17

Завод располагался в старой части города. С одной стороны были железнодорожные пути, по которым часто можно было наблюдать проезжающие поезда, уносящиеся куда-то далеко. А с другой — была набережная, с которой открывался вид на Преголю — Калининградскую реку. По ту её сторону был то ли угольный завод, то ли что-то напоминавшее его. Насыпь из темного камня и едва уловимый запах металла подсказывали что это было что-то связанное с его переработкой.

Когда ты впервые попадаешь на завод, весь мир, словно делится на два. Первое, с чем ты сталкиваешься — это турникет. Казалось бы, это всего лишь железная палка, через которую можно в буквально смысле можно перешагнуть или переползти. Но в будущем, когда пройдёт совсем немного время, грань между эти двумя мирами будут ощущаться совершенно иначе...

На втором этаже первого проходного пункта располагался отдел кадров, где три достаточно милых и жизнерадостных девушки принимали документы и на самом деле старались отвечать на все вопросы, если они имелись.

Мне попалась слегка пышная блондинка в белой блузке и сером пиджаке.

— Так, у вас все документы с собой? — спросила она у меня

— Да, вроде бы как все должны быть, — ответил я, надеясь, что это так.

— Ну давайте их сюда тогда, — протянула она руку в мою сторону, не отводя взгляд от монитора.

Я протянул ей документы, и она начала перебирать их.

— Да, вы не ошиблись, молодцы! — слегка улыбнувшись сказала она то ли мне, то ли самой себе.

Минут с пять она что-то заполняла, пока не задала следующий вопрос:

— Так, а вы на какую должность планируете устраиваться?

— Должность? — неловко переспросил я. — Никто не говорил мне про должность...

— Ну что-ж вы так, — снова улыбнулась она. — Ладно, ничего страшного. Давайте вместе посмотрим.

Она слегка повернула монитор в мою сторону, и я смог увидеть черные буквы на белом HD мониторе.

— Смотрите, есть слесарь 5 разряда, что думаете?

— Слесарь? Ну не знаю... А для него нужно какое-то образование? — неуверенно спросил я.

— Ну, конечно, нужно! Это же работа слесарем. А у вас нет такого? — задала она ещё один вопрос, после чего я кивнул. — Ну это не беда, вы не переживайте. Давайте тогда так поступим: посмотрим что-то, где не требуется образование.

Она начала постукивать своими пальцами по клавиатуре, и, от чего-то при взгляде на её пальцы, в голову на секунду забрались порочные мысли. Слава богу, я сумел тогда сразу их выкинуть из своей головы...

— Так, ну смотрите. Есть вахтёр или машинист тесто-нарезательной машины. Что вам больше нравится?

— Думаю, второе.

Я не знал, чем занимается машинист тесто-нарезательной машины, но точно знал, что быть вахтёром я не хотел ни в какой степени.

— Вы сделали отличный выбор! — чуть-ли не вскрикнула она, будто мы были в какой-то телевизионной программе.

Хочу заметить, что для девушки, работа которой в основном заключалась в том, чтобы перекладывать бумаги из одного место в другое, даже пусть и в электронном виде, она была чрезвычайно активной и подвижной.

Мне кажется, ей бы больше подошла работа на телевидении в роли ведущей какого-нибудь безумного шоу, где карликов заправляли в пушки, а затем стреляли бы ими в даль, пока блондинка-ведущая браво аплодировала и восклицала:

— О, господи! Вы выдели, как прекрасно полетел этот маленький карапуз? Это большой взлёт для него и падение, которое он не сможет забыть никогда... Поаплодируем, друзья! Давайте все вместе, поздравим этого маленького, но одновременно такого большого и важного человека, которым является Афанасий Петрович, гномик из милого царства под названием Челябинск.

После этих слов в зале бы раздавались овации, а на сцене бы не осталось пустого места, ведь всё бы оно стало заполнено цветами. Настолько без ума все были бы от этой блондинки, которая сейчас занималась моими документами.

— Готово, — продекламировала она.

— На этом всё? — уточнил я.

— Что значит всё?! — воскликнула она. — Веселье только начинается! — в её голосе возрастала озорство. — Дальше будет самое прекрасное! Вы будете машинистом тесто-нарезательной машины.

— Ура?.. — я попытался как бы порадоваться, но, одновременно с этим, скорее задал вопрос.

