8. Он мой парень
Ковыряюсь ложкой в тарелке, но несмотря на то, что еда вкусная, а я голодная, мысли стоят в горле комом и не позволяют нормально поужинать.
Я должна думать об уроках и предстоящих экзаменах, а в голове у меня лишь мысли о двух мужчинах, и сомнения насчет каждого из них.
Егор нравится мне. Я была рада, когда он предложил мне стать его девушкой, это было непривычно и волнительно, я хотела почувствовать то, о чём все говорят с предыханием, называя взаимной влюблённостью. Мне приятно его внимание, мне приятно находиться рядом с ним, но что-то всё равно не так.
И это что-то - Максим. Который появился в моей жизни слишком неожиданно, который больше не ведёт себя со мной так, будто я ему безразлична, в котором я больше не замечаю отношения к себе лишь как к младшей сестрёнке своего друга.
Или я всё это только придумала и вижу лишь то, что мне хочется видеть.
— Что такое? — мама усаживается напротив, с беспокойством рассматривая меня. — Не вкусно?
— Вкусно, — мама ничего не спрашивает, но немой вопрос всё равно застывает на её лице. — Просто я не в настроении. Еще и сижу дома без дела.
— Ты не сидишь дома без дела, ты ждёшь, когда твоя нога пройдёт и через пару дней уже сможешь нормально ходить в школу, — я молча смотрю в тарелку, продолжая ковыряться там ложкой, едва ли слушая то, что говорит мне мама. – Аделина?
— Что?
— У тебя точно всё нормально?
— Да, всё отлично.
— Если что-то случилось, ты знаешь, что можешь об этом рассказать, так ведь?
Я киваю, соглашаясь с мамой, но ничем из того, что меня тревожит поделиться не могу.
— Вы надолго уезжаете?
— Не думаю, это же просто небольшое мероприятие с парнёрами, ничего интересного там точно не будет.
— Похвастаемся твоей мамой и вернёмся домой, — врывается в разговор отец, осматривая её образ с ног до головы. — Особенно глазастых правда придётся наказать.
Она правда выглядела шикарно. Отца это одновременно злило, ведь она всегда находилась в центре внимания, но и свой восхищённый взгляд ему скрыть не удавалось.
Он любовался ею, будто бы они знакомы всего день и боится, что может больше никогда её не увидеть.
— Ты звонила Демиду? Он должен быть там ровно к восьми.
— Кирилл, все наши дети, слава богу, пунктуальностью пошли в меня, — отвечает отцу мама, проверяя содержимое сумочки. — Он уже в пути, а мы ещё даже не выехали.
Я поглощаю еду в перерывах на апельсиновый сок, отец наливает себе в стакан виски, наблюдая за сборами мамы и тем, как она мечется из коридора до кухни и так по кругу.
— Твой отец неисправим, — подходя к нему ближе, говорит мама. — Значит сегодня за руль придётся сесть мне.
— Я могу вести машину хоть с закрытыми глазами и ты это знаешь.
— Знаю, но машину поведу всё равно я, — он притягивает ее ближе к себе, целуя в плечо. — Или можем обнаглеть и напроситься к Максиму, он еще не уехал?
Отлично, теперь я знаю, что он тоже там будет.
— Нет, к Максу мы напрашиваться не будем, он едет не один.
Он что?
— В смысле не один? — выпаливаю я, и родители вспоминают, что помимо них двоих в комнате нахожусь еще и я. — А с кем?
Оба переводят на меня немного удивлённые взгляды, ведь обычно в их разговоры я не вслушивалась.
— Доченька, ты удивишься, но я его не контролирую и ответа на твой вопрос не знаю, — папа подходит ближе, оставляя свои руки на спинке моего стула и целуя меня в макушку. — С девушкой какой-то.
Сейчас я жалею, что в этот раз слышала разговор между родителями.
Не подавая виду лишь тяжело вздыхаю, а затем шумно выдыхаю, опустошая стакан сока до дна.
Имею ли я право на него злиться за это? Определенно, нет, ведь он мне ничем не обязан.
Но я злюсь.
И на него, за то, что он вновь сбил меня с толку своим поведением и хорошим отношением и, конечно же, на себя за то, что допустила мысль о том, что не безразлична ему.
Внутри всё клокочет, словно лава в жерле вулкана, хочется прямо в тапочках и домашней одежде перейти через дорогу, постучать в его дверь и сказать, чтобы он больше вообще не смел ко мне приближаться даже, как друг моего старшего брата.
