Молитва

Я работаю охранником на пропускном пункте в большом предприятии. Каждый день я проверяю десятки документов, вижу десятки лиц и машин. Каждый день такой же как и другой. Я не помню когда в последний раз испытывал что-то кроме скуки и усталости. Я уже давно потерял амбиции молодости, зарыл свой талант рисования в землю и живу ради того чтобы жить. Ничего не предвещает изменений и скорее всего я умру с чашкой кофе в руках рассматривая очередное удостоверение.

Но сегодня что-то изменилось. Рано утром приезжает немного машин и я уже запомнил их все. Однако этой не видел не разу. Бледно-зелёного цвета, небольшая, похожая на маленького жучка. За рулем оказалась прекрасная девушка. Волосы каштанового цвета, ярко голубые глаза, и искра в ни. Все это резко выделяло ее из десятков усталых, угрюмых и грустных людей, что я видел каждый день. Мы перекинулись парой слов, я спросил про начало дня, и она наверное ответила, что хочет спать или что-то в этом духе. Я все еще был немного заворожен ей и просто улыбнулся. Она улыбнулась в ответ. Я давно не видел такой прекрасной улыбки. На душе стало легко. Я попросил удостоверение и посмотрев на него пару секунд отдал обратно. Я был уверен, что все в порядке. После того как она проехала, я минут пять просидел думая о произошедшем, пока не приехала очередная машина. Остаток дня прошел гораздо легче чем обычно, а в голове опять и опять всплывала эта улыбка.

Я стал видеть ее каждый день, мы все больше и больше говорили, а дни стали проходить неимоверно легко. В один из вечеров я решился, и позвал ее поужинать в кафе после того, как закончится моя смена. И она согласилась, хотя ей и надо было подождать еще пару часов, да и думаю она устала не меньше моего. Это было потрясающе. Когда я подошел к кафе, она уже стояла там. Мы зашли, что-то заказали, наверное это был обычный ужин, и может какой-то десерт. Я не помню ничего кроме нашего разговора. У меня нет друзей или знакомых, и единственный с кем я мог поговорить до этого был попугай, но и он умер пару лет назад. Мы говорили обо всем и ни о чем, а я никак не мог остановится. Все закончилось лишь когда кафе стало закрываться. Продолжая говорить мы вышли, постояли несколько минут и попрощавшись разошлись.

Я был счастлив. Моя ноша стала легче и я даже стал видеть хоть какие-то перспективы. Через пару дней мы встретились снова, и снова. Но сегодня произошло что-то не совсем обычное. Это была суббота и мы договорились прогуляться по парку вблизи моего дома. Она никогда не опаздывала и все была на месте, когда я приходил. В этот раз ее не было, конечно меня это не сильно удивило. "Наверное просто я пришел раньше, или ей надо немного задержаться" - подумал я и сел на скамейку около входа в парк. Прождав около десяти минут я решил ей позвонить - она дала мне свой номер после второй нашей встречи в кафе. Как я и ожидал, она ответила - "Прости, я немного опаздываю. Наверное подъеду к другому входу в парк, давай встретимся где нибудь в центре, ут того фонтана с лебедем". Конечно же я согласился. Парк был достаточно большим, но я был не против прогуляться. Убирая телефон я встал со скамейки и не торопясь пошел вглубь парка, насвистывая какой-то знакомый мотив. В кустах послышалось шуршание, треск и на тропинку выбежала белка. Возможно ее напугал какой-то ребенок или собака. Хотя было еще достаточно рано и детей здесь явно не должно было быть. Но спустя пару шагов я тут же забыл о белке в предвкушении очередной пары часов в приятной компании. Свернув на тропинку ведущую к фонтану я краем глаза заметил какой-то силуэт, однако повернувшись успел заметить лишь записавшиеся кусты. Опять сбросив все на белок я пошел дальше.

