Глава 14 : Души меня...
— Ты хочешь, чтобы поверил?
— Хочу
Мой голос не дрожал, но и не выражал непоколебимую уверенность в сказанном. Я наблюдала за его реакцией, думая не произнесла ли глупость, пока он стоял в нескольких шагах от меня. Неожиданно его сосредоточенный на мне взгляд изменился, губы исказились в улыбке. Мрак громко рассмеялся, его смех напоминал грохотание грома в ущелье между горами, по моему телу пробежала дрожь. Его притягательность была сумасшествием. Смотря на него нельзя было сказать, что он болен, скорее он сам являлся олицетворением чарующего безумства. Мрак откинул назад длинные, упавшие на светлое лицо пряди, цвета крыла ворона.
В этот момент я неосознанно приняла закрытую, защитную позу, скрестив руки на груди. Это произошло инстинктивно, как рефлекс. Воздух вокруг него словно сгустился, вибрируя от какой-то странной, невидимой энергии. Это не было просто ощущение дискомфорта — это была настоящая, физически ощутимая аура, давящая, пугающая, как предвестник надвигающейся бури. Я опустила голову, не желая встречи с его взглядом.
— Ягненок, скажи что-нибудь ещё, я давно так не смеялся — низкий, слегка хриплый от смеха голос прозвучал в тишине
Мрак приблизился, я ощущала на себе пристальный, горящий взгляд, не решаясь больше смотреть на него, пока не почувствовала требовательное прикосновение к моему подбородку его пальцев и задевающих нежную кожу когтей, которое заставило меня поднять голову, чтобы посмотреть на него. В черном одеянии с едва различимыми серебряными острыми узорами, он был намного выше меня. Я начинала контролировать себя, переставать дрожать и бояться из-за всего подряд.
— Хочешь сказать мне что-то еще, я вижу
Мне показалось, что могу знать то, что Мрак имеет в виду, и решила попробовать.
— Ты мне снился — я не успела договорить «ты это хотел услышать», как меня перебил его громкий голос надо мной
— Подсознание... оно скажет больше тебя. Скучала по мне, вот и приснился — с присущей ему опасной уверенностью сказал он
— Даже если так, то это был кошмар — ответ, пропитанный ядом — не буду я фантазировать о том, чтобы меня убили или задушили
Взгляд Мрака стал далёким, отстраненным, словно он растворился в тумане. Это мимолетное спокойствие было страшнее ярости. Темный лес давил своей тяжестью. Запах прелой листвы смешивался с чем-то едким, неестественным, напоминающим запах серы. Луна, пробиваясь сквозь густую крону деревьев, рисовала на земле причудливые узоры света и тени. Его прикосновение – ледяной прилив, обжигающий кожу. Когти, едва различимые под его пальцами, оставляли красный след на моей коже. Я начала задыхаться, чувствуя себя запертой в невидимой клетке его голоса.
— Не мог предположить... — Он ухмыльнулся — что девушка, подобная тебе, окажется любительницей мазохизма. — В его голосе слышалось удовольствие от каждого произнесенного им слова
Пауза. Мрак еще не закончил, он прикрыл веки, не переставая хищно ухмыляться, показывая оскал, тихо продолжил:
— Нравится. Когда причиняют... — Его резко распахнутые глаза обратились ко мне. — Боль, — выдохнул он, и это единственное слово повисло в воздухе, тяжелое, ледяное, давящее своей невыразимой пустотой. Оно не просто заморозило лес, оно заморозило саму жизнь вокруг, оставив только пугающую тишину.
— Ты сумасшедший! — выкрикнула я, толкнув его в грудь. Сила моего движения была ничтожна против его, но в тот момент мне было все равно. Ярость, которой я уже позволяла выходить и защищать меня, бушевала внутри, смешиваясь со страхом.
Мрак рассмеялся, он не выглядел оскорблённым, скорее, забавлялся моей реакцией. Его улыбка была холодной, словно лезвие, блеснувшее в лунном свете. Мужчина перехватил мою руку, сжимая её так сильно, что я почувствовала боль.
— Дриада — его голос был странно нежным, контрастируя с силой его хватки. — Тебе не стоит так живо реагировать, если решила подчиниться Судьбе.
Я попыталась вырваться, но его хватка только усилилась. Его прикосновение было одновременно ледяным и горячим, парадоксальным, как и всё в нём.
— Отпусти — мой голос звучал как приказ, холодный и резкий, стальной клин, вонзающийся в тишину. В моих глазах, полных решимости, он уловил это изменение, этот всплеск энергии.
— Вот настоящая Дриада, к чему был весь этот цирк с жалкой овечкой.
Вздохнув, Мрак разжал пальцы. Он изящным жестом открыл тяжёлые, украшенные коваными волками, ворота. С мрачной галантностью он пропустил меня вперёд, придерживая за локоть. Его пальцы снова коснулись моей кожи – холодные, но уже без жгучего прикосновения когтей. Я прошла через ворота, и он последовал за мной, закрыв их с едва слышным скрипом. Внутри, в мрачных, таинственных глубинах замка, нас ждала неизвестность.
Сейчас, когда мы шли медленно, я смогла рассмотреть стройные стрельчатые арки соседствовали с изуродованными, словно изъеденными временем, проемами, из которых выглядывали пустые глазницы окон.
Вдоль каменных стен, застывшие в вечном вою, стояли статуи – каменные волки с глазами, отливающими мертвенным блеском. Их шерсть, высеченная из камня, казалась живой, колышущейся под невидимым ветром, а пасти, раскрытые в безмолвном рыке, обещали вечную охоту в ночи.
Стены замка были украшены барельефами, изображающими причудливые сцены: ангелы с крыльями, сломанными как ветки, пляшущие с демонами, чьи лица были одновременно прекрасны и отвратительны. В этом сочетании красоты и уродства, грации и ужаса, и кроется сущность самого Мрака. Его замок – отражение души, в котором вечная ночь переплетается с лунным светом, и таинственность привлекает не меньше, чем отталкивает.
Войдя в таинственный замок, я вспомнила этот зал, простирающийся передо мной, в который я вбежала в надежде быстрее сбежать отсюда. Мне стало тревожно от его давящей пустоты. Большие окна, некоторые из которых были закрыты темно-фиолетовыми тяжелыми шторами, пропускали свет в это мрачное место. Из-за слабого освещения я не сразу заметила небольшую фигуру, сидящую на полу рядом с массивным троном.
Мрак громко прошел к центру залы, ведя меня за собой. Оказавшись ближе к безмятежно дожидавшейся Мрака фигуре, я смогла предположить, что это парень, достаточно худощавый и женоподобный, которому ему вид было лет восемнадцать. У него было слегка удлиненное светлое каре, заправленное за уши, длинные ресницы, светлая, почти бледная кожа, это было неудивительно, если он жил в этом замке, редко выходя наружу. На нем висела льняная рубашка с завязками. Его взгляд, прежде прикованный к Мраку, с любопытством переместился на меня. Улыбка, озарившая его лицо, мне показалась искренней. Он мог показаться милым, почти хрупким, но в его светло-голубых глазах чувствовалась искра лукавства.
Он не был похож ни на тень, ни на существо, божественной природы, неужели человек... Раньше в замке Мрака я видела только слуг теней, для чего ему этот мальчишка?