Глава 3 - «Дело №349»
- Исчезновение номер триста сорок девять за последние десять лет. Маленький город, одна улица, одна семья. И никого не волнует, кроме меня, - проговорил детектив Лисовский, сидя за старым столом, покрытым пеплом и старыми фото.
Он взял в руки досье: Софья Мельникова. Шестнадцать лет. Пропала без вести. Следов насилия не обнаружено. Мать - погибла при пожаре. Отец - числится без вести уже более десяти лет.
- Всё слишком тихо, - пробормотал он. - Как будто все знали. Но никто не говорил.
Лисовский не верил в совпадения. Особенно - в такие. Он выехал к руинам сгоревшего дома. По документам - частный пожар. Старые проводки, короткое замыкание. Только вот электрик, подписавший отчёт, умер через три дня после осмотра. Утонул. В собственной ванной. Без воды в лёгких.
---
На месте пожарища было пусто. Заросли. Камни. Но когда он ступил на бетонную плиту, которая перекрывала подвал - услышал скрип. Тихий. Как будто что-то дышало внизу.
Он присел, приложил ухо. И на мгновение - едва уловимо - словно шепот:
- Соня... не ушла... Она... здесь...
Он отпрянул. Сердце застучало. Но он был не из тех, кто сразу бежит.
На следующий день он нашёл бывшую подругу матери Сони - Светлану Михайловну. Старуха давно спилась, но кое-что вспомнила.
- Лена... мать её... была странной с юности. Всё ходила на какие-то встречи. На шее - амулет из костей, говорила, от "нечистого плоти".
- А муж?
- Славка? Он всё пытался уйти. Говорил: "Она его кормит. Я видел. Я... слышал, как он зовёт её мамой..."
- Кто?
Светлана покачала головой, слёзы на морщинах:
- Я думала, он про шизу. А потом Славка исчез. А она - с пузом. И никто не знал, от кого...
---
Лисовский вернулся в участок. Взял дело Мельниковой с архива. Среди улик - обгоревшее фото. Почти ничего не видно. Но в ультрафиолете - надпись на стене, написанная кровью:
"Сестра. Прости."
Он поднял глаза. Камера видеонаблюдения в участке мигнула. Затем снова. А на экране на секунду появилось лицо. Детское. Беззубое. С глазницами, как у глубоководной рыбы.
Он не моргнул. Просто сказал:
- Так вот ты какой...
---
На следующее утро Лисовский пришёл на работу с раной на шее. Он сказал, что порезался. Но никто не поверил. Он стал молчаливым. Вечно записывал что-то в блокнот. А однажды в дежурке нашли запись, написанную его рукой:
"Соня внутри. Отец рядом. Я слышу их. А он - голоден."