Трофейᚒ

Для него это стало неожиданностью.
Собственная реакция на поведение жены, на ее грубое шипение на сына
Чон с трудом совладал с собой, чтобы не схватить жену за локоть и
заставить успокоиться, и не трогать
сына. Особенно на людях.
- Сону взволнован, дорогая. Давай оставим его с няней и пойдем перекусим.
Нам многое надо обсудить.
Мирно, с огромным усилием воли стараясь не сорваться.
- С няней? Какой еще няней? Вот эта... эта ....
- она подбирала слова, не забывая, что на нее устремлены глазки фотокамер, но так и не подобрала, - кто она такая? Пусть едет домой. Потом с ней поговорим. Я сама позабочусь о своем сыне. Пусть уходит. Ты обещал
не подбирать персонал без меня.
Повернулась к Нине:
- Ты свободна. Тебе потом позвонят.
Можешь Идти.
Но Сону намертво вцепился в ноги
Нины, так сильно впился, что маленькие пальчики посинели от напряжения.
- У меня заключен договор с сеньором
Чоном. И по контракту...
Чон словно читал во взгляде жены: «Да как ты смеешь, тварь ничтожная, мне возражать?"

- Мне плевать на ваш контракт. Отойди от моего сына. Сону, отойди от нее.
Сейчас же! Эта женщина с нами больше не будет. Она слишком наглая.
- Не повышайте на него голос - его это
нервирует.
Смело вмешалась Нина, и он ушам своим не поверил - кто-то реально перечит скандалистке? Кто-то не знает, что эта истеричка может впиться когтями в лицо.
- Вон пошла! - зашипела, отвернувшись от камер и вцепившись в
Нину взглядом полным презрения.
-Давай! Чтоб пятки сверкали! Или тебя больше ни в одном доме на работу не возьмут!

Сону весь затрясся и сильнее сжал ноги
Нины. Проклятые папарацци. Если бы не они, он бы уже разрулил эту ситуацию. Отправил бы жену домой, а с
сыном осталась бы Нина и увела его куда-то в парк. Но сейчас нельзя накалять обстановку, нельзя устраивать сцены. Заседание суда транслируется в интернете.
- Иди ко мне на руки! Быстро! - она все же сцапала Сону, но он заверезжал так громко, что у самого Чона заложило уши. Это было начало приступа... хотя он начался даже раньше, еще при первых странных нотах в ответном поведении мальчика на просьбы матери.
- Нинииии, Нинииииииии, - мальчик
тянул руки к няне, пока та шла вниз по лестнице, - Нинииииии!
- Тихо, Тихо я сказала!Хватит. Это плохая няня.
Мама найдет тебе другую. Успокойся.
Все будет хорошо. Смотри, твоя мамочка приехала.

Ho было уже поздно его успокаивать, как будто закрутился какой-то механизм, которым никто не может управлять. Он пронзительно закричал и ударил её.
Ударил так сильно, что раздался звук шлепка, а потом вцепился ей в волосы и изо всех сил потянул, дергая тугие локоны.
- Нини! Ты похая!- от неожиданности она выронила ребенка, тот упал, но тут же подскочил, а потом бросился прочь от нее к окну, перегнулся через подоконник:
- Нинииии...не уходи! Нинииии!
Прежде чем все поняли, что происходит, мальчик вылез в окно восьмого этажа и
стал на подоконник, и все это под объективами камер. От испуга у
Чона потемнело перед глазами, и сердце не просто сжалось, его скрутило, сдавило от понимания, что малыш на волосок от смерти и что он сам виноват
этом. Плевать на папарацци, плевать на суд. На все плевать. Надо было не позволить кй устроить сцену, не позволить отобрать мальчика у Нини, к которой у того какая-то патологическая любовь. Не поддающаяся объяснению и пониманию.
- Сынок, малыш, маленький мой. Идик папе

Протянул руки к сыну, но тот отрицательно качнул головой, и маленькая ножка скользнула по
подоконнику.
Снизу и сзади вскрикнули и охнули. А сам почувствовал, как у него отнимается все тело, как немеют руки и ноги, и кажется от боли крошатся даже кости.
-Двай папа возьмет тебя на руки, и мы поедем домой. К Нине. Давай, маленький. Ты же любишь папу?

- Ты похой!
- Да, малыш, да, я тоже плохой.
Согласен. Но если с тобой что-то случится, я не переживу. Папа любит тебя!

- Неееетъ!Ниниииии! любит Нини.

Качает головой, и глаза полны слез.
Маленькие ладошки с растопыренными пальчиками прижимаются к стене. Один неверный шаг, и он полетит вниз, где уже собралась толпа и с диким, извращенным любопытством смотрит на разыгрывающуюся вверху в здании суда
драму. Где-то вдалеке слышен вой скорых и полиции. Только их сейчас и не хватало. Сын всегда боялся громких звуков, и сирена может его напугать.
- Отойдите! Слышите? Отойдите!
Повернулся, дрожа от панического ужаса, от собственного бессилия, и встретился взглядом с Нины. В них упрек, ненависть и какое-то отчаянное выражение, как будто это она сама стоит там на подоконнике и вот-вот
сорвется в пропасть.
- Отойдите. Не трогайте его. Он вас не слышит! Вы не видите? Он напуган, он... как же вы все этого не видите?
Невольно попятился назад, и в груди все ломит, саднит от безумной надежды, что у нее получится, что она сможет то, что не смог он.
- Пожалуйстааа, - одними губами, с мольбой заглядывая ей в глаза.
-Достань его оттуда. Заклинаю. Молююю.
- Отойдите!
Посторонился, пропуская Нину. Она сняла туфли на каблуке и подошла к oкну
- Сону, можно Нини с тобой посидит?
Отрицательно качнул головой.
- Почему?
- Нини уша! Нини похая!
- Нет, Нини не ушла. Нини ходила в туалет и сразу вернулась.
- Нет!
- Ты разве видел меня внизу? Видишь? Я здесь, с тобой. Давай я залезу к тебе.
Можно?

