ГЛАВА 9 ШАМАНСКОЕ ПУТЕШЕСТВИЕ. ТРЕТЬЯ СТАДИЯ ОПЬЯНЕНИЯ
НЕКОНТРОЛИРУЕМЫЕ ДЕЙСТВИЯ Разбирая стадии опьянения мухомором всегда нужно учитывать их условность. Описываемые симптомы могут возникать не последовательно, а налагаться друг на друга. В. Г. Богораз замечает, что часто даже все три стадии проявляются вместе. Особенно это бывает у пожилых людей и тех, кто употребляет мухомор постоянно. Так же очередность проявления тех или иных состояний может быть нарушена искусственно, например, если человек сразу после приема грибов ляжет спать. Так поступали чукотские и корякские шаманы. При этом мухомор оказывает более сильное действие и через короткое время. В этом случае человек, минуя предварительные фазы, пробуждается в крайнем возбуждении и может начать вещать от лица духов [93,117]. О таком состоянии поется в одной из корякских ритуальных песен: Я мухомор поела, чтобы хорошо все жили. Хорошенько приду в себя, просыпаюсь, прихожу в себя. Просыпаюсь, чтобы в селении никто не болел, хорошо жили. Мухомор поела для жизни [141, р. 112]. Тот же прием использовался и хантыйскими шаманами. М. Добкин де Риос приводит следующее описание шаманского камлания исылтаку: "Чум наполнялся дымом от тлеющей смолистой коры дерева. Шаман целый день ничего не ел, затем съедал натощак от трех до семи шляпок мухомора и засыпал. После чего он просыпался, чтобы рассказать о том, что открыл ему дух через своих посланников. При этом он выкрикивал слова, ходил взад-вперед и дрожал всем телом, находясь в сильном возбуждении. Грибной дух сообщал ему о том, какого из духов нужно было умилостивить, как взамен получить удачу и так далее. После того, как посланники передавали ему все и удалялись, шаман погружался до утра в состояние глубокого сна" [14, с. 43]. Все время прохождения третьей стадии человек находится под влиянием охвативших его разум образов, не может контролировать свои действия и давать им какую-либо оценку. В этом заключается отличие от предыдущей фазы, которая характеризуется сумеречным состоянием сознания с частичным сохранением связи с реальностью. Человек полностью входит в ИСС и делает то, что скажут ему духи. В. Г. Богораз, предложивший рассматриваемую классификационную схему, пишет: "В третьей стадии опьянения мухомором человек находится в бессознательном отношении к окружающему, но еще активен, Рис. 52. Дух-мухомор сидящий верим; на улитке. Фото из архива ОИП "Мезосознание £”. ходит, кружится по земле, что-то бормочет и ломает то, что попадается ему под руку. В этом периоде наркоза духи водят его по разным мирам, показывают ему странные видения и умерших людей. Затем наступает тяжелый сон, продолжающийся в течении нескольких часов. Во время этого сна спящего невозможно разбудить" [117, с. 141]. Большая доза мухоморов, съеденная единовременно, приводит к очень сильному возбуждению психики и может вызвать приступ сумасшествия и неконтролируемой ярости. Этому, как правило, предшествует дрожь в конечностях, озноб или, напротив, жар с приливом крови к лицу. Человек начинает размахивать руками, биться в истерике, метаться из стороны в сторону. Он может безудержно хохотать или, что чаще, выражать всепоглощающий гнев, сопровождаемый проклятиями и ругательствами. В этом состоянии возможны самые дикие поступки. С. П. Крашенинников упоминал, что камчадалы и сидячие коряки едят мухомор, помимо развлечения, и тогда, когда убить кого намереваются [118, с. 110]. Так, один молодой коряк во время опьянения мухомором слышал настойчивый голос, постоянно повторяющий фразу: "Убей жену! Убей жену!" Не найдя в себе силы побороть навязчивость, он отрубил себе палец [46, с. 80]. Герой романа В. Г. Богораза-Тана "Восемь племен" шаман Ваттувий имел особую страсть к ножам, которые прятал в самых различных местах. Во время употребления мухоморов он имел обыкновение их доставать, подчиняясь приказу духов, и нападать на окружающих. В этот раз он съел три больших мухомора: Рис. 53. Действия истерической больной при возникновении галюцинаиий. Из книги Ришс "Eludes cliniques sur la grande hysteric", 1885г. "– Пришли? – громко заговорил он. – Здравствуйте, здравствуйте! Ты иглокожий, ты сверло, ты ножовый черенок! – перечислял он странных духов мухомора, давая им имена соответственно их внешнему сходству с реальными предметами. – Что надо? – спросил он, как будто отвечая на вопрос. – Нож надо?.. – Кого? – опять спросил Ваттувий своего невидимого собеседника. – Этого? – Он проворно подполз к своему ближайшему соседу, бесчувственному, окончательно побежденному мухоморным одурением, повернул его спиною вверх и стал примеривать самый предательский удар. Ваттан (племянник и помощник шамана – О. Д.) быстро поймал и стиснул вооруженную руку шамана. Лицо Ватгувия сморщилось от боли, он всхлипнул, как ребенок, рука его бессильно разжалась и костяной нож упал на неподвижное тело спящего. Ваттан хотел подобрать нож, но Ваттувий оказался проворнее, – он подхватил нож левой рукой и ударил наотмашь племянника, извиваясь, как раненая кошка, и усиливаясь вырвать свою онемевшую кисть из могучей руки молодого силача. Ваттан так же быстро бросился вперед, нож проколол меховую рубаху и, скользнув вдоль спины, оцарапал кожу. Ваттан поймал другую руку шамана и окончательно отнял нож, потом оттащил его на прежнее место" [93, с. 53-54]. В иных случаях агрессия может быть направлена и на себя. С. П. Крашенинников приводит два примера, когда духи-мухоморы заставляли совершить самоубийство европейцев, пребывающих на Камчатке по долгу службы. В первом случае это был деньщик подполковника Мерлина. Наевшись мухоморов, он услышал, что ему следует удавиться, чтобы все удивились. Так оно бы и стало, если бы его товарищи не оказались поблизости. Во втором случае, по словам С. П. Крашенинникова, происходило следующее: "Бывшей у меня в толмачах большерецкой казачей сын опоенный мухомором в незнании, разрезал было себе брюхо по приказу му-хоморову, от чего на силу его избавить успели, ибо уже в самом замахе руку его задержали" [118, с. 109-110]. Интересное сообщение делает Е. П. Батьянова, ссылаясь на информатора Д. Шмагина из поселка Лесная (Камчатка, 1995г.): "Зимой не положено есть мухомор. Один съел маленький мухомор-чик. Перед тем сказал ему: "Я больше есть не буду, если ты дашь мне силы, чтобы я опьянел. Съел. Ну ночью прихватило его. Стал рыться в земле, пока до конца не дорылся, там и остался..." [46, с. 77]. В связи с вышеизложенным вновь вернемся к невротическим заболеваниям и отметим схожесть третьей стадии опьянения мухомором с приступом большой истерии. Предвестниками приступа часто выступают судороги, дрожь, беспокойство, раздражительность, беспричинная ярость. Затем больной начинает кричать, сыпать отборными ругательствами и богохульствами, метаться по комнате, выбегать на улицу. В этом состоянии он может быть опасен как для окружающих, так и для самого себя, что чаще. Обостряется внушаемость и самовнушаемость, на фоне ослабления контроля над навязчивыми идеями разрушительного характера. Нередки случаи самоудушения или протыкания себя ножом. В период возникновения галлюцинаций больной ведет себя согласно условиям фантастического мира, в котором пребывает его сознание (рис. 53). В завершении припадка больной пребывает в неподвижном состоянии, подобном сну, сопровождающемуся яркими образами, а после просыпается, не помня ничего из случившегося [106, 143]. Конечно нельзя полностью отождествлять опьянение мухомором с приступом невроза. Психические больные не извлекают пользу из своего состояния, тогда как видения при приеме галлюциногенов всегда рассматриваются именно как обучение. Есть и другие отличительные факторы, присущие исключительно интоксикации мухомором. Натуралистом и врачом Г. В. Стеллером было отмечено: "У людей, находящихся в состоянии безумия (вызванного мухоморами – О. Д.), я не мог заметить ускорения пульса или какогонибудь признака возбуждения крови. По-видимому, этот яд оказывает действие более на нервы, поскольку после потребления гриба нервы расшатываются" [150, с. 