Девушка и Черепашка.

  Очередное утро. Как обычно, из-за туч не было видно солнца. Но окно не пропускало свет не из-за них. Ветки сирени закрывали вид из окна и источали приятный аромат, который сочился в приоткрытую форточку. У Элис желания двигаться не было никакого.
  Посмотрев на плакаты, висящие на стене, возле небольшого столика с книгами, она поднялась и протёрла глаза. Опустив руку под кровать и нащупав там книгу, она вынула небольшой снимок из под нее. Посмотрев немного на изображение, она проделала тот же ритуал задом наперед. Выбравшись из плена одеяла, проныра побрела на кухню.

  Большим обилием пищи кухня никогда не радовала, но сегодня в ней не было ничего, кроме пустых бутылок от пива, стоящих около мусорного ведра. Да и сама комната выглядела не наилучшим образом. Обоев в комнате совсем не было, плита и все столешницы давно не убирались, а на потолке была трещина, проходящая через люстру, а по размерам походила на человека. Элис нахмурилась. Дойдя на цыпочках до чуть приоткрытой двери зала, она наклонила голову вперёд и вслушалась в звуки. Был слышен тихий храп. Она выпрямилась и вошла в комнату. Запах из зала был, мягко говоря, неприятный.

  Зал представлял собой помещение, больше напоминающее пещеру. Шторы в нем никогда не раскрывали, поэтому солнечный свет с этой комнатой не знаком. Почти весь пол бы устлан бутылками и пустыми пачками от сигарет. В самом дальнем левом углу стоял диван. Сейчас он выглядит так, будто пережил войну, собственно как и его хозяин, спящий на нем, положив под голову сборник стихов вместо подушки и раскинув руки. Напротив дивана располагался телевизор, не подключённый к розетке. Обои почти все ободрались, а из-за осыпающегося потолка создавалось ощущение, что дом скоро рухнет. Над диваном висела картина, отображающая натюрморт из фруктов и небольшой вазы. Правее от нее, в другом углу, стоял большой шкаф, когда - то под завязку набитый стихами и небольшими книгами. Сейчас в нем не была занята ни одна полка. Почти все стихи были сожжены в порыве ярости, но один сборник все-таки уцелел, совершенно случайно - Элис читала его в то время и ее отец попросту о нем забыл. Позже он был благодарен, что та сохранила сборник от него самого.

  Элис оглядела комнату уставшим взглядом и пошла к дивану. На нем располагался тощий, бледный, черноволосый мужчина. Ему было тридцать пять лет, но выглядел он на все пятьдесят. Это он устроил весь этот беспорядок. Точно так же было у него в голове. Кроме бутылок, возле дивана валялись какие-то фантики, одежда и его любимая фотография мамы, позади которой был стих, посвященный ему. Раньше он очень любил читать стихи, теперь же стихи можно услышать лишь в помутнении рассудка, а то и вообще во сне. Трудно поверить, что когда-то это был человек, способный наизусть рассказать «Старик и море» Хемингуэя, а сейчас он не всегда может вспомнить собственное имя...

  Подойдя к храпящему отцу, она аккуратно просунула руку под диван. Нащупав сумку и вытащив ее из-под диванчика, стала рыскать по ней. Достав купюру номиналом в 50$ и вернув сумку на место, Лиса поднялась и направилась к выходу. Из-за мусора разбросанного под ногами, Элис потеряла равновесие и случайно уронила стеклянную бутылку - та упала с громким звоном. Элис замерла. Отец поёрзал, повернулся на другой бок, тихо прохрипел отрывок какого-то стиха и снова затих. Элис этот стих вспомнить не смогла.

  Выйдя из комнаты, насквозь провонявшей перегаром, девушка пошла в свою спальню переодеваться. Теперь ей оставалось лишь дойти до ближайшей закусочной, перекусить и дойти до Рыжего. Сбор занял не более пяти минут. Захватив с собой портфель, стоящий в коридоре, она вышла на улицу, захлопнув дверь и надев наушники.

  На часах было девять часов утра. Солнце только-только поднялось над обшарпанным домом Элис. Блики, скопившиеся на крыше, отражались солнечными зайчиками, а краска сыпалась со стен дома каждый раз, когда поток сильного ветра врезался в стену. Холодные ветра говорили о скором приходе осени. Они несли с собой запах приятной свежести, влаги, и звуки шелеста листьев.

