Комната 2. Празднество
Я вошел во вторую комнату, не ожидая чего-то определенного, с тяжестью на сердце. Мой мозг еще не успел переварить все, что произошло в первой комнате.
Передо мной был все тот же столик (ну а что я ожидал?), а на нем… тортик. Розовый. С одной свечкой.
“Пятилетка день рождения отмечает, видимо”, подумал я.
Мне даже стало немного смешно, пока я не заметил что-то
на стенах… Это были силуэты людей. Много силуэтов. Они были похожи на тени Хиросимы, и на их головах было нечто пирамидальное. Видимо, праздничные колпачки. Торжество
в самом разгаре.
На столе, рядом с тортом была записка на клочке бумаги. Она гласила: “Угощайся”. Разрезать его
было нечем, конечно. Я же не свинья, да и есть что попало, тем более здесь и сейчас, точно не хотелось. Хотелось только уйти, но двери назад не было. Оставалось лишь задуть свечу…
Как только огонек погас, комната погрузилась во тьму. Но лишь на мгновение. Резко все пространство залил ярко красный свет. Силуэты налились кровью, стены потекли
вниз тонкими струйками. Я направил взгляд в единственное
место, не внушающее ужаса и отвращения: на стол. Рядом с тортом из ниоткуда появился широкий нож, а записка была изорвана по краям и изрядно помята. Присмотревшись, я с трудом прочитал надпись: “Режь”. Слово было неаккуратно нацарапано кривым почерком. Я искренне не понимал, что за монстр мог все это устроить… Мысль о том, что мне грозит какая-то иллюзорная, неявная, но страшная опасность, не покидала мою голову.
Схватив нож, я сделал разрез... Странно, будто это был не торт, а что-то более плотное… Я аккуратно отделил кусочек. И тут мои пальцы рефлекторно разжались, нож выпал
из руки и стукнулся об пол. Комнату заполнил ужасный запах. Я зажал нос, даже попытался закрыть обеими руками, но это не помогло. Пахло тухлым мясом, но не так, как обычно. Эта вонь была в сотню раз хуже, она проникала во все: в стол, стены, в мою одежду и, казалось, прямо в мой организм, пропитывая каждую клетку тканей.
Мясной торт прямо на моих глазах начал гнить, сначала теряя свою ровную форму, тая, словно мартовский сугроб; потом и вовсе растекся по тарелке и принялся капать на пол, образуя отвратную черную лужу. Она все расширялась и расширялась… Я пытался отползти от нее настолько далеко, насколько было возможно. Не в силах встать на ноги, я, наверное, был похож на червяка. Темное море росло все
быстрее, теперь еще и в высоту…
Я был слишком слаб для сопротивления: очень скоро меня
захлестнет эта зловещая волна, а дальше… Я не знал, что будет дальше. И не хотел знать. Возможно, я хотел просто умереть на месте, не в силах больше чувствовать адский
смрад. Наконец, лужа достигла меня.
Я будто оказался в океане чернил. В липкой, вязкой массе. Глаза были
зажмурены до боли, а нос все еще плотно закрыт. Правда, это не сильно помогало… Жидкость просачивалась сквозь пальцы, сквозь веки… Я почувствовал что-то влажное в ноздрях, затем глаза защипало. Оно попало внутрь меня.
Теперь уже точно, я был готов умереть. Сработал рвотный рефлекс, я попытался выдохнуть, а затем…
Последовал глубокий вдох. Я захлебывался в этой вони, понимал, что теперь начинает гнить мое тело. Не чувствовал ни ног, ни рук. Ничего уже не чувствовал. Я слился с чернотой…
Мои глаза открылись, и я увидел дощатый потолок. Видимо, я лежал на полу, в коридоре. Это было ужасно… Все еще чувствовался запах гнили, но не такой отчетливый. Я
осмотрел себя: вроде руки-ноги на месте. “Что это было… неужели это все мои галлюны?”, подумал я. Рядом с собой обнаружил шариковую ручку. Точно такую же, что была в первой комнате. А рядом с ней лежала записка. На изорванном, смятом клочке… Она гласила: “Не потеряй. Используй”
“Отлично, вторая комната посещена. Приступай к описанию
впечатлений. Не скупись на слова”. Опять этот голос… Как же он начинает меня бесить. “Да пошел ты!”, восклицаю в надежде, что меня услышат. И не подумаю что-то писать, выполнять его приказы… Я напуган и зол, но собственное достоинство все же намерен сохранить во что бы то ни стало.