Мой нежный враг

После недолгой поездки мы с Марлой оказались на набережной с огромными сумками, наполненными алкоголем. Марла, в отличие от меня, могла пить спиртное бутылками, но снаружи оставаться абсолютно трезвой, в то время, как мне хватало всего-лишь одной бутылки пива, чтобы словить белку. Как раз таки, в этот вечер я решила не мелочиться, взяла себе три бутылки слабоалкогольного пива.

Стояли мы так недолго, пока ждали приглашенных нами на пляж людей. Когда из наших с Дейли уст уже начали вылетать матерные слова, вдалеке мы увидели три силуэта. Они подошли ближе, и перед моими глазами предстал плечистый Паркер (признаюсь, засматривалась на него на первом курсе), прекрасная Кайла и Вильям, который сразу протянул руки навстречу Марле. Я улыбнулась, когда увидела их. Они, в свою очередь, сделали тоже самое.

Когда они подошли совсем близко, Кайла кинулась ко мне обниматься и целоваться, словно мы не виделись с ней целую вечность! Я обняла ее в ответ, и душистый аромат ее цветочного одеколона ударил мне в нос.

- А ты, я смотрю, никак не изменяешь своим привычкам... - посмеялась я, похлопав ее по плечу.

- Носить исключительно белые вещи? - спросила она в ответ.

- Надушиваться духами как в последний раз!

- Она с рождения такая. - добавил Вилл с ехидной улыбкой.

В ответ на наши с Вильямом слова Кайла громко рассмеялась. Вскоре мы отпустили друг друга. Паркер по-дружески пожал мне руку. Теперь мы стояли вчетвером.

- Что-то Лии долго нет... - начала волноваться Марла, уже во всю написывая ей сообщения.

- По-любому, мыла голову и ее волосы засосало в канализацию. Ну, или ехала сюда на автобусе, и от него что-то отвалилось. - посмеивался Паркер, почесывая свой курносый нос.

Шутки шутками, но ситуация была не из лучших. Мы постояли еще около десяти минут, и вот, наконец, Лия показалась вдалеке. Я была рада видеть ее, как и она меня. Купер обнимала всех вокруг с таким восторгом, будто не видела каждого из нас тысячу лет! Пока мы шли до пляжа, Лия рассказывала очередную историю о том, как получилось так, что она чуть не спалила волосы утюжком для завивки, как опоздала на свой автобус и все в этом духе. Наша дружная компания отзывалась звонким смехом и ответными мимолетными шутками.

Потихоньку вечерело. Оранжевый закат растянулся по всему периметру небосвода, отражаясь где-то вдалеке ярким цветом. Солнце, что уже почти скрылось за горизонтом, своими последними белыми лучами освещало наш путь. К нашему удивлению, людей почти не было. Вероятнее всего, это было связано с тем, что пьяные подростки и студенты в это время уже расходились по домам. Мало кто оставался сидеть на берегу озера темной ночью. К счастью, в этот день мы стали теми самыми любителями выходить на пляж ночью. Я чувствовала эмоциональную легкость, которая приятным теплом распространялась по всему телу и бесконечное счастье. Счастье от того, что я победила для самой себя.

Мы решили остановиться в небольшой беседке неподалеку от озера. Достали закуски и алкоголь. Я открыла первую бутылку пива, постепенно опустошая ее с каждым новым глотком. Мы обсуждали все и сразу: студенчество, школу, любовь и карьеру, еду и проблемы современности, постоянно подклепляя всё вышесказанное своим мнением. Много смеялись и шутили. В какой то момент я, кажется, стала слишком раскрепощенной и открытой. Мой смех казался громче, движения становились неуклюжими, а на лице расплывалась пьяная улыбка. В какой то момент разговор зашел на тему родителей, и я, пребывая в состоянии алкогольного опьянения, рассказала им все до мелочей без капли смущения.

Я рассказывала о том, как моя мама хотела сдать меня в психушку, когда мне было тринадцать, как она уговаривала меня пойти в колледж именно на ту специальность, в которой я абсолютный ноль, как папа запрещал мне ярко краситься и часто ругал по мелочам. Это в самом деле было так. Даже говоря о таких серьезных вещах, я продолжала улыбаться. Сама до конца не понимала, насколько настоящей была моя улыбка в тот момент.

