7
Малфой нахмурился, еще раз вспоминая слова Тинки. Должно быть, эта дверь. Он так редко бывал в особняке на стороне комнат для прислуги, что до сих пор сомневался, тот ли это вход.
Драко зашел в небольшую комнатку, которая разительно отличалась интерьером от всех остальных и напоминала ему то странное помещение, где он нашел Грейнджер, забившуюся в угол кровати. Разве что здесь не было настолько холодно.
Возле кровати, стоящей под стеной, горела свеча. Свет падал на лицо ребенка. Даже во сне девчушка хмурилась, словно опасалась, несмотря на то, что детская припухлость щек должна была сглаживать отголоски страха в мимике. Тинки спрятала ее от глаз Астории и служанок, и Драко надеялся, что сделала все, чтобы... Эмма не капризничала.
Он склонился над ее кроватью и на секунду замер в неловкости, понимая, что понятия не имел, как себя вести. Через миг парень раздраженно отбросил от себя это липкое ощущение.
Драко положил руку на плечо девочки, которая так и уснула в платье. Видимо, Тинки не добилась от нее того, чтобы она сменила одежду, и, судя по странной позе, ребенок уснул, потому что его физически свалила усталость. И этого следовало ожидать. И он бы ожидал, если бы хоть когда-то взаимодействовал с детьми. Черт возьми.
Девочка закричала, и Драко зажал ей ладонью рот, оставив на виду только огромные карие глаза, полные страха.
– Салазар, – проговорил он сквозь зубы.
Драко, кажется, все еще слышал, как крик Эммы отскакивал от пустых стен комнаты. Он даже не наложил Оглохни. Блять.
– Я не причиню тебе вреда, – с расстановкой сказал Драко, смотря девочке в глаза.
Только молчи, мать твою. Дыхание девочки начало выравниваться.
– Но ты должна вести себя тихо, чтоб нас не услышали, ладно?
Он медленно отнял ладонь от лица девочки, и она села, оттолкнувшись пятками от матраса, и все равно сократила расстояние, как будто подсознательно.
Драко не мог ее в этом винить.
– Где моя мама? – спросила Эмма осипшим голосом.
– Я не знаю, – вздохнул Драко, не собираясь продолжать эту тему. – Но я уверен, где бы она ни находилась, она хотела бы, чтоб ты была в безопасности, поэтому тебе придется слушаться, и тогда я смогу тебе помочь.
Девочка моргала, внимательно смотря на Драко, она явно обдумывала его предложение так, словно у нее был выбор. Он ненавидел эти внезапно свалившиеся на голову проблемы. Но Макнейр не оставит это без внимания. Если Эмма все еще будет здесь, он доберется до нее и если не попытается выслужиться перед Лордом таким путем – постарается сломать воспоминание ребенка самостоятельно, – то явно посодействует бизнесу Амикуса.
Мышца на лице Драко дернулась от отвращения при этой мысли. Малфой посмотрел на время. Осталось несколько минут. Хорошо, что он пришел заранее.
– Меня убьют? – внезапно задала вопрос девочка.
Драко на миг стало искренне интересно, какие цепи мыслей посетили ее за эти пару секунд глубоких раздумий, почему она пришла к этому выводу. Он прищурился, смотря на нее.
– Наверняка убили бы, – ответил Драко.
Он хорошо помнил, как чувствовал запах лжи в детстве. Взрослые всегда недооценивали детей, пытались навешать им лапшу на уши. И ложь по ощущениям как амброзия – удушливо-четкая. Ты мог не успевать уловить нить, но ты точно чувствовал, словно приближалась аллергия.
– Из-за моих мамы и папы? – сглотнула Эмма, притягивая коленки к груди, и этот жест показался ему знакомым.
– Скорее, из-за того, где тебя приютили.
Драко едва удержался, чтобы не закатить глаза. Ебаный Орден.
Девочка уткнулась глазами в собственные колени и затем вздрогнула, когда услышала звук аппарации. Если бы Драко не знал, что она полукровка, то решил бы, что Эмма произошла от магглов, потому что малышка тут же вжалась спиной в стену в ужасе. Хотя такая реакция явно была обусловлена не аппарацией как таковой.
– Успокойся, – тут же произнес Малфой, хотя в его голосе не было мягкости. Скорее приказ. – Это друг.
Забини поднял брови, смотря на девочку. Прошла пара мгновений, после чего он сказал:
– Это проблемы, Малфой.
– Я знаю, – огрызнулся он и бросил на друга тяжелый взгляд, как бы говоря, что сейчас не время это выяснять.
Забини вздохнул, сделал шаг вперед и улыбнулся лучшей из своих обезоруживающих улыбок.
– Эй, привет, я Блейз.
