Несокрушимые

Шэнон.

Я нервно топаю ногой и хожу в разные стороны, ожидая подтверждения фотографии.

Желательно, конечно, видео.

Я хотела насладиться моментом, когда мою сестру кладут в гроб и смотрят, как она задыхается в химическом растворе.

Но прошло уже более чем достаточно времени, а я все еще не получила никакого ответа.

Я привыкла ждать, но чёрт, как я ненавижу это делать.

Сейчас я находилась одна дома, и у меня было ещё около сорока минут до того как прийдёт Валтор, и я должна посмотреть видео или хотя бы фотографию.

Прошлой ночью я заснула с долгожданной улыбкой на лице.

Наконец-то всё закончится.

Пока Валтор спал, я даже мастурбировала несколько минут от мысли, что моя сестра будет похоронена заживо в гробу.

Я зажимала себе рот, чтобы не застонать громко и не закричать.

Кому-то это покажется странным, наверное, всем, но меня возбуждала мысль, что моя единственная и неповторимая сестричка сдохнет.

Я извивалась на кровати, словно змея и представляла как Герда задыхается в формалине. Её глаза навсегда закрываются, а тело остаётся неподвижным.

Мой гнев разливался по венам всё сильнее, и, не дожидаясь ещё больше времени, я достала телефон, и набрала одного из своих мальчиков - зайчиков и поднесла телефон к уху.

После первого гудка пошли остальные, и когда он не взял трубку, я набрала второго парня, который оказался в не зоне доступа.

Я начала довольно сильно паниковать.

Может быть, в подвале просто нет связи?

Что, если она сбежала?

От последней мысли холодок и мурашки прошлись по моему телу.

Да ну, нет, не может быть. Герда слишком слаба, чтобы одолеть мою стаю кроликов.

Я чувствую, что прямо сейчас её душа находится в загробье, а её тело забитонированно под деревом, у неё нет возможности дышать, у неё нет возможно кричать, она задыхается, или уже задохнулась.

Я чувствую, что она умерла.

Разочарованная тем, что не получила никакого ответа, я бросила телефон на кровать и сама рухнула на плюшевое одеяло.

Сейчас самое время спланировать нашу свадьбу.

Я решила, что не стоит тянуть, чем скорее, тем лучше.

Я уже купила себе свадебное платье и фату с туфлями. Свадебное платье я заказала ещё очень давно, когда Валтор и Герда были ещё пока вместе. Но это не мешало мне планировать нашу свадьбу, даже наоборот, меня заколяла мысль о том, что я убью свою сестру и займу её место.

Но мы еще не решили, где проведем свадьбу. Может быть, в церкви, в храме или в соборе.

Это не имеет значения, главное, чтобы мы поженились как можно скорее. Чтобы у него на пальце было мое кольцо.

Я подумывала купить нам кольца на заказ, я хочу, чтобы на его безымянном пальце красовалось кольцо с моими инициалами.

Я желаю, чтобы все знали кому он принадлежит и чей он муж.

Мы должны поклясться друг другу в вечной любви и верности, я знаю, что он венчался с Гердой, но теперь это тоже не важно.

На самом деле, это так глупо было с их стороны. Венчаться в церкви и давать друг другу ванильные, любовные клятвы.

Они даже не подозревали, что я наблюдаю за каждым их шагом и любым действием. Мои глаза - это две птицы, которые устремили свой внимательный взор на нужной цели.

И они были моей целью.

Каждый день в детском доме, когда я наблюдала за ними, в моей голове разрабатывался план о том, как их сломать, разрушить то, что они так усердно строили.

Я никогда и не с кем не любила делиться своими игрушками, даже когда наши родители были ещё живы, я прятала своих самых любимых кукол от назойливых рук Герды, и по ночам, когда она крепко засыпала, я доставала их из коробки, которая находилась далеко под кроватью, и играла с ними. Я хотела спрятать их, чтобы ни одна живая душа даже не посмела позарится на то, что принадлежит мне.

Я всегда усердно охраняла и прятала свои вещи.

А Валтор был только моим и навсегда.

Мне было плевать, что моя любовь к нему была безумной. Я была одержима им, я готова была поклоняться ему и стоять перед ним на коленях.

Валтор - был моим богом.

Он - алтарь, которому я молюсь, я готова ему петь молитвы и целовать его военные ботинки, в которых он всегда ходил. Я готова вылизывать дорогу, по которой он ходит и оставляет свой след. Я даже не буду против, если он захочет водить меня на поводке, как послушную собачку, которая будет ходить за ним по пятам и потакать всем его капризам.

