Глава 2
Гермиона бежала, не разбирая дороги. Ее одолевала злость за то, что она позволила ему так разговаривать с собой. За то, что просто молча стояла, давая ему повод думать, что он может делать все, что захочет.
Она нуждалась в глотке свежего воздуха немедленно. Она забыла обо всем и не могла выкинуть из головы его глаза цвета грозового неба; его руки, дотрагивающиеся до ее шеи.
"Не боишься?!"
От одного только воспоминания её бросало в дрожь. Может быть, где-то в глубине души она и боялась его, но совсем чуть-чуть. Девушкам свойственна слабость, свойственно быть слабее парней. И он умело воспользовался этим.
Больше всего её пугало осознание того, что Драко выглядел так, словно действительно мог причинить ей боль.
Они не могли игнорировать друг друга. Драко не обходился без оскорблений, а Гермиона - без вопросов, которые выводили Малфоя из себя. Это было вечное противостояние двух людей совершенно разных кругов, людей из разных миров. Волшебник, чья чистота крови известна на всю магическую Британию, и маглорожденная девчонка с вечно растрепанными волосами. Они вели войну, из которой никто и никогда не выходил победителем. Драко, как всегда, сжимал кулаки от злости, а Гермиона, закусив губу, убегала, злясь на саму себя.
Она была совершенно опустошена. Каждый чертов понедельник, среду и пятницу ей придется терпеть это. Она даже находиться с ним рядом не сможет! В конце концов, Драко чуть не сделал ей больно. Да, пусть под наплывом эмоций, но все же...
От отчаяния хотелось закричать. Как же Грейнджер хотела выкинуть Малфоя из головы, но не могла. Он плотно засел там, просверливая ей мозг. Его образ стоял перед ней, и Гермиона ничего не могла сделать.
Она шла по винтовым лестницам, мечтая вернуть время назад и просто не войти в тот класс. Или же ответить Драко в его манере, показав, что она чего-то стоит.
Прохладный осенний ветер ударил в лицо. Густые волосы девушки развевались, то и дело попадая в глаза. Юбка колыхалась от ветра.
Гермиона скукожилась, обхватив себя руками, пытаясь хоть как-то согреться. Свежий воздух действительно привел ее в чувства, однако мысли о Драко никуда не делись.
Одинокая морщинка залегла между насупленными бровями. Закусанные до крови губы были плотно сжаты. Все это придавало Гермионе усталый вид.
Она подошла к берегу озера, на поверхности которого играли лучи заходящего солнца. Вода переливались гаммой цветов: от нежно-розового до темно-фиолетового. С новым дуновением ветра по озеру пошла рябь.
Как красиво.
В последнее время у Гермионы появилось слишком много забот. Она не замечала самых обычных вещей, еще три года назад приносящих ей радость. Все было слишком сложно: война с Темным лордом, враги, испытания...
Это закалило ее, закалило Драко. Она не чувствовала себя той маленькой девочкой, чья голова была вечно занята какими-то никому ненужными уроками, нет. Сейчас были вещи и поважнее.
Порой она так скучала по беззаботному детству, по временам, когда ее друзья сидели здесь же, на берегу озера, и уговаривали Гермиону сделать за них домашнее задание по зельеварению; когда они забывались и веселились, не замечая, как пролетает время.
Она невольно улыбнулась. Веснушчатый Рон, толкающий зеленоглазого Гарри в плечо, она, бранящая их за такое поведение... Сейчас все изменилось.
Особенно поменялся Гарри. Его взгляд стал серьезнее, в глазах читалась вся та безмерная боль, которую он пережил в столь юном возрасте.
Улыбка медленно сползла с лица Гермионы. Она заранее оплакивала ту жизнь, о которой мечтала. Жизнь, в которой будет место смеху и любви, счастью и радости. Мир, где она сможет не волноваться о людях, которые ей дороги...
Но это казалось невозможным.
Она не знала, что будет завтра. Но, ложась спать, вспоминала дом, полный уюта и тепла, свою семью, которая поддерживала её во всем. Это успокаивало Гермиону. Знание того, что она не одна.
Ветер пробирался под мантию и тонкую ткань ее свитера. Из-за холодной земли Гермиона почти не чувствовала ног.
Красное солнце уже почти скрылось за горизонтом.
Оттолкнувшись от земли руками, она резко поднялась. Голова закружилась, и, не удержав равновесие, Гермиона упала обратно, громко выругавшись.
Краем уха она уловила чьи-то торопливые шаги. В сгущающихся сумерках ее глаза различили мужской силуэт.
- С тобой все в порядке? - раздался бархатный голос прямо рядом с ней.
- Да, вполне. За исключением того, что я испортила свою мантию, - пробурчала Гермиона, разглядывая порванную ткань.
Загадочный незнакомец протянул ей свою теплую руку, и девушка с радостью приняла помощь.
- Спасибо тебе, - улыбнувшись, сказала она.
- Да не за что, - ответил тот, помогая Гермионе встать. - Я - Ленни Страцкий, - представился парень, пожав её руку.
У него была очень красивая внешность: густые волосы, большие красивые глаза, ярко выраженные скулы, волевой подбородок, ровный нос.
- Приятно познакомиться, я Герми...
- Да это не обязательно, вся школа знает, кто ты. Тем более, мы учимся на одном курсе, - протараторил он. - Очень рад был помочь такой милой девушке, как ты, Гермиона.
Гермиона приподняла бровь. Учатся на одном курсе? Что-то она не припоминала его.
Она издала смешок и залилась краской от того, что хоть кто-то считает ее милой.
То, что парень обратил на нее внимание, удивило Гермиону. Не развернулся и прошел мимо, а помог, да еще и затеял разговор.
Они вместе шли по направлению к Хогвартсу, держась друг от друга на расстоянии метра.
А Ленни был красив, отметила для себя Гермиона. Высокий, со светлыми глазами, обрамленными густыми ресницами, и волнистыми волосами темного цвета.
- Ты ведь из Когтеврана? - прищурившись, спросила Гермиона, внимательно разглядывая его лицо. Парень кивнул.
- Ага, я давно хотел с тобой познакомиться. Да и все из моего факультета хотели, - задумчиво сказал Страцкий. - Ты не только лучшая подруга Поттера, но еще и самая способная ученица на нашем курсе. У нас это ценят.
Вот теперь Гермиона точно была рада, что на улице темно, потому что щеки практически горели.
Многие из Когтеврана хотели познакомиться с ней?
Глупая улыбка так и застыла на ее лице; Гермиона невольно задерла подбородок, и Ленни, заметив это, рассмеялся. За столько лет ни один человек (ну, разумеется, кроме Гарри и Рона) не говорил Гермионе таких теплых слов.
- Я даже не думала, что так знаменита, - засмеялась она, украдкой глядя на Ленни.
В его глазах появился веселый блеск.
- Еще как знаменита, - он засмеялся чистым смехом, - просто ты не замечаешь, какое впечатление производишь на людей.
- Вот это да... - прошептала она, глядя в пол.
От смущения Гермиона натянула край свитера к подбородку, ощущая ладонями приятную ткань.
Она даже подумать не могла, что кто-то так считает. И это действительно подняло ей настроение в несколько раз.
- Кстати, как тебе должность старосты? - спросил Ленни с нескрываемым любопытством.
Образ сразу же всплыл перед глазами: серые глаза, бледная кожа, платиновые волосы... Она снова о нем подумала.
Как же ее раздражал тот факт, что даже сейчас, гуляя с другим парнем, она вспоминала об этом гребанном Драко Люциусе Малфое!
- Эй, я что-то не то спросил? - непонимающе проговорил Ленни, пропуская её в помещение. Дверь со скрипом отворилась, и тепло окутало Гермиону.
Она озадаченно посмотрела на своего спутника. О нет, с каких пор она стала такой рассеянной?
- Эм... да, просто я... эм...
Мерлин ! Что за ерунду она говорит?