  Несмотря на то, что дом находился недалеко от центра, идти до кафе было далеко, так как срезать путь между домами было невозможно. Но девушку это никак не беспокоило, даже радовало. Она любила чувствовать вокруг себя мир, находясь с ним наедине. Капли дождя, дуновение ветерка, все это как - то трогало Лису за душу. Ей казалось, что она даже слышит, как птицы прячась от дождя на сучках деревьев, тихо чирикают друг другу что-то на своем звонком языке. Внутри девчонки была гармония, и это несмотря на то, что все это время в ее ушах играла музыка из наушников. Она просто наслаждалась этой прогулкой.

  Несмотря на то, что закусочная «Топорик Вуди» была единственной в городке, еда у них была конкурентоспособная. Фишкой заведения являлась стилистика «лесоруб». Само заведение было сделано в виде бревна, размер которого был подобен дому. Снаружи были столы и стулья в виде пеньков. Внутри же, забегаловка была украшена как обычная кафешка, каких вдоль шоссе миллионы. Тут было все по стандарту: красно-белые плитки на стенах, музыкальный центр, говоривший своим хрипом, что находится тут не первое десятилетие, а также джаз музыка и официантки на роликах. Но было в этом кафе что-то, что отличало его от других забегаловок такого же типа, но что конкретно - назвать никто не мог. Лиса считала, что у заведения был какой-то свой шарм, что и притягивало посетителей.

  В кафе было тепло. По крайней мере, Элис так показалось после утренней прохлады. Удобно устроившись на красном диванчике, возле окна, она взяла меню и начала его листать. Это не требовалась, так как она и так знала, что будет заказывать. Ей казалось, что это придает серьезности ее выбору.

  Дождавшись официантки на роликовых коньках, она заказала пару бургеров и колу. Ожидание было не долгим, к тому же песня "Joker face" помогла провести время ожидания максимально приятно. Получив заказ, она аккуратно и не торопясь принялась завтракать.

  По ту сторону оконного стекла, кроме движения машин, ничего интересного не наблюдалось. Наконец закончив свой завтрак, она собрала все картонные упаковки на подносе. Потом открыла портфель, положила в него пустую бутылку от колы и закрыв его, выкинула все содержимое подноса в мусорный бак.

  Свет солнца становился все ярче, но погода все равно была пасмурной из-за облаков. Глянув на часы, висевшие над выходом из заведения, Элис вышла и осмотрелась. У нее было примерно пол часа на дорогу. Она мысленно построила маршрут до «коробки» и думала, как сократить его, чтобы прийти туда раньше Мича. Забив на эту идею, она пошла в сторону баскетбольной площадки, по пути рассуждая, как она будет вести диалог, чем аргументировать и что делать, если все пойдет не по плану. Обдумав некоторые элементы разговора она закончила рассуждение мыслью - напугаю.

  На баскетбольной площадке стояли несколько ребят. Вокруг нее была сетка, плетеная из металла, но порвана в нескольких местах. Через такую «дверь» и вошла Элис. В центре поля стояли четверо парней. Трое из них махали руками и что-то быстро тараторили. А один из них постоянно толкал стоящего перед ним рыжеволосого паренька. Это был Мич, который опустил голову и молча выслушивал крики незнакомца. На его лице читалась злоба. Казалось, тот еле сдерживал себя, чтобы не ударить собеседника.

  Элис молча подошла к ним, расстегнув портфель и поставив его на землю. Рыжий, увидев ее, прервал бубнеж орущего парня и подошел к ней.
- Привет, как ты? - нервно спросил парнишка.
- Здоров, получше чем у тебя делишки будут. - ехидно ответила Лиса - Как разговор, движение в нашу сторону?
- Ступор. Парни походу тупо за деньгами пришли.
- Чего, какие деньги? Ты с ними все обговорил?
- Мне кажется, что говорить с ними нет смысла. - пробурчал он.
- Что вообще случилось, объясни по бырому.
- Говорит, что видел как мы того парня избили. Если не договоримся - стуканёт.
- Улики?
- Есть. Фотокарточки показал, дерьма кусок.
- Облажались. Говорила же, по моему делать надо было, но нет, мы же сильные, мы смогем. - Лиса не скрывала сарказма - Ну да ладно, проехали...
- Я боюсь разговора не выйдет, меня напрягают его парни. Что если будет драка?
- Спокойно, коряга рыжеволосая, я все предусмотрела. Если все дойдет до критической точки - крикну тебя. У меня кое - что есть для твоей обороны. - Лисица кивнула в сторону портфеля.
- Да не, ты чего? У меня кастет есть.
- Рыжий, не беси меня! Посмотри на него повнимательнее - идти на него с кастетом - как с палкой на танк, так что не зли меня раньше времени. Пошли, посмотрим насколько все плохо.

