Любовь или...?

Через несколько часов Сакура проснулась словно от резкого толчка. Лёжа с открытыми глазами, она обдумывала произошедшее.

«Сегодня вечером я уеду, » — решила девушка, — «ну, в крайнем случае, завтра. Всё будет зависеть от того, успею ли я выполнить свою работу за сегодняшний день».

«Надо постараться и приложить все свои силы, » — дала себе новую установку розововолосая, — «так что хватит прохлаждаться — пора приниматься за дело!». Сакура резво соскочила с постели. Боль в теле почти прошла, и резкие движения не доставляли девушке дискомфорта. О душевной же боли она предпочитала не думать. Быстро переодевшись, зеленоглазая спустилась вниз, прошла в комнату, переоборудованную под мастерскую и принялась за работу. Её никто не беспокоил, и к четырём часам дня она, довольно улыбнувшись, поставила на стол последнюю отреставрированную чашу.

Сакура гордилась собой. Ещё бы — за малый срок она сумела восстановить немаленькую коллекцию. Рассмеявшись, девушка откинулась на спинку стула. Ей нужно увидеть Саске, чтобы сообщить, что работа готова. Тогда можно и спокойно отправляться домой. Стоило розововолосой подумать об Учихе, как её счастливая улыбка, до этого горевшая на лице, погасла. Девушка нахмурилась, она не знала, как себя теперь с ним вести. Что брюнет ей скажет при встрече, да и скажет ли вообще? И хочет ли она узнать, что он думает о прошедшей ночи и в частности о ней самой? У Сакуры не было на это ответа. Розововолосая потрясла головой, изгоняя непрошеные мысли вон. Сейчас главное найти парня и сказать, что свою работу она выполнила, а о том, что будет потом, ей не хотелось думать.

— Так я и сделаю, — прошептала она, выходя из комнаты.

Но найти Саске оказалось не так просто, как девушка предполагала. В его комнате его не было. Спустившись в гостиную, зеленоглазая также не обнаружила парня и пришла к выводу, что его сейчас в доме нет. Пройдя на кухню, Сакура застала там Цунадэ за чтением утренней газеты.

— Добрый день, Цунадэ, — поприветствовала её розововолосая. — Рада, что вы вернулись.

— Добрый день, — откликнулась женщина, сворачивая газету и откладывая её в сторону. — Не хотите чаю, Сакура? — поинтересовалась она, указывая на ещё неостывший чайник.

— С удовольствием. Я бы не отказалась от пары чашечек, пожалуй.

— Садитесь, я вам налью.

Поставив перед девушкой чашку ароматного чая и придвинув вазочку с печеньем, Цунадэ отошла к окну, всматриваясь в осенний пейзаж за ним.

— Ммм, как вкусно. Я никогда не пила такой чай, — блаженно прикрыв глаза, сообщила розововолосая. — Цунадэ, вы не расскажете, что вы такое добавляете в него, что вкус становится просто волшебным?

— Это секретный семейный рецепт, я поделюсь им, но позднее. Сейчас лучше расскажите мне, что между вами и Саске происходит? — требовательно спросила Цунадэ, повернувшись к девушке. — Я жду от вас только честного ответа, Сакура.

— Что... как... — округлив глаза, закашлялась Харуно. — Я не совсем понимаю, что вы имеете в виду, — наконец сумела произнести она.

— Возможно, я немолода, но не слепа, и у меня достаточно опыта, чтобы понять, что между вами двумя что-то есть. Я заметила ваши взгляды, как только вы приехали сюда. А сегодня утром я, столкнувшись с Саске в гостиной, я спросила о вас, и он на секунду растерялся, не зная, что мне ответить. Обычно я такого не замечаю за ним — он всегда предельно собран и знает, что, кому и как сказать, — женщина замолчала, смотря на Сакуру выжидающе.

В голове беспорядочно заметался целый рой мыслей, но никакого сносного объяснения для Цунадэ так и не находилось. Паника заглушала голос разума девушки.