Гермиона дрожащей рукой заправила непослушную прядь за ухо. Щеки уже пылали, и она пожалела, что они так быстро дошли до школы. При таком освещении красные пятна на её лице были прекрасно видны.
- Все в порядке, у меня много работы и новых обязанностей, но как-то справляюсь.
- Это большая ответственность - быть старостой, - ответил Ленни, остановившись около ступенек, ведущих в гриффиндорскую гостиную. - Надеюсь, что у тебя все получится. Было очень приятно иметь с тобой дело, Гермиона Грейнджер. Еще увидимся? - спросил он, сверкнув белоснежной улыбкой.
Снова волна смущения накрыла Гермиону с головой, заставив опустить взгляд.
Столько комплиментов! Не то, что оскорбления со стороны Драко. Конечно, этот кретин мог только думать о себе или унижать других.
- Конечно, увидимся! Спасибо, что проводил меня, - улыбнувшись, пролепетала Гермиона. - До скорого, Ленни.
Тот помахал ей рукой и, развернувшись, отправился в неизвестном ей направлении, насвистывая какую-то мелодию.
* * *
Гермиона вошла в комнату, украшенную красными гобеленами и живыми картинами. В гостиной Гриффиндора всегда царила атмосфера тепла и уюта. Место, где так спокойно и по-домашнему хорошо.
Все соседки Гермионы разбрелись куда-то, чему она была только рада: выслушивать свежие сплетни совершенно не хотелось.
В поле зрения попала бумага, лежащая на прикроватной тумбочке. Подойдя ближе, Гермиона поняла, что это громовещатель.
Черт! Что опять стряслось?
Тонкие пальчики стали раскрывать тщательно запечатанный конверт.
Злой женский голос вдруг закричал на всю комнату, да так громко, что у Гермионы едва не полопались барабанные перепонки:
- Мисс Грейнджер, я вынуждена сделать вывод, что вы ещё не созрели для должности старосты! Неужели вы вовсе забыли о своих обязанностях?! Или первое собрание для вас ничего не значит? Если это так, то мне придется снять вас с должности! Это последнее предупреждение, мисс Грейнджер! Жду вас завтра в девять утра в своем кабинете! Постарайтесь не забыть хотя бы об этом! Минерва МакГонагалл!
О, Мерлин. Неужели опять? Она снова забыла обо всем, проявила невнимательность. Она так мечтала о должности старосты... С самого первого курса!
И это уже ни в какие ворота не лезло!.
Губы Гермионы задрожали, письмо выпало из ослабевшей руки. Она плюхнулась на кровать, смотря перед собой.
Как можно быть такой идиоткой? Конечно, дело было не только в ней, но и в Драко. Хотя ее вины здесь, надо признаться, было не меньше.
Она злорадно усмехнулась. Малфой тоже не пришел, значит, нагоняй получит не она одна. От этой мысли на душе становилось легче. Пережить этот проступок, осознавая то, что Драко тоже наругают как и ее саму, было в разы приятнее.
Однако, к сожалению, ее невнимательность это никак не оправдывало. Гермионе было до жути стыдно перед Минервой, да еще и насмешек от слизеринцев не оберешься, когда умная Паркинсон разболтает, какие дуры водятся в Гриффиндоре.
Гермиона легла в постель, закутавшись в теплое пуховое одеяло. Сегодня был тяжелый день. Глаза слипались, и у нее просто не было сил придумывать оправдание своего прогула. Это она сделает завтра.
Сейчас надо хорошенько выспаться. Она и вправду очень устала, к тому же, Грейнджер хотела выглядеть уверенно, а не помято.
Сон - одна из главных составляющих здоровья, поэтому, повернувшись на левый бок, Гермиона закрыла глаза, стараясь очистить голову от ненужных мыслей.
Рядом она услышала приглушенный мяв.
- Живоглотик!
Она улыбнулась, рукой поднимая рыжего кота на свою кровать.
* * *
Солнечные зайчики плясали на стенах комнаты, порой перескакивая на лицо мирно спящей Гермионы.
Когда та проснулась, девочки еще сладко сопели, зарывшись в подушку. Грейнджер поднялась с кровати, становясь голыми ногами на ледяной пол, от которого исходила сырость.
Она вздрогнула от холода, который казался невыносимым после теплой постели. Не смотря на то, что за окном во всю светило солнце, в Хогвартсе было, мягко говоря, не жарко.
Она подошла к шифоньеру, стоящему в правом углу, и принялась искать чистые вещи.
Сегодня Гермионе хотелось выглядеть приличнее обычного. Ее достали всеобщие подколы по поводу внешности. В конце концов, пока она себе не понравится, никто не будет обращать на неё внимание.
Никто ведь не мешает ей заниматься собой.
Недолго подумав, она достала самую нарядную белую рубашку, подаренную ей в прошлом году тетей Дженни, и темно-синюю атласную мантию.
Взяв вещи в руки, Гермиона направилась в ванную, стараясь не разбудить соседок.
Она положила одежду рядом с умывальником. Заколов непослушные волосы, Гермиона направилась в душ.
Теплые струйки воды обволакивали кожу, и Гермионе становилось спокойно. Вода словно смывала все переживания и проблемы, хотя Грейнджер, конечно же, знала, что это не на долго. Достаточно ей выйти за пределы этих стен, как все плохое снова навалится на нее тяжелым грузом. Спокойствие комнаты не распространялось на всю школу.
Повернув металлический краник, Гермиона взяла махровое полотенце и, обернувшись им, вышла из душа.
Хорошенько вытерев кожу, она посмотрела в зеркало: бледная, худая, с немного опухшим после сна лицом, красными глазами и впалыми скулами.
М-да, лучше некуда. Скорее гиппогриф будет работать на Министерство, чем Гермиона полюбит свое отражение.
Вздохнув, она взяла вчерашнюю мантию, чтобы достать оттуда волшебную палочку.
- Crinem, - прошептала она.
Буквально через секунду ее волосы стали почти ровными и доставали до середины спины. Конечно, к концу дня Гермиона снова станет "лохматой", но сейчас ее вид был очень даже аккуратным.
* * *
Гермиона стояла напротив кабинета декана. Голова безумно кружилась, а кожу пощипывало от нарастающего беспокойства. Часы на ее руке показывали без пяти девять. Пора.
Закусив губу, она постучала в дверь. Глухое эхо отскочило от деревянной поверхности.
- Войдите, - убийственно холодным тоном произнесла Минерва.
Парализованная страхом Гермиона сделала первый шаг.
Седые волосы МакГонагалл были, как всегда, идеально уложены. Справа от нее лежала аккуратная стопочка книг. В руке она держала чашку кофе, запах которого разносился по всему кабинету. Ее глаза внимательно всматривались в заголовок "Ежедневного пророка", и, судя по всему, профессора вовсе не радовало то, что там было написано.
- А, это вы, мисс Грейнджер, - сказала Минерва без тени эмоций в голосе. - Вы ведь получили вчерашнее письмо, верно? Надеюсь, вы назовете мне причину своего безответственного поведения, - приказным тоном произнесла МакГонагалл, сделав глоток горячего напитка. Она отложила газету в сторону.
- Д-да, профессор, - сглотнув, сказала Гермиона.
И вовремя вспомнила, что даже не придумала, что именно скажет.
Минерва выжидающе посмотрела на ученицу.
- Последнюю неделю я себя неважно чувствовала и думала, что все обойдется без визита к мадам Помфри, но мне стало хуже, из-за этого я была рассеяна. Прошу прощения, профессор. Я правда не хотела вас подводить, - лепетала Гермиона.
Только бы не покраснеть.
МакГонагалл насупилась и подняла глаза на Гермиону. Она отставила чашку с кофе в сторону.
- Мисс Грейнджер, это что-то серьезное? Вы должны пойти в больничное крыло, не хватало еще осложнений.
В глазах МакГонагалл читалось сомнение. Она говорила то, что должна, однако Гермиона совсем не выглядела больной.