  Пока Элис говорила с Мичем, облака сгустились и начал моросить дождь. Элис подошла к парням и молча кивнула им. Они начали орать, что знают все, что они натворили и собираются рассказать об этом полиции.
- Для начала - ЗАТКНИТЕСЬ! - крикнула девчонка. Троица замолчала от неожиданности.
- Теперь вопрос: мы можем договориться об уничтожении фото?
- Нет - ухмыльнулся здоровяк, махая перед лицом Лисы снимком - мы просто никому их не покажем.
- До поры - до времени...
- Как тебя понимать? - самый здоровый нахмурился.
- Ну, а почему мы должны быть уверены, что вы сдержите слово? Это не подходит. Элис говорила так монотонно, что Мич насторожился.
- А как нам это доказывать?
- Нам нужны гарантии.
- Никаких гарантий нет - процедил здоровяк сквозь зубы.
- Тогда следующий вопрос: что нам мешает избавиться от вас и соответственно от снимков? У нас не будет и подозрения на шантаж...
У здоровяка отвисла челюсть. Он поморгал ещё полминуты, оглядываясь на своих прислужников, собрался с мыслями и рассвирепел.
- Ты понимаешь как ты сейчас рискуешь? За это могут посадить!
- Во-первых: мы просто избили парня. Даже если расценивать это, как жестокое наказание за его длинный язык - мы его не убили, так что не запугивай. Во-вторых: ты фотографировал это, а значит находился рядом, из этого выходит вывод: если постараться - сам пойдешь как соучастник. - Лиса непроизвольно опустила голову, начав смотреть исподлобья - А если все таки дойдет до крайностей, то убив вас - нам ничего не будет... Городок-то захудалый.
- Тебе меня не развести. И убавь интонацию, помни с кем говоришь.
- Не поверишь - понятия не имею кто ты, да и не интересно, честно говоря.
- И что, я тебе никого не напоминаю? - здоровяк сильно надеялся, что в воспоминаниях девушки он как - то фигурировал.
- Напоминаешь паршивую собаку, которую очень жалко. А когда пытаешься ее покормить, она еще и кусается.
- Ау, мадам, думай че базаришь!
- Угадай какой палец я тебе показываю. - Лиса указала взглядом на свой карман толстовки. Здоровяк аж покраснел.
- Да мы вас ща порвём! - он брызнул слюной и обернулся назад. Один из его парней кинул здоровяку биту.

  Лиса насторожилась, и сделав шаг назад, к сетке, стала следить за происходящим. Здоровяк отозвал назад двух своих «псов», а сам пошел на Рыжего. Тот, увидев биту с гвоздями, которую судя по засохшей крови на дереве, не раз использовали для "игры в бейсбол", начал отходить назад.
- Втроем на одного? Нечестно как-то.
- Заткнись! - рявкнул один из «прислужников» в кожанной куртке.
- А то... что? - Рыжий начал улыбаться, указывая пальцем на здоровяка. Другой рукой - повернул кисть, что бы образовать букву "L" - Лузеры!
- Ах ты ж ублюдок! - глаза громилы налились кровью - Я вынесу твое "зубохранилище" одним ударом, гнида!

  Мич начал отходить - у него не было нормального оружия. Лиса одним прыжком назад достигла портфеля и достала из него бутылку от Колы.
- Держи! - крикнула Лиса и кинула бутыль Рыжему.
  Это отвлекло здоровяка и его прихвостней. Рыжий поймал бутылку, обхватил горлышко Колы, разбил дно бутылки об железную сетку и направил на парня, размером со шкаф.
- Пфф. Ты серьезно решил, что ты один справишься со мной этой «розочкой»?
- Нет. Это для того, чтобы ты ко мне не подходил. Хотя, если точнее - отвлекающий маневр, обезьяна некультурная.
- Двигаться не советую - Раздался суровый голос девушки, стоящей позади Мича.
Оглянувшись, он понял, что за план у Элис. «Молодец» промелькнуло у него в голове.
- Без резких движений, ты у нее на прицеле. - он кивнул в сторону. Здоровяк глянул за плечо рыжеволосого парнишки - там стояла Лисица с пистолетом.
- Я метко стреляю, поверь. - спокойным голосом сказала она. Здоровяк пошатнулся и уронил биту.
- Отдай фото. Мы разойдёмся и забудем о произошедшем. - Рыжеволосый протянул руку. Здоровяк не глядя вынул снимки из заднего кармана и протянул, не отрывая взгляда от пистолета. Взяв снимки и отойдя к выходу, Рыжий кивнул Лисе.
- Предупреждаю - если обнаружаться копии... После опустила оружие, скинула его в портфель и последовала за своим рыжеволосым другом. Парень без движения стоял на площадке, пока к нему не подошли его «гончие псы».

