Возьми меня с собой
| Э м и л и |
Ей нужна передышка. Белла такая сильная, но пока ещё совсем этого не подозревает. То, как она смогла смотреть в глаза опасности. Она до последнего держалась в крайней строгости, однако сейчас... Ей нужна опора, чтобы не упасть. Нужно взять чью-то руку.
Люди иногда ложно думают, что смогут прожить в одиночестве. Но это же неправда. Нам нужны объятия, нужна любовь. Никто не сможет отказаться от этого. Никогда.
Я видела смятение в ее глазах, страх, который она не могла объяснить. Она поняла с полуслова, что маму её не спасти. Девочка эта очень умная. Не по годам своим умна. Зрелый ум приходит к нам с потерями, с трудностями. Лишь такие дети могут выглядеть старше своего возраста. Такой и была Белла.
Сначала, увидев ее впервые в жизни, я словно представила Джоша в женском образе. Она так похожа на него, особенно эти глаза... Светлые глаза, сгущающие в себе всю боль. Я не могла оторваться от них, настолько необычными они мне казались. Как и сама Белла, ведь она не была обычным ребенком. Её сердце разбили уже в раннем возрасте. И я никогда не могла бы представить, что этим человеком станет Пол Эванс. Каким же сумасшедшим и бесчувственным нужно быть, чтобы портить жизнь, убивать семью лучшего друга. У этого человека серьезные проблемы с головой, он до конца дней своих будет гнить в психушке. Лучше б его никогда не отпустили. Надеюсь, он получит по заслугам.
— Как себя чувствуешь? - спрашиваю я, заходя в комнату Джоша. Он массирует виски, наверное, голова трещит от всего этого. Я тоже была бы не против выпить обезболивающее, однако в его аптечке ничего такого не найти. Нужно будет завтра заскочить туда за лекарствами.
— Не знаю. Я даже не знаю как себя чувствовать. Я не любил Бритни так сильно, как тебя, но... В душе пустота. Будто у меня забрали плюшевого медведя, с которым я не расставался десять лет.
Ощущаю в его голосе сожаление. Он никогда не хотел бы, чтобы так получилось. Мы не успели спасти ее. Если бы только прибежали чуть раньше... На пару минут. Тогда она бы сейчас обняла Беллу, успокоила ее и легла с ней спать, а Джош наблюдал бы за ними. В этой истории никогда бы меня не было. Только жить с этим "если бы" теперь будет очень трудно.
— Думаю, мне стоит уйти, Джош.
— С чего ты взяла это? Что-то произошло? Я обидел тебя?
— Нет-нет, что ты. Здесь нет твоей вины. Я просто вижу, как вам сложно. А я только сгущаю все краски. Может, вам стоит пожить вместе, все обдумать.
— Эмили, я могу обдумывать все, будучи рядом с тобой. Ты нужна мне сейчас, как никогда раньше. Видишь же, насколько мне трудно. Дышать не получается. Я стану клаустрофобом, запертым в своих мыслях. Из моей головы не выходят слова Пола.
А как же они смогут так быстро покинуть его? То, что сказал этот человек, полностью противоположно тому, кем его считал Джош. Я, наверное, перестала бы быть психологом и сама бы легла в психиатрическую больницу для восстановления, если бы такое произошло со мной. Я потеряла своих родных так же, как и он. Теперь и он, и я можем понять эти чувства. И не только мы. В данный момент, я также переживаю о Белле. Как она воспримет данную ситуацию в своем мышлении?
| Б е л л а |
— Тук-тук, можно зайти? - спрашивает незнакомый мне мальчик, держа в руках игрушечную машинку.
— Ты пришел развеселить меня этой игрушкой? - задаю ответный вопрос, выпалив на него свой гнев.
— Нет, я должен поговорить с тобой.
— Это мой папа тебе так сказал?
— Нет.
Зачем же такому маленькому ребенку со мной разговаривать? Ему на вид лет семь. Откуда же только он взялся здесь. Точно. Чтобы ещё больше раздражать меня, ведь мне не хватило.
— У меня тоже умерла мама. Дядя Джош не сказал об этом, но я знаю. Она больше не пришла ко мне, когда я проснулся в скучной больнице. Не погладила меня по голове, как делала раньше. Я соскучился по ней. Очень.
Что же это с ним? Вдруг в этих твердых глазах я вижу сожаление и печаль. Только у моей мамы я видела такие глаза, когда она сидела возле меня без движения. Ей было очень тяжело, она не могла почувствовать моё тепло при объятии, ведь я была холодна, как лёд. Мои пальцы онемели и я ничего не чувствовала, когда он иногда заносил к нам обогреватель, но это было очень редко. В тот момент я всегда вспоминала папу. Чувствуя теплоту, я перебивала чувство ужасного голода мыслями об отце. Только это могло спасти мне жизнь. Но мысли мамы я никогда не слышала. О чем она думала, о чем кричала внутри себя? Хотела ли она быть с папой в этот момент?
