Глава 8
[Киара]
После разговора с нашими противниками, Дамиано на удивление пребывал в спокойствии, это говорило о том, что звонок не был ни плохим ни хорошим, однако я наверняка ожидала другой реакции.
К счастью всё не дошло так далеко. У Леваны был лишь единственный порез на ладони, рана от которой быстро заживет, благодаря лечебным мазям Нины. И все же, я в глубине души была рада, что Дамиано не дошел до крайности, а точнее не повторил поступок дяди Леавны изнасилуя её, ведь та определенно имела психологическую травму, от этого опыта. И после проделки Дамиано, держать псих больную в нашем доме, я не желала. Я спустилась вниз, где розвалившись на диване расположился Джо, с коробкой пиццы, играя в игру, запивая колой. Возможно раньше я бы сказала ему перестать есть полуфабрикаты, Нина готовила намного вкуснее, и с определенно лучших продуктов, но я перестала говорить подобное этому упрямому ребенку, так же как и убедить его есть в положеном на то месте - кухне.
- Твои каникулы окончились Джо - сказала я смотря с отвращением, на картину недалеко от меня, и он посмотрел на меня ненавистным взядом, сделав глоток из бутылки колы, ставя её на стол.
- Почему твоя задница не находится на тренировке по стрельбе?
- Ник освободится только к обеду. - спокойно сказал тот с безразличием.
- У нас что, только Ник тебя обучивает ? - прошипела я, злясь на его рослабленость, и выхватила пульт, на комоде, выключив его игру.
- Зачем ты это сделала? -прорычал Джо, наконец гляда в мои глаза.
- Я вижу ты слишком комфортно себя чувствуешь после перерыва от тренировок. Твой отдых закончился, а ты через несколько месяцев должен стать членом Каморры, а в твоей голове совсем не нужные вещи. - я указала на большую плазму на стене, в которой он играл гонки.
- С такими темпами, я никем не стану, вы хотите слепить с меня такого же как вы, но я этого не хочу. Я не хочу убивать и калечить, не хочу держать кого-то в плениках, пытать их, и резать, я никогда не буду таким, - с роздражением сказал Джо, встав с дивана, поднимаясь на верх, в свою комнату.
- Уго ожидает тебя. - крикнула я, чтобы он услышал. Результата что-то ему предъявлять, и объяснять бестолку. Джо категорически не хотел быть одним из нас. Становиться черт возьми членом Каморры. Он должен сам понять свою природу, ему необходимо время, он подросток, который чертовски запутался в себе.
Я ругала себя за не снисходительность, но в конце концов, я никогда не было хорошей сестрой, и вряд-ли стану ей.
Джо будет меня ненавидить за всё что я делаю для него, хотя Дамиано предпочел более жесткий способ воспитания, иногда избивая его за не послушность, но разумеется не так сильно как отец, меня с ним в детстве.
Послышались твердые и тяжелые шаги по лестнице, и по походке я поняла что это Дамиано, ибо Джо ходил быстрее, всегда со злостю на весь мир.
- Как там дюймовочка? - пролепетала я, когда увидела брата.
- Успокоилась под снотворным.
Она не могла постоянно спать, но в этом состоянии так будет действительно лучше для всех.
- Ватилье не согласился на часть сделки, но его брат совсем скоро убедит его об обратном. Ибо если так пойдет и дальше, то я сам вырву у него то, что он не хочет отдавать, к дополнению к этому прикончу девчонку.
- Что насчет территории? Это ведь более ценная плата.
- После того, когда они отдадут поставщиков и несколько борделей с шлюхами, я примусь на гораздо важные вещи, вроде куска территории, которую они так отчаянно не захотят отдавать.
- Звучит разумно, но заплатят ли они такую цену, за эту девушку?
- Если нет, она будет мертва. Меня такой ход событий так же устраивает. - акулья ухмылка тронула его лицо, а глаза горели самодовольством.
Его извращенные способы применения, в войне были чертовски жесткими и такими же действующими, жажда в насилии всегда были его сильной стороной.
В моей голове звучал вопрос, зачем мы делаем это, мы зарезали члена Наряда, на их территории, и чуть было не сорвали свадьбу его Капо.
Схватив племянницу Пелагати, и жену Ватилье, перемирие мужду которыми предвещало избежание войны, мы сделали уже много в ущербов, чтобы вызвать у них ненависть.