127]. Эти данные, сделанные в первой половине XVIII века, никто серьезно не проверял, хотя они, судя по всему, ошибочны, если под "безумием" имеется ввиду именно то, что написано. Вероятно, здесь все же идет речь о шаманском сне, при котором биение сердца действительно ни только не увеличивается, но и замедляется. Вот одно из современных сообщений, сделанное профессиональным психологом и нейрофизиологом, которое согласуется с этим положением. Доза в данном случае равнялась чашке тонко нарезанных грибов, собранных в 1988 году в бассейне реки Пекос в Нью-Мехико: "Я то и дело дергался, был весь в поту. Изо рта текла слюна. Я понятия не имел, как проходит для меня время. По-моему, я бодрствовал, а может быть, видел очень похожие на жизнь сны, то есть пребывал в чем-то вроде осознаваемого сновидения. Я лишь смутно слышал звучавшую музыку, а то и вовсе не слышал ее. Я сбросил одеяло: было жарко до пота, холодно до озноба, но мурашек не было. Меня охватило чувство необычайного покоя. Я находился в весьма необычном переживании. Оно не было похоже ни на что из испытанного прежде: термин "психоделический" слишком широк, слишком всеобъемлющ, но это было что-то не совсем психоделическое. Все как бы было тем же, но совершенно незнакомым, хотя и выглядело как обычно. За исключением того, что мир этот был почти тенью (или каким-то квантовым уровнем) – иным, в каком-то жутком, глубинном и безошибочном смысле. У меня была атаксия (неспособность координации произвольных движений) и эйфория. Визуального материала было очень мало" [16, с. 60]. СУЖЕНИЕ ПОЛЯ ЗРЕНИЯ И ШАМАНСКОЕ ПУТЕШЕСТВИЕ Как при употреблении мухомора, так и при некоторых невротических расстройствах нередко наблюдается эффект изменения поля зрения, а в некоторых случаях наступает временная слепота. Эта фаза непосредственно предшествует полному отключению от реального мира. Окружающая обстановка теряет обычные очертания, пульсирует и постоянно видоизменяется. Весь мир пребывает в движении и ускользает. Экспериментатор успокаивается, лицо его бледнеет и он погружается в оцепенение [5, с. 227]. Зрение при этом теряет способность бокового восприятия и становится трубообразным. Шаманы говорят, что проход, ведущий в Страну мертвых представляет собой длинный тоннель с источником света где-то в начале [2, с. 153]. Это универсальное убеждение, надо полагать, имеет непосредственное отношение к реальному изменению поля зрения в ходе проводимого камлания или употребления галлюциногенов (рис. 54). В следующей фазе человек лишается зрения вовсе, что соответствует стадии погружения в шаманский сон. И. Зальцман и другие участники экспедиции на Камчатку в августе 1994 года приводят случай, когда коряк съел сырой мухомор, Рис. 54. Проход через воронкообразный тоннель с символами смерти и разрушения во время сеанса ЛСД-терапии. Рисунок сделан Х.Франсе, имеющей такой опыт. Из книги Р.Уолша “Дух шаманизма “. начал петь, а потом ослеп [74]. Исследователи отмечают, что частичная или полная потеря зрения может наступить и при принятии иных галлюциногенов: мескалина, псилоцибина, ЛСД [147, с. 48]. Потеря зрительной связи с окружающим миром сопровождается исчезновением мышечного чувства, то есть экспериментатор не реагирует на прикосновения и толчки. Наступает глубокий сон, иногда, с открытыми глазами. "Насколько сильно наркоман чувствует над собой власть духов, показывает случай, когда одному одурманенному было приказано лежать среди своей собачьей упряжки, – делает выводы В. Г. Богораз. – И несмотря на то, что собаки чуть его не растерзали, его никак нельзя было заставить сойти с места. Так он и оставался там всю ночь" [117, с. 142]. Человек в это время на несколько часов погружается в мир экстатических переживаний, во время которых совершает путешествие на небо или под землю (рис. 55). В теле ощущается необычайная легкость: "Как будто шагаешь по небу. И бесконечное небо. Все время иду-иду, иду-иду – нет конца" [46, с. 80]. Современный экспериментатор А. Вербников рассказывает, что под