— Так, я не поняла, — она слегка нахмурилась. — Вы что не рады?

— Ещё как! — я поймал её непонимающий взгляд после своего ответа. —То есть, очень рад, я хотел сказать, безумно! — сильно сжал зубы в улыбке.

Кажется, это больше походило на фрик-шоу, чем на процесс найма на работу. Смотря с будущего, сейчас понимаю, что так оно, по сути, и было.

— Так-то лучше! — показала она мне большой палец, сжатый в кулак. — Сейчас вам нужно пройти на территорию завода и подняться к главной обитательнице этого места, незабываемой, самой восхитительной и просто потрясающей начальнице! — на её лице сияла улыбка, так будто бы она была на съезде партии.

— А куда именно идти? — спросил я, не понимая в каком направлении мне нужно было двигаться.

— Так, ну вы, вообще, меня внимательно слушаете? — уточнила блондинка в чёрном пиджаке

— Насколько, возможно, — пояснил я.

— Ну что ж, путь у вас следующий. Сейчас вы разворачиваетесь на 180 градусов, проходите к двери, в которую вошли до этого, спускаетесь вниз и говорите охраннику, что вам нужно попасть на территорию... но только тайно, — её голос внезапно понизился на три тона, и она перешла на шёпот. — Так, чтобы никто не узнал...

Она посмотрела мне в глаза.

— Ну что вы такой серьёзный? Я же шучу. Ха-ха-ха, — вырвалось из неё.

Я не знал, что сказать. Просто смотрел.

— Что, и эта идея вам не нравится? — она расстроенно вздохнула. — Хорошо, тогда можете просто попасть на территорию завода, без тайн и секретов. Скучно вы живёте, скучно... Меняться вам надо. Может жену вам завести? Хотя ладно, — она махнула левой рукой в мою сторону, — какая жена в ваши годы? Вы ещё слишком молоды, чтобы калечиться.

— То есть, мне сейчас спуститься вниз, а затем пройти на территорию завода к начальнице?

— Ну вот видите? Схватываете всё на лету! Уверена в других делах у вас всё будет так же хорошо, голубчик. Особенно в работе машиниста тесторазделочной машины, — она покачала головой, явно довольная тем, что получилось.

— Спасибо. Надеюсь, не ошибусь, — я отдал ей честь, решив поддержать общее шоу, чтобы зрители были довольным происходящим.

Она встала, прижала руку к виску и отдала честь мне — только у неё получилось это намного более изящнее, будто она занималась этим всю свою жизнь.

Я вышел из кабинета, бросив на неё последний взгляд. Она всё так же стояла, держа ладонь в районе виска.

— Чувак, что это, вообще, только что было? — спросило моё альтер эго.

— Ты думаешь я знаю? — задал я ему ответный вопрос.

На первом этаже меня поджидал охранник. Я подумал, что здесь тоже будет продолжение цирка и уже заранее готовился к прыжкам из окон с парашютом.

«А лучше без него и из самолёта»

— Давайте пропуск, — обратился ко мне мужчина в черной форме лет шестидесяти.

— Пропуск? — переспросил я.

— Пропуск да, — ответил он.

— Пропуск? — повторил я снова.

— Да, пропуск, — ответил он опять

— Чтобы пройти? — я решил немного уточнить.

— Именно. Чтобы пройти, — ответил он.

— Возле вас случайно граната в детстве не взрывалась?

— Что взрывалась?

— Пропуск?

— Пропуск, да.

— Чтобы пройти?

— Именно. Чтобы пройти, — ответил он.

— А где этот пропуск для входа в ваше секретное логово можно взять? — я решил применить тайное оружие, которым до этого со мной поделилась блондинка в черном пиджаке

— Про какое это такое секретное логово вы говорите? — он задал этот вопрос мне на полном серьёзе.

— Ага, вопрос задавать смысла и вправду не было... Видимо действительно взорвалась. Только не возле, а внутри головы...

— Внутри?

— Пропуск для прохода на завод, говорю, — объяснил я майору в черном.

— У вас его нету? — задал он мне вопрос.

— Абсолютно! — я решил взять пример с него в немногословии.

— Серьезно?

— Точно!

— Абсолютно?

— А где можно взять этот ваш пропуск?

— Мой пропуск?

— Да.

— Пропуск у меня в кармане.

— Понятно.

— Понятно.