Что давало нам несколько козырьев, и шагов к победе. Коза Ностра так же пострадала, и все же Ватилье так же вознуждается в возмездии. Знакома с его репутацией, он не станет так осторожно играть, как Пелагати, то что он каким то образом не сообщил Карло ещё в отеле, о нашем нападения на его Консильери, сыграло с ним в плохую шутку, но меня так же не покидала мысль, что он придумал хитрый план, который в свою очередь вышел из под его контроля. Наслышана о том как мать Ватилье, шлюха которую их отец пытался запереть в доме, и заставил воспитывать его братьев, была известна в наших кругах. Та женщина была сумасшедшая, но его отец вышел за неё замуж, и заставил родить ему еще наследников, его братьев, которые так же по сплетням, были такие же сумасшедшие как их мать. Я все ещё вспоминаю тот взгляд Марка, его янтарные злостные глаза, с примесью смертности и ярости, котыре сверлили меня внутри и снаружи. А тот случай в туалете заставил пройтись мурашкам по моей коже.
***
Прекрасные золотые волосы спадали с обнаженных плеч, цвет кожы которых был идеально гладким, почти перламутровым, без единых изян и погрешностей, в отличие от моего покрытого шрамами, и татуировками тела.
Небесно голубые глаза, смотрели на меня сквозь все мои воспоминания, и те отчайные попытки скрыть прошлое. Желание подойти к сестре было до боли невыносимым. Невинность и чистота были чертовски подходящим понятием чтобы описать человека оказавшегося передо мной. Мне всегда казалось, что приближаясь, и касаясь моего близнеца, я сделаю её такой же темной, забирая ее хрупкость, и доброту, испачкаю её пролитой врагами кровью, и унесу с собой в могилу за свои грехи.
Белая вуаль скрывала обнаженную фарфорувую кожу, босые ноги прошагали в мою сторону. Безжизненые глаза смотрели на меня, а я боялась...
Боялась взглянуть, сгорая от ненависти к себе. Даже встретится с глазами казалось вовлечет её в мою тьму, с которой я вынуждена бороться каждый день, каждое мгновение, теперь в одиночестве.
Я никогда не была покорной, и знала как людей это раздражает. Но я имела свое мнение на этот счёт. Мне было всё равно не всех, единственный человек которого я пожалела что не слушала, была сестра.
Я буду сожалеть всегда, вернув бы время назад, я бы сделала все что бы избежать её смерти, не глядя я бы отдала и свою грешную жизнь.
Обещание держало меня, как камень который я должна насти на своих плечах, всю оставшуюся жизнь. Защитить Дамиано, и куда важнее Джо, даже от себя самих, в нашем мире наполненым кровью тьмой, насилием и смертю.
Я смотрела на её ступни, не имея мужества поднять глаза, и я не удивлюсь если на пройденных Симоной шагах, появятся цветы, или другие прекрасные растения.
Ромашки. Её любимые ромашки. Она была цветком, даже если бы росла в сухой пустыне, она бы расцветала каждый день даруя всем, даже врагам, свой свежый аромат, и доступ наслаждаться своей красотой.
Она стояла совсем близко, нечто похожее на горький вкус, появилось в моем рту. Я была рада, и в то же время убита горем.
- Взгляни на меня Киара. - мягкий голос коснулся моих ушей так сладко как мед, так нежно как касание пером, как могла сделать только она. Я не повиновалась, не заметила как близко ко мне она оказалась. Её лодони по обе стороны коснулись моих щек, и у меня не было выхода, кроме как посмотреть на неё. Добрый взгляд будет всегда смотреть в мою черную душу, оставив после себя мягкий след.
- Ангел. - сказала я ей своим мягким тоном, проглотив желчь в горле. - обхватив её руки своими.
- Ты никогда не изменишься, даже если захочешь. - уголки её губ мягко приподнялись.
- Почему ты обнажена? Тебе холодно? - прошептала я, глядя на единственную белую прозрачную ткань, на прекрасном теле.
- С меня сняли одежду, и я не могла ничего сделать с этим.
- Кто они!?- прокричала я, решительно настроена прикончить людей, причинывших Арии боль.
- Это не важно.
- Важно.
- Я мертва, и ничего не чувствую, я бы приняла боль за тебя и моих братьев, потому что это уже не касается меня.