Родители еще несколько минут что-то обсуждают между собой, а после собираются окончательно выйти из дома, я плетусь за ними в коридор, упираюсь левым плечом в стену и наблюдаю, как мама надевает туфли.
— К скольки вас дома ждать?
— Думаю к одиннадцати вернемся, — говорит мама, а после переводит взгляд на отца. — Вернёмся ведь?
— Да.
Желаю им хорошего вечера и закрываю за родителями дверь. Внешне стараюсь оставаться спокойной, но изнутри меня раздирает любопытство.
Кто она? Как она выглядит? Почему он решил ехать на это мероприятие не один, а с ней?
Самое отвратительное, что мне даже негде узнать хоть какую-то информацию о ней, не у кого спросить и остаётся лишь изводить себя собственными мыслями.
На телефон приходит сообщение, но это всего лишь Егор.
Егор: Проводила родителей? Лика уже наверное в пути к тебе?
Я долго смотрю на его сообщение. Перечитываю раз пять, два из которых прямо по буквам, но я не в состоянии вникнуть в смысл. Все мысли сейчас в другом месте.
Аделина: Я буду одна, если хочешь можешь приехать.
Не знаю зачем приглашаю его в гости. Мне просто нужно отвлечься и переключиться.
Он соглашается, после чего мы обмениваемся еще несколькими сообщениями, обсуждая то, как проведём вечер.
***
В дверь стучат, и для меня вовсе не секрет, кого я увижу, когда открою её.
Мне всё еще страшно, что родители вернутся домой раньше, чем должны и случится что-то подобное апокалипсису, если увидят здесь чужого парня, но всё равно делаю то, что делаю.
— Доставка хорошего настроения на вечер, — говорит Егор едва увидев меня. — Не могу поверить, что я всё-таки оказался у тебя дома.
— Я тоже, — я закрываю за ним входную дверь. — Если родители узнают, я боюсь представить, что мне здесь устроят.
— К скольки мне нужно будет отчалить?
— Они вернутся к одиннадцати, значит в половину одиннадцатого тебя уже быть здесь не должно.
— Принято, — он кивает с улыбкой, обхватывая мою талию и прижимая к себе. — Дом просто нереальный, но я жду рум тур по твоей комнате.
Мы с Егором поднимаемся по лестнице в мою комнату. Он осматривается вокруг, а я выбираю фильм, который мы будем смотреть. Достаю с комода плед и кидаю на кровать вместе с ноутбуком.
— Когда тебе уже можно будет в школу?
— Послезавтра.
— Как вообще можно было умудриться так повредить ногу на танцах?
— Егор, — он садится на кровать, а я кладу руки ему на плечи. — Танцы- это такой же спорт, ты то должен меня понимать. Где-то неудачно поставила ногу, подвернула - это нормально.
— Ладно, — он гладит меня по руке, лежащей на его плече. — Ты всегда такая красивая ходишь дома или это для меня?
— Всегда, — я улыбкой говорю я, ведь это правда. — Смотрим?
Он кивает. Ложится на кровать так, чтобы я могла лечь спиной на его грудь, а он мог обнимать меня. Ставим ноутбук напротив и просто смотрим фильм.
Его руки сплетены между собой на моём животе, а сам он до безумия тёплый. Фильм оказывается скучным, но мы продолжаем его смотреть.
— Эта актриса похожа на нашу учительницу химии, — смеюсь я, пытаясь найти хоть что то веселое в этом фильме.
— И правда, похожа.
Я снова кладу голову на грудь Егору, а его руки сплетаются на моём животе. Я концентрируюсь на фильме, хотя думать могу лишь о том, что его рука ползёт вверх, останавливаясь на моей груди. Я замираю от непонимания, что должна делать или чувствовать в этот момент.
Под топом нет белья. Я чувствую его прикосновения отчётливо. Чувствую, как он сжимает мою грудь и на этом всё. Я просто позволяю ему это делать, пока меня не начинает это раздражать.
— Егор, не надо.
— Что-то не так?
— Всё так, просто я не готова пока к чему-то такому.
Я вижу на его лице разочарование, но сильнее ощущаю подобное чувство где-то внутри себя. Не то, чтобы я особенно хотела этой близости и прикосновений, но ожидала, что это должно быть хотя бы отдалённо приятно и возбуждающе.
Ничего из этого мне почувствовать не удалось.