— А где можно взять пропуск, уточню — свой, чтобы попасть на завод.

— Вы можете взять пропуск там, где его выдают, — объяснил он.

— Мы, что цирке?

— В цирке?

— И в правду... А где их выдают? — решил я немного расширить контекст майора в чёрной робе.

— Ну как где? Там, где их делают, — ответил он так, будто всё происходящее здесь было очевидным порядком вещей

— Может, вторую гранату взорвать?

— Гранату взорвать?

— А где их делают? — решил я поинтересоваться, примерно, в сотый раз.

— Ну как где? Здесь, — он не показывал ни на один из объектов. Его лицо никак не поменялось, ни один мускул не сдвинулся, а поэтому понять, что он подразумевал под «Здесь» было чрезвычайно затруднительно.

«Нет, я не верю, что это живое существо...»

— Извините, а вы можете уточнить, что именно подразумевается под «здесь»? Я просто боюсь, что я не так эрудирован в определённых вопросах, чтобы понимать очевидные вещи.

— Очевидные вещи? — переспросил он, пропустив контекст всего того, что я сказал до этого.

— Ладно, я сдаюсь...

— Сдаетесь?

Выражение его лица, как и всегда было абсолютно невозмутимо.

— Где делается пропуск физически? — спросил я, надеясь, что такой вопрос решит другой вопрос.

— В третьем кабинете. Вам нужно пройти в тот проход, — вдруг в игру вступила другая женщина, показав мне рукой куда мне нужно идти.

— Спасибо, — воскликнул я с облегчением. — Кажется, ваш коллега немного усложняет процессы данного заведения.

— Усложняет процессы данного заведения? Это вы что имеете в виду? — она задала этот вопрос с каменным лицом.

— Да, что это вы такое имеете в виду? — в игру вернулся охранник в чёрной робе

— Вы мне оба очень помогли, спасибо! — я снова сжал зубы в улыбке, и быстро метнулся к третьему кабинету, чтобы больше не наблюдать двух надзирателей в черных робах.

В третьем кабинете за столом сидел массивный мужчина лет сорока пяти в голубовато-серой рубашке. Ощущение в комнате тоже подсказывало, что он был частью этого шоу...

Когда я входил в его кабинет, он делал зарядку. В какой-то момент он решил сделать заднее сальто, но из-за его огромной массы в кабинете всё слегка сотряслось. Стеклянная ваза, наполненная белыми розами, начала падать, но он сделал кувырок в её сторону и успел поймать, так что ни одна капля не пролилась из вазы.

Я моргнул.

— Может, вам ещё танго станцевать? — решил поинтересоваться я у него.

Он посмотрел на меня с прищуром.

— Какое танго?

— Ну как какое? — я сделал серьёзное лицо, будто этот разговор имел очень важный смысл. — С розой в зубах, очевидно.

Я выставил переднюю челюсть вперёд и начал медленно двигать её, изображая танцевальные движения.

Через секунду моих странных движений, он лишь нахмурился.

— По-вашему, мы в шоу танцев?

Кажется, ему совсем не понравилось...

— Нет, что вы. Ни в коем случае, — поспешно отмахнулся я. — Просто я слышал, что танго с розой в зубах укрепляет все мышцы челюсти и помогает расслабить каждую из них, при этом отпуская всё нужное и не нужное разом.

Я выдержал паузу, затем прищурился и многозначительно подмигнул.

— Думаю, вы понимаете, о чём я говорю. Как-никак, такой мужчина, как вы, точно не может не понимать...

Я снова подмигнул — на этот раз левым глазом.

— Да, я определённо понимаю, о чём вы говорите, — его лицо стало наливаться кровью.

Я ещё никогда не видел, чтобы массивный мужчина краснел, как пятнадцатилетняя девчонка...

— Рад, что вы понимаете, — я снова ему подмигнул.

Он снова покраснел, заодно неловко махнув рукой, как бы говоря: «Ну не надо: я стесняюсь».

Я улыбнулся шире.

— Понимаете, у меня тут такая проблема, с которой сможете помочь мне только вы, — я многозначительно ткнул пальцем в его сторону.

Он проглотил воздух, словно не ожидал такого поворота событий.

— Чем-же я могу вам помочь таким?

Возможно, мне просто показалось, но кажется в его ответе были нотки флирта, при чём даже не нотки, а целое произведение... Поймать такие вибрации от мужчины, который ещё минуту назад делал сальто в своём кабинете, было... неожиданно.