Уставшей, но никак не больной.
- Мне уже гораздо лучше, но, в случае чего, я обязательно покажусь колдомедикам, - серьезно сказала Гермиона. Она стояла у входа, переминаясь с ноги на ногу.
- Вы лучшая ученица школы и староста своего факультета. Вы ведь понимаете, что должны хотя бы предупреждать меня о том, что не придете? На собрание явились абсолютно все, включая мистера Малфоя. Это уже не в первый раз. Долорес Амбридж задавала вопросы по поводу вашего назначения, но я верю в вас, поэтому она пока ни о чем не знает. Если у вас плохое самочувствие, мисс Грейнджер, прошу, сходите к мадам Помфри.
Лицо Гермионы исказилось, и она с нескрываемой досадой посмотрела на МакГонагалл.
Этот маленький паршивец явился на собрание. После того, что случилось с его матерью, он нашел в себе силы на это?
Лицемерная скотина.
Мерлин, да как она могла жалеть его, сочувствовать?
Хотя, нет, жалела она, скорее, Нарциссу, а не самого Малфоя.
Как можно быть таким равнодушным, как можно так менять маски? Гермиона видела его потрёпанным и разбитым, слабым. А потом он явился на собрание как ни в чем ни бывало.
Она чувствовала, как от злости голова наливается кровью. Черт! Как же она хотела его ударить!
- И почему же Мистер Малфой не появлялся на занятиях?
Профессор возмущенно посмотрела в ее сторону, как бы делая намек на то, что вопрос здесь задает она. Обхватила пальцами ручку чашки и сделала несколько глотков.
- До скорого, мисс Грейнджер, - отрезала МакГонагалл, возвращаясь к газете.
Девушка на ватных ногах вышла из кабинета. В ее голове всплывало новое название для книги "Сто способов прикончить Малфоя".
Отныне она не нарушит ни одно свое правило из-за этого поганого слизеринца. Не сделает ничего, за что можно было бы краснеть перед профессором.
Ненависть отравляла ее сердце. Казалось, оставь ее с Драко в одной комнате, от него и мокрого места не останется.
Бесит.
Что, правда, Гермиона?
Это было слабо сказано.
Ненависть?
Да, именно она. Жгучей струйкой проходя сквозь нее, когда только он появлялся в поле её зрения.
Черт бы побрал этого Малфоя!
Раздавленная, униженная и злая она шагала к Большому залу.
Она дура, самая обычная дура. Та, что позволила эмоциям одержать вверх над разумом, позволила обиде и страху заполонить голову. Она не смогла совладать с собой, забыла о своих собственных проблемах.
Она зациклилась на проблемах Драко Малфоя...
А он? А что он? Просто взял себя в руки и пришел на собрание старост. А она, у которой и не было никакого горя, забыла. Просто забыла. Что в этом такого?
Нет, ничего. Не считая того, что уже второй раз за три дня она позволяет себе не явиться на сборы, организованные МакГонагалл. Не потому, что не хочет. Из-за того лишь, что ее голову заполняют куда более важные мысли, чем какое-то очередное собрание, где будут обсуждать как правильно патрулировать школу.
Мерлин! Неужели она подумала о таком? Подумала, что что-то может быть важнее возложенных на неё обязанностей?
Малфой. А не простое "что-то".
Ее съедала невероятная ярость за то, что Драко показался ей вчера раздавленным произошедшими событиями, подавленным. И всем его действиям можно дать только одно оправдание - он вымещал всю обиду и горечь. Но теперь Гермиона сомневалась в этом.
Как человек, который действительно был готов припечатать ее к стенке навсегда, смог прийти на собрание, которое проходило всего через полчаса после того? Это что, он привел себя в чувства, пришел в гостиную Слизерина, прочел письмо от профессора и побежал на коллективные сборы?
Неужели так было и это действительно произошло? Неужели он смог так быстро превратиться из неконтролируемого парня в спокойного ученика?
Или же...
Нет, а что, если он настолько ненавидел Грейнджер, что хотел причинить ей вред не из-за случая с его матерью? Он хотел увидеть ее страдания из-за того, что она грязнокровка, и ничего больше. Просто подвернулся удобный случай, и он воспользовался им.
Драко не сделал ей больно, лишь напугал. Немного припугнул словами, взглядом. Но отпустил в конце.
Отпустил же.
Почему? Он понял, что совершает ошибку? Понял, что Гермиона не заслуживает мучений? Или ему просто надоела эта "игра"?
Она склонялась к тому, что он сделал это потому, что она оставалась для него грязнокровкой, каждое прикосновение к которой вызывало ужас у Драко. Но, если рассматривать ситуацию с другой стороны, именно он первый дотронулся до нее. Именно он так напористо прижал её к двери своей ледяной рукой.
Он дотронулся до нее.
Этот жест вызвал непонятные эмоции. Страх, удивление. Но еще Гермиона почувствовала, что ей было приятно. Пусть ладонь Драко была холодной, а этим жестом он лишь прижал ее к двери, она испытала каплю того, что еще никогда не происходило с ней. Как будто даже стало немного приятно от того, что парень находился так близко. Какие глупости...
Сами мысли о том, что Драко мог затронуть то, что еще никому не удавалось, пугали. Раньше никогда она не рассматривала его как парня. Все в нем говорило, что Драко - аристократичная тварь. Трус, подонок.
Кто угодно, но не парень.
Голова Гермионы начинала кружиться, как только она снова вспомнила тот момент, когда тяжелая рука провела по линии ее талии. Пару секунд можно даже подумать, что это было нежное прикосновение, но ровно до того момента, как он впечатал ее в дверь. Пока не смотрел такими голодными, незнакомыми глазами. Пока его дыхание не смешалось со сквозняком, что приходил с улицы, морозил ее ноги.
Палочка.
Гермиона провела пальцами по тому месту, где древко коснулось её. Там был маленький синяк, до того сильно Драко вдавливал палочку тогда.
Гермиона слегка улыбнулась. Пусть Драко и вжимал ее в дверь, пусть угрожал, пусть с силой давил рукой на кости или неприятно проводил палочкой по коже. Пусть. Но он не причинил ей никакого вреда.
Она склонила голову, прикрывая волосами синяк. Если мальчики увидят его, то точно станут задавать вопросы, на которые Гермиона не хотела отвечать.
Посмотрев на часы, она поспешила вниз - оставалось всего двадцать минут до завтрака.
Она почти дошла до выхода, когда услышала знакомые голоса. Обладатели их смеялись, переговаривались между собой и шли довольно громко. Гермиона узнала их.
Медленно развернувшись, она увидела Драко. Он стоял, расправив плечи, держа ровную осанку. Его штаны и рубаха были идеально выглажены, а туфли начищены. Волосы прилизаны. Только пара непослушных волосинок спадала на глаза.
Как всегда. Только глаза красные и пустые.
- О, Грейнджер, - холодная ухмылка коснулась его лица.
Драко сделал это, как делал всегда. С презрением и прохладой. Он смотрел на нее как на простую грязнокровку. Словно вчера ничего не произошло.
- Малфой, - в ответ сказала она.
Ее голова немного склонилась вниз. Волосы закрывали половину лица, и Гермиона нетерпеливо убрала их, заправив за ухо.
- Что, - засмеялась подошедшая Пэнси, - снова забыла на собрание прийти?
Гермиона зло сверкнула глазами, поглядывая на Паркинсон. Кто вообще позволял открывать ей рот?
- Твоя дырявая голова снова позабыла, что есть школьные дела, Грейнджер?
Он говорил это, словно выплевывая слова. Произносил их так, будто это самое худшее, о чем он вообще мог подумать. Будто сами мысли о грязнокровке загрязняли его чистоту. Один только взгляд в ее сторону. Одна лишь остановка на ее ключицах, плечах, худых руках. На груди, что была еле видна из-под жилета. На тонкой талии, бедрах.