Когда я смотрю в его ярко зелёные глаза, напоминающие два зелёных драгоценных камня, мне хочется их выколоть, чтобы поместить в банку и хранить их там, как что-то ценное и недостойное других глаз.

Герда давно осталась в нашем прошлом, а сейчас важно только наше настоящее и будущее.

Мы с Валтором уедем далеко-далеко, и ни одна живая душа нас не найдет, этих надоедливых и ненавистных людей нигде не будет.

Мы будем только вдвоем.

На моих пухлых губах заиграла лукавая улыбка.

Я собираюсь изолировать нас от всего гребаного мира, мы будем жить на каком-нибудь необитаемом острове и наслаждаться уединенной жизнью.

А если Валтор захочет детей, то их просто не будет. Мне не нужны малолетние сопляки, которые будут отнимать внимания Валтора от меня.

Для такого случая я две недели назад вставила себе противозочаточный имплант. Валтор думал, что я ушла на работу забрать свою трудовую книжку, а на самом деле, я поехала в хирургическую клинику.

Делить внимание и любовь Валтора с кем-то ещё? Ну уж нет. Я никогда не позволю такому произойти.

Мне проще убить кричащих маленький идиотов, чем терпеть их всю жизнь.

Не напрасно я мучилась столько лет и сгорала от ревности, чтобы потом вот так просто нарожать маленьких ублюдков, которые будут для меня ничто иное, как никчёмная обуза.

Не знаю, сколько прошло времени, когда я услышала звук открывающейся двери и на пороге появился Валтор.

Я радостно вскочила с кровати и бросилась к нему, будто не видела целые годы.

Каждая его минута не со мной - мучения для меня.

- Ты опять был с Алойзой? - спросила я, уткнувшись ему в шею.

- Он тебе чем-то не нравится? - спросил Валтор, отстраняясь от меня.

- Мне не нравится, что ты проводишь с ним так много времени.

- Какие проблемы? - голос Валтора звучал недовольно и раздражённо.

- Какие проблемы? - воскликнула я и посмотрела ему в глаза - у нас свадьба через пару дней, нам столько нужно обсудить, а ты относишься к этому как к самому обычному делу. Поженились, делов то, верно?

Валтор наклонил голову в сторону и с тем же раздражённым взглядом продолжал смотреть на меня.

- Прекрати устраивать истерики. Ты хотела, чтобы мы поженились, мы, блять, женимся.

Я сжимала кулаки от гнева и невыносимой ярости.

- Тебе вообще нужна эта свадьба? - серьёзно спросила я.

Не нужно было врать, чтобы сказать, что Валтор стал отстранённым и замкнутым.

Как бы я не старалась, чего бы я не делала, я всё равно не такая, как она. Он видел разницу, даже когда не хотел её видеть, вот только он не знал, что перед ним стоит не та самая Герда.

Я много за ними наблюдала и могла увидеть огромную разницу. Он никогда не срывался на неё и относился как к королеве. Смотрел на неё как на божество и готов был молится на неё, дарил ей самые яркие улыбки, самые горячие поцелуи.

Ангел.

Он больше не называет меня... точнее, её ангелом.

Потому что даже здесь он видит глубокую разницу.

- Ты всё ещё любишь меня? - срывающимся от боли голоса, спросила я.

Мой голос звучал жалко. Но я была готова на колени упасть и целовать ему ноги чтобы услышать заветное "да."

Он просто не может не любить меня. Он её любил, и меня полюбит.

Полюбит, чёрт возьми!

В моих глазах пылали слёзы, которые я с трудом проглатывала.

Скажи " да."

Скажи "да."

Скажи "да."

Но ему не нужно было ничего говорить, чтобы я поняла это по его взгляду.

- Наверное, люблю - тяжело вздохнув от собственных слёз ответил он.

- Наверное это не " нет" верно?

- Но это и не "да" - протестовал он - Герда, я не хочу обманывать нас обоих, ты изменилась, и я не могу понять, что, блять, случилось с тобой? Просто скажи мне, что не так, и мы попробуем разобраться.

Мгновение, всего одно мимолётное мгновение я думаю над тем чтобы сказать ему всю правду.

Я подумываю о том, чтобы сказать ему:

Я не Герда, я ненастоящая! Но я люблю тебя, и она никогда не полюбит тебя так сильно, как я. Это просто невозможно.

Я быстро отбрасываю эти мысли и говорю что-то совершенно другое. Не то, что я думаю.