— Видите ли, мне нужно попасть на завод, — я выдержал пазу, внимательно наблюдая за его реакцией.

Он смотрел и слушал меня так внимательно, словно был влюблённой девахой, зачарованной рассказами бывалого моряка.

— Но есть одна проблема...

Он резко напрягся.

— Без специального пропуска мне туда не пройти, — я разочарованно вздохнул. — А сделать его можете только вы. Так мне сказали чуть ранее. Мужчина в чёрной робе. А он тут, как я понял, главный по загадкам.

— Главный по загадкам?

Я подмигнул.

Мужчина в голубовато-серой рубашке подмигнул в ответ, причём так, будто мы только что заключили тайный союз.

Я наклонился чуть вперёд, с лёгким намёком на тайный заговор.

Он сглотнул.

— В общем мне нужна ваша помощь. Сможете её оказать? — я наклонился.

Он внимательно кивнул.

— Вы правы! Я знаю, что здесь происходит...

— Вы же про пропуск, да? — я решил уточнить на всякий случай. Тогда у меня ещё была хоть какая-то надежда.

— Да-да, вы всё правильно понимаете, — он начал подмигивать мне правым глазом, но был больше похож на инвалида, у которого защемило нерв. — Вы не переживайте, вы попали в хорошие руки. Если, конечно, понимаете, о чём я...

Он снова кивнул. Но, судя по всему, самому себе, ибо этого действия я совсем не понял.

«Кажется здесь занимаются чем угодно, но точно никак не производством хлеба...»

— Ну так что, где я могу получить пропуск? — я уже немного устал от происходящих здесь игр.

— Пойдёмте.

— Куда?

— Ну сюда, сюда, — он показал взглядом на свой дубовый громадный стол. — Не переживайте! Ничего плохого не случится. Я же знаю, что понимаете, о чём я говорю...

Я не понимал от слова совсем.

— Ладно.

Я решил согласиться, понимая, что выбора у меня видимо всё равно не осталось...

Мы подошли к его столу, он выдвинул маленький ящичек и начал рыться в нём. Всё содержимое он выкладывал на стол, так что я мог узреть всё, что было внутри.

По началу это были самые обычные вещи, которые хранятся в любом офисе: скрепки, булавки, белые листы бумаги А4. Но затем всё стало немного меняться.

Сначала он достал что-то маленькое и красное. Я даже не сразу понял, что это было.

— А что это такое, извините? — решил я уточнить у него, слегка прищурившись.

— Это? — он показал на белую баночку. — Это корректор. Ну, вы знаете, когда пишите ручкой, допускаете ошибку, а потом замазываете, чтобы её не было видно. В вашем возрасте это вам должно быть хорошо знакомо, — неожиданно он посмотрел мне прямо в глаза. — Я-то точно знаю, я уверен, — сказал он так, будто всю жизнь следил за мной, но камера была нацелена на кого-то другого.

— Что такое корректор, я знаю, — после моего ответа он подмигнул мне снова. — Меня вообще другое заинтересовало. Вот это вот, красное, — я указал пальцем на ту вещь, которая изначально мне приглянулась.

— А это? — он поднял объект, и я понял, что это «что-то» было чем-то тканевым и кружевным.

— Это трусы, — ответил он так, как ни в чём не бывало

— Трусы?! — от удивления я даже поперхнулся и начал кашлять.

— Вы в порядке? — он похлопал меня своей массивной рукой по спине. — Может, воды?

Он протянул мне стакан.

— Спасибо, — ответил я после того, как немного отпил. — А... они принадлежат вам? Или кому-то?... — на последнем слове мне стало до жути неловко...

— Нет, вы что, я не люблю красные стринги, — ответил он так, будто бы наш диалог был совершенно чем-то обыденным для него.

— А кому они тогда принадлежат? — я не мог остановиться. Мне нужна была правда!

— Блондинке со второго этажа, — он снова ответил так, будто бы всё это было совершенно чем-то нормальным.

— Простите, блондинки со второго этажа? — я даже не знаю, что меня больше удивляло: то, кому принадлежал этот красный кружевной объект или то, как он отвечал на мои вопросы.

— Ну да. Такая с большой грудью, плоским животом, немного пухлыми губами и очень приятными руками. Если понимаете, о чём я, — он неоднозначно подмигнул мне и продолжил копаться в ящике.

