Сумасшествие

Он пришёл сам.

Без приглашения, без записи, без страха. Просто вошёл в двери частной стоматологической клиники, которую никто не мог найти без особого доступа, без определённого взгляда.
Но он нашёл.

Ли Ён сразу почувствовал: этот человек — не как все.
Молодой, лет двадцать с небольшим. Чёрные волосы, гладкая кожа, цепкий взгляд, как у зверя, привыкшего жить в уличной гнили. На футболке — пятна крови. Не свои. Он не объяснил. Просто сказал:
— Мне нужна… чистка. Глубокая.

Ён долго смотрел на него. Что-то в этом парне было одновременно пугающе знакомым и завораживающим. Как будто Ран смотрел на него из другого тела, только моложе, молчаливее… опаснее.

— Как тебя зовут? — спросил Ён, не отрывая взгляда.

Парень усмехнулся, будто это был трюк.

— Кей. Просто Кей.

На приёме Кей не отводил взгляда, даже когда Ён вставлял в его рот крючки и зеркала. Он не моргал, не вздрагивал. И когда скальпель соскользнул «случайно» и ранил дёсны — Кей не издал ни звука. Только улыбнулся.

— У тебя высокий болевой порог, — отметил Ён, вытирая кровь.

— На улицах выживает только тот, кто умеет забывать, что больно, — отрезал Кей.

Ён замер. Его пальцы на секунду остались на лице пациента. Он наклонился ближе.

— Ты не похож на других. У тебя нет страха. Но ты ведь хочешь… быть лучше, да?

Кей прищурился.

— А если я скажу, что хочу стать идеальным?

Ён почувствовал, как внутри щёлкнуло. Ответ… был правильным. Кей сам подал себя на поднос.

— Тогда ты останешься здесь, — прошептал Ён. — Станешь частью… моего проекта. Ты не просто человек. Ты будешь моим новым шедевром.

И Кей не сказал ни слова против. Только улыбнулся.
Слишком спокойно. Слишком… охотно.

В ту же ночь Ён отключил замки и спустил Кей в подвал клиники. Там, где стены были выкрашены в белый, но пахли хлоркой и смертью. Там, где творились «лечения», которые никто не должен был помнить.

Он провёл Кей через тьму, дал новую одежду, новые слова, новые правила.
— Здесь ты — не человек.
— Я понял, — коротко кивнул Кей. — Я — пациент.
— Нет, — Ён прищурился. — Ты теперь процесс.

Он положил ладонь ему на затылок.
— И я начну с твоих нервов. Слишком много уличного. Слишком много грязи. Я выжгу всё. И оставлю только свет.
— Делай, — сказал Кей. — Только не останавливайся, пока не будет конца.

Ли Ён затаил дыхание. Он вдруг понял, что Кей пришёл за этим.
Он хотел быть «исправленным».
Он хотел… исчезнуть.

И Ён был тем, кто мог выполнить просьбу.