— Это совсем не то, что вы думаете, — наконец промямлила она, понимая, как глупо это звучит. Но ничего более дельного Сакура не смогла сказать.

Слегка нахмурив брови, Цунадэ внимательно посмотрела на допрашиваемую и, к удивлению той, без порицания в голосе произнесла:

— Я знала, что вы сейчас произнесете что-то подобное. Саске всегда окружали женщины, с самого детства он избалован женским вниманием, хотя оно ему не особо и нужно в плане постоянства. Рядом с ним я видела разных девушек. Я была рада, что он не удостаивает своим вниманием некоторых из них, однако другие могли бы стать ему хорошими спутницами, но увы. Раньше он не был таким: в детстве Саске был довольно добрым и эмоциональным. А потом случилась трагедия — его родители попали в автомобильную катастрофу и погибли, — Цунадэ сделала паузу, увидев, как девушка в ужасе обхватила себя руками. Заметив устремлённый на неё взгляд, розововолосая сдавленно прошептала:

— Прошу вас, продолжайте...

— После того, как родителей не стало, всю опеку над ним взял его старший брат, Итачи. Они были вместе везде и всегда, как одно целое. Итачи для Саске был идеальным братом.

— Простите, — перебила Сакура, — почему вы говорите о брате Саске в прошедшем времени? Они больше не общаются?

— Итачи мертв, — отрезала Цунадэ.

— Бог мой, — вырвалось у девушки. — Я не знала, простите...

— Это случилось пару лет назад, но я не имею права рассказывать. Если он захочет, то сам с вами поделится. Это слишком болезненная тема, касаться которой запрещено. С тех пор Саске преследовали неудачи, а затем появилась она, — Цунадэ замолчала. Казалось, она мысленно пытается воссоздать картину прошлого.

Сакура, затаив дыхание, смотрела на собеседницу. Она хотела узнать о Саске и его жизни всё, и Цунадэ давала ей маленький шанс сделать это. Не выдержав затянувшегося молчания, девушка осторожно переспросила:

— Она? О ком вы?

— Она — девушка, которая что-то значила для Саске, хотя он не признается в этом, наверное, даже себе, — грустно пояснила немолодая женщина. — После того, как Итачи не стало, Саске полностью ушел в себя, стал нелюдимым, более агрессивным и жестоким. Он никого не подпускал к себе близко и никому не доверял. Вот тут-то и появилась Карин. Она была словно одержима им. Чтобы он ни сказал, всё прощала, чем сильнее её отвергал, тем сильнее, казалось, любила его. Эту любовь можно было сравнить с болезнью. Однако чем-то я ей даже благодарна, Саске тогда постепенно начал приходить в себя, снова стал появляться в обществе. Карин всегда была рядом, но он никогда не говорил никому, кем она ему приходилась, что чувствует к ней, и что она нужна ему, но, казалось, её это устраивает и не волнует.

Ненадолго прервавшись, Цунадэ, подойдя к столу, взяла чашку уже остывшего чая и, сделав глоток, продолжила:

— Всё стало постепенно налаживаться. Мне казалось, что Саске оттает, но в этот момент Карин всё же решила, что её не устраивает такое положение вещей. Ей стало не нравиться, что она ему никем официально не приходилась. Она начала давить на него, чего делать не стоило. Саске никому не позволяет влиять на себя. Девушке не хватило терпения и мудрости, чтобы понять, что пока он ещё не готов дать ей то, чего она так рьяно добивается. Ей нужно было потерпеть ещё совсем чуть-чуть, ведь его сердце постепенно уже давало слабину, но ждать Карин больше не желала. Её трудно судить за это, но... Их ссоры становились всё чаще и были всё жёстче, она никогда не отличалась спокойным и рассудительным характером. За два месяца до вашего приезда произошёл их окончательный разрыв. Из-за чего именно он произошёл, я не в курсе, но то, что произошло дальше, никто не ожидал. Я думала, всё пройдёт по обычному сценарию: Карин покричит и успокоится, Саске уедет отдохнуть от неё, она закроется у себя в спальне и просидит там весь день, на следующий всё будет хорошо, и она, как всегда, первая пойдет просить у него прощения. В этот же раз всё было иначе. Стоило Саске уехать, как Карин спустилась в комнату, где находилась его коллекция. Я не знала, что она задумала, — уточнила Цунадэ, заметив вопросительный взгляд розововолосой. Проведя рукой по волосам, она продолжила:

— Карин перебила все самые дорогие его сердцу вещи и исчезла из дома.