- Нет Симона, только я заслужила терпеть боль, это даже не загладит половину моих грехов, я достойна ещё хуже боли. Но не ты Симона, только не ты, ты ни в чем не виновна.
- Защити людей рядом с собой которые дороги, даже не считая братьев. Не бойся чувствовать. Ты должена открытся, и не боятся того, что ты чувствуешь. Не считай это слабостью. Чувства это прекрасно. Цени то что имеешь, оберегай всеми силами - прошептала она поцеловав меня в лоб.
- Я всегда твой ангел Киара, твоя тьма никогда не коснется меня, не вини себя за то что было, а исправь то что можешь еще.
Её фигура растворилась в воздухе, оставив после себя осколки, на которых я пройду. Дорожка появилась перед моими такими же босыми ногами, и я зашагала по ней, видя на полу обломки чего то неизведаного чем то похожее на стекло, которые должны резать мои ступни. Кровь, алая жидкость, которая преследовала меня каждый день, запах и вкус ощутился в моем сознании. Я всегда буду терпеть боль. Меня ничто не испугает. Я буду идти по трупам, защищая братьев. Пройду через мучения, пройду то что причинт мне вред. Но я буде оберегать их.
Глубокой вздох вырвал меня из сна, нечто похуже кошмара, ведь он касался моей совести и чувств, которые как оказалось у меня присутствовали.
Симона, до сих пор преследует мои воспоминания, говоря мне страные, в её стиле вещи. Я давно не спала больше четырех часов подряд, поэтому сны не часто мучали меня. Что в то же время радовало, и заставляло напрячься. Что бы я не делала, кусочек светлой стороны моей сестры, всегда пойдет за мной. Возможно это ген от близнеца. Мое веки жгли. Я не помню как уснула, и как оказалась в кровати, видимо выпив слишком много вина. Мой взгляд прошелся на тумбочку около кровати, на которой виднелось снятое оружие, и несколько ножов, так же я посмотрела на свое тело сквозь одеяло, ища кобуру с ножами. Они оказались на месте. Я посмотрела на часы на стене, они просвечивали пять утра. Поняв что не усну, я взяла халат, и зашагала в ванную комнату, в душ который как мне казалось выбьет из меня некоторое дерьмо. Горячая вода до невозможности жгла кожу, ожоги в скором времени появятся на ней, но боль была некоторым напоминании что я жива. Мне захотелось почувствовать укол облегчения, через боль. Но это было илюзией, как наркотик, который потом выползает из тебя, и оставляет в жесткой реальности. Дерьмо.
Мне необходимо было отвлечься, занять себя чем угодно, что напомнит мне о собственном существовании. Обычно в таких случаях я иду бить грушу, но меня посетила более странная мысль. Я желала поговорить с Леваной, все эти дни я пыталась скрыть её схожесть с Симоной, но сегодняшний сон дал мне неопределенный толчок.
Дамиано относился к ней нейтрально, хотя я тоже задумывалась о том, как он смотрит на неё. Он вовсе не злорадствовал и торжествовал, как обычно делал при пытках, наших жертв. По крайней мере, он пытался показать обратное, но я слишком хорошо его знала. Определенно под безспрестрастным выражением лица, кроется такая же заинтересованность.
Стоя перед дверью гостевой комнаты, говоря уже о том, что враг бы не стал держать наложницу под комфортными условиями, подсказывало что Дамиано, относился к Леване снисходительно.
Я повернула ключ, и открыла его двинув вперед. В поле моего зрения пребывала заправленая кровать, но быстро переведя взгляд, я увидел как золотоволосая макушка, стояла в стороне окна.
Она плавно обернулась в мой бок, всем телом, опираясь на подоконник, и напряженно посмотрела на меня, щенячими глазами.
- Так ты раняя птичка? - спросила я, остро глядя на неё.
Выдержав мой взгляд она ответила:
- Мой режим немного сбился за последние несколько дней.
Её тон был даже дружелюбен, она вовсе не выглядила ненавистной мной. Я узнала что Нине наша гостя даже нравилась, и возможно она немного внесла свой вклад в восприятии Леваны на меня.
- Как твоя лодонь? - приближаясь к ней, она насторожилась.
- Уже заживает, порез не был глубоким.
Это была правда, Дамиано не стал резать ее как свинью, что так же доказывало о его воспоминаниях о сестре, и не жалении причинить Леване вреда.
