17

Мы подошли к номеру Евгения, он открыл дверь. Его номер был почти таким же, как и у нас, разве, что вместо двух кроватей стояла одна большая двуспальная.

— Спишь здесь?

— Гимнастику делаю, — рассмеялся он.

— Ту самую гимнастику?

— Ту самую... – он рассмеялся вдвойне.

Я тоже не сдержал смеха.

— Сейчас приду, — сказал он, после чего ушел в туалет.

— Да, хорошо.

Когда он вернулся, вытирая руки полотенцем, первое, что он сказал, заставило меня напрячься:

— Слушай, давай снимай свои шмотки.

— Это ещё зачем?

—Трахать тебя будем, — с серьёзным видом произнёс Евгений, пристально посмотрев на меня.

В этот момент я немного напрягся, и с минуту не знал, что сказать.

— Да шучу я расслабься, — он засмеялся, видя моё лицо. —Я дам тебе шмотки, переоденешься.

— А зачем? — с недоумением спросил я

— Чувак, ты, конечно, мне нравишься, но то, как ты сейчас одет... Это нужно срочно исправлять! Ты же не собираешься в спортивках и кроссовках в клуб идти?

— Ну, я уже так ходил... Вроде было неплохо получилось.

— Слушай, мне не очень нравится давать советы, но попробуй в этот раз прислушаться ко мне. Сделаем из тебя истинного old money, — он показал окей пальцами. — А не понравится, будешь и дальше в своих спортивках ходить. Вот держи, — он кинул мне белые шорты

— Какой приятный материал, это шёлк? — спросил я, после того как помял их немного в руках.

— Кажется, да. Но я в тканях не очень разбираюсь, если честно. Просто на ощупь приятна, вот и взял. А размер ноги у тебя какой?

— Последний раз, когда мерил был сорок семь и пять.

— С выбором обуви, наверное, постоянно проблема?

— Одна большая головная боль... — усмехнулся я. — В магазинах вечно нет моего размера.

— Сейчас посмотрим... — он наклонился к нижней полке и начал рыться в коробках. — Так попробуй, — он протянул мне пару голубых лофферов.

Я надел и первое время было крайне непривычно. Обувь была очень лёгкой и на ноге сидела буквально, как вторая кожа. Плюс из-за крайне низкой подошвы создавалось очень необычное ощущение, будто в номере я стою на своих стопах.

—Давай, пройдись немного, – продекларировал Евгений.

Я сделал несколько кругов по комнате, стараясь прислушаться к новым ощущениям.

— Кажется как раз, — сказал я, оглянувшись на него.

— Ну не прелесть ли? — радостно прозвучал Евгений. — Я думаю прелесть. Эту пару я только вчера купил, даже сходить в них никуда ещё не успел.

— Получается я первопроходец?

— Получается так, — подмигнул он. — А теперь подойди сюда. – подозвал он меня к зеркалу. Взгляни, что получилось.

Я взглянул в зеркало, и не сразу смог понять, что в отражении был именно я. До этого я привык выглядеть определённым образом, в целом, я, вообще, не очень обращал внимание на то, как я выгляжу: свою внешность или чтобы там к ней не относилось. Спортивки Adidas с кроссовками от той же самой фирмы, стали для меня более, чем привычной одеждой, успевшей стать моей второй коже.

Но в момент, когда я увидел своё отражение, мозг не мог до конца обработать информацию, что я могу выглядеть совершенно по-другому. Белые шорты, рубашка. Казалось бы, очень просто сочетание, но именно в этой простоте скрывалось вся магия.

Ещё днём я был подростком, школьником из небольшого посёлка, но в момент, когда я увидел своё отражение, я стал кем-то другим. До этого момента никогда бы не подумал, что внешность может так сильно менять восприятие, ведь в этой новой коже хотелось сделать что-нибудь, чего я никогда не делал. Будто я мог стать кем угодно.

— Так, и ещё одна маленькая деталь. Ну-ка, повернись ко мне, — сказал Евгений, стоявший слева от меня. — Так, сюда и сюда.

Он побрызгал меня духами. Воздух наполнился приятным ароматом.

— Это что за запах?

До этого мужские духи я особо никогда не любил. Запах угля и вечернего кладбища особо никогда не вызывали во мне внутреннего соблазна... Но в этот раз, запах был другой, слегка лёгкий и очень приятный.

— Это Mancera Gold Incense, — ответил Евгений без единого акцента.

— Не слышал о таких.

— Они не то, чтобы популярны, но обычно всем девушкам нравится, — он слегка усмехнулся. — Столько раз я уже за последние несколько лет слышал эти вопросы к себе: «А что это за запах такой у тебя интересный?»

— Прям как в той рекламе, — засмеялся я.

— Ну почти. Только футболку снимать не нужно, — он слегка улыбнулся. — По началу, когда только обнаружил этот аромат, удивлялся, как часто мне делают комплименты. Не мог поверить, что такой вроде бы не самый дорогой парфюм, а эффект нечто... За все годы — ни одного негативного отзыва.

