24 Декабря
Я проснулась с хорошим настроением. В комнате все окрашено чёрным цветом , потому что было только раннее зимнее утро, и солнце еще не успело взойти. Встав со скрипящей кровати, я надела черную кофту, которая облегала мое тело, красные клетчатые штаны и белые носки. Я посмотрела в телефон, ожидая увидеть там сообщения Рейна. Сообщений не было.
«Может, он ещё не проснулся», подумала я.
Я оставила курточку и ботинки в комнате, чтобы выйти в этот раз через окно. Мне не хотелось пересекаться с родителями, ибо хорошее настроение не должно быть испорчено хотя бы сегодня. Я взяла синий портфель и начала складывать школьные предметы, которые у меня должны быть сегодня. Математика, биология, экономика... я застегнула портфель и выкинула его через окно. Накинув на себя курточку и одев ботинки, я начала спускаться вниз по деревянной лестнице, которую нашла на чердаке когда-то. Думала, она не пригодится. Было страшно слезать, я думала, одно неверное движение, и я упаду вниз. На мое удивление, я смогла спуститься быстро и легко. Я протянула за верёвку, которая была вытянута на улицу и приделана к лестнице, и захлопнула окно. Теперь осталось ждать Рейна. Я нервно затопала ногой, когда тот не появлялся.
— Я его прикончу, когда в школе увижу! — крикнула я и пошла в школу одна.
На душе было очень неспокойно, мысли забивали голову и я не могла сосредоточиться на уроках. Рейна в школе не оказалось. Третий урок. Учительница с грустной физиономией посмотрела на нас и склонила голову.
— Класс, прошу внимание. Сегодня ночью ученик из параллельного класса, ваш бывший одноклассник, Рейн Олефберг, пропал. Если вы знайте что-то по этому поводу, сообщите директору школы или родителям Рейна. Полиция не может его найти уже 10 часов.
«ПРОПАЛ?! ДА КАК ЖЕ ТАК?», про себя подумала я, дрожа. «Он вчера себя так странно вёл, ещё и обнял меня... зачем? Боже, надеюсь, всё хорошо.»
Дверь класса открылась и в кабинет вошли две девушки. Это были те девушки, что хотели меня побить. Их личики тоже казались опечаленными, было приятно на это смотреть.
— Извините, а Тея Таллин здесь учится? — спросила одна из них у учителя экономики.
— Да, а что?
— Нам кажется, она должна что-то знать о пропаже Рейна. Она всегда с ним трётся, может, это она вообще виновата, что он исчез!
Я сглотнула слюну. Я виновата? Мне бы очень хотелось знать, какого черта они волнуются насчёт Рейна. Встав со стула, я посмотрела на девочек и учителя.
— Я не знаю, где Олефберг, как я помню, вчера с ним было все нормально. — парировала я. — Если бы я знала, я бы сказала.
— Хорошо, Тея. — спокойно говорил учитель, — Мы тебя не обвиняем, не агрессируй.
Я сдерживалась, чтобы не заплакать. Но мое лицо было как камень. Иногда люди думали, что я не испытываю эмоций, что я камень, это и пугало их. Только Рейн понимал меня. Только он. По телу побежали мурашки. Стало страшно, что Рейн никогда не вернётся.
Возвращаясь домой, я решила зайти к маме Рейна, чтобы спросить, что да как. Оказалось, Рейна до сих пор не нашли. Этот неприятный диалог оставил большой неприятный след в моей душе.
— Здравствуйте, я слышала про Рейна. Его не нашли?
— Рейна не найдут. Это всё из-за тебя.
— Простите, что?
Женщина достала из ящика чёрную книгу и отдала мне.
— Я нашла эту книгу у Рейна на столе.
— Да, это моя книга. Тоесть, я нашла её дома. Рейн сам захотел забрать её.
— Забери эту проклятую книгу и не приходи сюда больше.
— Ладно.
Я виновата?
Но, я же ничего такого не сделала.
Или я виновата, потому что ничего не сделала?
Рейн.
Прости.