глава 4: тени прошлого
**Глава 4: Тени прошлого**
*(Повествование от лица Тома)*
Темнота.
Холодный камень под босыми ногами. Запах сырости, крови и древней пыли.
Я открываю глаза.
Передо мной — решётка. Тяжёлая, кованая, с зазубренными прутьями. За ней — бесконечный коридор, освещённый тусклыми факелами.
*Тюрьма Старших.*
Я пытаюсь пошевелиться, но цепи на запястьях впиваются в кожу. Серебро. Оно жжёт, оставляя на моей плоти красные полосы, которые медленно затягиваются.
— Проснулся, — раздаётся голос из темноты.
Из тени выходит мужчина в длинном чёрном плаще. Его лицо — бледное, как мрамор, глаза — холодные, как лёд.
*Виктор.*
Он — один из Старших. Тех, кто правит нашим миром.
— Ты знал правила, Томас, — говорит он, медленно обходя меня. Его голос звучит, как скрежет стали по камню. — Никаких проявлений силы перед смертными. Никаких связей с ними.
Я молчу.
— И особенно — никаких *разговоров* о нас, — он резко останавливается передо мной.
— Она ничего не знала! — вырывается у меня.
Виктор бьёт меня.
Быстро. Жестоко.
Я даже не успеваю понять, откуда пришёл удар. Только чувствую, как челюсть хрустит, а кровь наполняет рот.
— Ты думаешь, мы не следили за тобой? — он наклоняется ко мне. — Эта девочка… она *уже* слишком много видела.
Мои клыки удлиняются от ярости.
— Тронь её — и я разорву тебя на куски, даже если мне придётся умереть за это.
Виктор смеётся.
— О, Томас… Ты всегда был самым горячим из своей семьи.
*Семья.*
Это слово заставляет меня сжаться внутри.
— Где они? — спрашиваю я тихо.
Виктор отходит к стене, где висит огромное зеркало в чёрной раме. Он проводит рукой по поверхности, и стекло мутнеет, превращаясь в подобие экрана.
Передо мной возникает образ.
*Дом Каулитцев.*
Большой, старый особняк, скрытый в глубине леса. Там, где граница между мирами особенно тонка.
В зале сидят пятеро.
Мой отец — Генрих Каулитц, его лицо сурово, как всегда.
Мать — Изабелла, её глаза красны от слёз.
Мои братья — Билл и Георг.
И… *она*.
Моя младшая сестра. Лилли.
Ей всего сто лет. Для вампиров — это ещё ребёнок.
— Твои родные сейчас под домашним арестом, — говорит Виктор. — Из-за *твоего* преступления.
Я закрываю глаза.
*1823 год.*
Тогда, двести лет назад, мы были ещё людьми.
Богатой семьёй немецких аристократов.
Пока *они* не пришли.
Старейшины.
Они убили моих родителей — настоящих, человеческих. А нас… превратили.
Потому что мы были «перспективными».
— Ты всегда был проблемой, — продолжает Виктор. — Слишком независимый. Слишком… *человечный*.
Он подходит ко мне вплотную.
— Но теперь всё изменится.
Я чувствую, как его холодные пальцы сжимают мой подбородок.
— У тебя есть два варианта, Томас.
— Первый: тебя казнят. А твоя семья будет вечно гнить в подземельях.
Мои когти впиваются в ладони.
— Второй…
Он делает паузу.
— Ты сам убьёшь эту девочку. И докажешь свою лояльность.
Тишина.
Я поднимаю на него глаза.
— Я выберу третий вариант.
— Какой же? — усмехается Виктор.
— Я убью *тебя*.
Внезапно раздаётся грохот.
Стена с зеркалом взрывается.
Дым. Осколки. Крики.
Из хаоса выходит фигура.
*Билл.*
Мой брат стоит в проёме, его одежда порвана, лицо в крови.
— Нам пора, — говорит он просто.
Виктор рычит и бросается на него, но Билл ловит его за горло и *разрывает* ему грудь когтями.
— Бежим! — кричит он мне.
Я рву цепи и встаю.
В этот момент в коридоре появляются другие тюремщики.
— Билл, как…?
— Лилли отвлекла их, — он бросает мне клинок. — Но ненадолго.
Мы бросаемся в коридор.
Кровь. Крики. Тени, мечущиеся по стенам.
Я не знаю, что будет дальше.
Но одно я знаю точно.
Я *не* позволю им дотронуться до Ани.
Даже если ради этого придётся сжечь весь этот проклятый мир.
*(Конец главы.)*