Часть 12
Остальные дни Рена места себе не находила, всё размышляя о том, что сказала Розалин. Почему всё опять не сходится? Этот вопрос не давал ей покоя.
Сегодня планировались похороны Эндрю, Паулы и Джорджа. Семьи остальных пострадавших уже похоронили своих близких, поэтому Рене осталось позаботиться о достойных похоронах своей семьи, и провести их в последний путь как подобает. На следующий же день планировалось прощание с Кассандрой, Деймону удалось позаботиться обо всём, кроме отца — тот наотрез отказывался участвовать в этом процессе, он не желал увидеть мать своего сына в последний раз, поэтому Деймон не стал более настаивать, и принял решение отца, не держа на него зла, или каких-либо обид. Он с пониманием отнёсся к его желанию.
Рена крайне редко завтракала, по этой причине сегодня она начала свой день с чашки горячего капучино. Этот день обещал быть мрачным и горестным, слёзы — основная эмоция на сегодня, ведь вспоминать о покойных спустя время — это одно, а видеть их бездыханные тела в жутких тёмных гробах, и наблюдать за тем, как их погружают под землю — это уже совсем иное чувство, которое, к сожалению, сегодня предстоит испытать девушке на себе.
Всякий раз, когда в жизни детективши происходили негативные события, она, сама того не осознавая, с головой погружалась в работу в попытках отвлечься от неизбежных реалий. Как раз таки этим она и занималась сегодня, прокручивая в голове последнюю полученную информацию, и анализируя новые данные, девушка проводила логическую цепочку из того, что имелось на сегодняшний день.
Рена:
— "Если Кайен и вправду не был там в тот день, почему же он берёт вину на себя? Чтобы защитить настоящего виновника? Для чего ему это? Разве что если.. его шантажировали? Либо этот преступник был кем-то значимым для него, но я всё-равно не понимаю."
Мысли о Кайене почти не покидали девушку с самого момента их первой встречи, то ли дело было в его бесчеловечных поступках, то ли виной всему было некое внутреннее влечение, которое не давало полностью сфокусироваться на работе. Рена понимала, что что-то тянет её к этому загадочному персонажу, и за это жёстко корила себя, ведь профессионал обязан быть хладнокровным и рассудительным, мыслить здравым умом, а не чувствами и внутренними эмоциями. Всю свою жизнь Рена придерживалась этой позиции, и с самого детства старалась держать свои эмоции при себе, этим она хорошо отличалась от остальных.
Рена:
— "Время поджимает, пора собираться на похороны."
Осушив кружку с кофе одним глотком, Рена отправилась в комнату, и стала нехотя перебирать одежду, подходящую событию больше. Сама организация похорон на удивление прошла спокойно, однако сейчас на душе было совсем тускло. То ли эмоции напрочь отсутствовали, то ли их было настолько много, что толком нельзя разобрать даже одну из них — было не ясно, что чувствовала Рена, и что фактически нужно было чувствовать.
Рена натянула на себя чёрный костюм, чем-то схожий с её одеждой на похоронах родителей — она не сохранила тот костюм, дабы не оставлять воспоминания о том ужасном дне — и по всей видимости этот наряд ждёт та же участь.
Спустя около получаса Рена уже стояла у гробов под открытым пасмурным небом, рассматривая черты лиц близких людей. Гостей было не мало, много кто пришёл отправить семью Паррисов в последний путь, и каждый из них выражал своё сочувствие Рене, повторяя одну и ту же речь. Безусловно, люди искренне сопереживали, и надеялись усмирить горькую скорбь, однако слова лишь нагоняли всё больше тоски и грусти по родни.
Женщина:
— Реночка, родная, мне так жаль, тебе вновь приходиться переживать утрату близких людей, как это ужасно, мне очень жаль, девочка. Эндрю был отличным человеком, жаль им с Паулой так и не удалось познать, какого это, быть родителями.
Рена:
— Спасибо за тёплые слова, миссис Франклин. Это большая утрата не только для меня, но и для всех, кто присутствует здесь сегодня.
Женщина лишь кивнула, сочувствующе улыбнувшись. Она отошла к остальным, гости всё ещё приходили, не давая ни минуты покоя Рене. Деймон, ранее сидевший поодаль, подошёл к девушке, легенько придержав за плечо, не говоря ни слова. Рена же не отрывала взгляда от искажённых лиц близких, которые навсегда застыли с такими безэмоциональными и пустыми эмоциями на лицах. На Джорджа смотреть было вдвойне горько, оттого Рена старалась не задерживать взгляд на нём. Если бы не знать о том, что он мёртв, кажется, будто он просто крепко спит, и через пол часа проснётся, и начнёт плакать в поисках родной мамы.
Среди толпы Рена обратила своё внимание на молодого парня, сидящего среди гостей. Не всех пришедших она знала, поэтому не придала ему особого значения. Парень выглядел вполне себе спокойным, даже расслабленным, так по нему и не скажешь, что он убивается в горе от утраты знакомых людей. Однако все переживают свои эмоции по разному, поэтому судить его никто не имеет никакого права.
Пришло время погружать гробы под землю, и всё опять как в тумане, происходящее отрывками оставалось в голове, а наружные звуки притуплялись внутренними мыслями. Ямы были готовы, кучи влажной земли лежали рядом с ними, а с неба начинал капал мелкий дождь, покрывая кожу холодными мурашками. Момент, когда Рена видела лица близких последний раз, она старалась запечатлеть в памяти как можно подробнее, однако удовлетворить эту потребность сполна было просто нереально.
Гробы по одному погружались всё ниже и ниже, и с каждым новым сантиметром дыхание Рены всё больше сбивалось. Когда же их начали засыпать землёй, лёгкие девушки сжались, она почти полностью лишилась возможности дышать, казалось, будто это её засыпала земля, преграждая возможность сделать новый глоток свежего воздуха. Дождь всё нарастал, придавая мрачную, давящую атмосферу вокруг, но внимание Рены было приковано лишь к одному. Гости плакали, страдали, почти каждый показывал свои чувства, однако на лице Рены не дёрнулась ни одна мышца, девушка безэмоционально наблюдала за процессом, и понять, что творится у неё в голове было практически невозможным. Несомненно, Рена переживала много эмоций, душу разрывало от картины, которая стояла перед глазами. Это оказалось труднее, чем думала Рена, все дни до она держалась твёрдо, и всеми силами старалась не думать о родственниках, хоть и парочку срывов ей пришлось пережить. Сейчас же девушке было ужасно тяжело, как морально, так и физически.
Когда же захоронение подошло к концу, пришедшие по большей части разошлись, в основном по просьбе Деймона, который ясно дал понять, что Рене сейчас совсем не до гостей. Девушка же оставалась ещё долго на том же месте, сидев на влажной, сырой земле. Деймон не покидал напарницу, но и не пытался успокоить, или построить диалог. Он понимающе относился к подруге, и просто безмолвно сидел поодаль от девушки, перебирая свои мысли одну за другой. Деймон терпеливо ожидал, когда Рена захочет уйти, и как только та встала на ноги, парень молча помог девушке, возвратив её домой.