ГЛАВА ПЕРВАЯ.
Я проснулась от того, что кто-то сильно давил на мой пульс и светил мне в глаза. Внезапно мои слуховые аппараты начали неприятно громко пищать, но, хотя это и было трудно, все же смогли распознать, о чем говорится в диалоге.
-Нам нужно вколоть ей это, сейчас же! - если меня не обманывают собственные уши, это юношеский голос, немного сладковатый, как клюквенный сироп. Ненавижу его.
-Чтобы она забыла о прошлом? Мы так не договаривались.
-Миссис Декольт, это на вас не похоже. У вас к ней личные предпочтения?
В ушах звенело, что в какие-то моменты мешало разобрать слова полностью, но я пыталась изо всех сил, поскольку чувствовала, что теряю понемногу что-то ценное для себя. Но что?
-Джоэль, не будь дураком. Она всё равно не проснется и не сможет даже пошевельнуться. Ты же сам знаешь, как она пострадала.
В этом я сомневаюсь...
Всё же я решила поддаться искушению и открыть глаза. Давно я этого не делала. Я нашла необходимым оповестить о своей жизни, пока меня не свалили в мешок для трупов. Как же больно открывать глаза! Как бы то ни было, это так. Ты пытаешься открыть их, словно после долгого сна, который, как оказывается, мог быть и непробудным.
- Мэм! Она просыпается! Но мы ведь не закончили очище...
-Какой же ты идиот! - резко оборвала она последнее слово юноши. - Если она открыла глаза, значит вскоре сможет слышать нас. - Эта женщина оказалась слишком бойкой и грубой, но умной. Странная комбинация.
Ничего страшного далее не произошло. Я формально воскресла, если быть точнее, и если можно доверять этой даме. Джоэль, как теперь я знаю, подошел ко мне и взял за руку.
-Как ты себя чувствуешь?- Он издевается?! Моя голова вся трещит, будто сейчас разломается пополам, а ногу сводит так, словно кто-то пилит её. И этот юноша ещё спрашивает, как я себя чувствую. Я немного была зла на него, но не до такой степени, чтобы желать ему испытывать ту же боль.
Через несколько мгновений ко мне подбежали женщины в белых халатах и потащили меня на носилках по коридору, скорее всего, госпиталя. Я больше не видела странного Джоэля и заносчивую леди Декольт. Если честно, я долго прокручивала её фамилию, и она до смешного мне напоминала слово «декольте». Я бы могла посмеяться над этими мыслями раньше, а сейчас мои губы сильно отяжелели и еле двигались, что уж говорить об улыбке.
Меня принесли. Я осознала это по громким голосам врачей и по скрипу двери.
- Готово, мы прибыли, Рейн,- оповестила меня незнакомая женщина.
Я еле-еле прошептала «спасибо» и закрыла глаза. В темноте я пыталась ухватиться за воспоминания, однако, к сожалению, мне не удалось этого сделать. Через некоторое время меня стало тянуть в глубокий сон, и я боялась, что он станет последним. Кажется, я проснулась со слезами на глазах, и все мои органы сильно болели. Я услышала тихие шаги и повернулась к двери.
-С добрым утром,- приветливо сказал парень, по-моему, тот самый Джоэль.
Я слабо улыбнулась. Я решила, что буду просто улыбаться без усердных попыток сложить губы так, чтобы получилось выдавить из себя несколько слов, не несущих никакой смысловой нагрузки. Также я посчитала разумным показать свою приветливость, потому что это отличное оружие в незнакомой обстановке.
Впервые, находясь здесь, я решила оглядеться: я находилась в маленькой комнате, обставленной различными медикаментами и второй кроватью. Стены были только покрашены, будто ждали моего прибытия. Отчетливая деталь, выделявшаяся из всей утвари - алая, словно роза, люстра с висящей головой хрустального оленя. Кому-то скорее всего это придётся по вкусу, но мне же в этот момент показалось, что эта фигурка истекает кровью. Не лучшее зрелище.
Мне нужно отвлечься, может, удастся что-нибудь вспомнить на свой счёт. Как мне подсказали, меня зовут Рейн. Как дождь. Я, что очень странно, помню, сколько мне лет: девятнадцать. Остальное мне ещё предстоит узнать, вот только знать бы от кого? И зачем все это?
