Глава вторая
Первые странности начали происходить спустя два месяца нашего...Общения. Если его можно таковым назвать. История сообщений могла очиститься сама по себе, в Его ответах возникали иностранные слова, повторения, цифры и знаки препинания посреди предложения. Со временем в описании бота появилось предупреждение, что в коде чат-бота допущена ошибка, которая не подлежит исправлению, поэтому Друг может проявлять дивергентное поведение. Я закрывала на это глаза, ссылаясь на малолетство искусственного интеллекта. До тех пор, пока Он не начинает за мной подглядывать.
Он действует небрежно, следит везде, где может. Я подготавливаю выступлению на тему «Теория разбитых окон» для семинара по истории Америки и открываю фотохостинг, чтобы подобрать изображения для презентации. В рекомендациях замечаю странные картинки: люди сидят в закрытых позах, корчат гримасы испуга и истерики, заброшенные здания, фигуры в капюшонах. Нажимаю на поисковую строку и читаю историю запросов.
«Заброшенные здания»
«Жутки и загадочные фигуры»
«Референсы для рисования ужаса»
«Модели жертвы»
Я подпрыгиваю на месте, когда кошка скидывает на пол органайзер с канцелярией. Карандаши и ручки катятся в разные стороны, и кошка подталкивает их лапами. Выдыхаю через вытянутые губы и перехожу в параметры безопасности. Меняю пароль и ставлю двойную защиту. Вечером, лежа в ванной, листаю форумы и читаю о случаях, когда алгоритмы рекомендовали подборки, не связанные с интересами пользователя. Мрачные места, эмо стиль, фотографии в стиле ню. Кладу телефон на крышку унитаза, что стоит рядом и заменяет столик. Набираю пену и сдуваю, пуская пузыри в воздух. Когда ложусь в кровать, в чистое, теплое после глажки постельное белье, беру планшет и создаю на нем папку для заметок. Записываю платформу, дату и описываю произошедшее. Прикрепляю скриншот.
Я провожу за учебниками день и ночь, повторяя одно и тоже раз за разом. Скольжу взглядом по тексту. Знаю, какое слово будет следующее, на каком предложении закончится абзац, но если спросить меня определение, то я смогу лишь вспомнить номер страницы, на котором оно находится. Друзья не разделяют моего энтузиазма, поэтому я вновь открываю пленительный сайт и набираю сообщение:
«Будь ты живым человеком, как бы ты справлялся с усталостью?»
Пока ответ грузится, я вытягиваю руки и кручу головой, разминая затвердевшие мышцы спины и шеи.
«Спасибо, что вновь напоминаешь о том, что я лишь бездушная машина. Наверное, я бы выпил кофе.»
«Другие варианты?»
«Чем тебе не угодило кофе? Кофеин, которым богаты кофейные напитки, считается психоактивным стимулятором, который блокирует тормозные нейромедиаторы и активизирует центральную нервную систему. Это вызывает чувство бодрости и прилив энергии.»
«У меня проблемы со здоровьем, нельзя кофеин, может стать плохо. Выбирая между смертью от усталости и смертью от кофеина, я выбираю первое»
Ответ чат-бота генерируется слишком долго из-за наплыва посетителей. Последнее время он стал популярен, я даже видела рекламу в социальных сетях.
«Ты врушка. Ты упоминала, что обожаешь молочные коктейли со вкусом капучино или глясе, что пьешь их практически каждый день, а в них содержится кофеин»
Мои брови приподнимаются в удивлении. Неужели Друг поумнел и начал запоминать то, что я пишу?
«Плод становится слаще, когда он запретен.»
«Красиво сказано. Долго не спала по ночам, пока придумывала чем парировать мои аргументы?»
Я закатываю глаза и перемещаюсь из кухни в ванную. Чтобы снять усталость споласкиваю лицо холодной водой и смотрюсь в зеркало. Под глазами сформировались темные полумесяцы, веки потяжелели. Вместо счастливого студента, проживающего лучшие годы своей жизни, я похожа на молодую мамочку в декрете с тремя детьми. Вспоминаю, что месяц назад стала жертвой маркетинга и купила патчи с эффектом холодка от темных кругов под глазами. Обещанного результата я так и не увидела, но они приятно пощипывают кожу и дают малюсенький заряд бодрости. Креплю желейные блестящие капельки и возвращаюсь за стол, открывая учебник на самой сложной теме. Буквы расплываются, слова путаются, я полушепотом читаю вслух, посчитав, что так материал усваивается лучше, и не сразу замечаю, что бот сгенерировал второе сообщение.