— Надо будет запомнить,

— Главное в магазинах не стесняйся и пробуй, а то у меня на первых порах с этим проблемы были.

— Это какие такие?

— Мне было стрёмно в магазине пшикаться, — он усмехнулся. — Но потом я стал заходить в каждый парфюмерный и пробовать минимум половину духов.

— Половину? А это не слишком много времени отнимает?

— Когда ищешь идеальный аромат, много времени не бывает. Мне сам процесс очень нравился, особенно, когда ещё свой аромат не подобрал. — он пшикнул сначала на левое, затем на правое плечо. — До сих пор, моим любимым остается, жаль, что уже почти не ощущаю его на себе, — он пшикнул на правое запястье, а на левое начал надевать часы.

— Не чувствуешь? Мне даже от сюда отлично слышно.

— Как говорила одна моя подруга: «если аромат тебе идеально подходит, ты перестаёшь его ощущать». Мне часто кажется, что я вообще никак не пахну. Поэтому могу очень и очень много вылить на себя. Только потом ловлю разносторонние реакции... — он ухмыльнулся, закончив застёгивать ремешок от часов.

— Это какие?

— Кто-то говорит, что пахну я просто невероятно, настолько что без ума от меня, — он слегка улыбнулся, — а кто-то, наоборот, заявляет, что рядом со мной невыносимо находиться... Запах, конечно, хороший, но через чур.

Он брызнул за одной мочкой уха, а затем за другой.

— Поэтому знаешь, стараюсь не перебарщивать. — он сделал финальный брызг на правое запястье. — Так, я готов. Можем выходить,

— Давай.

— Как учила матушка, на дорожку нужно посидеть, но нам будет достаточно посмотреть в зеркало.

— Ну давай, раз твоя матушка так говорит... — я улыбнулся и посмотрел в зеркало.

Евгений задержал взгляд на своём отражении, будто бы что-то обдумывая.

— И всё-таки порой не верится, что я выгляжу и живу так, как сейчас, — задумчиво проговорил он. — Часто вспоминаю прошлое и думаю: а если бы тогда я всё-таки позвонил ей и остался бы с ней? Чтобы тогда было? Был бы я бы сейчас здесь? Стал бы я тем, кем я являюсь? Что было бы тогда? Был бы лучше или хуже? Не люблю выбирать между белым и черным, но всё же — кем бы я был сейчас? Может быть, мы бы помолвились, затем поженились и завели бы пару прекрасных детишек? А может, после переезда побыли бы ещё совсем немного вместе и разбежались? Или всё было совсем проще: я бы написал ей, а она бы даже не ответила... Сколько раз я думал об всем этом за последние годы, даже и не сосчитать уже... Но может, в этот раз будет иначе?

— Это была она? — спросил я, не отрывая взгляда от зеркала.

— Ты же про звонок?

— Угу, — я слегка кивнул. — Когда, я уезжал с пляжа, увидел, что ты кому-то звонил. Мне почему-то показалось, что это была именно. Даже не знаю почему так подумал...

— В какой-то степени ты прав...

— В какой-то степени? Не понимаю.

— Ну, знаешь... Сколько лет прошло? Сколько воды утекло, а сколько ещё утечёт? У меня лично нет ответов на последние два вопроса. Насколько сильно она изменилась, кем стала, была ли одна все эти года, ждала ли, или связала с кем-то свою жизнь... Хотел бы я знать? Возможно. Но ответов, к счастью или к сожалению, нет...

Он взглянул на свои часы, одновременно с этим, будто стряхнув лишнее из головы.

— Ладно, что-ж, я опять погружаю тебя в свою меланхолию? Уже одиннадцать, а значит, ещё чу-чуть и карета превратится в тыкву, а все принцессы обратно в золушек. Именно, поэтому, мой юный друг, предлагаю выходить.

Я покачал головой.

Мы вышли из номера и направились к холлу.

***

— Как поедем? — стоя на улице, спросил я

— Я такси закажу.

— А далеко нам?

— Немного дальше, чем я говорил. Минут тридцать ехать.

— Понял. Тогда ждём.

Евгений достал из кармана пачку сигарет ярко-красного цвета, на которой белым цветом красовалась надпись Chapman, с подписью «рак горла».

— Не боишься? — спросил я

— Чего? — он посмотрел на неё, будто только что заметил. — А ты про эту прекрасную рекламу? Нет, я только одного боюсь...

Он достал ещё одну пачку и показал мне.

— Импотенция?

— Именно, друг мой.

Мы оба рассмеялись.

Евгений курил, а я стоял рядом, глядя на дорогу и вечерние огни города.

Через пять минут такси подъехало. Мы загрузились и поехали. В этот раз в транспорте не было ни немки, ни Валеры с его женщиной, а значит я мог расслабиться, и не бояться, что кто-то подумает лишнего...