Куда ты вообще смотришь?
Он подозрительно поднял взгляд на ее лицо.
- У меня были дела, Малфой, - постаралась спокойно ответить Гермиона.
Но ничего не вышло. Голос дрогнул, потому что вся эта обстановка не позволяла ей расслабиться.
Пусть он отойдет. Пусть перестанет смотреть этим убью-на-месте взглядом.
- Что ты там промычала, грязнокровка?
Он выгнул бровь, сделав вид, что действительно не расслышал. Но до него и в первый раз дошли жалкие строчки.
Дела?
Какие это у Грейнджер были дела? Рыдала в туалете небось. Или снова засела за свои книги в библиотеке, зубря очередной предмет.
- У меня были дела, Малфой. Прочисти уши.
Более строго, поучительно. Более знакомые интонации для нее.
Гермиона снова смотрела на его подбородок, правильный овал лица. На скулы, нос. На секунду в его серые глаза, но моментально отвела взгляд, дрогнув всем телом.
- Оу... Представляете, - Драко повернулся к дружкам, словно разыгрывая представление. - У нашей Грейнджер появились дела.
Он смотрел на нее с чувством, что она так низко, в такой дыре. А он созерцает с горы, смеясь над ней.
Высмеивая.
Что бы ты делал без друзей, Малфой? Снова рыдал бы по своей мамочке? Снова кричал бы на Гермиону, бил бы руками по воздуху?
От чего?
От бессилия.
Почему он снова ведет себя так? Ведь вчера она пришла к нему на помощь. Она могла бы забыть все обиды и просто посочувствовать горю. Если потребовалось бы, то даже не раскрыла бы МакГонагалл то, где таится Малфой.
Но он не ценил этого. Ни сейчас, ни вчера.
Ни-ког-да.
Гермионе ужасно захотелось надавить на его больную точку. Теперь не только он знал ее слабые стороны. Теперь и она могла играть с ним, позоря перед друзьями. Давя на душу, при этом ехидно улыбаясь.
Так ты всегда делаешь, Драко?
- Представляешь, Малфой. У меня есть дела, в отличие от тебя. Я же не сижу одна в классе и не рыдаю, как некоторые.
Он смотрел. Долго и выжидающие. Пытаясь найти оправдание для себя, чтобы не выглядеть глупо перед друзьями.
Чтобы не выглядеть глупо из-за чертовой грязнокровки.
Драко сжал кулаки в карманах штанов. Его вена на шее вздулась, а стук сердца ускорился.
Что она, мать ее, только что сказала?
Он покосился в сторону Пэнси, которая стояла в паре сантиметров от него. Она удивлено переводила взгляд с него на грязнокровку.
Он пожирал Гермиону своими глазами. Замораживая на месте убийственным взглядом.
Я тебя сейчас, блять, на месте снесу.
Дура тупая.
Драко обдумывал в голове ответ, которой мог бы бросить в её сторону. Бросить так, чтобы ранить ее. Чтобы задеть ее долбаные чувства.
Он хотел поиграть на ее эмоциях так, как сейчас это делала Гермиона.
Как она вообще осмелилась раскрыть его секрет перед всеми? Что, было неясно, что это тайна? Что такому грязному рту, как её, недозволенно произносит подобное?
Что сказать?
Он молчал. Но она отчетливо видела в его взгляде ненависть. Такую, что она давила ее горло, сжимая тонкий узелок. Гермиона почти читала мысли о том, что ей придется ответить за свои слова.
- Грейнджер, - он издал поддельный смешок. - Совсем крыша поехала, да? Вчера ты со мной не встречалась. Ты была на свидании со своим...
Он приостановился, внимательно вглядываясь в учебник, что она зажала одной рукой. Белой рукой.
На обложке красовалось жирным шрифтом "История магии".
- Ты была на свидании со своим новым дружком.
Он, ехидно улыбаясь, приблизился к ней мелкими шажками.
Такими неспешными, медленными. Специально сделанными.
Не боишься?
С каждым ударом каблуков о пол ее сердце замирало. Дыхание перехватывало.
Гермиона попятилась назад, сильнее сжимая книгу в руках. Давай же, развернись и уйди.
Он испепелял ее взглядом, словно специально выводя ее из состояния равновесия.
- Я не буду дотрагиваться до тебя, - он засмеялся. - Руки марать.
Наконец, достигнув ее, он с силой выхватил учебник, внимательно проследив за ее реакцией. Гермиона напряглась, отодвигая сумку за спину. Боясь, что он и ее схватит.
Драко, последний раз глянув в ее карие напуганные глаза, раскрыл книгу. Двумя пальцами взял среднюю страницу, убирая вторую руку с обложки. Секунда, и лист разрывается, а пергамент летит вниз.
- Извини, - небрежно бросает он.
И уходит под насмешливые фразочки Забини и Паркинсон. Под тыканье пальцами в сторону Грейнджер Крэбба и Гойла.
Исчезает, растворяется в Большом зале. Своей фирменной, царской походкой. С начищенными до блеска туфлями и отутюженными штанами. С ровной спиной и прилизанными волосами.
В душе колет, а сердце бьется в бешеном темпе. Ее мысли спутываются в тугой пучок, завязанный в голове. Она уже не думает. Она испытывает. Ту ярость, что всегда чувствовал Малфой, когда Грейнджер открывала рот. То презрение, что появлялось у него, увидь он Гермиону. И ту ненависть, возрастающую с каждым днем все больше.
Она снова ненавидела его, терпеть не могла. Гермиона сказала правду, а он наказал ее за это.
Если в его адрес скажут что-то плохое, он сможет подставить другого человека, делая вид, что это неправда. И неважно, что этими людьми были слизеринцы, которые и так считали ее дном.
Она подняла книгу, сжимая губы. Снова ощущая вкус крови. Она облизала языком рот, прикрыв глаза.
Гермионе хотелось отомстить. Сделать все, что угодно для того, чтобы опозорить его так же, как он ее. И она сделает. Расшибется в лепешку, но сделает.
Гермиона "заживила" книгу заклятием, возвращая страницу на место. Аккуратно положила ее в сумку, спеша в Большой зал.
Она зашла туда подавленной. Как бы ей не хотелось выглядеть гордой, этого не происходило. Она шла, шаркая ногами, сгорбив спину. Пока Гермиона дошла до стола своего факультета, наверное, человек двадцать оглянулось на нее.
Она присела около Рона, напротив Гарри. Последний уже доел и теперь рассматривал "Пророк".
- О, - произнес Поттер, увидев подругу; его глаза оторвались от страниц газеты. - А что...
- Что случилось? - перебил его Рон, хватая рукой чашку. - Тебя не было на собрании старост.
- Серьезно? - скривилась Гермиона, закидывая сумку на лавочку. - Ты сейчас Америку открыл.
- Что?
Рон вопросительно глянул на друга, но тот лишь махнул рукой. Гарри снова опустил глаза в раскрытую газету, на странице которой красовалось лицо Фаджа.
- Если я не пришла, значит, на то были веские причины, - как ни в чем не бывало вещала Гермиона. Она наложила себе картошку и придвинула стакан с апельсиновым соком.
Ага, веские причины.
- Но все же... - Уизли сделал глоток из чашки. - Почему?
- Рональд, когда ты научишься понимать женщин? - спросила она, накладывая салат в тарелку. Рон поперхнулся, изумленно следя за ее действиями. - Гарри, передай, пожалуйста, ту булочку. Гарри?
Он нехотя оторвался от статьи, нахмурившись.
- Что ты сказала?
- Я попросила передать мне вон ту булочку, - невозмутимо повторив, она указала пальцем в сторону тарелок.
- А, да, извини, - Гарри передал ей булочку, внимательно глядя на Гермиону. - Ты вчера не пришла на собрание старост. Почему?
Она посмотрела на Гарри, закатив глаза. Наколола на вилку картошину и отправила в рот.
- Научись слушать.
