникнуться. Я направился к складу, где держались мои враги. Внутри было темно и сыро, воздух пропитал запах плесени и старых железок. Я зашёл внутрь, и они сразу заметили меня.
Андир стоял в углу, с беспокойством следя за мной. Он знал, что я пришёл не для того, чтобы поговорить.
— Ты — предатель, — сказал я с холодом, приближаясь к нему. — Ты думал, что можешь выйти из этого без последствий?
Его лицо побледнело. Он попытался что-то сказать, но я не дал ему возможности. Моя рука уже сжала его шею. Я держал его взгляд, ощущая, как с каждым моментом моя ярость возрастала. Я ждал этого, этого момента, когда он поймёт, что в моём мире нет места для слабости.
— Ты не думал, что я узнаю, что ты сделал с ней? — голос мой был тяжёлым и низким. — Ты и твои люди. Теперь вы получите то, что заслужили.
Взгляд его был полон страха. Но было уже поздно. Мои кулаки быстро и безжалостно поработали с его телом. Он упал на пол, не в силах сопротивляться. Я продолжал, пока не почувствовал, что всё, что было связано с этим позором, исчезло. Сила, которую я ощущал, была чистой.
Как только я закончил с Андиром, я почувствовал, как напряжение в теле спало. Я стоял, вытирая руки о свою куртку, когда услышал шаги сзади. Алессандро, как всегда, появился в самый неожиданный момент. Он не произнёс ни слова, но его взгляд был достаточно красноречивым. Он видел, что я только что сделал.
— Ты этого хотел? — Алессандро спросил спокойно, как всегда, не выражая ни ярости, ни удивления.
Я посмотрел на него. Знал, что он уже всё понял. Не было смысла скрывать свои эмоции. Он всегда мог читать меня, как открытую книгу. Наши отношения с братом всегда были сложными, но такие моменты лишь подтверждали, что мы оба одинаково безжалостны, хоть и с разными мотивами.
— Ты ведь понимаешь, что я не мог оставить это без последствий, — сказал я, как бы оправдывая свои действия. — Это не только месть, Алессандро. Это ответственность.
Алессандро молчал немного, и я понял, что он, вероятно, уже привык к моим поступкам. Но его взгляд не оставлял сомнений — он знал, что за этим поступком стоит нечто большее, чем просто ярость.
— Ты его убил, Сантьего, но... что ты чувствуешь на самом деле? — его голос стал мягким, но в нём проскользнула тревога. — Ты не можешь просто так забыть, что произошло.
Я сжал кулаки, не в силах ответить сразу. Вопрос был как укол ножом. Да, я убил Андира, и это принесло мне облегчение. Но чувство пустоты всё равно оставалось. Я никогда не был тем, кто верил в прощение. Но вот что было важно: я был ответственен, особенно за тех кто были моей семьёй.
Алессандро подошёл ко мне ближе, его взгляд стал более настойчивым. Он знал, что мне нужно было время, чтобы разобраться в себе, и что я не мог сразу признать свои слабости. Он всегда был рядом, чтобы напомнить мне, что даже в этом мире мести есть место для человечности.
— Сантьего... Астрелла? Ты ведь не собираешься... Ты же не будешь её мучить, как остальных? — его вопрос был серьёзным.
Я вздохнул, ответив без эмоций:
— Ты знаешь, что я не буду её уничтожать. Но и не отпущу. Не сейчас.
Алессандро посмотрел мне в глаза. Он понимал, что я не мог просто оставить всё так, как было раньше. Но он также знал, что мои чувства к Астрелле изменились. Я не был готов признаться себе в этом, но всё это стояло между нами. С каждым днём она становилась частью моей жизни, а это, по его мнению, могло стать опасной игрой для нас обоих.
— Она не твоя игрушка, Сантьего, — сказал он, наконец. — Ты не можешь играть с ней, как с остальными.
Я не ответил, но его слова оставались в голове, как тень. Я знал, что это не просто игра. Она для меня стала чем-то большим. Но время покажет, как далеко я готов зайти.