«Что за бездомный ящик?»

— Кажется, я понимаю, про какую блондинку вы говорите... — перед глазами тут же всплыло лицо той энергичной девушки сверху.

— Ну вот видите, как хорошо, что вы всё понимаете! — он вдруг отдал мне честь.

«Что, вообще, происходит в этом месте?»

— И часто у вас оказываются такие... кхм-кхм... объекты в вашем ящике?

— Объекты? Это вы про эти красные стринги? — он поднёс их к моему лицу так близко, что они почти коснулись моего носа. — Чего морщитесь. Понюхайте.

— А нет, спасибо... — я резко отшатнулся, показывая руками, что мне стало очень неловко.

— Ну как знаете, я тогда сам, — он окунулся носом в красный шелковый объект и сделал глубокий вдох ноздрями, словно это была дорожка кокаина. — Ой, хорошо... Жизнь так прекрасна, если бы вы только знали... — на его лице появилось жизнерадостность, коей я не видел ни у одного человека впредь.

— То есть, вы их используете... чтобы от насморка избавиться?

— Нет, вы что! — он искренне улыбнулся. — Мне просто нравится запах пизды той блондинки сверху.

В очередной раз он ответил, как ни в чём не бывало, будто всё происходящее было абсолютной нормой.

— Вот как... — я чувствовал себя окончательно потерянным.

— Ну знаете, когда перед вами женщина, её вагина, а вы ныряете в неё, как моряк в воду. Окунаетесь, как подлодка.

«Он теперь ещё и метафорами заговорил?»

— Она вам их одолжила, правильно я понимаю?

— Блондинка сверху? — он показал пальцем на второй этаж.

Я кивнул.

— Нет, вы что. Она их забыла после того, как у нас был секс вот на этом столе, — он положил руку на лакированную деревянную поверхность.

— И часто такое бывает? — кажется, я мог задавать уже любые вопросы.

— Ну, знаете, не то, чтобы часто... — он немного отстранился от ящика, и на его лице появилась задумчивость. — Даже так сразу и не вспомню. Вчера она не забыла, позавчера тоже... Кажется, на этой недели был только один раз. Как раз таки вот этот. На прошлой не помню, чтобы она забывала, а вот на позапрошлой... — он снова задумался. — Да, точно!

Над ним будто бы загорелась жёлтая лампочка.

— На этой недели она забыла свои трусы два дня назад! Я тогда был почти близок, чтобы закончить, но не стал... сами понимаете, дети — это всегда сложно.

Он покачал головой, будто точно знал, что такое сложности.

— Вот на прошлой она не забыла, а на позапрошлой... Ох, ещё как! Целых три раза!

Его голос слегка приподнялся, и он покачал указательным пальцем, показывая, насколько это много.

— Странная женщина, я вам честно скажу, очень странная... У меня то с памятью проблемы, но у этой дамы... господи, — он показательно вздохнул. — У этой дамы ещё только так! Постоянно всё забывает... И где лифчики свои раскидывает, и где юбку на пол скинет... Вечно после нашего секса не может найти свои вещи...

Он покачал головой, подчёркивая всю её странность.

— Я без слов... — единственное, что я смог сказать. — И вы прямо на этом столе?

Человеку, у которого никогда не было секса, задавать вопросы про него всегда очень неловко. Так ещё и в атмосфере устройства на хлебный завод.

— Прямо на этом столе? В плане, работаю ли я за ним? — он посмотрел на меня так, будто я задал очень странный и некорректный вопрос. — Конечно, работаю. Этот же стол специально для этого и нужен.

— Я не совсем это имел в виду... — левая рука сама почесала голову.

— Не это? Тогда не понимаю вас... — он посмотрел на меня с недоумением и продолжить рыться в том бесконечном ящике.

— Ну, про вас и блондинку... — я совсем не хотел произносить то самое слова из четырёх букв.

— Про нас? А что с блондинкой что-то? — он с небольшим волнением задал этот вопрос.

— Нет, с ней всё в порядке.

— Она что заболела? — в его голосе читалось, что он волнуется за неё.

— Нет, она не заболела, просто... — хотел продолжить мысль, но язык сам не пошёл дальше.

— Если не заболела, тогда почему вы спрашиваете?

Он совсем не играл.