Она принялась за завтрак, не обращая внимания на то, как переглянулись друзья в полном недоумении.
Это не затрагивало ее. Мысли улетали через стол. Туда, где сидел этот гад.
Его смех доносился до ее ушей даже на таком расстоянии, и Гермиона пыталась вслушаться в беседу, что велась рядом с ней, между Парвати и Лавандой.
Чтобы не слышать то, как ему до афигения весело.
- Я не смогла пройти мимо той вещи! Не важно, что носить ее в Хогвартсе нельзя, - засмеялась Патил, откусывая кусочек банана. - Надену на Рождество.
- Тоже мне проблема, я вот... - отвечала ей Лаванда, возмущенно жестикулируя руками.
- Аха-ха, Малфой!
Девушка навострила уши. Это они о ней так говорили?
Краем глаза она пробежалась по всему вражескому столу, замечая там Малфоя. Он сидел с "Пророком" в руках, иногда поглядывая на Асторию, что сидела с левой стороны от него. Легкая улыбка застыла на его лице. Справа восседала Пэнси. Но она трепалась о чем-то с Забини, сидящим напротив.
Драко поднял глаза, все еще держа газету в руках. Копна волос дернулась за обладательницей, когда та отвернулась от их стола.
Малфой ощущал ее взгляд на себе, взгляд этой грязнокровки.
Да как эта дрянь может пялиться на него? Неужели прошлый раз ничему ее не научил?
Тупица.
Ну, давай, посмотри еще раз.
- Я и не собираюсь, - отозвался Нотт.
Блейз заржал, откусив разом половину яблока.
- А то ей это сильно надо.
Ну же. Посмотри.
Гермиона, будто услышав его, медленно повернула голову в его сторону, делая вид, что это чистая случайность.
Какая хорошая девочка.
Он направил взгляд прямо в ее огромные карие глаза с презрением, как бы напоминая ей о том, что она не смеет смотреть на него. Что Грейнджер - пустое место, не стоящее даже его волосинки.
Ты слишком смешна, Грейнджер.
Гермиона резко развернулась, упрекая себя за неосторожность. Он глядел на нее так, как будто это она была виновата в том, что случилось с его матерью. Как будто Грейнджер была виновата во всем.
Он ненавидел ее, ненавидел даже больше, чем Поттера. Она все время лезла не в свое дело. Хамила, пререкалась, сопротивлялась.
Мерзкая.
Грязнокровка.
Открывала. Свой. Дрянной. Рот.
- А как Малфой?
Гермиона сделала вид, что прослушала вопрос Рона. Она потянулась за кусочком сыра, запивая его соком. Достаточно вкусно.
У нее было ощущение, что он сверлит ее взглядом. Так сверлит, что в спине уже была дырка.
- А как Малфой? - повторил вопрос Уизли, отрываясь от завтрака.
Рон окончательно убедился, что с Гермионой что-то не так. Она не отвечала уже на второй вопрос, лишь смотрела в сторону других столов. Рон многозначительно посмотрел на Гарри, который только и делал, что пожимал плечами.
- Откуда я знаю, как там Малфой?
Гермиона зло посмотрела на Рона. Он отвернулся и взял булочку в руку.
- Ну, ты с ним, как бы, дежурила в понедельник. Уже среда, и ты опять будешь патрулировать с ним школу. А нам так и не рассказала до сих пор. Это обидно, знаешь ли, - огрызнулся он, посмотрев в сторону Драко.
- Рональд, если бы мне было что рассказать, я бы непременно поделилась с вами этой информацией. Не переживай, - более мягко добавила Гермиона.
Она схватила сумку, перебрасывая ее через плечо. Взяв булочку со стружкой, она подмигнула друзьями.
- Встретимся на уроке, - Гермиона развернулась к ним спиной.
Гарри отстраненно махнул рукой, вновь взяв газету. Давно привыкнув к быстрой смене ее настроения, он просто не обращал на это никакого внимания.
- Герм! Гермиона!
Чей-то голос окликнул ее, заставляя обернуться.
Ну, что еще?
- Герм, ты куда-то спешишь?
Гермиона быстро развернулась, уже готовая послать этого человека куда подальше, пока не узнала в нем парня, с которым пересеклась вчера.
Улыбка коснулась ее лица. Он заметно расслабился, обрадовавшись, что она перебывает в хорошем расположении духа.
- Я подумал... подумал, почему бы нам не пойти вместе? У тебя же Нумерология следующая, да?
- Да, она самая. Знаешь, - Гермиона бросила быстрый взгляд на Драко, который поедал яблоко, - да, я не против.
Ленни озарила улыбка, и они направились вдоль столов. Ученики заинтересованно смотрели в их сторону.
- Эм, - промычал Рон им в спину.
Но Гермиона, подняв голову выше, не обратила никакого внимания на столь красноречивое высказывание.
Она шла, надеясь, что Драко заметит. Что снова увидит, как Гермиона проводит свободное время. Не сидя за учебниками, а гуляя с парнями.
И Драко заметил, случайно коснувшись взглядом их пары. Он вопросительно проследил за тем, как они покинули зал.
Его терзал вопрос.
Что этот парень мог найти в Грейнджер?
* * *
- Обожаю Нумерологию, честно говоря, - прошептал Ленни Гермионе на ухо.
- Правда? У меня это тоже один из самых любимых предметов! - восхитилась она, кивнув головой.
Это был единичный случай, когда на уроке Грейнджер не слушала профессора Вектор. Сегодня она была увлечена беседой с привлекательным когтевранцем.
Он был первым человеком, вкусы которого так сходились с её. Они любили одни и те же предметы, одних и тех же профессоров. У Ленни тоже была кошка, которую звали Леди.
- Надо будет познакомить ее с Живоглотиком, - посмеялась Гермиона.
Он был тем, кто не ужасался при фразе, что Гермиона держит кота, когда у всех остальных совы.
- Мне кажется, - говорил он, - кошка сохраняет уют в моей спальне.
И Гермиона была готова подписаться под каждым его словом, соглашаясь.
- Напомню, что такое Нумерология, - продолжала профессор Вектор. - Это гадальная наука...
- ...утверждающая, что каждой букве соответствует своя цифра и сумма цифр в каждом слове имеет собственное значение, - вторил ей Страцкий с легкой улыбкой на лице.
Проговорив с ним целый урок, Гермиона чувствовала себя свободной. Наконец-то она провела утро действительно хорошо, не думая о Драко, Пэнси, Гарри и Роне. Лишь слушая Ленни, сидящего рядом.
У него была обворожительная улыбка, ничем не хуже, чем у Малфоя; голубые, заглядывающие в душу глаза и темные волосы. Гермиона не понимала, что такой красавец нашел в ней, простой гриффиндорке. Но это, безусловно, тешило ее маленькое самолюбие.
Когда уроки закончились, Гермиона пошла с Ленни в пустующую гостиную Когтеврана.
- Прогуляю ради тебя Гербологию. Никогда ничего не понимал в этих цветочках, - сказал он, зайдя за Гермионой. Она мило улыбнулась.
- У вас тут красиво, - Гермиона спокойно осматривалась вокруг.
Все здесь было другим, незнакомым. Начиная со входа. Вместо того, чтобы спросить пароль, им задали вопрос на логическое мышление. Это застало Гермиону врасплох, хотя она читала в "Истории Хогвартса", что вход именно в эту часть замка требует наличия знаний.
Далее был сам зал. Его прорезали окна с красивыми занавесками, открывая вид на озеро. Напротив входа в комнаты стояла статуя Кандиды Когтевран, потолок же был усыпан звездами.
На мгновение Гермионе захотелось оказаться когтевранкой. Просыпаться здесь, ходить по этой гостиной. Общаться с этими людьми.
- Да, согласен, - ответил он, садясь на диван. - Присаживайся, не стесняйся.
Гермиона смущенно улыбнулась, занимая место напротив нового друга.