  Отойдя от места потасовки, Элис достала пистолет и «выстрелила» в фото. Из дула вышла небольшая искра, а затем большой огонь. С помощью пистолета - зажигалки, она сожгла все фотографии, одну за другой.
- В следующий раз все делайте обдуманно. Такие разборки нам не нужны.
- Я понимаю, но кто ж знал...
- Я знала! - перебила девушка - Поэтому и сказала, что делать нужно обдуманно. Да, мужик получил по заслугам, но это не означает, что можно в открытую устраивать самосуд.
- Но он же девушку сбил. Ещё и на нас свалить пытался! Ты бы как посту...
- Я же сказала - я согласна с вами, но я не хочу, чтоб вас за такое бравое дело упекли. Ладно, пойду я. Удачи! - девушка крепко обняла юношу - будь осторожнее, пожалуйста...
- Расслабься.

Рыжик кивнул, и пошел куда-то во дворы. Она проводила его взглядом. Он достал пачку сигарет и закурив поднял голову, смотря куда - то в небо, и скрылся за углом дома. Девчушка опустила голову, задумавшись о том, куда ей идти. Бродить по городу ей не хотелось, поэтому выбор пал на собственный двор.

  Время близилось к часу дня. Большую часть времени она сидела на лавочке в небольшой аллее. Она купила небольшой хот-дог и съев сосиску, раскрошила хлеб, чтобы покормить им голубей. По пути домой Элис снова зашла в кафе и потратила последние деньги, прикупив бургеров. И только теперь пошла в сторону дома.

  На фоне пасмурного неба дом казался ещё более жутким. Положив портфель с ужином возле дерева, она села на качели, представляющие собой доску, привязанную к ветке дерева веревками. Она тихонько раскачивалась, иногда оглядываясь по сторонам. Ей не хотелось уходить отсюда, идти домой, или вообще быть тут. Она достала один бургер и качаясь на веревочных качелях, думала о разных вещах. О доме, отце, маме...

  Мысли сбила с толку качающаяся тень дерева. Она напомнила Элис о странных снах, которые нередко мучали девушку. Она не помнила большую часть своих снов, лишь какие - то моменты, вроде тех, где она падала в пропасть, или того, где за ней по пятам ходит тень постоянно пытаясь дойти до нее и что-то бормоча. Вспоминать стало сложнее. В памяти всплыли самые грустные воспоминания. Тот день, когда она стала чувствовать себя одинокой, оставленной, растерянной...

- Ну и почему же мне не надо ехать на работу? - улыбнувшись спросила мать малышку.
- У меня плохое чувство. Останься сегодня со мной!
- Ну что ты, ты же взрослая девочка. - она поцеловала Элис в лоб - Я приду к тебе через пару часов, обещаю. А вечером - съездим по шоколадке, договорились?
- Договорились...

  Она прошла в дом, открыв дверь ключом, лежащим под ковриком. Отец продолжал спать и повторял во сне «Мы урожая ждём от лучших лоз». Пройдя на кухню, она положила свой уже остывший фаст фуд в микроволновку. В ожидании его разогрева, она сделала себе чай из уже использованного пакетика.

Закончив с ужином, Лиса зашла в свою комнату, скинула портфель, сняла кофту и джинсы и залезла под одеяло. Она чувствовала огонь внутри себя. Огонь, сжигающий ее изнутри. День, который был потрачен на воспоминания, стал двигаться медленнее для неё. Это клубок мыслей, печали и... скорби... Все сразу и с огромной силой давили на горло. И она могла справиться с этим только одним способом - она заплакала. Только тут, где никто ее не видит, она могла позволить своим чувствам вылиться наружу, чтобы потом вновь «надеть шкуру волка»...