действием мухомора он вылетал из тела, видел себя со стороны, падал в утробу своей беременной в то время жены, превращался в будущего ребенка, узнавал его пол и дату рождения и т. д. [25, с. 18]. Согласно чукотским верованиям, шаман, съевший мухомор, встречается с духами, которые ведут его через горные обвалы, глубочайшие пропасти и непроходимые болота в Долину предков, находящуюся в стране верхних людей [115, с. 140]. Он проходит различные "круги покойников": добровольно ушедших из жизни стариков, утопленников и "светящихся" ( сгоревших). Всюду его поторапливают, предупреждают, что он может остаться здесь навсегда. Идти мимо мертвецов трудно, особенно "между светящихся". Один чукча по имени Наталько говорит: "Только когда я нужную песню вспомнил, сумел пройти". Тот же информатор поведал этнологу А. Головневу, что в одном из своих путешествий увидел глазами вапака-мухомора людей, выходящих из яранги, что предвещало их скорую смерть [59]. Рис. 55. Экстаз одной из участниц Реального шаманского посвящения. Архив ОИП "Мезосознание £” имеющей такой опыт. Из книги Р.Уолша “Дух шаманизма “. В докладе Е. П. Батьяновой, зачитанном на Международном конгрессе по шаманизму в 1999 году, приводится такое сообщение, записанное в поселке Маркове на Чукотке: "На том свете все отдельно живут. Кто утонул – отдельно, кто от болезни умер – отдельно, но к друг другу в гости ходят, а вот самоубийц там нигде не принимают, в гости даже не зовут (позднее представление, навеянное христианством и советскими запретами на добровольный уход из жизни стариков с помощью удушения – О. Д.). Пойдешь, все наоборот там. Правая рука, где левая. Левая рука, где правая. И помогать нельзя. Одна бабка тащит что-то тяжелое. "Помоги мне", -говорит, а я знаю: если помогу, то там останусь" [46, с. 75]. В такой же атмосфере может произойти инициация в шаманы. Одноногие духи-мухоморы в этом случае толкают посвящаемого в огонь, варят в котле и протыкают острыми копьями, чтобы уничтожить земную тленную плоть и дать взамен более прочное железное подобие [115, с. 140]. Когда автор этих строк проходил "замену органов" во время шаманского сна, ему огромным ножом разрезали живот, вытащили внутренности, отрезали голову, разбили все кости молотом, прокрутили туловище через два валика. Потом в оболочку из кожи были помещены металлические трубы, скрепленные между собой винтами и проволокой. В завершение на шею была поставлена железная голова, а к бедрам прилажено мужское достоинство в виде почему-то кожанной трубочки, убирающейся в конструкцию из жестяных губок между ног [149]. Обычно, глубокие погружения сопровождаются наиболее длительным сном, который может продолжаться многие часы или даже несколько дней. Один чукотский шаман сказал перед употреблением мухомора, что отправляется к своим предкам и вернется через девять дней. Он заснул. Тело стало холодным, пульс не прощупывался. Дело было при советской власти, и кто-то вызвал милицию, мол опять шаманством занимаются. Когда приехали милиционеры, родственник шамана сказал им, что жив человек, просто мухоморов поел. "Ничего не знаем, – получил он в ответ. – Вот давай похорони его. Прямо при нас. Закопай и все, никаких тут шаманств. Какие мухоморы! Бред какой-то!" Бубен шамана сожгли, а его самого похоронили. На девятый день ветер поднялся: деревья ломались, яранги сносило. Все собаки завыли. Это шаман, видимо, назад вернулся. Ночью его брат с сестрой могилу раскопали, но было уже поздно: задохнулся, лежит перевернутый. Тогда его похоронили, как подобает. На следующий год, весной, весь поселок затопило [46, с. 75]. Духи-мухоморы могли увести шамана как в Верхний мир, что, судя по обилию сообщений, происходило чаще, так и в Нижний мир, где так же находилась обитель мертвых (рис. 56). Известен рассказ, в котором один самоед (ненец) Рис. 56. Строение вселенной с точки зрения эвенкийских шаманов. Сверху показаны жилища различных созвездий: в тверде Верхней и Средней земель имеется отверстие для прохода-солкит; Долбор и Булдяр