Минутная тишина. Приглушенный вздох Ленни.
- А ты как, понимаешь Гербологию?
- Что? - она вопросительно глянула на него, осматривая гостиную.
- Ну, тебе дается это предмет?
- А, да, дается.
И снова тишина. Неприятная, давящая на голову. Она еще раз пробежалась взглядом по мебели.
- У тебя есть тут друзья? - задала вопрос Гермиона, хотя это ее не особо волновало.
- Да, есть. Их много. Я достаточно общительный.
Гермиона хмыкнула. Это она уже поняла.
- А у тебя? Знаю, что ты всегда общалась с Гарри и Роном, так?
- Да, они очень хорошие, - прикусила губу она.
Рядом стоял столик, где аккуратной стопкой лежали книги и несколько газет. Было даже несколько чернильниц, которые одна к одной покоились на краю. Что-то она не припоминала такой порядок в Башне Гриффиндора.
- А... сейчас ты общаешься и с Малфоем, да?
С кем она общается?
Гермиона удивлено перевела взгляд на Ленни, который приподнял брови после ее реакции.
- Что?
- Ну, с Драко Малфоем. Беленький такой, вот, - он показал рукой на волосы под смешок.
- Я знаю, кто он такой, - отозвалась Гермиона, зачем-то сделав вид, что заинтересовалась своей юбкой.
Вот обязательно было упоминать его? Всем и всегда нужно назвать его имя, чтобы поднять ей настроение?
- Я что-то не то сказал? - он непонимающе наблюдал за ее поведением.
- Нет, просто... Давай сменим тему.
- Давай.
Гермиона посмотрела на камин, в котором бегали огоньки. Они плясали на дровах, создавая теплую атмосферу. Сейчас это было очень кстати, потому что осень выдалась довольно холодной.
- У вас такой порядок. Не то, что у нас, - она легонько улыбнулась, поправив локон волос.
Почему она так волнуется? Он всего лишь обычный парень. Самый простой, который посмотрел на нее.
Которому интересно с ней.
Она взглянула на него. Такого обычного, с привлекательными чертами лица. У него была легкая симпатия по отношению к Гермионе, которую он и не скрывал.
Насколько же с Ленни было проще, чем с Роном или Гарри. Он понимал ее с полуслова и не задавал лишних вопросов. Будто он старше их на десяток лет.
Проще, чем с Малфоем.
Его холодным взглядом, прохладными предложениями. Колкими словечками, что подстегивали ее к чему-то безумному.
Она внимательно смотрела в голубые глаза парня. Так легко.
Почему Гермиона не может так же спокойно сидеть с Драко и смотреть на него? Просто любоваться им. Разговаривать о чем-то. Беседовать.
Стоп. С кем?..
- Хочешь почитать? - он махнул головой в сторону журналов.
- Нет, спасибо.
Беззаботный ответ на простой вопрос. Если бы ей вздумалось спросить такое у Малфоя, то он окрестил бы ее в дурочки, а к газете больше никогда не прикасался бы.
А ей с ним еще дежурить сегодня.
- Тяжело быть старостой?
- М?
Ленни нахмурился, внимательным взглядом смотря на Гермиону, словно изучая ее. Это смущало.
- Тебе со мной скучно, да?
- О, нет. Что ты? - и, как специально, она поднялась на ноги, засуетившись. - Слушай, мне нужно бежать.
- Бежать? - он тоже встал. Недоверие читалось в его взгляде. - Так внезапно? Но куда?
- Я... я же староста. Знаешь, там... разные обязанности. МакГонагалл нагрузила, так что, я, наверное, пойду.
- Тебя прово...
Дверь захлопнулась, не успев он договорить.
Гермиона бежала вниз по ступенькам, встречая по дороге когтевранцев. Они странно поглядывали в ее сторону, обговаривая какую-то новую статью в "Пророке". Скорее всего, связанную с судом и Гарри.
Когда они уже отстанут от него?
Гермиона шла, неся сумку за собой. Она сама не знала, почему так внезапно покинула гостиную Когтеврана, оставляя Ленни одного там. Ей совсем не надоело его общество, общение с ним. Нет. Просто почему-то захотелось закончить беседу.
Когда она примчалась в родную башню, то увидела, что все в порядке. Все и все на своих местах, как им и полагалось быть.
- Гермиона, где ты?.. - приподнялся Рон со свитком на руках.
- Не сейчас, Рональд, не сейчас, - она махнула рукой в его сторону, забегая в спальню для девочек.
Ей нужно было побыть одной. Без Рона, Гарри, Ленни и остальных учеников школы. Она хотела оказаться дома, в тихой комнате, где можно было остаться и просто пить чай, смотря в окно на маленькую улочку Лондона.
* * *
Она сидела и ждала, раскачиваясь из стороны в сторону. Вперед-назад. Назад-вперед.
Гермиона думала, что сегодня будет дежурить сама. Ей было страшно идти к Малфою, когда они могли остаться вдвоем. Этого ужасно не хотелось.
- Одумайся! - шикнула она сама себе.
Грейнджер пропустила два раза собрание старост, она не делала домашнее задание с тем желанием, что раньше. Переставала общаться с друзьями. В конце концов, спать по ночам.
Все-таки она заставила себя сесть за стол в библиотеке и сделать уроки. Сделать их на "тяп ляп". Лишь бы быстрее закончить, лишь бы убежать из этого места, переполненного учениками.
Гермиона вернулась в спальню для девочек без двадцати девять. Небрежно собрала сумку, расставляя ненужные учебники по полочкам. Сняла галстук. Умылась. И ждала, когда наступит время для "ночных прогулок".
А что делал Малфой в этот момент? Ждал ли он, что Гермиона придет за ним, и они пойдут вместе, как в прошлый раз? Или наоборот: хочет, чтобы она не пришла? Чтобы духу ее не было около подземелья Слизерина?
Эти мысли крутились в ее голове, пока часы не пробили девять. Тогда Гермиона, тяжело вздохнув, выпорхнула из гостиной Гриффиндора, начиная патрулирование.
Одна.
Грейнджер твердо решила, что не зайдет за Драко. Не унизится вновь.
Еще чего не хватало. Бегать за ним.
Она спускалась по ступенькам на первый этаж, погрузившись в свои мысли. Вдруг послышались быстрые шаги, и первое, что пришло в голову к Гермионе, было "неужели это Драко?"
Но, к ее облегчению и досаде в одно и то же время, размеренными шагами к ней направлялась профессор МакГонагалл. Она держала палочку в руках, передвигая за собой несколько книг. Ее мантия развевалась сзади, создавая шлейф.
- Мисс Грейнджер, как хорошо, что вы не забыли про дежурство, - кривя губы, произнесла она, остановившись около ученицы.
Гермиона почувствовала, как кровь приливает к голове. Щеки заливались краской.
- Да, профессор, - это все, что она смогла выдавить.
- Очень хорошо, - Минерва посмотрела по сторонам, словно в поисках кого-то. - А где мистер Малфой?
Вопросительный, упрекающий взгляд.
"Вы дежурите вместе"
Вместе, но не отдельно.
- Э... - Гермиона почесала затылок. - Я сегодня без него.
Минерва строгим взглядом окинула ее; одна книга ударилась об ее спину.
- Потрудитесь объяснить, что означает "я сегодня без него"?
- Это означает, профессор, что дежурим мы раздельно.
МакГонагалл вызывающе глянула на ученицу. Она снова дотронулась кончиками пальцев до оправы очков, чуть-чуть приспуская их на нос.
- Вы держите меня за дуру? Я вижу, что дежурите вы раздельно. Меня интересует, почему вы решили пойти против правил, мисс Грейнджер? В который раз.
Да потому, что терпеть я его не могу, понятно?
И снова - в первый раз ее так раздражала Минерва. Ее взгляд, поведение, тонкая линия губ.
- Так получилось, профессор, - развела руками Гермиона, говоря сквозь зубы.