Я прекрасно знала о том, что они с папой уже практически были в разводе. Ссора за ссорой, а я как всегда лежала на кровати и затыкала уши наушниками, включая Numb, чтобы ещё больше расстраиваться по этой ситуации. Было ли мне тяжело? Ещё как. Думаю, при раздорах между родителями страдают, в первую очередь, дети. Они же любят и маму, и папу. Им тяжело принять какую-либо сторону, но приходится. В таких ситуациях я всегда принимала сторону отца. Потому что видела его невиновность. Мама часто ходила на различные ужины, пахло от нее алкоголем и другими мужчинами, потому что это было наиболее заметно. Когда она возвращалась с работы очень веселой, я понимала, что ей сделали что-то приятное на работе. Кто-то сделал. И им всегда оказывался мужчина.
Как-то, до нашей пропажи за 8 дней, я выглянула в окно. Папа вышел за продуктами, зная, что мама не купит ничего к ужину. Я долго сидела так, глядя на соседний особняк, погружалась в саму себя и вдруг увидела, что к дому подъехала машина. Вышел странный человек, открывая дверь моей маме. Она улыбалась ему, поцеловала прямо в губы. Так они простояли очень долго, я дико смутилась с произошедшего, не смогла смотреть маме в глаза, когда она пришла посмотреть, как мои дела. Мне было очень обидно за папу. Он ничего не сделал подобного, а она так вела себя. В этой женщине будто бы не осталось моей мамы. Она думала только о себе.
Однако, чтобы я не сказала, я сильно буду любить их до конца жизни. И пусть мама сейчас не со мной... Мы будем всегда рядом.
— Меня, кстати, зовут Изабелла. Можешь называть меня Беллой, - сказала я вслед мальчишке. Как же без официального приветствия? Он же переживает ту же боль, что и я.
— Я Сэмми, но все школьные друзья зовут меня Сэм. - Он широко улыбнулся и пожал мне руку. А дальше я просто глядела в тот самый соседний домик, который уже не казался мне милым, как это было раньше. Чувствую, что многое поменяется.
| Д ж о ш |
Блинчики. Как давно не чувствовал этот теплый запах, внушающий мне уют и счастье, которых мне так не хватало за все эти месяцы. Сам я редко готовил что-либо. Обычно это случалось, когда мы с Беллой хотели поужинать на балконе или же устроить пикник где-нибудь в саду. Скорее всего, это Эмили захотела сегодня начать день с хорошего завтрака и сытых животов. Оставила меня одного в этой кровати, может, и вовсе не открывать глаза?
Нет, она всё ещё в постели. Наверное, я ошибся со своими пылкими мечтами о великолепном завтраке. Но... Запах. Он все ещё чувствуется. Или только я один?
— Эми? Проснись, ты чувствуешь этот запах?
— Джош, я не спала нормально несколько ночей, о чем ты? - говорит она, все ещё держа глаза закрытыми.
— Просто ответь, я же не один чувствуют запах блинов.
— Не один. Наверное, горничная приготовила.
— У нас ее нет, я уволил ее ещё в прошлом году.
Нас постигла тишина. Запах доносился снизу, сменялся клубничным вареньем. Я готов был плыть по течению этого аромата, потому что был ужасно голоден. Мы с Эмили ничего не ели вчера. Да и нормальная жизнедеятельность покинула нас до сегодняшнего дня. Я впервые выспался, у меня не было диких кошмаров. Был лишь сон, в котором мы вчетвером рисуем великолепную картину. Каждый взял по кисточке, подобрал нужные оттенки и начал творить чудо. Как только дрогнула моя кисть, портрет двух женщин был окончен. Но только я не помню, кого мы нарисовали. Пустой лист, из памяти пропал этот портрет. Чей же он был?
— Доброе утро, дом! - кричит Белла, поливая блины клубничным вареньем. Я вылупился: моя дочь, которая в жизни не брала в руки сковородку, печет блины, да ещё какие! У них даже не было черной корочки, она будто бы с плиты не слезает с самого утра. Я был в шоке. Как и Эмили. Мы стояли и глядели на все происходящее, словно смотрим фантастику. Тем временем, Сэм просто сел за стол и начал лопать эти сочные блинчики. По его выражению лица можно понять, что они весьма вкусные. Но мы все ещё не понимали, где очутились.