«Ладно, спрошу, как есть...» — подумал я, и внутри всё сжалось. Но что мне оставалось? Я уже не мог не узнать правды...

— У вас был... — хотелось сказать, но слова совсем не лезли из меня.

— Как вы не прямолинейны, — он немного сощурил взгляд и заулыбался. — А я ведь знал. Я точно знал...

Его голова качалась, и он явно был доволен. Правда, в чём именно — я не имел никакого представления.

— У вас был... кхм-кхм... секс?

— Ну, конечно, был! Вчера, например. И позавчера тоже! Но знаете, мы стараемся использовать вон тот диван.

Он показал взглядом в сторону кожаного дивана.

— На нём более удобно, он мягкий, можно лечь, и её положить, и вертеть. В общем, как захочешь! А на этом столе, что? Ни развернуться, ни повернуться, только одна поза существует.

Диван ему явно нравился больше, чем стол.

— А зачем вы тогда его используете? — я решил прояснить все моменты, которые мне были непонятны.

— Я вам по секрету скажу, я и сам не знаю... Я когда её на этом диване трахаю, мне прям всё очень нравится. Можно столько разных тут вещей перепробовать. Я вам прямо сейчас готов показать, хотите?

Он поднял взгляд на меня, и стал ожидать моего ответа.

— Нет, спасибо. Думаю, как-нибудь другой раз... —я решил отказаться от его невероятно предложения.

— Ну, как знаете. Если захотите — обязательно говорите.

— Я скажу.

— Это правильно. Секс очень полезен.

— Я вам верю, правда.

— Точно не хотите?

— Точно.

— Уверены?

— Уверен.

— Ну, как знаете. Если захотите, блондинка всегда готова.

После его ответа, кажется я понял, что думал немного не о том...

— Так, вы, кажется, что-то до этого спрашивали? Ах точно, про стол. Я сам не хочу этот стол использовать, мне он не нравится! На нём только одна поза, а я такое не люблю! Но приходит она и начинает вот эти свои женские штучки врубать и говорит: «Петя, ну давай на столе, ну мне так нравится, когда ты меня на столе трахаешь».

А я ей мол и говорю: «Да блять, женщина, не нравится мне твой стол! Я хочу на диване! Он мягкий! Чем он тебя не устраивает?» А она и отвечает: «Петя, ну мы столько раз уже на твоем этом диване, что я устала... Я девушка, и в конечном итоге я хочу чего-то нового. Не только диван, хочу на столе, например».

Он закатил глаза и всплеснул руками.

— Как скажет так, и губы свои пухлые надует и сидит дуется. Ну а мне что остается? Ну конечно, принять и сыграть в эти игры бабские... Что ещё настоящему русскому мужику остаётся? Сами понимаете — только прогнуться и остается. Непростой век на нашу судьбу выпал, я вам так скажу, очень непростой, — он покачал головой, тяжело вздохнув. — Вот бабы такие странные... Ведь пока не согласишься, баба не успокоится и дуться не перестанет. Ну, я подумаю-подумаю, и говорю: «Ладно, сисястая, давай на столе, так и быть. Но на диване тоже хочу. Пососёшь, покурим, всё как нам нравится с тобой, малая». Ну, она и перестаёт дуться, и глазками и ладошками хлоп-хлоп, и от радости подпрыгивает. «Спасибо, Петенька! — говорит. Сделаю всё, что захочешь. И в попу, и в рот, и куда захочешь, обещаю! Куда нравится!».

Он посмотрел на меня с каким-то усталым отчаянием.

— И вот после этих разговоров бабских, мы опять на столе этом неудобном... А мне не нравится! Не хочу так, чтобы было. Ну а что сделать я могу? Думаете, могу что-то? Если бы мог — уже давно сделал. Уже давно ушёл. Устал я от всего этого... устал...

На его лице появилась настоящая усталость.

— Но ведь пропадёт она без меня! Кто её тогда на этом столе будет трахать, если не я? Думаете, она сдалась кому-то? Думаете, нужна такая? Да кому она нужна? Никому, вот и говорю. Такие бабы — это же ужас... Губы пухлые, сиськи третьего размера, жопа огромная, живот худой, очки носит, а ещё и выглядит как не самая смышлёная. Блондинки они все такие, я вам по секрету скажу.

Он покачал головой, видимо от безвыходности той ситуации, в которую сам себя и загнал.

