Глава 8. Прикосновение Лжи. Запретные Желания (оливер)
Он стоял молча, наблюдая на заходящим за горизонт солнцем из окна. Смотрел на этот нож, словно это было ему спасением. Касался острого лезвия, что обжигало запястья, точно огнем. А потом медленно обернулся, а от собственного отражения в блеске оконного стекла к горлу подкатила тошнота.
при одних воспоминаниях о недавно произошедшем колени Брума неудержимо подкашивались. Скэриэл касался свирепо, словно он, Оливер, был его собственностью. Боль сковала тело так, что даже отчаянные крики застревали в горле.
Оливер всегда считал себя никем и навсегда останется никем. Взять, к примеру, отца - "ничтожество", - вторил он, - "и останешься им". В потом.. Пощёчина.
Он больше не верил. Не сопротивлялся. Скрывался. Но от боли скрыться не смог.Чужие крепкие ладони блуждали по полуобнаженному телу с оттенком собственничества, а Оливер сопротивлялся, как мог. По началу. Толстый кляп во рту не давал возможности закричать.
***
Одно мгновение — и все закончилось, если бы не Леон. Откуда не возьмись он оказался в помещении, как ни в чем не бывало осматриваясь, пока его взгляд не упал на Оливера.
- Оливер! Ты в своём уме?!
А Брум ничего не слышал. Обрывки воспоминаний и фраз сводили с ума, вновь проигрываясь в голове.
Он попытался вонзить кончик ножа в запястье, но застилавшие его глаза слезы не дали ему это сделать.
- Остановись. Не совершай глупостей!
Леон осторожно выхватил из рук парня нож и поставил на стол, осторожно оттаскивая Оливера в безопасное место.
- я знаю, тебе страшно. Но я с тобой.
Леон бережно усадил Оливера на диван, притягивая к себе. Тот дрожал всем телом, словно загнанный в капкан зверь, в глазах плескался первобытный ужас. Сердце Леона разрывалось от боли, видя Оливера в таком состоянии. Что-то страшное случилось и это чувствовалось в каждом вздохе, в каждой дрожащей клеточке его тела. Леон был готов на все, лишь бы облегчить его страдания.
– Оливер, посмотри на меня, – прошептал он, стараясь поймать ускользающий взгляд. – Все закончилось. Ты в безопасности. Я здесь.
Оливер медленно поднял глаза, в самой глубине которых клубился непроглядный мрак. Леон видел столько боли, что едва сдерживал рвущиеся наружу слезы сочувствия
– Что случилось? – спросил Леон, стараясь говорить как можно спокойнее, чтобы не спугнуть хрупкое равновесие. – Кто это сделал?
Оливер молчал, словно слова застряли в горле, обратившись в ком отчаяния. Его взгляд был направлен в пустоту, словно он все еще блуждал в лабиринтах пережитого кошмара.
Леон не стал настаивать, понимая, что слова сейчас бессильны. Он просто обнял Оливера крепче, пытаясь передать тепло и поддержку своим прикосновением. Сейчас ему нужно было лишь знать, что он не один в данной ситуации.
Прошло несколько долгих, мучительных минут, прежде чем Оливер заговорил. Голос его был тихим, словно он боялся, что его услышит кто угодно, но только не Леон, дрожащим от пережитого ужаса.
– Скэриэл… – прошептал он одними губами. – Он… он…
Слова застревали в горле, словно осколки разбитого стекла.
– Тихо, тихо, – прошептал Кагер, нежно гладя Оливера по спутанным волосам. – Не торопись. Расскажешь, когда будешь готов.
Оливер глубоко вздохнул, пытаясь унять дрожь. Он закрыл глаза, и по осунувшимся щекам потекли слезы, оставляя влажные дорожки на бледной коже.
– Он… он прикасался ко мне, – наконец выдавил он из себя, словно выхаркивая яд. – Он… он делал ужасные вещи…
Леон сжал его в объятиях еще крепче, стараясь стать щитом от воспоминаний. Ярость вскипела в его душе, требуя выхода, но он сдержал ее ради Оливера. Сейчас ему нужна была защита, а не месть.
– Я знаю, – прошептал Леон, чувствуя, как слова обжигают горло. – Я знаю, что тебе пришлось пережить. Но ты больше не там. Ты здесь, со мной. И я не позволю ему больше причинить тебе боль. Никогда.
Оливер уткнулся лицом в плечо Леона, и его тело забилось в беззвучных рыданиях. Леон молча гладил его по спине, позволяя выпустить всю боль, скопившуюся внутри, понимая, что без слез исцеление невозможно.
– Я ничтожество, – прошептал Оливер, захлебываясь в рыданиях. – Я всегда им был и всегда им буду.
–Не говори так, – твердо ответил Леон, отстраняя Оливера от себя и заглядывая в его воспаленные глаза. – Ты не ничтожество. Ты сильный. Ты пережил то, что мало кто смог бы выдержать. И я горжусь тобой.
Оливер недоверчиво посмотрел на него, словно не веря своим ушам.
Леон взял его лицо в свои ладони и нежно коснулся лба губами.
– Поверь мне, – прошептал он, глядя в самые глубины его души. – Все будет хорошо. Я буду рядом с тобой. Всегда.
Оливер закрыл глаза и прижался к Леону, ища в его объятиях хоть чуточку покоя.
- пожалуйста. Я прошу тебя, не говори Оливии.
– Это останется между нами. Но знай, Оливер, ты можешь доверять мне все. Я всегда буду рядом, чтобы поддержать тебя. Что бы ни случилось.