рассматриваются как сумеречные миры отправился в "мухоморном" сне вслед за бегущими "мужеподобными созданиями" на обратную сторону мира, по тропе ушедшего после заката солнца. Там он узнает как вылечить больного человека. Проделав весь путь "ночного солнца", ненец возвращается к свету и делает шест с семью отверстиями, к которым привязывает веревками духов. Потом он просыпается, берет в руки четырехгранный посох с семью косыми крестами и поет о том, что увидел [14, с. 42]. Коряки считают, что видения от принятия мухомора поддаются контролю. Спящий может увидеть все что захочет и прозреть будущее если произнесет определенное заклинание [142, с. 109]. Сравнивая галлюцинации, вызванные психическими расстройствами, и видения, производимые гашишем французский поэт III. Бодлер, автор нашумевшего в свое время трактата о гашише "Искусственный рай", пишет: "Очень существенно отличие чистой галлюцинации, которую приходится так часто наблюдать врачам, от той галлюцинации -вернее, обмана чувств – которая наблюдается под воздействием гашиша. В первом случае галлюцинация появляется неожиданно и фатально и отличается законченностью; притом, она не имеет причины в окружающих предметах, никакой связи с ними. Больной видит образы, слышит звуки там, где их нет. Во втором случае галлюцинация развивается постепенно, вызывается почти произвольно и достигает законченности только работой воображения. Притом, она всегда мотивирована. Музыкальный звук будет говорить, произносить очень отчетливые вещи, но сам звук все-таки существует в действительности. Пьяный глаз человека, принявшего гашиш, увидит странные вещи; но прежде чем они сделались странными и чудовищными, он видел эти вещи простыми и естественными. Сила и кажущаяся реальность галлюцинации при опьянении гашишем нисколько не противоречит этому основному различию. Последняя возникает на почве окружающей среды и данного времени, первая же независима от них" [151, с. 31]. Данных об управлении образами в "мухоморных" опьянениях не много. Без сомнения, перед принятием гриба шаманы их прогнозируют, настраивая себя на совершение определенных действий, но это еще не контроль, как таковой. Если контролируемость видений, под которой следует понимать манипуляцию образами и совершение обдуманных поступков, возможна, то она может быть только в последней фазе опыта – сне. Логично предположить, что такое управление достигается так же, как в известных техниках контроля над обычными сновидениями [2, 4, 90]. Надо отметить, что прием психоделиков вне традиционной культуры чаще всего не приводит к шаманскому виденью. Об этом, например, свидетельствуют опыты Кизеветтера с ведьмиными маслами, которые он ставил над собой. В основу мазей входили семена белены и дурмана, бешенная вишня и другие ингредиенты. Исследователь растирал ими поясницу, подмышечную и подложечную ямки и ложился спать. Во сне он, конечно, испытывал чувство полета, поднимался к небесам, мчался на бешенной скорости на поезде, видел тропические страны и красивые города, но все это было абсолютно лишено смысла [142, с. 108]. На шабаш с оргией ведьм под председательством Дьявола он так и не попал. ПРОБУЖДЕНИЕ И ИНТЕРПРЕТАЦИЯ СНА Рис. 57. Шаманские атрибуты: бубен с обозначением небес и духов помощников, ловушка для духов сновидений, чучело ворона, мешочек с благопожеланиями. Фото из архива “Мезосознание £ “. После совершенного путешествия, через несколько часов глубокого сна, происходит пробуждение. В. Г. Богораз сообщает, что оно сопровождается тяжелым похмельным синдромом в виде общей слабости, головной боли, неутолимой жажды и тошноты с рвотой [93, 117]. Сами же экспериментаторы говорят об отсутствии любых негативных последствий, если доза была не слишком высока (менее пятисеми грибов). Более того – на следующий день в этом случае может сохраняться повышенная энергичность без желания тотчас повторить опыт [25, с. 14]. С последним соглашаются и химики, отмечая, что после употребления иботеновой кислоты нет синдрома "похмелья" в отличие