— Вот он, ваш пропуск, — сказал он, после того как наконец закончил поиски в своем бесконечном ящике. — Ели нашёл.

Он вытер пот со лба.

— Вам сейчас нужно подняться наверх и последний документ подписать перед тем, как можно на завод попасть. И только давайте без секретов, и тайн, как договорились с вами до этого.

В моей голове не укладывалось, как резко сменялись настроения и контрасты у этого человека.

— А наверх к кому?

— Как к кому? К блондинке, конечно.

Он поднялся на ноги, и я снова осознал, какой он всё-таки был огромный.

— И передайте её трусы ей обратно.

Он обхватил мою ладонь своей огромной рукой, вложил в неё красный кружевной объект и крепко сжал мой ладонь в кулак. После посмотрел на меня сверху, кивнул, как-бы показывая, что я на очень важном задании, с которого нельзя было сойти.

— Но я не могу, мне неловко... — хотел возразить я, но он прислонил свой огромный указательный палец к моим губам, заставим меня замолчать.

— Можешь, падаван... можешь, — он понизил голос на несколько октав, переходя на шёпот. — Отныне это твоя судьба и цель по жизни, с которой ты не можешь сойти. Иначе будут последствия. Чрезвычайно великие последствия. Не думаю, что вы захотите с ними столкнуться...

Он продекламировал это с такой серьёзностью, что у меня даже пробежали по спине мурашки.

— Что-ж ступайте. И обязательно передайте. Я проверю.

Он сжал мою руку ещё крепче, что меня аж от боли скривило.

— Думаю, вы точно понимаете, что проверить я всё смогу.

Я хотел что-то сказать, но получилось выдавить только боевой вопль.

— Прощайте.

Он кивнул мне на прощание. После чего отпустил мою руку.

Я стоял, не понимая, что вообще происходит...

Я поднялся на второй этаж. В одной руке у меня был пропуск и белый лист, который нуждался в подписи, а в другой — нижнее белье красного цвета женщины, с которой я почти не был знаком, но которая в данный момент была в поле моего зрения.

Она что-то активно печатала на клавиатуре и смеялась, что-то обсуждая с двумя другими девушками в их кабинете отдела кадров.

Заходить внутрь совсем не хотелось. Сложно было сдвинуть ногу даже на один маленький миллиметр, не говоря уже о том, чтобы переступить дверной порог и войти в кабинет, где меня ожидал, возможно, самый неловкий диалог в моей жизни...

— Эй, вы что там стоите? – откуда-то донесся голос. — Вам что-то нужно?

Через какое-то время я понял, что голос обращался ко мне и принадлежал той самой блондинке.

— Да?.. — выдавил я, так что ответ больше походил на вопрос.

— Ну так заходите. Что стоять между двумя мирами? — она подзывала меня своей правой рукой. В момент этого действия я смог убедиться, что кажется Петя совсем не врал на счёт размера её груди...

— Да, конечно... Извините...

Я сделал шаг. Затем ещё один. Следующим перешагнул порог их кабинета.

«Левой. Правой. Левой. Правой», – говорил я себе, пока, наконец, не оказался у её стола.

— Так что вы хотели? — спросила у меня, сидевшая перед о мною блондинка.

В голове её вопрос играл немного другими красками. Иногда в жизни я жалел, что у меня очень развитое воображение, потому что, те мысли, которые он подкидывал в тот момент времени, были совершенно никак не связаны с устройством на работу.

Я представил, как она сидит на дубовом столе того массивного мужчины и с определённого рода улыбкой спрашивает:

— Что это вы хотели, Петр Александрович?

Или каким бы то не было его отчество...

— Эй, всё в порядке? – её голос выдернул меня из этих мыслей.

Она слегка потянула мен за левую руку, из-за чего в результате на её стол чуть не упала так хорошая знакомая ей вещь.

— Это что у вас? Подождите-ка... – она хотела развернуть мою ладонь, чтобы понять, не показалось ли ей увиденное, но я быстро пришёл в себя и резко отдернул руку.

— Извините, я что-то немного подзавис, – первое, что я смог ответить, после того как пришёл в себя. — Мне нужно, чтобы вы поставили подпись на мой пропуск.

Я положил белый листок к ней на стол.

— Да, конечно. Только вы не подскажете, что это у вас такое в вашей левой руке?

Кажется, ей и самой стало неловко, но она хорошо скрывала и не показывала это.