- Какой ужас... - охала Кайла после каждого нового факта о воспитании моих родителей.

- Во всем есть свои плюсы. Тебя это закалило, и ты выросла тем, кем являешься сейчас. - ровно проговаривал Вильям, посасывая подоженную сигарету.

- Да, но мое детство было отстойным.

- Как сказал неизвестный мудрец, - начал Паркер, - без прошлого не было бы настоящего. Неважно, через что ты прошел, важно то, кем ты стал после всего этого.

- Как только мы собираемся вместе с алкоголем, Паркер автоматически становится великим философом. - посмеялась Лия, по-дружески толкнув его в плечо.

- Мы здесь все немного философы.

Я прикрыла глаза в то время, как ловила вертолеты. Со всех сторон доносился хохот и крики. Я была в кругу самых близких, и это доставляло мне небывалое удовольствие. Ночь была в самом разгаре. Лишь уличные фонари освещали дороги в потемках. Время подходило к двум часам ночи.

Если быть честной, я не знаю, как время могло пролететь так быстро. Помню, что Марла, сидевшая рядом со мной, запретила мне допивать последнюю бутылку пива, видя, что я уже достаточно пьяна. Я не стала возражать, ограничилась оставшимся в бутылке апельсиновым соком. С того момента прошло уже достаточное количество времени и я почувствовала себя лучше. Не понимаю, протрезвела ли я до конца, когда меня попросили сбегать до ближайшего круглосуточнога ларька рядом с набережной.

- Дая? - окликнула меня Кайла, - Ты протрезвела?

- Да, все в норме.

- Сможешь сбегать до ларька за соком? Мне бы еще одну небольшую бутылочку... - жалобным голосом просила она, глядя на меня.

- А что? Паркеру не хватило этого, чтобы опьянеть?

Я усмехнулась и перевела взгляд на парня, сидящего рядом с ней. Тот нежно поглаживал плечи девушки, что то шепча ей на ухо.

- Нет-нет. Никто уже пить не будет. Она просто хочет сока.

- Я тебе сейчас переведу деньги! - восклинула она, хватаясь за телефон.

- Не стоит, правда. Сок не такой уж и дорогой. Я быстро. - остановила я ее и быстрым шагом направилась к набережной.

Пока я шла по тропинке, ведящей на набережную, я поняла, что в этих окрестностях не стоят фонари, из за чего было очень темно. В ночной черноте были видны лишь очертания деревьев, местами можно было разглядеть тропинку, а также набережную с мостом вдалеке, что были хорошо освещены. Порой, я запиналась о мелкие камни и палки, что валялись на моем пути.

В какой то момент я даже успела обрадоваться, что вот-вот достигну цели, но не тут-то было. Снова случается максимально непредвиденная ситуация, которая могла произойти только с таким человеком, как я!

Я уже почти подошла к лестнице, рядом с которой часто парковались машины. Не знаю, каким образом это произошло, но я врезалась прямо в один из атомобилей, которые стояли неподалеку! То ли я была все еще пьяна, то ли на улице правда было настолько темно, но факт остается фактом. Я нехило ударилась головой и схватилась за место, что тут же отозвалось неприятной пульсирующей болью от столкновения с твердой поверхностью. Голова снова закружилась, а ноги в очередной раз отказались слушаться меня. Я потеряла равновесие и шлепнулась прямо на холодную землю. Думаете это все? Спешу огорчить, нет!

Буквально через пару секунд после удара, в машине сработала громкая сигнализация. От этих истошных звуков у меня снова затрещало в голове. Я решила подняться и скрыться на набережной, но сделать это быстро у меня не получилось. Я встала на ноги, уже хотела дать деру с места, но тут услышала крик позади себя. Знакомый мужской крик. Кровь застыла в моих жилах, когда я убернулась и увидела, чью машину только что задела.

- Снова ты? - закричал Маркус, догнав меня, - Ты меня преследуешь что-ли?

После прибытия парня сигнализация резко замолчала.

- Я тебя преследую? - возмутилась я, отходя от него подальше, - Может быть, наоборот?