- Если я скажу всю правду, ты пообещаешь никогда меня не отпускать? - наивно спросила я, не смотря в глаза тому, кому я готова отдать всю себя.

- Обещаю. Я и раньше тебя никогда не отпускал, почему сейчас должен?

Наверное, потому, что я не та, кто я есть..

Я смотрю на него долгие минуты, прежде чем падаю на пол и рыдаю как маленькая.

Кто говорил что будет легко? У меня никогда в жизни ничего не было легко. Почему, когда я сделала всё возможное, чтобы стать ею, я всё равно не счастлива?

Я утопаю в своих слезах, а мои крики меня же и углушают.

Незамедлительно Валтор садится на пол рядом со мной и усаживает меня к себе на колени.

Я прижимаюсь к нему как котёнок, который нуждается в ласке, заботе и любви.

- Эй, тихо - успокаивающе говорил Валтор мне на ухо - всё хорошо, скажи мне в чём дело, что ты скрываешь?

- Я не могу - промычала я, спуская из глаз новый поток непролитых слёз.

- Почему нет?

- Ты меня разлюбишь и бросишь.

- Герда - со свистом выдохнул он и прижал меня сильнее к себе.

Я лежала на его твёрдой груди и слышала тяжёлые удары его сердца.

Если бы у меня была возможность, я бы впечатала туда своё имя.

Я бы взяла самый большой нож с самым острым лезвием и чёткими линиями вырисовывала каждую букву своего имени. Я бы слизывала кровь, которой он истекал, и смаковала бы его железный вкус.

- Всё будет хорошо - тихо пробормотал Валтор.

- У нас?- спросила я, отрывая голову от его груди и внимательно смотря на него.

- У нас - утвердительно сказал он.

Я расслабилась и снова уткнулась в его грудь.

В один день я расскажу тебе всю правду.

***
Спустя два дня.

Сегодня был один из самых приятных дней.

Я сидела на диване и смотрела дурацкий мультик Винкс, когда Валтор готовил на кухне и время от времени поглядывал на меня.

За все эти два дня я так и не получила ни фотографии, ни видео. Ничего.

Быть не могло, чтобы мои парни кинули меня.

Они были верны мне, как чёртовы псы.

Что-то пошло не так, но у меня не было времени это выяснять.

Завтра у нас с Валтором свадьба. Мы решили провести её в святом соборе. Я, Валтор и священник. Большего нам и не нужно.

Я делала вид, что мне интересно смотреть мультфильм про феечек с магическими способностями.

Такой бред мог только понравится моей идиотской сестричке.

В моих руках сочный персик, которые я купила вчера.

Делая первый укус, я закрываю глаза и наслаждаюсь вкусом.

Обожаю персики.

Из кухни выходит Валтор с двумя тарелками пасты и резко останавливается  с неверием смотря на меня.

- Что ты делаешь? - в ступоре спросил он, не смея сделать шаг вперёд.

- А что, по твоему, я делаю? - хихикнула я - ем персик.

Для убедительности я покрутила персик в руках, и ещё раз коротко засмеялась, пытаясь скрыть нервозность.

- Вот именно, ты ешь чёртовы персики - прошипел он.

- И что такого?

- У тебя с детства аллергия на персики.

Мы оба замерли, не двигаясь и не отрывая друг от друга тяжёлые взгляды.

- Нет, у меня нет аллергии на персики - прошептала я, покачав головой.

- Да, у тебя есть аллергия на персики.

- Нет - продолжала я отрицать.

- Да - настаивал он - девятнадцатое июля, детский дом, тебе было двенадцать, когда ты попробовала персик. Ты тогда неделю ела только из специальной трубки, потому что не могла есть ничего нормально, у тебя была жёсткая чесотка и покраснения на коже. С тех пор, я никогда не покупал и тебе не давал персиков.

Казалось, что у меня онемение языка, потому что я не могла ничего сказать или возразить.

Как я могла про это забыть?

У Герды действительно была аллергия на персики, не у меня.

Господи. Надо что-то срочно придумать.

- Э, да, но это было в детстве, я переросла это, теперь у меня нет никакой аллергии, и мне можно есть персики.

Валтор не казался убеждённым, совсем наоборот, он только пристальнее меня изучал, как будто впервые меня видел.

Он слишком пристально меня разглядывал.

- Валтор? - нервно окликнула я, сжимая подол фудболки.

Он не ответил мне, но подошёл ближе, не отрываясь взгляда. Затем что-то промелькало в её взгляде.

Что-то похожее на... осознание.

- Пойдём ужинать - быстро сказал он и ушёл на кухню.