— Белла, с тобой все хорошо? Ничего не болит?
— Нет, папа. Все прекрасно. Я решила приготовить вам завтрак.
— Ты же только вчера...
Сэм показал пальцами, что нам лучше помолчать. Мы поняли, она старается стереть все с памяти. В больнице ее организм насытили всем необходимым и она проспала около десяти с половиной часов. Кажется, для молодого организма это вполне нормально. Однако для нас с Эмили это было непонятно. Её такое состояние вызывало большое удивление.
Мы мирно поели, не издав ни звука. Белла все время металась от плиты к столу, поэтому у нашего разговора не было никаких шансов. Эмили вот-вот хотела что-то спросить у меня, но дочка нас остановила.
— Эмили, можно ли мне с тобой поехать на могилу матери? - спросила она, выдавив лёгкую улыбку. На лице девушки не было ни одной эмоции, которая могла бы оставить меня в покое. Мне было интересно, с чего бы дочка так резко решила поехать именно с ней. Вчера я уладил все дела с могилой и уже установил надгробный камень, попрощавшись с Бритни без прелюдий. Мне больно, но я не стану показывать этого своей дочери. Она должна ощущать себя в уюте и тепле семейного очага. Я ни за что в жизни не буду ворошить эти страшные дни, которые пережила Белла.
— Да, конечно, если ты так хочешь.
— Очень хочу.
— Тогда мы с Сэмом отправимся в торговый центр. Эми, ты запишешь, в какие бутики нам зайти, чтобы подобрать вещи?
— Обязательно, не потеряйтесь, пожалуйста, - кинула мне вслед тихую насмешку Эмили, перед тем как я обнял ее на прощание. Несмотря ни на что, мы не теряем свою связь.
| Э м и л и |
Мертвые души в глубине этих черных земель. Кем они были? Кому были важны? Никто из нас не узнает. С волнующей печалью я подхожу к тому самому камню, на котором имя и фамилия, которые прочно поселились в моей душе. Бритни Уилсон. Незабываема.
Смотрю на Беллу и понимаю, что девочка просто сбита с пути прямо сейчас. Её сердце блуждает во тьме печали. И оттуда она сможет выйти только сама.
А снег все падает, аккуратно ложась на землю, окружая нас со всех сторон. В этот раз он очень пушист, падает огромными кусками. Если бы я была ребенком, то обязательно открыла бы рот и стала ловить снежинки, пытаясь почувствовать хоть какой-то вкус. Мне всегда в детстве было интересно, почему же вода безвкусна? Почему снежинки такие же? В таком возрасте я заботилась совсем о других проблемах, нежели сейчас. Говорила себе, что учеба — это отстой. Лучше бы сразу побежала на работу, выросла бы на несколько лет вперёд. А когда пришло время становиться старше — сломалась. У меня не было денег буквально ни на что. Я жила от зарплаты до зарплаты, а сейчас и вовсе не работаю. Только повзрослев, я поняла, что это тяжело. Тяжело нести на себе все бремя жизни, если ты не рожден миллиардером. Ну или же, на худой конец, миллионером. Как ни крути, терпению пришлось научиться. Именно пришлось. Ранее я им не обладала. Но если обратить внимание на мои прекрасные стычки с Джошем, то можно сказать, время на мою терпеливость никак не повлияло. Я все та же Эмили, что была лет десять назад. Просто познала всю глубину и чёрствость жизни. У меня нет семьи, есть только Джош. Как и у Беллы.
— Прости меня, Эмили. Прости, что в душе, как только увидела тебя, винила во всем. Прости, что набросилась на тебя тогда в спальне. Прошу прощения за всё.
— Солнце, тебе не стоит извиняться передо мной...
— Нет, стоит. Правда стоит. Папа ещё в больнице сказал мне, что ты помогла ему найти меня и маму. И ты не хотела этого, я знаю.
— Все, чего я хочу – это помогать вам, сколько это будет возможно. Если ты хочешь, я могу уйти. Я не буду заставлять тебя принимать меня, - вырвалось из меня из-за чрезмерного наплыва эмоций.
— Я уже приняла тебя. И нам с Сэмом нужен наставник. Ещё лучше, если он будет психологом.
— Эй, откуда ты знаешь? - спросила я, смеясь от ее милой ухмылки. Похоже, она все обо мне разузнала. Мы обнялись, и я впервые почувствовала ее боль. Через объятие она показала мне это. И как бы мне хотелось вытащить из нее все плохое, но только не в моих силах. Однако буду пытаться. Стараться изо дня в день стать для них лучшей мамой. Я постараюсь. Это мой долг перед Беллой и Сэмом.