— А Саске её не искал? — задумчиво взглянув на женщину, поинтересовалась Сакура.

— Искал. Он злился, негодовал, но я точно знаю, что втайне от всех он искал её. И, думаю, Саске хотел, чтобы она вернулась. Но найти её не получалось, Карин как в воду канула. Месяц назад она позвонила ему, но его не оказалось дома, и девушка оставила ему сообщение на автоответчике. Она знала, чем ударить его побольнее. Карин сказала, что беременна от него, но ребёнка оставлять не собирается. Саске попробовал связаться с ней, но это не принесло результатов. С тех пор мы ничего не знаем о ней и том, сохранила она ребёнка или же выполнила свою угрозу. Я знаю — это мучает Саске. Возможно, в глубине души он винит себя. После этого случая он окончательно возвёл стену вокруг своего сердца, и него так трудно достучаться теперь, — при этих словах Цунадэ многозначительно посмотрела на Сакуру, сидевшую напротив неё. — Саске вновь никого близко к себе не подпускает. Он может быть заботливым, но его сердце недоступно, — закончила свой рассказ женщина.

Сакура молчала. Всё услышанное потрясло её до глубины души. Ей надо было время, чтобы всё осмыслить и переварить информацию. Но в одном зеленоглазая была точно уверена — она не сможет так просто забыть Саске Учиху. Девушка и раньше подозревала, что стать таким, какой он сейчас, его вынудили обстоятельства. Не каждый сможет выдержать подобные удары судьбы и при этом остаться самим собой. Трагическая гибель родителей, загадочная смерть брата, а теперь ещё и предательство близкого человека, которого он, возможно, любил или до сих пор любит. «Врагу бы не пожелала такой участи. Теперь я тебя немного понимаю, Саске, » — мысленно вынесла вердикт Сакура.

— Сакура... — прервал её голос Цунадэ.

— А? Простите, я задумалась, — сконфуженно смотря на собеседницу, откликнулась розововолосая. — Спасибо вам большое за вашу искренность и за то, что рассказали мне всё. Поверьте, то, что я сегодня узнала, не выйдет за порог этой комнаты, — поспешила она успокоить женщину.

— Я не переживаю по этому поводу. Моя интуиция подсказывает мне, что вы хорошая девушка. Но я бы хотела всё же знать, испытываете ли вы что-то к Саске или нет.

Запылавшие щёки и смущённый взгляд выдали Сакуру, всё было понятно без слов. Вздохнув, Цунадэ произнесла:

— Трудно тебе будет, девочка. Ой, как трудно. Я бы хотела, чтобы Саске вновь кто-нибудь изменил, была бы рада, если бы это оказались вы. Но, боюсь, он уже никогда не изменится...

— Да, вы правы, он мне стал не безразличен, — решилась открыть Цунадэ правду зеленоглазая. — Но вы же понимаете — я не жду от него ответных чувств. Знаю, что потом мне будет больно, но я уверена, что всё смогу пережить. Сегодня я закончила свою работу, коллекция восстановлена, и я могу отправляться домой, как только дождусь Саске, — закончила девушка с печальной улыбкой.

— Надеюсь, вы знаете, что делаете. Не мне вам советовать, — качая головой, заметила Цунадэ. — Но знайте, мне было приятно с вами познакомиться, именно такую спутницу жизни я бы хотела видеть рядом с Саске. И простите, если было что-то не так, — добавила она, добродушно смотря на Сакуру.