— Да так, ничего...

Я убрал руку в карман.

— Уверены? — переспросила она, явно ожидая другого ответа

— Абсолютно, – ответил я без зазрения и совести. — Ну что, подпись поставите?

Я решил перевести разговор ради того, чего я, собственно, и пришёл — всё-таки машинист тесто-разделочной машины не ждал!

— Да, конечно... Давайте ваш листок, — в момент её ответа, на её лице проскочила скривлённая улыбка.

Она взяла ручку в правую руку и начала выводить буквы.

— Вот держите.

Она вернула мне подписанный листок, на котором заодно красовалась ещё и печать завода.

Кажется, я уже окончательно забыл, с какой целью я сюда вообще пришёл...

— Спасибо большое, — поблагодарил я её. — Не подскажите, это была последняя процедура, или мне нужно выполнить ещё с десяток заданий, перед тем как я смогу увидеть хозяйку этого места?

Я решил задать вопрос в той атмосфере, которая обитала повсюду.

— Вы почти закончили, — она выдержала небольшую паузу, приподняла очки и только сейчас я заметил, что на её губах была красная помада. — Осталось только одно.

Она посмотрела на меня поверх оправы.

— Вам нужно вернуться к Петру Александровичу — тому мужчине, который выдал вам пропуск — и передать ему подписанный листок. Тому самому, который прекрасно знает, что здесь происходит.

— Вот как? – спросил я так, чтобы вне контекста звучал совсем другой вопрос.

— Вот как, — ответила она, покачивая головой.

Видимо в её случае «вне контекста» означало, что я забыл ей кое-что отдать.

Она взглянула на меня сквозь очки, уточняя действительно ли я ничего не забыл.

— Ах да... Знаете, я тут кажется, кое-что забыл...

— Правда? – заинтересовано спросила она у меня. — И что же вы забыли?

Она бросила взгляд в сторону моего кармана.

— Кажется, это принадлежит вам.

Я достал объект, который недавно передали мне, и положил на её стол перед ней.

На мгновение я огляделся по сторонам, но благо ни одна из двух оставшихся девушек, которые ещё были в кабинете в этот момент, не придали никакого значения тому, что происходило.

— Благодарю вас.

Она провела рукой по столу, и объект исчез вместе с её ладонью.

Я посмотрел на неё и не мог понять: «Неужели каждое трудоустройство на работу выглядит таким образом?»

Я вышел из кабинета. В последний раз, когда я окинул взглядом, блондинка всё так же сидела на своём месте и кивала, глядя на меня, как бы в очередной раз говоря: «Мы знаем. Мы всё прекрасно знаем и понимаем...».

Я понадеялся, что это был последний раз, когда я вижу её и поэтому решил просто спуститься на первый этаж обратно к нашему общему знакомому.

— Ну что, юный падаван, задание выполнено? – первое, что спросил у меня массивный мужчина.

— Насколько возможно, – ответил я. — Я всё ей передал: и трусы, и бумагу, и всё что просили.

На всякий случай уточнил, чтобы он не подумал лишнего.

— Браво!

Он зааплодировал своими огромными клешнями.

— Мне сказали, что нужно передать подписанную вам бумагу, и на этом моё задание окончено. Я ведь не ошибся?

— Совершенно верно.

Он кивнул и забрал у меня белый лист бумаги, на этот раз уже с печатью этого чудного заведения.

— Можете проходить и наслаждаться. Теперь перед вами открыты все двери!

— Спасибо, я полагаю?

После этих слов я развернулся и вышел из кабинета.

— Не переживайте, вы ещё обязательно сюда вернётесь...

Его голос донёсся мне вслед.

— Обязательно вернётесь. Они всегда возвращаются...

От этих слов мне стало не по себе, и по спине вновь пробежали мурашки.

Я вернулся к почти что изначальной точке, возле которой был, как только вошёл в это чудное место.

— У меня есть пропуск. Теперь я могу пройти? – обратился я к зеку в чёрной форме.

— Вы можете, — ответил кратко черный офицер.

— Уверены? – я решил проверить исправно ли он работал.

— Уверены.

После его ответа я убедился, что не ошибся

Я приложил белый пропуск к турникету. Цветовой индикатор с красного сменился на зелёный.

Это означало лишь одно — наконец я смогу узреть, что же это за место такое.

Тотсамый завод по производству хлеба...