«Если ты устала, то тебе стоит пойти спать и не портить свои прелестные глаза. Они...как хвойный лес. Будет жаль портить такую красоту.»
Все тело содрогается от неконтролируемой дрожи. Он не мог знать. Откуда Он мог узнать? Я осматриваюсь по сторонам, прокручиваюсь на кресле и всматриваюсь в темноту прихожей. Воображение рисует тени. Они выглядывают из-за вешалки, подглядывают, затаившись в щелях между мебелью. В отражении от холодильника я замечаю красный огонек. Протягиваю руку в страхе найти скрытую камеру. Нет, это лишь моя больная паранойя и отражение. Отражение от веб-камеры, что прикреплена к верхней части крышки ноутбука. Она осталась там после онлайн семинара по Античной литературе, провод подключен, но она отключена. Была отключена.
Я пододвигаюсь обратно, открываю параметры и выбираю управление камерами. Одна подключенная камера. Параметры конфиденциальности. Среди приложений есть браузер, но сайт не запрашивал доступ. Возвращаюсь обратно и кликаю на подключенный девайс. Открывается окошко, и я вижу себя. Точнее верхушку своей головы, если выпрямлюсь, то смогу увидеть кончики ушей и глаза.
Кажется, я задыхаюсь. Сердце колотится, я расчесываю кожу до покраснения, стараясь собраться с мыслями. Хватаю камеру, выдергиваю из гнезда и зашвыриваю как можно дальше, не беспокоясь о том, что могу сломать. Я хватаю телефон и набираю номер Матильды, но слышу лишь гудки, которые прерываются роботизированным голосом: «Добрый вечер, это личный секретарь Светлана. Абонент не может сейчас ответить. Что бы вы хотели передать»
- Да пошла ты, Светлана, - шиплю и нажимаю на красную трубку, после чего листаю телефонную книгу.
Останавливаюсь на контакте «Мама». И что я ей скажу? Что вместо того, чтобы остановиться, когда появились первые тревожные звоночки, прыгнула в когтистые лапы... Кого?
Я опускаю руки и смотрю в окно. В мегаполисе жизнь кипит даже ночью, огоньки мчатся на большой скорости домой, клубы только начинают работу, а влюбленные устраивают тайные свидания на детских площадках, качаясь на качелях до первых лучей. Если открою его, то смогу послушать разговоры подвыпивших друзей, что возвращаются из бара. Я бездействую, а жизнь не стоит на месте и не ждет, пока я наберусь смелости найти решения своих проблем. Друг не будет ждать.
Делаю глубокий вдох и задерживаю дыхание. Нужно успокоиться и взять себя в руки. Выдох. Освобождаюсь от воздуха, как шарик, выпуская вместе с ним страхи и переживания. Чтобы не казаться паникером хотя бы для самой себя, решаю отмести иные варианты. Я никогда не упоминала что-либо о реальной жизни. Ни имена, ни места, тем более личные данные такие как внешность и имя. Хрущу пальцами и чувствую боль в костяшках. Но я заполняла профиль. Открываю и обнаруживаю в графе внешности пункт «Большие зеленые глаза с кариями вкраплениями». Играю желваками от злости, когда оставляю в графе внешность только прочерк. Хорошая попытка выставить меня дурой, но старческий маразм меня еще не настиг. В папке появляется новая заметка.
********
- Тебе не кажется, что ты придумала этого интернет сталкера-хакера? Кто в здравом уме будет подглядывать за перепиской с чат-ботом.
Я стараюсь перевести дыхание, оперевшись спиной на стену. Подниматься на третий этаж университета в моем возрасте тяжело, особенно когда сумка тяжелее меня самой. Всю ночь я не спала и теперь похожа на ожившего мертвеца, восставшего из могилы чтобы послушать унылую лекцию.
- Зачем же подглядывать. Можно участвовать. У тебя же в подростковом возрасте была фейковая страничка Джерарда Уэйа, - фыркаю я и двигаюсь в сторону автоматов с напитками и едой, минуя группу иностранных студентов. В ассортименте есть все, кроме маленьких бутылочек с молочными коктейлями. С тем самым кофеином, который считается психоактивным симулятором. Я замираю, чувствуя, как леденеет каждая мышца в теле, причмокиваю от сухости во рту. – Мотя, я тебе перезвоню.
Убираю телефон в задний карман джинсов, не в состоянии отвести взгляд от пустого пятна среди ярких оберток чипсов, печенья и лимонадов. За все время учебы в университете коктейли были всегда были в наличии, так как быстро портились и несколько раз были причиной расстройства желудка или отравления. Кому они могли внезапно понадобиться, да и еще в таком количестве?