от приема алкоголя [34]. Зависимость от алкалоидов мухомора не выявлена, как, впрочем, и от многих других веществ, входящих в состав иных растительных галлюциногенов, известных архаическим обществам [8]. Поскольку проблемой мухоморного похмелья или отсутствия такового никто целенаправленно не занимался, остановимся на расплывчатой формулировке: возможно, мухомор действует на разных людей не одинаково. Так же добавим, что, помимо иботеновой кислоты в мухомор входит масса других токсинов, например мускарин, не отличающийся особой лояльностью. А. Вербников, проводящий эксперименты над собой, рассказывает о том, как после "мухоморного" сна тело вновь начинает обретать человеческую форму: "Сначала появилась – или вспомнила себя – моя голова, но при этом было полнейшее ощущение, чю она растет на грибной шее-ножке. Затем "проявилась" и человеческая шея, и оставшаяся грибная "юбочка" ощущалась какую-то секунду и "как таковая", и как человеческие плечи. Затем плечи полностью очеловечились и некой волной – с непередаваемым ощущением той же упругости, свежести, здоровья, чистоты и мощи – все оставшееся грибным тело вздрогнуло. Я полностью вернулся в себя, человека, вскочил на постели, где лежал с закрытыми глазами и сию минуту пересказал свой "опыт" находившейся рядом жене" [25, с. 18]. У хантов большое значение придается не только самому отчету о проделанном шаманском путешествии, но и случайным словам, произнесенным во время сна. В. М. Кулемзин пишет об этом: "Присутствующие собирались к спящему панкалку (шаман-мухомороед – О. Д.) и слушали содержание его сна, передаваемое в бредовом состоянии" [152, с. 60]. В ряде случаев приглашался специальный толмяч, переводяший для всех то, что еле слышно бормочет шаман. На Камчатке знатоки вопроса говорят, что самая сильная фаза опьянения мухомором должна совпасть со сном. После пробуждения нужно сказать: "Проснулся, очутился на этом свете". Это делается для того, чтобы знать "на какой планете находишься, потому что можно запутаться" [46, с. 78]. Такой подход очень похож на выход из "ступенчатого" сна в технике достижения контроля за сновидениями. В этом виде сновидений спящему сниться, что он встал, делает какие-то обычные дела, после чего происходит еще одно пробуждение, реальное или вновь мнимое. Мнимых пробуждений может быть несколько. Сновидец, подчас, запутывается в том, где есть сон, а где – явь [2, с. 162]. К. Ф. Карьялайнен описывает шаманский сеанс у иртышских остяков (хантов) так. Вызванный шаман предварительно окуривает дымом весь дом и приносит кусок ткани в дар Всевышнему Сверкающему Существу – Санке. После дневного поста, шаман принимает омовение и съедает от трех до семи грибов, которые погружают его в сон. Через несколько часов он пробуждается и, содрогаясь всем телом, сообщает все то, что открыли ему духи: кто из потусторонних существ требует жертву, почему охота была неудачной и т. д. Затем шаман вновь засыпает и на следующее утро приступает к выполнению полученных во время путешествия заданий [153, р. 306]. Экстатические переживания являются целью употребления гриба, а последующий рассказ воспринимается обществом в качестве откровения духов, с помощью которого урегулируется внутренняя жизнь согласно воле внешних сил. Для шамана экстаз -это возможность соприкоснуться с миром предков и потусторонних существ, получить знание из первых рук, чтобы передать его людям. В некоторых обществах достижение состояние экстаза было допустимо и в среде обычных людей, но они, как правило, не добивались хороших результатов. Знание их пугало. Вот одно из современных сообщений на эту тему, записанное на Чукотке: "Одна бабка была. Тоже мы с ней поели эти мухоморы. Мало было мухоморов. Три штуки только. Мы пополам с ней разделили. За столом с ней сидели, и она забалдела, начала петь. И она пела-пела, потом раз – на пол упала. Очнулась и мне рассказывает, что она начала на небо подниматься. А земля быстро-быстро маленькая становится, и там перевернулась она вниз головой, на землю