Я шёл по тропинке уже 10 минут. Я знаю этот парк как свои пять пальцев и до спуска к фонтану идти не больше трех. Вдали замаячил силуэт скамейки и я решил, что сяду, отдохну и пойду дальше. Она мне ещё не позвонила, а значит тоже пока идет. Скамейка не была похожа на те, что стоят в этом парке. Она была сделана из чего-то похожего на ель, имела аромат мускуса и была чересчур длинной. Я не стал придумывать объяснений и просто сел. "В жизни встречается много странных вещей и не стоит забивать ими голову" - подумал я. Просидев наверное минут пять я встал и двинулся дальше. Еще через пять минут ходьбы я наконец вышел к спуску. Отсюда виднелся фонтан и одинокий силуэт около него. Я был уверен, что это она. В моей голове, словно подснежники начали расцветать идея для разговора, вопросы и мысли о прекрасном. Я и не заметил как дошел до фонтана.

Вокруг никого не было. Ни души. По моей спине пробежал холодок. Я точно видел кого-то у фонтана со спуска, пока спускался и шел. Я опустил глаза лишь на пару минут и этот некто исчез. "Наверное он просто ушел через другую тропинку" - постарался уверить себя я. В этот момент мне стало нехорошо и закружилась голова. Я присел на краешек фонтана и закрыл глаза.

Наверное я просидел пару минут, пока моя голова не перестала кружится, а пульсирующая боль в животе не утихла. Открыв глаза, мне показалось, что цвет деревьев стал немного темнее, но я скинул это на то, что еще не привык к яркому утреннему свету. В моей голове мелькнула мысль о том, что она просто заблудилась и я решил позвонить. Трубку взяли спустя пять гудков. "Привет, все хорошо, ты не заблудилась?" - немного дрожащим голосом спросил я. Тишина. Ни дыхания, ни покашливания, никаких признаков того, что на другом конце провода есть кто-то живой. Мое сердце забилось чаще - "Т.. ты меня слышишь?" - мой голос предательски сорвался. Ни звука. Мертвая, давящая тишина. Я снова заговорил - "Ответь, пожалуй-" - трубку бросили. Меня прошиб холодный пот. Голова снова закружилась и я почувствовал себя, будто находящимся на корабле в сильную бурю. С трудом мне удалось встать и заставить себя двигаться к тропинке ведущим ко второму входу в парк, входу к которому она обещала подъехать.

Голова перестала кружиться и меня уже почти не качало из стороны в сторону. Но я все еще был боялся. Боялся за нее, мне было ужасно страшно даже представить, что с ней могло что-то случиться. Я все еще шел по тропинке, и поворачивал уже четвертый раз. Четвертый раз направо. На этой тропинке никогда не было ни одного поворота. Я снова увидел вдали силуэт скамейки. Это оказалась нормальная, светлого бежевого цвета, с запахом сигарет. Я никогда не верил в высшие силы, но сейчас я был на пике и решил помолится. Вскинув голову к небу я сложил руки горкой и попросил о помощи, попросил о том, чтобы с ней ничего не случилось и чтобы я смог её найти. И мне ответили. Это был неразборчивый шёпот, но даже этого было достаточно. Мой напуганный разум твердо решил, что это был Бог. Это дало мне искру надежды, силы идти дальше и я встал.

Спустя еще десять минут непрерывной ходьбы я вышел в еловую чащу. В парке никогда не было елей, да черт меня побери в парке и не могло быть елей, в парке не могло быть чащи! Меня пробила крупная дрожь. Я сел на землю и закрыл глаза. В голове роились лишь бессмысленные и несвязанные слова, из которых я мог сложить только одно - "Она может быть в опасности". Этого хватило, чтобы я зашел в чащу. Спустя минуту протирания сквозь деревья я понял, что от солнца и теплого летнего ветра не осталось и следа. Вокруг смеркалось и становилось прохладно.

И вдруг я услышал крик. Ее крик. Я никогда не слышал его раньше, но был уверен, что никто другой так прочитать не мог. Не задумываясь я побежал в ту сторону откуда его услышал, не обращая внимания на царапающие руки и ноги стволы, на то что они становились все ближе и гуще. Я становился лишь когда не смог пройти между двух стволов. Повернувшись думая вернуться чуть назад и выбрать другой путь я оказался заперт в узком круг из толстых еловых стволов. Они будто продолжали расти и давить, давить на меня. Я начал слышать треск, то ли стволов, то ли моих костей. И я снова начал молится. Шипя от нарастающей боли я воздел голову к небу и попросил о помощи, о спасении, о шансе выбраться и продолжить путь. И вновь я услышал шепот. Раздвинулись стволы. Даже не задумываясь о том, что только что произошло, я продолжил бежать туда, откуда снова послышался крик.