- Это ваша новая отговорка, мисс Грейнджер? Меня не волнует, что у вас там получилось, поэтому мы немедленно двигаемся в сторону слизеринской гостиной.
Мерлин!
Правда?
Ей нужно будет снова зайти за Малфоем, опозорившись в которой раз за эти дни?
И что Гермиона ему скажет? "Эй, привет, мой юный друг. Не хочешь на вечернюю прогулку?"
Погодите-ка. Минерва сказала: "мы"?
- Мы? - выпалила она, в ужасе смотря на профессора.
- Да, мисс Грейнджер. Я стала сомневаться в ваших силах, - она выгнула бровь, направив палочку вперед; книги плавно перелетели через Гермиону. - А что, вас не устраивает мое общество?
Конечно, ее, блин, не устраивает.
- Нет, профессор.
- Вот и хорошо. Будем надеяться, что мистер Малфой еще не покинул свою гостиную.
И они пошли. Суровая Минерва, шедшая впереди. И грустная Гермиона, плетущаяся сзади.
Как будет хорошо, если Драко уже ушел. Как будет хорошо, если МакГонагалл отпустит ее, и та пойдет одна.
Гермиона шла настолько медленно, насколько это было возможным. В общем, тянула время.
Когда они подошли к нужному месту, Гермиона стала чуть ли не молитву читать.
Хоть бы этого паршивца здесь не было.
Хоть бы этого не было.
Хоть бы...
Но тут к ним навстречу, присвистывая, двинулся Малфой. Его взгляд был направлен на туфли, которые он по дороге "мыл" рукой. Затем, выравнившись, он заметил Грейнджер, стоящую около стены.
Опять она. Эта дура до сих пор, что ли, не поняла, что он не желал ее видеть?
И никогда до этого не желал.
Она была одета, как всегда, просто. Волосы собраны в достаточно аккуратный пучок, но пару прядей все же выбились и теперь висели на лбу. Ее глаза бегали из стороны в сторону, не останавливаясь на его лице.
Гермиона как-то странно все же посмотрела на него, переминаясь с ноги на ногу.
Она видела, что Драко не заметил Минерву. Говоря честно, она терялась: позвать ее, чтобы не подставить его, или же молчать?
- Что ты здесь забыла? - рыком произносит он, надеясь, что остальных слизеринцев здесь нет.
Послышалось недовольное сопение, а затем:
- Мистер Малфой! - из-за угла выдвинулась фигура профессора.
Драко ужаснулся, переводя взор сначала с Гермионы на Минерву, а потом наоборот.
Он сцепил зубы, зло глянув на Грейнджер. Но оставил при этом холодное выражение лица.
Профессор осуждающим взглядом посмотрела него, пока над головой парила стопка книг.
Какой же старой она была. Морщины по всему лицу, очки на носу, дряхлая фигура.
- Да, профессор, - Драко даже слегка улыбнулся. - Какая неожиданная встреча, профессор.
- Почему это вы дежурите отдельно?
Он вдруг задумался, как она еще не рассыпалась. Спина, хоть и была ровной, выглядела кошмарной. Она была осунувшейся старухой.
Драко снова глянул на Гермиону. Как же эта грязнокровка напоминала ему профессора. Такое же угрюмое лицо, натянутые губы и складка между глаз. Они обе смотрели на него строго, будто он в чем-то провинился.
Ну, уж точно не перед тобой, грязнокровка.
- И не думал. Я собирался зайти за... - он сделал паузу, скривив губы, - за мисс Грейнджер. Просто немного опоздал, делал уроки.
Гермиону будто облили холодной водой из-под ведра.
Что собирался сделать? Зайти?
Гермиона испепеляла его взглядом, стараясь передать в нем как можно больше злости. Но Драко только ухмыльнулся, приподняв бровь.
Она была слишком жалкой, чтобы он воспринимал ее серьезно.
Чтобы вообще ее воспринимать.
- Простите, мистер Малфой. Просто мисс Грейнджер разгуливала одна, и я подумала...
- Ничего, - перебил ее Драко. Он засунул руки в карманы, выравнивая спину. - Не имеет значения.
Минерва приподняла брови, выразительно посмотрев на Малфоя. В ее глазах прочиталось легкое замешательство и негодование, но, совладав с собой, она произнесла:
- Хорошо. Приступайте.
Губы МакГонагалл затянулись в узелок, и она зашагала вверх, бросив взгляд на Гермиону.
-Я вас предупреждала, мисс Грейнджер.
Когда стук каблуков больше не доносился до ушей, Драко медленно подошел к Гермионе.
- Что ты сделала этим утром?
Он говорил спокойно. Глаза снова выражали презрение, но не ту ярость, что Малфой испытывал вчера. Он шел размеренными шагами, держа руки в карманах.
Его уравновешенность и пугала Гермиону, и делала ее менее напряженной. Все же, это лучше, чем если бы Драко устроил здесь войну миров.
- Что я сделала? - она нахмурилась, придавая себе беззаботный вид. - Не припоминаю.
Под дурочку косить - отличный вариант. Молодец, Гермиона, так держать.
Ничего умнее придумать не могла?
Драко приблизился к ней, осматривая лицо. Маленький нос, правильные разрезы глаз, тонкая линия губ. Высокий лоб и правильный подбородок.
Она показалась ему достаточно симпатичной.
Ха-ха. Грязнокровка симпатичной. Он почти засмеялся.
Он облизнулся, нахмурившись. Ты еще пожалеешь, что старуха так быстро ушла.
- Не припоминаешь?
Малфой вдруг стал ещё более довольным от чего-то.
Ты ответишь, дорогая.
Гермиона выдохнула, боясь перемены его настроения. Сейчас он более-менее спокойный, но это качество очень не характерно для этого человека.
- Нет.
Драко подумал об Астории. Она была, наверное, самой красивой на всем факультете. Ее длинные черные волосы, что подскакивали каждый раз, когда она делала шаг. Большие, ярко выраженные глаза. И пухлые губы, которые было приятно целовать.
Она вся в общем дарила Малфою легкую улыбку. Длинные, стройные ножки, маленькие бедра и талия, большая грудь.
Он глянул на Грейнджер, чуть отойдя в сторону. Посмотрел на ее фигуру снова, понимая, насколько та проигрывает Астории.
И с чему ему взбрело сравнить Божье дарование с этой?
- А я скажу тебе, Грейнджер. Ты решила подставить меня перед моими друзьями, - говорил он, все еще лапая глазами ее формы.
Гермиона внимательно следила за серыми глазами, которые бегали по ней вверх-вниз, вниз-вверх.
Она посмотрела на себя сама. Худую, низкорослую. Гермиона невольно постаралась закрыть себя руками, только, чтобы он перестал глазеть.
Драко, заметив это, ухмыльнулся и криво посмотрел ей в глаза.
- Я не подставляла тебя, Малфой. Я лишь сказала правду. Не все хотят врать тебе в глаза, чтобы ты потом не трогал их.
Она прекрасно понимала, чем любое оскорбление в сторону Малфоя может закончиться. Ему только в радость вся эта ругань.
Но молчать, показывая слабость, Гермиона тоже не хотела. Кем бы он ни был, этот чертов Драко, он не смеет так разговаривать с ней. Он не смеет так смотреть на нее.
Создавалось ощущение, что его совершенно не волновало, увидит ли Гермиона, как он "бегает" по ее фигуре. Драко делал то, что хотел, и как на это отреагирует грязнокровка, его не интересовало.
- А что, если я при твоем новом дружке скажу, какая ты падла, грязнокровка?
Он поднял на нее свои ледяные глаза. Презрение куда-то улетучилось. Теперь веяло холодом.
Гермиона отпрянула назад, больше не в силах так близко стоять к нему.
Что он сказал?
При новом дружке? Неужто Драко о Ленни?
- Не понимаю, о ком идет речь.
Она скрестила руки на груди, будто закрываясь ими от мира. Закрываясь от Малфоя.