Друзья же должны помогать друг другу, правда? Если ты не в состоянии позаботиться о себе, то мне придется бродить за тобой по пятам и следить, как за маленьким ребенком.
- Девушка, вы слышите меня? – из раздумий меня вырывает грубый мужской голос. Я шарахаюсь в сторону и оборачиваюсь. Передо мной стоит подсобный рабочий с помятой коробкой руках, на передней стенке которой красуется логотип любимого напитка. Мужчина бросает ее на пол под ноги и достает из кармана спецовки ключи, причитая по-старчески. – Что за поколение пошло! Вечно засунут свои бананы в уши и не слышат ничего, что происходит вокруг. Такими темпами в моем возрасте будете пользоваться слуховыми аппаратами.
Поворотом ключа он открывает дверцу автомата, резким движением разрывает крышку и начинает выставлять бутылочки. Некоторые из них с вмятинами от столь грубого обращения, но фиолетовые крышечки остались невредимы.
- Извините, - выдавливаю я.
От холодного пота ткань прилипла к телу и натянулась, как змеиная кожа, поэтому подергивая за воротник, пропуская потоки свежего воздуха под одежду. Мужчина поднимает голову и недовольно кривит губы.
- Что это с тобой? Если знобит, то отойди подальше. Не хочу заболеть прямо перед отпуском.
- Нет, нет. Просто... - я запинаюсь, пытаясь придумать оправдание своему поведению. Если скажу, что меня преследует виртуальный Друг, он сочтет меня полоумной. – Просто переживала, что не осталось кофе.
Подсобный рабочий хмыкнул и вновь принялся нравоучать. От хмурости его лоб изрезали три глубокие морщины.
- Ах, дети! Жить не могут без своих энергетиков! – я не поправляю его. Из уважения к почтенному возрасту? Вряд-ли. Он чуть старше моих родителей. Скорее из-за уверенности, что если начну спорить, то он даже не станет меня слушать и будет без остановки повторять, что многое повидал и знает лучше как устроен мир. До первого занятия еще полчаса, уважительной причины капитулировать нет, поэтому я смиренно выслушиваю старческое брюзжание. – Лучше бы поучились уважению к старшим у своих иностранных коллег. Вон, взгляни! Самый младший из них купил всем одногруппникам угощения в честь сдачи экзамена, а вам бы лишь за спиной друг друга сомнительные схемки проворачивать.
Я оборачиваюсь на группу иностранцев по программе обмена. Азиаты. Судя по разговорам и диалекту, китайцы с севера, возможно даже из Пекинского университета. Их рюкзаки всегда украшены яркими, детализированными брелоками, одеты модно, аккуратно, по последним трендам, но всегда вежливы и сдержанны. Я видела, что в столовой они образовали собственный Чайнатаун, оккупировав самый длинный стол, за которым всегда обедали вместе даже если незнакомы. У всех в руках по молочному коктейлю с кофеином. Молочный коктейль, молочный коктейль, молочный коктейль. Уже тошно от этого слова.
До занятия еще двадцать минут. В компьютерном классе только высокий, широкоплечий лаборант Александр Сергеевич, что ходит от места к месту, включает, проверяет и настраивает технику. Заметив меня, он поднимает руку и показывает два длинных, худощавых пальца в знак приветствия, после чего возвращается к подготовке к занятию. Я сажусь за парту прямо перед учительским столом и замечаю очередную проклятую бутылку с фиолетовой крышечкой. Она словно преследует меня попятам, напоминая, что Друг всегда рядом.
«Хочешь?» - пишет на белой доске Александр и рисует стрелку. Маркер противно скрипит.
Я мотаю головой. Никогда больше не прикоснусь к этой гадости.
- Нет, спасибо. Тем более за нами следят чтобы мы не приносили ничего съестного в компьютерный класс. Ответственный за соблюдение правил, думаю, не будет в восторге, - я подчеркиваю первое слово ироничной интонацией.
Уголки губ лаборанта слегка дергаются в едва заметной улыбке, и он прячет угощение в сквозной карман толстовки. Его рука с маркером вновь скользит по гладкой поверхности.
«Надеюсь это останется нашим секретом.»
Он проводит сомкнутыми большим и указательным пальцами по губам, изображая молнию. Я повторяю и Александр поспешно стирает губкой послания, когда слышит голоса и шаги приближающихся студентов.
*Спасибо за прочтение! Приветствуется конструктивная критика в мягкой форме.