Глава 16
- Отрицательный. Я же говорила тебе, что на противозачаточных.
То ли лекарство оказалось сильнодействующим, то ли Крис переборщил с дозировкой, но Джейл непривычно равнодушна.
- Тогда какого хрена ты так себя ведешь? – он отбрасывает тест и непонимающе разводит руками. – М?
- Я не знаю, – Джейл поднимается с унитаза, лениво натягивая джинсы.
- Знаешь, мне совсем не нравится твое поведение.
- Знаешь, Крис, - она выдерживает паузу. - А не пойти бы тебе к черту? М?
- Не нервируй меня.
- Да пошел ты! Видеть тебя не хочу! – агрессия комом подступает к горлу, перемешиваясь с досадой от которой она вот-вот разрыдается с новой силой.
Не выдержав хамского поведения девушки, Крис с силой прижимает её к стене.
- Не вынуждай меня делать этого! – оскалив зубы, он приставляет нож к животу Джейл.
- Так чего же ты ждешь, Крис? – она плотно сжимает губы, а по ее щекам бесшумно стекают слезы.
Так горько и обидно ей еще никогда не было. Но её волнует даже не то, что он угрожает убить ее, а то, что он не изменится, и у неё совсем нет шанса стать для него кем-то большим. Она осознала это так ясно, что, кажется, даже готова умереть, лишь бы не испытывать те страдания которые он ей причинил.
- Давай же, убей меня!
- Замолчи, – сквозь зубы рычит он, из последних сил сдерживая себя, чтобы не вонзить этот чертов нож. Ему не терпится прикончить её.
- Я больше так не могу! Убей, прошу, – голос Джейл звучит громче и ее слова уже далеко не просьба, а мольба. Будто смерть – единственный выход.
Он молча смотрит на её бледное, потерянное лицо. Смотрит на то, как слезы разбиваются о плотную ткань трикотажа на ее груди. И почему-то именно сейчас перед глазами всплывают моменты их совместной жизни. Он вспоминает, как позволял ей бить себя на одной из психотерапевтических встреч. Вспоминает, как она совершила свое первое убийство. Как он остриг её длинные белые волосы и собственными руками перекрасил их в черный. Как предложил пойти с ней на вечеринку в колледже. Как неловко ей было в аэропорту, от вопроса был ли у неё секс в самолете. Как они ходили в кино. Как ужинали в ресторане, где она устроила настоящее представление нетипичной Джейл, произведя полный фурор. Как он спас её от смерти, а сейчас сам грозится лишить её жизни.
И ему вдруг становится мерзко. От того, что он не убил её раньше и позволил всему этому зайти так далеко. Его вдруг посетила мысль, которую он боится воспроизвести вновь. Он даже боится представить, что такая мысль в принципе могла возникнуть в его голове. Но пересилив себя, он решается воспроизвести её снова. Четко и с расстановкой.
Что, если я не смогу убить её?
Всё это время, пока он был в чертогах разума, Джейл не переставала настаивать на своем.
- Убей меня! – истерично повторяет она и поддается вперед, желая, как можно глубже напороться на приставленный к ее животу нож. Но реакция Крис оказывается быстрее, окончательно возвращая его в реальность.
- Дура! – рявкает он и швыряет оружие на пол.
Пальцы Джейл крепко впиваются в короткие пряди, слезы окончательно застилают её лицо. Она обреченно скатывается вниз по стене, мечтая разлиться маленькой лужицей и навсегда впитаться в цементные швы между кафельными плитками.
А он лишь с горечью наблюдает за тем, как она тает. Ноздри Криса раздуваются в такт глубоким вдохам, а грудь тяжело вздымается. Он больше не может оставаться здесь, ему хочется уйти и впредь никогда не возвращаться в этот проклятый дом.
И он уходит, оставляя её одну. Отчетливо понимая, что…
Он сломал её.
Полностью.