Мой предательский мозг заставляет меня вспомнить момент, когда всё моё тело сковывало волнением от невинных прикосновений Максима к моей щиколотке. Я погружаюсь в это, представляя эти ощущения и по всему телу моментально проносится табун мурашек.
— Разве тебе не было приятно, когда я тебя трогал?
— Было приятно, просто... — я пытаюсь придумать хоть какую-то ложь, чтобы не обидеть его. — Я пока не готова перейти к чему-то..вот такому, понимаешь?
— Аделина, но и я ведь не железный, я парень, а ты нравишься мне, ты безумно красивая, разумеется я хочу быть к тебе ближе.
Я сглатываю, пытаясь обработать ту мысль, что он хочет донести.
— Егор, я слишком мало тебя знаю.
— Хорошо, что ты хочешь обо мне знать?
— Я совсем не об этом. Я говорю о доверии, которое появится со временем.
— Сколько времени тебе нужно?
Он совсем меня не понимает, требуя каких-то конкретных ответов с четкими временными рамками, но ведь всё должно происходить вовсе не так?
Телефон звонит, от чего я вздрагиваю, тут же подрываясь и беря его в руку.
Максим.
Он серьёзно сам звонит мне сейчас?
Прошу Егора подождать в комнате, а сама выхожу в коридор, закрывая за собой дверь.
— Да? — поднимая трубку, сумев сдержать в голосе дрожь, говорю я.
— Почему ты так долго отвечаешь мой на звонок?
Тот самый его тон разговора и строгий голос, который я не перевариваю. Он точно зол, но причины для этого есть только у меня.
Он же в свою очередь сейчас прекрасно проводит время в кругу своей спутницы на ужине.
— Я ответила тебе сразу же, как только смогла, — язвительно отвечаю я, хотя это чистая правда. — Ты что-то хотел? Я занята.
— Включи видео.
— Зачем?
— Я сказал, включи видео, Аделина. Не нужно задавать лишних вопросов.
— Не нужно так со мной разговаривать, — не знаю откуда вдруг во мне появилась эта смелость. — Другим указывай, что им делать.
Если бы он стоял прямо передо мной в эту минуту и я видела его, я бы никогда не осмелилась на подобный тон и фразы в его сторону.
— Хорошо, тогда я тебе сейчас присылаю одну интересную запись, а потом случайно покажу её твоим родителям.
И он действительно присылает мне видео. Я нажимаю на экран, запуская воспроизведение, понимая, что на его заборе стоит видеонаблюдение, которое захватывает вход во двор моего дома. И на записи отчетливо видно и подъехавшую машину, и выходящего из неё Егора, который уверенно заходит в наш двор.
Кроме нецензурных слов в голове больше ничего не крутится.
— Ты этого не сделаешь, — говорю уверенно, хоть и сама же в своих словах сомневаюсь. — С меня не спустят глаза, если узнают.
— И правильно сделают, — у меня внутри всё сжимается от волнения и тревоги. — Чем ты думаешь, когда приводишь парня в дом, будучи там одна?
— Он мой парень, — говорю я, и лишь потом осознаю, что для Максима подобный аргумент вообще ничего не значит. — Ну ты ведь тоже заходил, когда я была одна.
— Ты меня с детства знаешь, а вот что в голове у твоего малолетки и о чём он думает ты понятия не имеешь.
— Это ты снова так заботу проявляешь? В очередной раз делая мне неприятно при этом?
— Ты прекрасно знаешь, что я делаю и говорю всё это исключительно из-за того, что желаю тебе лучшего.
Внутри всё кипит от несправедливости. Он высказывает мне своё недовольство так, как меня никогда в жизни даже дома никто не отчитывал и терпеть это я больше не намерена.
Хочет показать всё родителям - хорошо, значит так тому и быть, буду уповать на то, что мама меня поймёт и сможет успокоить отца и брата.
Хотя я очень в этом сомневаюсь, но унижаться перед Максимом не стану. Он прекрасно проводит время, развлекаясь с другими девушками, но закипает от злости зная, что я дома не одна. Это даже больше, чем несправедливо.
— О девушке своей заботься, — собрав всю решимость на языке, говорю я. — А меня трогать не нужно, я в состоянии сама о себе позаботиться.
Я бросаю трубку.
Внутри только что тоже, что-то оборвалось.
***
Ну я же обещала вам главу в этом году!
Всех с наступающим♥️
Спасибо за то, что вы есть и за вашу активность, как всегда в самое моё мурчало!