Он протянул руку девочке, сохраняя достаточную дистанцию для того, чтобы его тень не падала на нее, но достаточно близкую, чтобы пожать руку не было проблемой. Забини словно проходил какие-то гребаные курсы.
– Я врач. Видишь, у меня даже кейс есть, – ухмыльнулся он, встряхнув его.
Эмма посмотрела на кейс, а потом снова на лицо Забини и осторожно протянула руку. Драко стало интересно, оказался ли кейс решающим моментом.
– Дело в том, что мне нужно сделать тебе одно зелье, – Забини присел рядом с кроватью.
Он медленно открыл чемоданчик. Блейз говорил размеренно, будто рассказывал историю.
– Ничего страшного, – тут же убедил он ее, подняв голову. – Это не больно.
Малфой увидел, как Блейз достал несколько флаконов и применил к ним магию.
– Оно должно быть настолько свежим? – спросил Драко, понимая, что иначе Забини пришел бы уже с готовым решением.
– Да, – протянул мулат, смешивая жидкости. – Оно усыпит ее на несколько минут и даст мозгу пространство для того, чтоб зелье подействовало как можно быстрее. Но ее естественная магия притупится.
– Разве это имеет смысл? У нее даже палочки нет, – нахмурился Малфой.
Эмма слушала их разговор.
– Нет, но природная магия детей достаточно сильна, она не имеет ярко выраженной формы, которую можно было бы концентрировать волшебной палочкой, но по нему вполне можно взять след, – ответил Блейз, не поднимая глаз.
Он потряс колбочкой, затем протянул ее Эмме и заговорил с ней:
– Ты выпьешь эту штуку, она на вкус не самая приятная, но и не самая неприятная, стоит сказать, – хмыкнул Забини. – Уснешь буквально на десять минут, а затем проснешься. Для тебя ничего не изменится.
– Я больше не смогу колдовать?
Драко теперь был уверен, что этому разговору не стоило касаться ее ушей. – Нет, это кратковременное зелье, – покачал головой Забини, улыбнувшись. – Через тридцать шесть часов твой организм восстановится и выведет все остатки этого вещества, восстановив естественный баланс. Но это нужно сделать, чтоб вывезти тебя в безопасности.
Ему показалось, что таким тоном Забини мог бы подвести заключенного под плаху, и тот бы послушно кивал. Девочка взяла флакон и проглотила зелье за три глотка. Она откашлялась, прежде чем ее веки еще несколько раз раскрылись. Забини успел привстать и подхватить ее за спину, чтобы девочка не стукнулась головой о стену, когда ее разум отключился.
– Думаешь, Макнейр просто забудет о ней? – Блейз перевел на Драко тяжелый взгляд.
– Скажу, что она не выдержала пыток, – отмахнулся он нарочито беспечно, но напряженность в его связках все равно была проворнее.
– Малфой... – начал Забини.
– Он в любом случае вернулся бы за ней, проверить, – огрызнулся Драко. – Она чертов ребенок, ее не просто убьют, а запытают, стараясь сломать естественную защиту разума, а тебе не захочется узнать, как пытают детей.
Блейз вздрогнул и повел плечами. Драко не стал давить. Это было из разряда того, что он сам хотел бы забыть.
– Или отправят к Амикусу, ты же знаешь, что он предпочитает помоложе, – произнес Драко по слогам.
Взгляд Блейза стал резче, и знакомая тень омерзения пробежала по лицу мулата.
– Какого хера ее вообще приволокли в мой дом? – раздраженно задал Драко риторический вопрос, зло посмотрев на девочку.
Это раздражало его. Заставляло сцеплять зубы и делало шаг тяжелее. Та часть него, которая не могла на это забить. Ему хотелось бы, чтобы Эмма была старше. Куда старше. Тогда было бы проще. Но ей было около восьми, она плакала и задавала слишком прямолинейные вопросы, и поэтому он не мог с этим справиться.
– Ненавижу детей, – выплюнул Драко.
Блейз вздохнул и перевел на девочку взгляд.
– Они бывают вполне милыми, – пожал он плечами и убрал волосинку с ресниц Эммы. – Я бы хотел себе дочь. Если бы все было... иначе.
Драко посмотрел на профиль друга в сомнениях.
– Дочь? – поднял брови Малфой. – Не представляю, как воспитывать дочь, – фыркнул он.
– У Гринграсс в роду первыми всегда рождаются девочки, – повел плечом мулат и поднялся на ноги. – Возможно, когда-то Астория забеременеет, и тебе придется узнать.
Малфой замер в ступоре, подумав о своей жене. О беременной Астории.
Он нахмурился, дернувшись.
– У меня не будет детей, – отрезал он.