Тот злобно смотрел на Гермиону.
Да неужели? Не понимает она.
Он сжал кулак в кармане, тяжело вздохнув.
Как же она ему ебала мозги.
- Что-то до тебя стало туго доходить, грязнокровка. Подумай хорошо. Это твой единственный дружок, потому что все остальные знают о том, кто ты, Грейнджер.
- А, ты о Ленни. Да говори ему, что хочешь, он не поверит, - равнодушно сказала она.
Слова не такие легкие, как хочется. И они не пролетели в воздухе просто так. Они остановились около Малфоя, который крутил их в своей голове снова и снова, будто пластинку.
Его ужасно бесило, что кто-то находит грязнокровку интересной, смешной. И, даже может быть, привлекательной.
Никто не может общаться с ней, потому что это Грейнджер. Вся та старая закрытая Гермиона, которая никому из мальчиков не нравится. Ну, не считая Поттера и Уизли.
Малфой поморщился, снова делая шаг в ее сторону.
- Не понимаю, как он что-то нашел в тебе.
И опять сказал, будто выплюнул. Пережевал и выплюнул.
- Не понимаешь? Может быть, ты ревнуешь, Малфой?
Гермиона усмехнулась.
Она сама знала, что это неправда. Но ее все же ужасно волновало, почему Драко так зацепился за того паренька. И как он вообще мог видеть их вместе, если Гермиона не встретила ни одного направленного в их сторону взгляда от Малфоя?
Наверное, Драко просто хотел найти и в этом слабое место Грейнджер, чтобы выглядеть еще более сильным. Чтобы он казался таким классным, что может в любой ситуации закрыть ей рот, сказав правду. Выудив что-либо личное.
- Я? Как ты вообще могла подумать о таком, грязнокровка? Я тебя ревную?Чувства юмора у тебя нет, как и всего остального.
Фу. То, что она сказала это, уже было омерзительно.
Он ее ревнует? Это же смешно. Никогда в жизни он не будет делать это по отношению к ней. Никогда не будет думать о ней.
Неужели она действительно верит в то, что сама ляпнула?
Он снова сделал шаг в ее сторону. Маленький, крошечный.
Но Гермиона, конечно же, заметила. Она отошла назад, чувствуя, как спина коснулась прохладной стены. Почему она всегда появляется в ненужный момент?
Если Малфой преодолеет еще хоть пять сантиметров, то будет стоять с Гермионой впритык. А она не сможет отступить.
Как это было вчера.
Она нахмурилась, вспоминая, как тогда кричал Драко. Как он тогда нервничал. Как ему тогда хотелось причинить ей вред.
- Тогда объясни, почему ты вообще затронул эту тему, Малфой-безразличная скотина?
Драко не выдержал, взмахнув рукой по воздуху, разрезая его. Гермиона подскочила на месте от неожиданного звука.
Парень одним шагом пересек то расстояние, что отделяло их, и положил одну руку на стену около ее уха. Она замерла, наконец посмотрев в его глаза. Она ждала его дальнейших действий, боясь даже вздохнуть.
- Я ничего тебе объяснять не должен, Грейнджер. Больно ты храбрая стала. Напомнить, как вчера тряслись твои коленки при одном только взгляде на меня? - Драко вопросительно выгнул бровь. - А, грязнокровка?
Гермиона не знала, что сказать.
Она не могла думать, когда он стоял так близко. Она чувствовала его дыхание, которые проникало в ее легкие. Легкий вкус кофе.
Наверное, он так любит его.
Не могла, когда его серые глаза смотрели в ее карие.
Не могла, когда рука со вздутыми венами находилась в сантиметре от уха.
Не могла, когда их носы чуть ли не соприкасались друг с другом.
Гермиона сжалась, еще сильнее упираясь в стенку. Если бы она захотела сбежать, то не смогла бы. Драко будто окружил ее со всех сторон, ожидая ответа.
- Ничего подобного. Знаешь, - она тяжело вздохнула. - Ведь я пришла, чтобы помочь тебе. Но ты, видимо, не привык к такому? А, Малфой?
Он застыл на месте. Впиваясь в нее взглядом. Выдыхая воздух с большей скоростью.
Помочь? Это грязнокровка пришла туда, чтобы помочь ему?
Она не могла находиться так близко к нему. Она видела каждую родинку на его лице, каждую волосинку, которая выбилась из прядей. Каждый изъян в его идеальной внешности.
- О какой помощи вообще идет речь, Грейнджер? Ты что-то вечно не впо...
- Я прочитала письмо, - перебила.
И почти задохнулась.
Что сделала?
Прочитала что?
Драко сглотнул. В его висках запульсировало, жгучий холод разлился по телу.
- Какое письмо?
Гермиона видела, как на глазах будто появляется ледяная пелена. Снова, снова этот взгляд, который убивает на месте.
Черт побери. Отойди хотя бы на шаг дальше.
- Какое письмо, Грейнджер?!
- Письмо, которое тебе написал отец.
Драко звезданул второй рукой прямо над ее головой.
А то он, блять, не знал!
Он убийственно посмотрел на ее лицо. Он чуть ли не сгорал от бешенства. Ему до ужаса захотелось ударить ее. Так, чтобы она почувствовала всю боль.
Поганая грязнокровка.
- Как... ты посмела?
Это было похоже на свист змеи. На дьявольское шипение. Это не было человеческим голосом.
Гермиона на пару сантиметром съехала вниз, когда кулак пронесся над волосами.
- Ты сам виноват...
- Закрыла рот, я сказал тебе! Закрой его!
Сука.
Он снова подошел и ударил рукой по стене.
Драко не понимал, что делает и говорит. Он видел только грязнокровку, которая перешла все границы.
- Как ты посмела?
Драко зарядил ей пощечину с размаха. Гермиона вскрикнула, с изумлением смотря на него. Схватившись рукой за горячую щеку, она впервые действительно испугалась его. Перед глазами застыла пелена слез.
Она отрывисто дышала, сморгнув слезинки с ресниц. Маленькие струйки потекли, разрезая лицо.
Не трогай меня больше.
Не трогай.
- Как?!
Что-то перемкнуло у него в голове. Что-то, что теперь не позволяло ему думать разумно. Что-то, из-за чего он не мог отпустить ее спокойно.
Грязнокровка прочла.
- Сука. Мама не учила тебя, что лезть в чужую жизнь нельзя?
Его голос грохотал по всему зданию, отлетая от стен, проникая в ее уши. Сдавливая их сильнее, от чего Гермиона жмурилась.
Черт.
Пошел ты, Малфой.
- Что ты там прочла?
Мерлин, зачем она вообще рассказала ему об этом?
Когда она так потупела?
Или Грейнджер думала, что, когда он узнает, то не сделает ничего?
А как же, не сделает он.
- Прочла, что больна мать, - ледяным голосом ответила она.
Драко выругался. Он пнул ногой что-то невидимое в воздухе.
Он напоминал Гермионе мальчика, которого очень обидели в жизни. Не того человека, что вчера кричал на нее, а именно беззащитного ребенка. Это же было видно...
По тому, как он психует. Как его задело то, что Гермиона прочла это письмо. Да, там было личное, но не до такой же степени. Драко просто завелся, боясь, что она проговорится. Что его перестанут так уважать после этого.
- Еще раз ты меня тронешь, - дрожащим голосом начала она.
Он с ненавистью посмотрел на нее. Внутри все буквально жгло. Сцепив зубы, он прошипел:
- То что, Грейнджер? Что?
То что, Гермиона?
Ей нечего было на это ответить, но она просто ощущала, как злость накатывает на нее. За эти пять минут, что они стояли здесь, она как будто увидела другую сторону Драко. Намного хуже, чем она знала.
Он обернулся на шаги в соседнем коридоре и, ядовито посмотрев на нее, пошел в противоположную сторону.
Урод.
Она почти задохнулась от моральной боли, убирая дрожащие руки от своего лица.