- Это первый и последний порез сделаный Дамиано, ты больше не почувствуешь боль, по крайней мере физически.
- Почему? - спросила она с надеждой, приподнимая свои светлые брови.
- Потому что я так сказала. - грубо отрезала я, не желая показывать свою заинтересованость к ней. И в то же время прикусывая от этих слов язык. О черт. Я не хотела её обидеть, но и не хотела чтобы Левана думал о том, что я её спасение.
- Я узнала имя твоего брата, но до сих не знаю твоего. - её голос был мягким, и неуверенным. Черт. Возможно я её обидела.
- Киара. - резче чем хотелось, сказала я. - Меня зовут Каира.
- Могу я попросить тебя о чем-то Киара? - она замялась.
- Можешь. Но я думаю ты не глупая девочка, просить о вещах что-то вроде выгуливать по саду и дому.
- она облизала губы, и выглядила имено так словно об этом и хотела попросить.
- У вас есть книги?
- Книги? - переспросила я, поднимая брови.
- Да, мне нравится читать, и так я скоротаю время.
У нас не было ни единой книги, за исключением школьных Джо, которые он никогда не открывал. Все что нужно было перечитать, было на планшете, но конечно чтобы отдать его Леване, не могло идти и речи.
- Какие жанры предпочитаешь?
- Художественные, романы, исторические, и духовные.
Её выбор был очевиден, и олицетворяет ее природу. Она даже читает сказки, конец которых заканчивается всегда хорошо.
-Хорошо. Ближе к обеду ты их получишь.
- Спасибо тебе. - она благодарно мне улыбнулась, словно я ей подарила весь мир.
- Могу ли я задать вопрос?
- Ты уже задала вопрос.
- Второй вопрос?
- Ты задала второй вопрос.
Бормоча себе под нос, она закрыла глаза от скрытого раздражения.
- Как долго я буду здесь? - она всё таки неуверенно посмотрела мне в глаза, выдержав взгляд.
- Все зависит от твого мужа, и дяди.
- Зачем вы это делаете? - как можно жалче спросила она уже не в первый раз, гляда на меня своими оленями глазами.
- Не задавай подобных вопросов, это может кончится плохо.
- Ты же сказала что меня больше не заставят чувтовать боль. Не тронут меня.
- Можешь не сомневаться что это правда. Я человек слова Левана. Но будь внимательнее, я упомянула только Дамиано, а помимо него, есть я. Но и я вовсе не стану тебя трогать, не волнуйся. Просто будь внимательна к тому что слышишь.
Почему то, люди, так боятся боли на физическом уровне, не зная что помимо неё, есть так много аспектов. Которы могут робить тот сосуд чувств, и психики внтури.
- Что вы сделаете? - сглотнув она с испугом спросила.
- Если ты не будешь слушаться, я заставляю тебя смотреть как твои близкие люди причиняют себе боль, и это будет что-то не вроде оставить себе царапину. И помни, это будет из-за твоих же прихотей. Можешь не сомневаться что так оно и будет.
Она посмотрела на меня безумным взглядом, страх медленно поселился под её кожей, а серо голубые глаза начали блестеть от начинающихся слез, но она быстро посерьезнела вселяя в себя мужество.
Она была похожа на Симону, все так же показывала что она способна избежать слез, доказывая свою силу. Так же делала осторожные шаги, и задавала вопросы, ответы на которых не дадут ей уснуть, от беспокойства за семью. Я замечала некоторые сходства. Они оба покорны, мягки, и нуждающиеся в заботе.
- Разве я не слушаюсь? Ты часто упоминаешь об покорности, но каждый раз новые правила, и запреты.
- Полагаю нам потребуется несколько сеансов чтобы закрыть их всех.
- Зачем ты приходишь сюда ко мне? Зачем поощяраешь?
Вопросы которые привел меня в легкий ступор, и которые не имели ответов даже для меня. Левана была похожа на Симону, но все же они имели некоторые отличия.
Вместо ответа, я направилась к выходу игнорируя её хмурый взгляд, и взглянув на неё на последок, черед плечо.
- Нина пронесет книги. До встречи Левана.
Закрыв дверь, я опять вознуждалась в чертовой стряске. Эти эмоциональности изнемождали меня хуже тренировок. А вино кажется было самым верным решением.