- Сначала ты испортила мою новую белую футболку, потом устроилась в кофейню, куда я постоянно захожу, теперь решила доломать мне и так измотанную машину?

Марс обозленно раскидывался резкими словечками в мой адрес так, будто я - самый ненавистный в его жизни человек. Я делала тоже самое, затягивая узел нового конфликта с ним все сильнее и сильнее.

- Кто мне даст денег на ремонт машины? Ты? А ты знаешь, чья она? Это машина моего отца, который подарил мне ее незадолго, до своей смерти, мерзотная ты тварь! - кричал он так громко, что у меня закладывало уши.

- Откуда я знала, что эта машина так много значит для тебя? Ты даже не разобрался в моей ситуации. Я не увидела ее в темноте, а ты орешь так, будто я сделала это умышленно! - подливала масло в огонь я, - Там даже царапины нет! Просто сработала сигнализация от удара. Прежде чем позориться передо мной, для начала хотя бы узнал, как все произошло!

- А меня не волнует, как это произошло. Поняла ты меня, или нет? Ты, козлина, портишь мне абсолютно все.

Вдруг тон его голоса стал спокойнее. Сейчас он говорил это монотонно, будто устал от собственного крика.

- Если там осталась вмятина или царапина, я своими же руками вытрясу из тебя все твои гребанные деньги на починку моей машины. - продолжил Маркус.

- Ты в своем уме? Как там останется вмятина или царапина, если я просто ударилась головой?

- Ты при рождении головой ударилась о кафельный пол в родильном отделении! - снова повысив тон, прокричал тот, - Иначе я не могу объяснить, как у твоих мамочки с папочкой выросло такое ничтожество.

Эмоции вдруг резко сменились со злости на сильную обиду. Я все еще всматривалась в его лицо в полной темноте с бесконечной ненавистью, что кипела во мне вулканом, а в глазах накапливались слезы. Услышав последнюю фразу Марса, я больше не смогла сдержать поток всепоглощающей печали. Из моих глаз брызнули горькие слезы. Именно в тот момент слышать эти слова мне было невероятно обидно и больно. При виде моего плача, Маркус с таким же безразличием, которое делало мне еще хуже, вопросительно поднял одну бровь.

- Даже не будешь отрицать? Странно, Миллер, раньше ты была готова рвать и метать, чтобы постоять за себя. Что пошло не так? Никто тебя защищать не будет.

Я зажала рот двумя руками, вздыхая почти после каждого его слова.

- Хотя, ты сама виновата. - добавил Маркус, сложив руки на груди, - Ты заслужила такое отношение к себе. Думаешь, это все просто так? Ты подвела всех своих друзей и своего бывшего парня. Это ведь из-за тебя распалась наша компания. Если ты уже забыла, то вспоминай.

- Я этого не делала... - вырвалось из моих уст вместе со всхлипами.

- Долго будешь отрицать? Я тебе никогда этого не прощу. Ни-ко-гда.

- Я не виновата ни в чем, Маркус! Отстань от меня! Дай мне спокойной пожить! Почему ты не можешь просто оставить меня в покое? Почему ты все еще втаптываешь меня в землю, хотя прошло уже много времени? Почему никто из вас мне не верит, в самом деле?! За что ты так сильно ненавидишь меня? Я устала!

Каждое новое предложение давалось мне с большим трудом. Слезы градом скатывались с моего лица и капали на мои тонкие, дрожащие запястья. Марс лишь стоял напротив меня, выслушивая мои рыдания и беспомощные крики, а мне, при виде его холода и невозмутимости, становилось лишь больнее где-то в груди. Наверное, именно в этом месте находится человеческая душа.

- Ты бухая что-ли, Миллер? Ты чего несешь? - вдруг спросил он, подходя ближе.

- Хватит... Оставьте все меня в покое... - медленно проговаривала я, растирая слезы по щекам, - Я хочу спокойно жить, я устала, я устала...

- От тебя за километр перегаром несет. Иди уже домой, проспись. Ты явно не в адеквате.

- Я сама разберусь, куда мне идти.

- Давай по-честному, ты че здесь забыла? Пьяная, дак еще и одна. Кому морду бить, за то, что свою подругу-алкашку оставляют посреди парка почти в три часа ночи?

- Кайле.

- Что за Кайла?