Куст подсек мою ногу. По крайней мере я думал, что это куст. Прокатившись пару мест я врезался в ствол очередной ели и осел как мешок с картошкой. Придя в себя и перевернувшись я снова, как в начале прогулки заметил силуэт за деревом в паре метров около себя. Но в этот раз он не попытался скрыться, давая рассмотреть себя целиком. В сумерках я мог разглядеть лишь очертания, и этого хватило для того, чтобы я оцепенел от ужаса. Силуэт был наверное метра три ростом, и руки были в длину больше половины его тела. Я не видел его ног, но был уверен, что они значительно меньше рук. Тут он вышел. Не побежал, а медленно вышел из-за дерева и пошел куда то вглубь чащи, будто меня вовсе не существовало. Ноги были чуть ли не длиннее рук. Я был в ужасе, не в силах сдвинуться с места или закричать я продолжал сидеть, пока из меня вырвался едва слышный хрип. Он не обернулся и вскоре скрылся где-то в глубине леса.

Просидев в оцепенении я смог встать и снова помолился. Молитва становилась для меня как наркотик, давала надежду, веру в то, что я могу найти ее и выйти из того, что наверное все еще было парком. Многочисленные царапины на моих руках саднили, а рассеченное кустом сухожилие на правой ноге отняло мою возможность бежать. Но я был испуган, шокирован, поражен и давно перестал осознавать, что на самом деле происходит вокруг. Мне снова ответили. Снова невнятный шепот и прилив сил. Я продолжил идти вглубь рощи, хотя уже не слышал её криков.

Я уже перестал считать минут переходящие в часы, когда наконец вышел из рощи.Передо мной лежала небольшая поляна с прекрасным озером. Не видя другого пути, я спустился к озеру. Такой кристально чистой воды я не видел никогда, стоило присмотреться и начинало казаться, будто её нет вообще. И тут я понял, что ужасно хочу пить. Горло пересохло и горело, и я начал медленно задыхаться. Не задумываясь, я упал на колени и стал пить. Жажда не уходила, но с каждым глотком мне становилось легче, от удовольствия я закрыл глаза. Но тут она исчезла так же резко как и появилась. Вода стала казаться густой, липкой, горькой. Я открыл глаза. Она краснела. От центра озера расплывалось красное пятно, окрашивая все в ярко алый цвет. В середине пятна из под воды медленно поднимался окровавленный, изуродованный и будто кричит от боли человек. Его рот беззвучно открывался, а лицо исказила гримаса боли. Меня охватила бесконтрольная паника и я побежал цепляясь за какие то кусты и едва не падая. Остановился я лишь тогда, когда вновь начал задыхаться. Я стоял на небольшом склоне и все еще мог видеть то озеро. Оно было болезненно бурого цвета. И тот человек все еще был там. Я не мог отвести взгляд от его фигуры посередине озера, как вдруг я понял, что он тоже смотрит на меня. Снова накатилась волна паники, но сил бежать уже не было, ноги подкосились и я провалился во тьму.