прямо летит, а вот когда она стукнулась о землю, это она, оказывается, головой приземлилась на пол. Вот тогда она очнулась. Ну, испуганная была. Говорит: "Далеко я летела туда. Наверное, к богу" [46, с. 76]. Как уже упоминалось, тяги к возобновлению опьянения после пробуждения, обычно, не возникает. В некоторых случаях иные употребляющие все же остаются недовольны кратковременностью полученных результатов. "Состояние опьянение может быть возобновлено посредством одного только гриба, – пишет В. Г. Богораз. – Таким способом закоренелые наркоманы поддерживают состояние опьянения день за днем. Ядовитые средства грибов так сильны, что опьяняющее действие сохраняется даже в моче недавно наевшегося их человека. Этим свойством мочи также не пренебрегают наркоманы и без всякого отвращения пьют ее из обычных чайных чашек. Эффект получается не менее сильный, чем от самих грибов” [117, с. 142]. В прежние времена, по сообщениям пожилых чукчей, на новогоднем осеннем празднике нэгыргын жители стойбищ "ходили под мухомором" по двенадцать дней подряд, глотая мухомор гриб за грибом ежедневно. По прошествии срока, когда к ярангам подгоняли оленей, совершалось обильное жертвоприношение [59]. В период нэгыргына мухоморов ели много, но, судя по всему, в ограниченных дозах за один прием, что позволяло все двенадцать дней пребывать в хорошем настроении, а не валяться в пологе, уткнувшись в шкуры. Во время борьбы с шаманством в первой половине XX века употребление мухоморов было поставлено вне закона, как и игра на бубне. Властями были сформированы специальные дружины, которые ходили по стойбищам и слушали: не гремит ли где бубен, все ли трезвы. Место мухомора на Севере занял алкоголь, отравляющий и затуманивающий разум напиток, не имеющий ничего общего с достижением прозрения и классическим экстазом. Постепенно, коренные народы Сибири и Крайнего Севера утратили связь с предками, потеряли смысл своего существования и спились. Эту невеселую картину можно наблюдать в наши дни и на Чукотке, и на Таймыре, и на Камчатке, и на Ямале, и во многих других регионах, где ранее традиционно использовался мухомор. В Западной Европе закон, запрещающий использовать мухомор для достижения экстаза, был принят намного раньше – в 1123 году. Эту дату можно назвать временем падения воинства берсерков. За невыполнение этого постановления следовала расплата – тюремное заключение, в лучшем случае. В итоге, самобытная культура саамов была разрушена практически полностью. Сегодня шаманы, применяющие мухомор в ритуальной практике, большая редкость: "А зачем их есть, отравиться что ли?" [23] Рис. 58. Пожелание в одном из детских учреждений г.Москвы. Архив ОИП "Мезосознание £” Постепенно, с уходом стариков, исчезает и культура употребления галлюциногенов, что коренным образом отражается на философии шаманского мировоззрения. Шаманский транс, в своей архаичной форме, современный этнолог видит не часто, довольствуясь полубуддийской-полушаманской самодеятельностью. Конечно, потребление психоделиков – это не шаманизм, но оно есть его наиболее древняя часть, а может и основа, как полагает например Т. Маккенна и некоторые другие исследователи. Влияние галлюциногенов на становление религии и культуры, в том числе европейской, очевидно, но до сих пор многие антропологи не уделяют этому вопросу должного внимания. Есть мнение, что даже Платон, этот великий философ всех времен, был членом одной из тайных греческих школ, использовавших психоделические вещества в своих сакральных обрядах [154, с. 166]. Вот уже более полувека среди психологов ведутся споры о том, могут ли галлюциногены индуцировать истинные духовные переживания, но тема остается открытой. Возможно, такая идеалистическая бесперспективность связана с традиционным для Запада принижением значения психоделического опыта, обусловленного борьбой с наркотиками, при которой растения, уже существующие на земле за миллионы лет до возникновения человечества, вдруг оказываются лишними на этой планете, и подлежат уничтожению.