Блейз промолчал.
Через миг раздался кашель. Малфой невербально зачаровал дверь Оглохни. Эмма наконец открыла глаза. Забини наложил на нее несколько обнаруживающих заклинаний. Драко мало что понимал в целебной магии, но даже ему было ясно, что показатели ровные, однако блеклые.
– Отлично, – кивнул Блейз. – Далеко? – повернулся он к Драко.
– Не то чтобы, – увильнул он от ответа.
Чем меньше людей знали о подробностях, тем лучше. Для их же безопасности.
Драко подошел к Эмме и посмотрел ей в глаза. Он даже не пытался выполнить трюк, который только что провернул Блейз – у него все равно бы не вышло выжать из себя столько участливости. И в этот момент ему показалось, что у Забини бы получилось. Он правда мог бы стать чудесным папой. Что у Драко не получилось бы ни в одной из реальностей. У него не было ни малейшего понятия, как быть достойным отцом.
– Сейчас нам нужно аппарировать. Ты уже делала это раньше?
– С мамой, – произнесла Эмма.
Драко зачем-то кивнул, будто это была дополнительная информация.
– Тогда встань и держись крепко за мою руку, не отпускай, ладно?
Эмма поднялась с постели и, поправив платье, осторожно сжала руку Драко влажной ладошкой.
– Дай мне знать, как вернешься, – велел Блейз, указывая на метку, спрятанную за длинным рукавом рубашки, прежде чем Драко кивнул, растворившись.
Да, он прикинул правильно. Они приземлились возле одного из портов. Парень повернул голову, проверяя ребенка, и ему захотелось хмыкнуть.
Восьмилетка перемещалась в пространстве лучше, чем Грейнджер.
– Черт, я... – Драко замялся.
Он пытался выудить из своего мозга образ детской одежды. Драко облачил девочку в ткань, но в итоге все равно получилось, что она оказалась одета в женское пальто, но гораздо меньшего размера. Нелепо.
– Ты спасаешь меня? – внезапно подняла голову Эмма, шагая рядом с ним. Малфой нахмурился и бросил на нее быстрый взгляд.
Ее манера к нему обращаться. Простая. Как будто он был ее знакомым или обычным человеком. Это странно. Странно чувствовалось. И, видимо, он слишком долго думал, потому что Эмма не выдержала и заговорила вновь.
– Мама всегда учила Колина помогать мне. Потому что так должны делать принцы. Вести себя по-джентльменски, – сказала она в ворот пальто.
Судя по тону, Драко догадался, что речь шла о ее брате, но расспрашивать совершенно точно не было хорошей идеей. Не то чтобы его это интересовало.
– Я не принц, – фыркнул он, покачав головой.
Драко просматривал названия яхт, пришвартованных у причала. Ему не хотелось использовать магию нарочно. Чем меньше следов, тем лучше.
– У тебя есть замок, – слегка возмущенно произнесла Эмма, словно это был очевидный аргумент. – И слуги... – продолжала Эмма, кажется, она почувствовала себя свободнее в открытом пространстве или у нее все еще был шок. – Принцесса? – она повернула к нему голову, щурясь от ветра.
Принцесса. Заголовки газет слишком сильно отпечатались в его голове, потому что ей это прозвище никак не подходило. Грейнджер не была гриффиндорской принцессой, Драко даже бесило это словосочетание. И разве принцессы не должны быть милыми? Хотя бы сносными. Но он вспоминал те истории, которые ему читала Нарцисса в детстве, и в них принцессы всегда были гордыми, сильными и до ужаса нетерпимыми, как будто это их обязанность – постоянно делать акцент на собственной важности. Но нигде не шла речь о том, что они должны быть невыносимыми.
– Мне не нужны принцессы, – фыркнул Драко, посмотрев на Эмму.
– Всем историям нужны, – обиженно нахмурилась девочка, перепрыгнув через камень, который явно не требовал таких усилий, но, видимо, ребенок слишком давно сидел взаперти, – чтобы благородные принцы в конце побеждали монстров и выбирали принцесс, – она расплылась в улыбке.
Он заметил нужное название яхты, выведенное бирюзовым цветом, что в освещении фонарей имело желтоватый оттенок.
– А что тогда выбирают принцессы? – спросил Драко.
Он присел на корточки, чтобы поправить ей это нелепое пальто. Возле воды ветер был беспощаден.
– Мир во всем мире! – радостно хлопнула Эмма в ладоши. – И благородных принцев!
Малфой хмыкнул, посмотрев ей в глаза.
– Тогда это не та сказка, – ответил он едва слышно.
Драко повернулся, увидев, как приближался Лука, знакомо похлопывая руками по старой заношенной куртке в поисках худших на свете сигарет.