Очнулся я от холодного, кусачего порыва ветра. Будто миллионы маленьких льдинок вонзились в мою кожу, тщась ее порвать. Я лежал на том же месте, слегка припорошенный снегом. Все мое тело промерзло насквозь и каждое движение давалось с трудом. Едва дыша я встал на колени и уже без малейших раздумий начал молится. Я был уверен, что мне помогут. И оказался прав. По телу разлилось спасительное тепло и я вновь услышал шепот. В этот раз он был словно ближе, как будто в паре десятков метров стоял тот, кто шептал. Но встав с новыми силами и оглядевшись вокруг, я никого не увидел. Озеро замерзло и уже было чистого цвета, будто никогда там не падала и капля крови. Повернувшись назад, я увидел лощину. В ней снег резко переходил в осень. Все было усыпано листьями болезненно оранжевого цвета. И ещё оттуда веяло теплом. Я все еще помнил того человека и решил, что возвращаться к озеру будет не лучшей идеей. Тем более я опять начинал замерзать. Я начал спускаться к лощине, но почти сразу запнулся о камень и кубарем скатился вниз. Посмотрев наверх я понял, что выбраться отсюда уже не смогу. Склон будто вытянулся и стал несколько раз выше. Вокруг тем временем сгущался туман. Отряхнувшись я сморщился от вновь начавшей болеть ноги и хромая побрел в глубь осеннего леса. Туман становился все гуще.

Накатывала гнетущая тишина. Не шуршали листья под ногами, не шелестели деревья, не выл ветер. Я шел в абсолютной тишине. Лощина все никак не кончалась. Внезапно я услышал её голос. Я не мог разобрать, что она говорит, но это точно был зов на помощь. И я снова побежал, побежал несмотря на то, что все тело ныло, болело, рана на ноге явно воспалилась и организм всеми силами звал на помощь. Я был обессилен и обезвожен, но что-то постоянно давало не сил. Внезапно что-то сбило меня с ног. Меня отбросило в ствол дерева. Я снова провалился во тьму, но к сожалению не надолго. Очнувшись я почувствовал, как что-то теплое потекло по лбу. Капала кровь. Я с трудом поднял голову и увидел огромный силуэт медленно плетущийся меж деревьев. В этот раз солнце позволило мне рассмотреть его до мельчайших подробностей. Его лова была овальной формы с углублениями на местах глаз и длинной вытянутой полоской рта. В углублениях угадывались глубокие царапины, некоторые их которых еще кровоточили. Ими же было покрыто все бугристое плотное тело. Оно опиралось на руки и ноги, из-за чего казалось еще огромнее. Не руки, лапы этой твари были до локтей покрыты запекшейся коричневой кровью. Она выглядела так, будто сражалась за свою жизнь каждую секунду своего существования. Вдруг она издала полу-рык полу-рев и повернувшись побежала вглубь осеннего леса. Все ее спину пересекал огромный шрам. Я снова потерял сознание.

Голова раскалывалась на куски, а все мои руки были покрыты собственной кровью. Едва поднявшись, я шатаясь побрел вперед. Я почти не понимал, что вижу вокруг и мог выцеплять лишь отдельные деревья, кусты и сотни фигур, прячущихся за ними. Внезапно я четко увидел её. Она стояла в конце лощины, у холма и улыбалась. Собрав все свои силы в кулак я побежал в ее сторону. Тело разрывало на куски от боли, но это уже было неважно. Я бежал, спотыкаясь, задыхаясь и плача. Едва не налетев на нее я заключил её в объятия, сжал изо всех сил и разрыдался.

Она рассыпалась как песочный замок. Утекла сквозь мои пальцы, оставив после себя лишь груду черного песка.

Снова рев. С того конца лощины на меня надвигалось то, что я видел меж деревьев. Но мне уже не было страшно, мне было до боли грустно. Хотелось и дальше рыдать.

Я упал на землю. Я плакал, плакал изо всех оставшихся сил. Плакал из-за того, что не знал, что делать. Плакал из-за того, что понял, что никогда больше не увижу её прекрасные глаза, ее каштановые волосы, не слышу голос и не увижу улыбки. Никогда не увижу её. Плакал из-за того, осознал свое безумие. Остатки рассудка утекали сквозь пальцы. Я желал лишь одного - увидеть ее улыбку в последний раз. И я стал молится. Я молился, задыхаясь от слез, я кричал, но не слышал шепота. Твари осталось до меня не больше пары десятков метров, как вдруг она улыбнулась. И я узнал улыбку, ту самую, дарующую счастье. Но в этот раз она лишь добила меня, забрала все,все что еще можно было отобрать у умирающего, потерявшего всех и вся человека.

Надежда исчезла. Все потеряно. В мой голове остались лишь один вопрос. Один вопрос.

Кому я молился?