***
Вот уже битый час Джейл лежит в постели, мучаясь от бессонницы, просверливая пустым взглядом дыру в потолке. Если в ближайшие минуты она не заснет, то часть бетона точно рухнет ей на голову. Но это было не так-то просто. Теперь всё изменилось. Точнее, она изменилась. Новые страхи. Новые сомнения. Новые симптомы ломающего сумасшествия. Всё началось после их последней ссоры… с того рокового дня прошло вот уже 7 дней.
7 чертовых дней молчания и тишины.
А они не разговаривают. До сих пор. Совсем. Но это не мешает им спать в одной кровати. Крис слишком дорожит удобным матрасом и не под каким предлогом не отправится на диван в гостиную. А Джейл слишком дорожит его обществом, пускай и беззвучным.
Ей больше не хочется оставаться одной. Когда он оставил её в последний раз, она чуть не свихнулась от панической атаки с приступом удушья и бешеного сердцебиения. Джейл так боялась, что Крис её бросит, что он больше никогда не вернется. Но он пришел. Не сразу, но пришел. Через день или два. Сейчас это уже не так важно, как было тогда. Теперь он рядом. Мирно сопит, повернувшись к ней спиной. Но лучше лицезреть его взъерошенный затылок и наблюдать за тем, как вздымаются его плечи от равномерного дыхания, чем смотреть на пустующую подушку и заправленный край их общего одеяла с его стороны.
Но даже это не мешает ей сходить с ума. Медленно, но верно катиться по наклонной. Она и так из последних сил балансирует над пропастью. Стоит лишь слегка задеть её пальцем, и Джейл окончательно падет туда, откуда выхода уже точно нет. Иногда ей становится до одури страшно лишь от одной мысли о психиатрической больнице. Вдруг её лабильная нервная система окончательно сломается, и Джейл посадят в камеру с мягкими стенами и наденут смирительную рубашку, чтобы она в порыве отчаяния не выколола себе глаза или, того хуже, не расковыряла сонную артерию собственными ногтями.
Страшно.
Жутко.
Больно.
Слабая вибрация телефона, лежащего на его прикроватной тумбе, заставляет Джейл повернуться на источник звука.
Она смотрит то на жужжащий телефон, то на Криса, никак не реагирующего на звонок в столь поздний час.
2:47.Кому черт возьми он понадобился?
Звонок затихает. Джейл спокойно выдыхает, прячет руки под голову и впивается взглядом в уже досконально изученный потолок. Она успела запомнить каждую трещинку и шероховатость, и теперь её бурная фантазия в полумраке комнаты составляет из этих самых трещинок незамысловатые фигуры. Крест. Черту. Ящик. Нож.
Даже её образное мышление стало мрачным.
Она закрывает глаза и, кажется, вот-вот провалится в сон, но телефон Криса снова противно вибрирует.
Какого хрена?
Джелиса раздраженно садится на постели стараясь не разбудить Криса и, переполненная сомнениями, тянется к телефону. Номер не определен. Она сжимает телефон в руке, не зная, что предпринять.
Может выключить его к чертовой матери? Разбудить Криса? Или… ответить самой?
Любопытство, конечно же, одолевает совесть. Классика жанра.
Джейл решительно нажимает «ответить» и медленно, боясь проронить хоть звук, подносит телефон к уху.
- Мальчик мой, где же ты?
Властный голос особи женского пола на той стороне провода заставляет Джейл рефлекторно сбросить вызов. Она испуганно смотрит в экран телефона, пытаясь совладеть с мыслями, острыми иголками впивающимися в мозг. И вот её уже начинает трясти то ли от холода, то ли от очередного приступа паники, то ли от мысли, что он больше не принадлежит ей.
