Несокрушимые

Валтор.

Шесть лет спустя.

Спустя множество в путешествующих стран, Торонто стал для нас домом.

Солнце светило высоко в небе. На заднем плане, помимо птиц, слышались веселые голоса и крики наших детей.

Илая и Иден.

Нам потребовалось немало времени, чтобы всё забыть и начать новую жизнь. Я солгу, если скажу, что после того, как мы с Гердой уехали из Чикаго, у нас всё было гладко, нет.

У нас были многочисленные ссоры по разным поводам, также понадобилось время, чтобы эмоциональное состояние Герды пришло в норму, её зависимость к наркотикам, которую мы вместе лечили.

Сейчас мы оставили своё прошлое где-то далеко, позади нас. Когда мы официально поженились, Герда взяла мою фамилию.

Готтал.

Я настаивал на том, что она не должна этого делать,и даже хотел сам взять её фамилию.

Я не хотел, чтобы её что-то объединяло с моей семьёй.

Они тоже все были в прошлом.

Я никогда не хотел носить фамилию серийного убийцы, я никогда не хотел быть его сыном. Но от этого нельзя убежать.

Я не выбирал себе отца. Но он навсегда запятнал меня, и оставил ужасную часть себя для меня, у меня не было выбора принимать её или выкинуть куда-то подальше. Он захоронил эту часть в моём сердце и сделал так, чтобы избавиться от неё было невозможно.

Я больше ничего не слышал о моей матери с тех пор, как она оставила меня в детском доме, там я видел её пару раз и улавливал её взгляд за ограждением. Она наблюдала за мной, и даже звала меня, но я никогда не шёл.

Но год назад в новостях, я увидел имя своей матери и отца.

Кристиан Готтал убил собственную жену, Ванессу Готтал.

Напомним, что Кристиан Готтал  - известный серийный убийца, и самый жестокий в штате Ванкувера. Он был приговорен к пожизненному заключению в колонии без возможности выходить на свет.

Единственный человек который приходил к нему, была именно - Ванесса Готтал.

По словам самого Кристиана, "птички ему донесли" что Ванесса ходила на свидание с каким-то парнем. Позже узналось, что это парень был директором ресторана в котором работала Ванесса, и он испытал любовные чувства к женщине, хоть и знал, чья она была жена.

В один из дней после, когда Ванесса пришла навестить мужа, Кристиан Готтал её задушил от неконтролируемой ревности, надзиратели к сожалению слишком поздно увидели это по камерам видеонаблюдения и Ванесса умерла. А сам Кристиан сделал для себя самосуд и перерезал себе вены в тот же день, когда убил свою жену.

Вот так и закончилась история серийного убийцы и наивной девочки.

Герда сидела на моих коленях, облокотившись о мою грудь. Она внимательным взором наблюдала, как наш сын катал на качелях Иден и внимательно наблюдает за ней не спуская с неё глаз.

Три года назад мы с Гердой вернулись в наш детский дом, в которым выросли. Там мы нашли четырехлетнего мальчика с блондинистыми волосами и чёрными глазами. Для своего маленького возраста, он выглядел довольно грозно и смотрел на всех с предостережением.

Он охранял маленькую двухлетнюю девочку, которая лежала в люльке и покусывала свои пальцы.

Сначала мы подумали, что он её брат, но директрисса нам сообщила, что они друг другу никто, и не понятно, по какой причине Илай очень привязан к Иден.

Илай - был сын наркоторговца, его отец был ублюдком, который продавал ребёнка на аукционе. А Иден была дочерью какой-то проститутки, которая как только родила ребёнка, оставила его возле мусорника, голодную и кричащую во всё горло.

Никто не знал, что между ними было общего, и почему Иден и Илай оказались вместе в одном детском доме в одно и тоже время.

Герда больше не могла иметь своих детей, после того как Шэнон проткнула ей живот. Но мы и не собиралась в тот день усыновлять двоих детей, мы просто пришли проведать давних друзей, но судьба решила снова всё перевернуть и преподнести нам двоим малышей.

Герда отказалась уходить куда либо без них, мы даже не рассматривали чтобы забрать кого-то одного, мы прекрасно знаем как это, и никогда бы не посмели их разлучить.

Сначало Илай относился к нам с осторожностью, в свой маленький возраст он уже познал этот дерьмовый мир. Но спустя время он привык и даже полюбил нас, хоть он этого и не показывает, но мы с Гердой оба видим что его глаза полны счастья, которого он заслуживает.

У Илая в детстве произошла травма, из-за которой он больше не говорит, он умеет, но не хочет. Единственное слово которое он когда либо говорил и продолжает говорить "Иден"

Ради него мы выучили язык жестов и общались только так.

Смотря на своего сына, я вижу в нём себя. Мрачного, молчаливого и закрытого.

Но у Илая теперь была любящая семья, которой не было у меня, и мы бы никогда его не бросили.

Иден в свою очередь, наоборот, была шустрой и разговорчивой. Она всегда смеялась и улыбалась. Её кудрявые, золотые волосы Герда всегда заплетала в два высоких пучка.

Иден была беззаботным ребёнком, и она так же сильно была привязана к Илаю, как и он.

У нас был собственный двухэтажный дом с задним двориком, на котором сейчас отдыхали наши две собаки - Зимбо и Зомби, бассейном и качелями которые я построил для наших детей.

Я работал в бойцовском клубе, участвовал в официальных боях, и также учил Илая боксу.  Герда стала дизайнером. Она проектировала квартиры и создавала дизайны и обстановку.

Наша жизнь стала... счастливой, мы все были счастливы. У нас было всё, чего мы так сильно хотели.

Мои руки запутались в волосах моего ангела, и я снова и снова вдыхал её приятный запах.

- Мамочка! Папочка! - закричала Иден - смотрите как Илай меня высоко катает!

- Будь осторожна, милая - крикнула Герда, сидя у меня на коленях.

- Илай никогда не даст ей упасть - пробормотала я, целуя её в шею.

- Скоро нужно подать документы в школу для Илая, по возрасту ему уже пора.

- Илай не будет учиться в школе без Иден - чётко сказал я, потому что знал, что это так.

И Илаю не нужно об этом говорить, как только Герда начинала разговор про школу, он уходил играть с Иден.

И это был его молчаливый, но громкий ответ.

- Да, но он должен быть общительным, он слишком закрытый, ему нужно общение, Валтор.

- Ты же знаешь нашего сына, пока Иден не в его поле зрения, он никуда не уйдёт. Он не собирается оставлять её одну. Как насчёт домашнего обучения?

Герда задумчиво посмотрела на Илая и что-то неизвестное промелькнуло в её взгляде.

- Думаешь, он когда-нибудь заговорит?

- Я тоже ни с кем не разговаривал до двенадцати лет, это пройдёт. Не волнуйся за него.

Иден снова заливисто засмеялась, и мы оба улыбнулись, слушая её смех и наслаждались маленькой ухмылкой Илая.

- Илай очень хороший брат - тихо сказал я, наблюдая за ним.

- Нет - проговорила Герда смотря на нашего сына - они никогда не будут друг другу братом и сестрой...я слишком хорошо знаю этот собственнический взгляд.

Конец.