Домино

Солнце село за Голдерские горы,и мягкие сумерки,который так любят все животные,разлились над морем холмов и равнин. Закат пылал, а маленькие долинки были наполнены кротким сиянием,лишённым теней.

Высоко на холме,невдалеке от реки Шобан,зеленела сосновая роща. Хорошо и спокойно было здесь в сумерки. Посреди этой рожи на поляне жила семья лисиц.

Вход в нору скрывался на опушке. В этот час всё семейство вышло на воздух порезвиться и наслаждалось вечерней прохладной.

Мать следила за игрой детей. Она самым усердным образом поддерживала общее веселье. Пушистые малыши резвились с беззаботностью только что начавших жить существ,для которых высшей силой является мать,и эта сила вся к их услугам,а следовательно, весь мир для них-друг. Они играли и боролись с бурным весельем,гонялись друг за другом, за мухами и жучками, смело принюхивались к толстым шмелям и бешено носились,стараясь поймать кончик материнского хвоста или отнять друг у друга какой-нибудь старый,давно уже брошенный объедок.

Они играли ради игры и были рады всякому предлогу,чтобы поднять новую кутерьму.

В этот вечер игрушкой лисят было засохшее утиное крыло. Десятки раз оно переходило от одного к другому. Но вот наконец его схватил самый бойкий лисёнок,с чёрной полоской поперёк мордочки. Не уступая никому, он стал носиться по кругу со своей добычей,пока остальным не надоела бесполезная погоня и игра. Тогда он выпустил крыло,но тотчас же вцепился в хвост матери и теребил его до тех пор,пока она внезапным прыжком не вырвала свой хвост,опрокинув на спинку маленького забияку.

Во время этой суматохи на поляне появился старый лис. Увидев его,мать вздрогнула,лисята испугались,но знакомый облик тотчас же успокоил всех:это был Отец.

Он нёс пищу,и потому все жадно повернули свои глаза и носики в его сторону. Отец опустил на землю свою ношу-только что задушенную выхухоль,-и мать побежала за ней.

Охотники рассказывают,что лиса никогда не приносит добычу к самой норе,если лисята не дома. А в рассказах охотников иногда бывает и правда.

Мать швырнула выхухоль детям,и они набросились на неё. Они тёргали и таскали зверька,рыча и страшно тараща глазёнки друг на друга,и каждый отчаянно тряс головой,стараясь урвать свою долю добычи.

Мать смотрела на возню лисят с мёртвой выхухолью,но в тоже время поглядывала и на окружающий лес. Там всегда могли скрываться коварные враги: охотники с ружьями,мальчишки и собаки,орлы и совы-всем хочется поохотиться на маленьких лисят.

Она постоянно была на стороже, и в этом помогал ей муж. Хотя он и играл второстепенную роль в семейных делах и даже совсем не допускался в нору,пока лисята ещё были слепыми сосунками,тем не менее добросовестно приносил пищу и сторожил нору.

Весёлый пир малышей был в самом разгаре,как вдруг издали донеслось отцовское "юр-юр-юр-яап"-сигнал приближающейся опасности. Если бы лисята были побольше,они сами поняли бы значение этого сигнала. Но они были ещё малы,и мать поспешила им объяснить,что надо делать: пересказав лисятам отдалённый лай отца низкими,угрожающими звуками,она загнала их в нору,где в полутьме они спокойно покончили с выхухолью.

Среди ферм одной только Новой Англии живёт не менее тысячи пар лисиц. Каждая пара ежегодно выводит детей, и поэтому весьма вероятно,что такие сцены,как только что описанная,происходит перед каждой лисьей норой в каждый хороший весенний день. Следовательно,не менее чем сто тысяч раз в год эти сцены повторяются у нас под самым носом,а между тем, всё это происходит в такой тайне,до того осторожны родители этих маленьких зверьков, что,быть может,лишь одному из ста тысяч, людей посчастливится наблюдать подобную семейную сцену.

В городе Голдере таким счастливцем, одним из ста тысяч,оказался Абнер Джюкс. Это был долговязый,белобрысый,
веснушчатый мальчишка,который лазил по деревьям за вороньими гнёздами,вместо того,чтобы пасти коров.

Он наблюдал за игрой лисят не просто,как всякий мальчишка,а с трепетом будущего естествоиспытателя. Он тотчас заметил лисёнка с чёрной маской на мордочке,как бы одетого в домино, и радостно удивлялся его штукам.

Мальчику и в голову не приходило мешать забавам малышей,но тем не менее он оказался невольным виновником неожиданного перерыва в игре,а так же всех бедствий,обрушившихся на листе семейство в последствии.

Абнер охотился на лис только зимой. Он гордился своей охотничьей собакой,которая обещала стать "самым лучшим псом во всём штате". Правда это был ещё не пёс, а только щенок, но щенок с большими лапами,тонкой талией и широкой грудью. Голос у него был сильный,звонкий,и,судя по угрюмому дикому нраву, щенок обещал стать злющим псом. Обычно Абнер запирал его дома,но на этот раз щенок как-то вырвался на волю и,конечно, тотчас же пустился искать своего хозяина. Его-то приближение и встревожило отца лисят.

Лисица-мать,убедившись,что все семеро её дорогих малюток находятся в безопасности-дома,сейчас же побежала навстречу врагу. Она нарочно избрала тот путь, чтобы непременно попасться на глаза собаке,если бы та приблизилась к норе, и действительно вскоре услыхала металлический лай,который заставил биться сильнее даже заколённое сердце её супруга.

Но теперь она не думала о себе. Она увлекла за собой неуклюжего пса,затем,очутившись в безопасном расстоянии от норы,очень просто отделалась от него,сдвоив свой след, и вернулась в нору. Там было всё благополучно. Только черномордый лисёнок,обыкновенно встречающийся её около входа в нору,на этот раз забился в самую глубь норы и уткнул свой носик в песок.

Минут пять назад он выглянул было из норы,но услышал жуткий,пронзительный собачий лай, и дрожь пробежала у него по всему хребту,до самого кончика его пушистого хвоста. Малыш поспешно забрался в самый дальний угол и лежал там,скорчившись,ещё долго после того,как всякая опасность миновала.

До сих пор он жил в мире любви. Теперь в этот мир вторгся страх.