— Что вы, Цунадэ! — воскликнула розововолосая. — Все было великолепно! Но сейчас мне правда нужно вернуться наверх, чтобы собрать свои вещи, я бы не хотела вернуться домой поздней ночью, — и девушка, кивнув Цунаде, поспешила к себе в комнату.

Сакура уже почти собралась, когда звук распахнувшейся без стука двери заставил её обернуться. На пороге стоял Саске, и его хмурое выражение лица не сулило девушке ничего хорошего.

— Что ты делаешь? — уточнил он, входя в комнату.

— Да вот, тортики стряпаю, — спокойно ответила Харуно, возвращаясь к прерванному занятию. — Ну, а если серьёзно, то я закончила свою работу. Мы можем пройти в мастерскую и посмотреть.

— Цунадэ мне уже сообщила, коллекцию уже видел, только что оттуда. Я пришёл выразить тебе благодарность за проделанную работу, — всё так же хмуро, не смотря на неё, проговорил Учиха.

— Оригинальный у тебя способ сказать спасибо, однако, — хмыкнула девушка.

— Куда-то собираешься? — проигнорировав слова Сакуры, вновь поинтересовался брюнет.

Вздохнув и мысленно досчитав до десяти, всё тем же спокойным голосом зеленоглазая произнесла:

— Как видишь. Работа закончена, мне здесь делать нечего. Так ведь? — девушка застыла в ожидании ответа, но его не последовало, и она продолжила. — Поэтому я еду домой, и мне хочется очутиться там раньше трёх часов ночи. Будь добр, не мешай мне собираться.

— Я не отпускал тебя, — процедил парень, разворачивая Сакуру к себе лицом.

— Оу, я должна спрашивать у тебя разрешения? — Притворно негодующим голосом воскликнула зеленоглазая. — Извини, но заказчики не оценят, если я пропаду надолго. У меня есть обязательства, и мне дорога моя работа.

Саске отпустил её и холодно проговорил:

— Прости, я не должен был так себя вести. Просто не самый лучший день. Я могу довести тебя до дома, если хочешь.

— Спасибо, но не стоит. Я уже вызвала такси, — откликнулась девушка.

— Сакура, я правда тебе благодарен за коллекцию, — сказав это, Учиха замолчал. Розововолосая терпеливо ждала продолжения, осторожно наблюдая за парнем. — В конце недели я буду в Токио, и мы могли бы поужинать вместе, — добавил он, упрямо смотря поверх её головы.

Сакура шокировано уставилась на брюнета.

— Саске, — медленно начала она. — Если дело в твоей коллекции, и так ты хочешь выразить свою благодарность, то, право слово, не стоит. Я очень рада, что сумела тебе помочь и...

— Дело не только в моей благодарности, — нетерпеливо перебил её Учиха. — Я просто хотел бы с тобой поужинать. Не делай из этого драму, просто ответь.

Сердце девушки радостно забилось. Восторженное «да» уже готово было сорваться с уст, но Сакура сумела скрыть свои эмоции. Не хотелось показывать Саске, насколько она обрадовалась его словам.

— Ммм, — протянула зеленоглазая. — Как насчёт вечера пятницы?

— Без проблем. Оставь мне свой адрес в Токио и телефон.

— Хорошо, договорились. А сейчас не мешай мне, пожалуйста. Через час приедет такси, а я ещё не полностью собралась.

— Как скажешь, — коротко ответил брюнет и вышел из комнаты.

Сакура, тихонько рассмеявшись, принялась вновь складывать вещи.

Через час, сидя в такси, розововолосая бросила последний взгляд на скрывающийся за деревьями дом. Ей стало тоскливо. Приедет ли она сюда вновь, девушка не знала. Её пугала эта неизвестность, она боялась, что Саске изменит своё решение и откажется от ужина с ней. Что ждёт их дальше, она не ведала. Мигнув фарами, машина исчезла за поворотом.