Плач как рукой сняло, когда Маркус, немного нагнувшись, заглядывал в мои заплаканные глаза, чтобы узнать, как я тут оказалась. Впервые за долгое время он разговаривал со мной так ровно и спокойно. Я встрепенулась от небольшого потока холодного ветра, молча думая над ответом.

- Одногруппница.

- И где эта одногруппница сейчас?

- В беседке на пляже. - выдавила я из себя с огромным усилием под действием ярких эмоций.

- Мне вообще некогда заниматься всем этим. Учти, что я делаю это ради нее, а не ради тебя.

Марс аккуратно коснулся моего плеча, разворачивая в обратном направлении. Теперь мы шли вдвоем туда же, откуда я пришла буквально пятнадцать минут назад, в абсолютной темноте.

В какой то момент я вновь нарушила тишину, сама не зная, зачем.

- А ты что здесь делаешь? - тихо спросила я дрожащим голосом.

- Тебя волнует? - грубо выкинул тот, не глядя на меня.

- Интересно.

- Друг здесь живет рядом. У него оставался ночевать.

- Зачем со мной пошел? Иди к нему.

- Не могу оставить пьяную глупую девушку здесь одну. Много раздолбаеб тут ходит, еще схватит тебя кто-нибудь.

- Я не пьяна. Хватит это повторять.

- Да я вижу, Миллер. Твоя трезвость видна невооружённым глазом. - в голосе Маркуса был отчетливо слышен саркастический тон.

- Я уже протрезвела.

- То есть, хочешь сказать, раньше было еще хуже?

- Нет!

- Ну-ну. - усмехнулся тот.

Мы уже почти подходили к пляжу. Издалека был виден свет фонарей, которые стояли около беседок. В какой то момент меня снова накрыла обида, и я тяжело вздохнула, отводя взгляд куда-то вдаль.

- Ты все еще злишься. - монотонно подметила я.

- На что? Я тебя умоляю. - усмехнулся Марс.

- Ты все еще веришь в то, что я изменила Коннору. Вы все в это верите... Верите в то, чего я не делала.

- Да мне уже плевать на всю эту драму с Коннором, честно. Я уже давно с ним не общаюсь. Остался лишь неприятный осадок, да и ты иногда бесишь до ужаса.

- Я разве заслужила всего этого?

Я, было, снова хотела расплакаться при нем, но что-то внутри не позволило мне сделать это.

- Не знаю. Я просто терпеть не могу людей, которые не умеют признавать свои ошибки. Ты - одна из них.

- Я признаю свою ошибку. Виновата, что задела твою машину.

Маркус взглянул на меня, будто ждал моих дальнейших слов. Я неловко поглазела на его лицо еще несколько секунд, но вскоре, добавила:

- ... И испортила твою белую футболку.

- А то, что ты терпела все это время такое отношение к себе? Это разве не твоя ошибка?

- В смысле? - с удивлением спросила я.

- То, что ты сейчас перечислила - это все случайности. Ты признала свою вину в этих мелочах, но не признала ее там, где совершала реальные вещи. В том, что ты сказала - ты вредила мне, а в этой ситуации ты вредила самой себе. И это твоя главная ошибка, Миллер.

- Вы тоже были виноваты. Никто из вас не извинился.

Маркус, останавливаясь со мной у пляжа, вновь взглянул в мои глаза с небывалой серьезностью.

- Я признаю себя виноватым в том, что был слишком агрессивен. Но сейчас, увы, не тот момент, когда я готов просить прощения. Если хочешь порвать со мной, обсудим это позже и разойдемся, как в море корабли, без негатива и прочей ерунды. Пойдет?

- Дай мне знать, когда будешь готов.

Я с комом в горле произносила эти слова. Казалось, что вот-вот я кинусь Марсу на шею, начну нести очередный бред о том, что я благодарна ему за дружбу и буду сильно скучать, но ничего подобного не произошло. Я лишь молча осталась стоять на том же месте в нескольких метрах от беседки, когда он кинул мне на прощание свое короткое «Пока», размышляя над только что случившейся ситуацией.

Чувство тоски и злости в миг разбавились душевной легкостью, которая почему-то заставляла меня думать, что я хочу начать все с начала.