Крис переворачивается на спину, лениво потягивается и сонно раскрывает глаза. Что-то заставило его проснуться. Но теперь, когда его взгляд устремляется на сидящую в постели Джейл, плотно обнимающую колени, он понимает, что это не что-то, а кто-то. Даже во мраке, охватившем спальню, он замечает, как прилично её лихорадит. Она странно раскачивается, словно умалишенная и что-то неразборчиво бурчит себе под нос. Крис приподнимается на локтях, щурится, пытаясь вызвать у Джейл хоть какую-то реакцию незамысловатыми жестами, но ему не удается ровным счетом ничего из задуманного.
- Ты в порядке? – произнеси он это несколькими часами ранее, Джейл сиюминутно разорвало бы от радости, что он, наконец-таки, заговорил с ней первым. Она, конечно же, скрыла бы этот свой щенячий восторг от него. Лишь бы в очередной раз не продемонстрировать шквал эмоций, которые в ней способен вызвать только он. Но сейчас её совсем не интересовали, ни его слова, ни его внезапно прерванный обет молчания.
- Эй, ты меня слышишь? – повторив попытку, Крис осторожно убирает прядь волос, прилипших к её вспотевшему лбу, за ухо.
- Она ждет тебя, – сухо произносит Джейл.
Он не сразу понимает о чем она, но вскоре до него доходит скрытый посыл завуалированных слов. Стоит ему зажечь прикроватную лампу, как его взгляд падает на телефон, который почему-то находится в стакане с недопитой со вчерашнего вечера колой.
- Ты что, блять, наделала? – мигом взрывается он. - Совсем уже двинулась? – с каждым словом Крис повышает голос. Его буквально разрывает от злости на миллиард частиц, пропитанных яростью к ней и к её дурацким замашкам. Он раздраженно носится по комнате, надевая на себя первое, что ему попадется под руку, не переставая причитать и покрывать Джейл отборным матом. А она равнодушно смотрит куда-то сквозь стену, не обращая никакого внимания на его недовольства.
Он стал для неё слишком невыносим. Ей это так осточертело, что непременно хочется послать всё к чертовой матери и, наконец, сбежать из его психологической тюрьмы. Сбежать от этого эмоционального террора. Но дело в том, что ей некуда идти. Совсем. Домой она точно не вернется. Быть одна тоже не сможет. Безысходность какая-то. Ни выбора. Ни выхода. Она в тупике. В ловушке, в которую добровольно вступила, заведомо зная, чем обернется вся эта авантюра.
Но ей так хотелось верить, что у неё есть шанс. Нет. Что у них есть шанс. На совместное, пускай и не идеальное, будущее. Но чем дольше они были вместе, тем сильнее отстранялись друг от друга. По крайней мере, Крис предпочел обзавестись собственными тайнами и посвящать её в них он точно не был намерен. А ведь она просто хотела измениться и хоть что-то да значить для небезразличного ей человека.
Но, так получилось, что всем на неё плевать. Люди, которых она любила, не уделяли ей должного внимания. Несправедливая и незаслуженная судьба. Ей всего лишь хотелось любви, но взамен она получала одни страдания. И сейчас, когда она уже давно перешла на темную сторону, запятнав репутацию хорошей девочки, она не получила должным образом ничего хорошего.
Ей тотально не везет по жизни. Этакая неудачница. Будь она хоть правильной, хоть плохой, она все равно несчастна. При любом раскладе. Люди недооценивают её. Считают глупой и наивной дурой. Её не замечают. Намерено или специально. Все игнорируют её интересы и никто не отважится дать ей ту малость, которую она так тщетно ищет на протяжении вей своей никчемной жизни.
Неужели любить так сложно?
- Как же я тебя ненавижу, – шепчет она, но из-за его разъяренных воплей он даже при желании не услышит атомного взрыва во дворе их дома.
Хлопок входной двери и баталия сменяется звенящей тишиной одиночества. Он ушел. Нетрудно догадаться куда. Вынуждая Джейл основательно прочувствовать нестерпимую и жгучую ненависть то ли к нему, то ли к той, что сумела забрать его у неё. В горле саднит от дикого желания расплаты. Ей хочется мстить. Хочется уничтожить эту чертову суку. Жажда мести так невыносима.