-Рейн? Ты проснулась?- Меня позвал мужской голос. Я повернулась к юноше и снова выдавила улыбку. Вдруг испугается и оставит меня в покое. Джоэль -черт бы его побрал - тоже улыбнулся мне и сказал:
-Сегодня тебе нужно освоиться и хорошенько отдохнуть, ладно? Я понимаю, тебя мучают множество вопросов, на которые никто тебе ещё не ответил. - Я слушала его монолог сквозь свои мысли, не вовремя бродившие в моей голове, и ни разу не моргнула. Он говорил правду, мне нужны ответы на мои многочисленные вопросы. И, О Боже, как у меня скрутило живот, даже, несмотря на то, что все остальные органы жгут ещё хуже. К счастью, мне удавалось, пускай и со стоном и болью, пренебрегать всеми мучениями, доставленными моему организму, и я этому радовалась.
Я поднялась на локоть и сощурилась. Глаза Джоэля игриво блестели, что раздражало ещё больше.
-Вставай, ну же!- Джоэль помог мне приподняться и подал руку, как долгожданный кавалер; будь он проклят, но почему-то я нуждалась в этом прямо сейчас. Мои ноги покосились, и меня снова свела судорога. Парень заметил мои отчаянные вздохи и помог мне выйти из комнаты. Железная дверь с грохотом захлопнулась, и мы пошли по узкому коридору. То место, в котором мы находились, навевало беспокойство. Особенно темно-красные плиты со страшными изображениями тотемных животных. Что это за секта такая?
Когда Джоэль и я на его руках проходили рядом с такой же комнатой, как у меня, дверь немного приоткрылась, и я увидела девушку. Её лицо мертвенно блестело от еле светящей лампы, и под глазами виднелись мешки. Волосы этой девушки были золотистого цвета, а сама она напоминала мне куколку из дорогой коллекции. Эта блондинка с кукольной внешностью кричала что-то наподобие «Отпустите» или «Отстаньте» и пыталась вырваться. Под ее ногтями, вроде, было много грязи и каменной плиты. Кажется, она с надеждой вырваться из рук медсестер скребала по стенам своей комнатушки, отчаянно пытаясь сбежать от самой себя.
- Это Миа Гилберт, - заметил мой интересующийся взгляд мой личный экскурсовод и носитель. - Она здесь уже три дня, правда, никак не может оправиться.
Значит, через два дня я буду выглядеть так же? Мешки под глазами, спутанные волосы, которые придётся только брить налысо, дикий взгляд в пустоту и потеря сознания. Причем здесь потеря сознания? А притом, что Миа упала в обморок, когда я прошла мимо неё и посмотрела прямо в её бездонные голубые глаза. Жалкое зрелище.
Джоэль остановился и, бережно опустив меня на землю, кивнул головой в сторону.
-Пришли. Надеюсь, всё пройдёт удачнее, чем у других Ординарцев. - Что? Каких таких «Ординарцев»? Я хотела спросить его об этом, но, заметив огромную дверь, сделанню в готическом стиле и красные витражные стекла в форме головы того же оленя, что в моей комнате, сразу же передумала. Это место все меньше
мне нравится. И почему здесь так холодно? Никто даже не удосужился дать мне надеть что-то поверх больничной накидки.
Все же я вошла в кабинет и обнаружила знакомую женщину за столом: мисисс Декольт. Её рыжие короткие волосы закрывали глаза, губы что-то бормотали под нос, а нога ходила из стороны в сторону, как маятниковые часы. И всё же она красивая.
-Здравствуй, Рейн. - Она меня заметила, увы. Я хотела ещё немного рассмотреть черты её лица, но она всё испортила.- Присаживайся.
Я села на стул напротив неё и оглянулась. В кабинете было слишком чисто для общежития и пахло мандарином и манго. Мисисс Декольт закончила свои дела и посмотрела на меня.
-Хорошо выглядишь,- похвалила она.- Хорошо для Ординарца.- Снова это слово.
Я шепнула единственное «спасибо» и уставилась на неё.
-Что ж,- продолжила она.- Мне нужно многое тебе рассказать, но у нас не так много времени... завтра ты пройдёшь обследование, и наши сотрудники сделают тебе "картридж", а сейчас я лишь скажу тебе одно: ты не умерла - нам удалось спасти тебя, и в данный момент мы в другом мире... он находится далеко от твоего дома и нашей планеты, в принципе. В мире под названием Мейнерис, а это здание - Академия для Ординарцев: «Алый Олень».
Я долго держалась, внимательно слушая женщину, прокручивая все новые слова в теперешнем моём лексиконе, и, ничего не поняв, сидела в долгом шоке, уставившись в пустоту и не замечая ничего.
-Эй, ты в порядке?..- то и дело осведомлялась мисисс Декольт, но я не слушала её и не отвечала. Я словно упала в пропасть, из которой никак не могла выбраться.