Молчит. Не кивает ни отрицательно, ни положительно. Нина влезла на
подоконник и села, свесив ноги на улицу.
Теперь Чон видел ее спину,
длинные волосы, заплетенные в косу.
Сзади она была похожа на девочку.
- Что она делает?
- Она чокнутая? Они упадут вместе!
- Она подает идиотский пример мальчику!
- Уведите эту идиотку! Пусть переговорами с ребенком займётся профессионал. Тут нужен психолог.
Обернулся на толпу и посмотрел таким взглядом, что все тут же заткнулись. Он был готов свернуть шею любому, кто спугнет этот момент. Любому, кто может прямо или косвенно спугнуть сына и заставить прыгнуть или упасть.
- Помнишь, я рассказывала тебе сказку
про маленького принца,? Хочешь, я расскажу тебе что было дальше?

Сама она потихоньку двигается в сторону, по сантиметру.

Приблизилась еще на несколько сантиметров.

Сону посмотрел на Нину, и все затаили дыхание. Чонстиснул кулаки с такой силой, что все кости захрустели.
- Зачем она рассказывает ребенку какую-то дурацкую сказку? Уберите ее оттуда! Время идет! - голос жены
заставил заскрипеть зубами от раздражения.
- Тихо! - шикнул кто-то на
- Все правильно она делает. Завладела его вниманием. Он ее слушает.

Прошло время и она что то говоря  протянула руку и взялась за тонкое запястье сына

Протянула руки к Сону приглашая к себе в объятия. И.... это было так трогательно и неожиданно - уже через секунду сын сидел у нее на коленях и обнимал ее за шею.
Кто-то хотел было броситься сзади,
но
Чон со всей силы оттолкнул идиота, чтобы не приближался. Эта победа еще слишком хрупкая.
Нина крепко обняла его за тельце и прижала его голову к своей груди.
- А конец сказки я расскажу тебе дома.
Пусть папа снимет нас с подоконника, хорошо? А то Нина замерзла, и может заболеть, и тогда долго-долго не сможет приезжать к тебе
И Чон тут же подхватил женщину на руки вместе с сыном. Он с таким хрустом прижал обоих к себе, что на какие-то мгновения ему от боли стало нечем дышать. Стиснул их и зажмурился.
Сердце колотится где-то в глотке, и руки разжать не может.
Bce что-то кричат, хлопают, снимают видеокамеры. Отпустил Нину, но сына
забрать не смог, он крепко держался за шею няни и спрятал лицо у нее на груди.
Кто-то принёс теплый плед и накрыл
спинку мальчика.
- Сыноок! - закричала жена и хотела броситься к ребенку, ноЧон силой удержал ее за руку.
- Не сейчас. Пошли в машину.
- Эта женщина к нам домой не поедет!
- Поедет!
- Значит я поеду к матери! - истерические нотки и взгляд, полный болезненного эгоизма.
- Только попробуй сдвинуться с места, и я сверну тебе шею. Ты поедешь в морг, a не к матери. Быстро села в машину и заткнулась. Никаких скандалов! Только попробуй все испортить, и я все испорчу тебе самой!

-Сволочь! Я тебе это припомню!
- Дома поговорим! Пошла в машину!
A сам смотрит на Нину, которая стоит под прицелом папарацци и не знает, куда ей идти. Такая беззащитная, хрупкая с малышом на руках. И его невольно привлекают легкие поглаживания. Нина автоматически гладит Сонуи покачивает его. И у Чона диссонанс. Внутренний разрыв на части. Разве не должно быть иначе? Разве мать не она должна гладить ребенка по голове и
успокаивать?
он обратился к секретарю
- отвези её домой, а я поеду с сыном.
- Нет! Ты отвезешь меня домой! А С НИМИ ПУСТЬ ЕДЕТ Он!
- Послушай меня, на нас смотрят камеры! Не время для истерик и эгоизма!
Пошла в машину. Без истерик. Сейчас же, или я за себя не ручаюсь!
А сам пошел  с сыном и Ниной к машине
У него было идиотское чувство, что он не знает, как правильно к ней подступиться, что именно сказать. Все какое-то пустое по
сравнению с тем, что эта маленькая женщина сделала сегодня.
- Давай я его понесу. Тебе тяжело.
- Нет....не надо. Он проснется. Он сильно перенервничал и уснул.
С беспокойством смотрит на ребенка,
нежно поглаживая спинку и волосы на затылке. Какого черта родная мать не может так же относиться к их сыну?
Какого черта чужая женщина проявляет больше заботы и....

- Если бы не ты...
Вскинула голову, когда он так ее назвал.
- Если бы не ты...То он.... не хочу говорить это вслух. Спасибо... Проси, что угодно. Я дам все, что захочешь за спасение Жизни моего сына!
- Жизнь вашего сына бесценна. А мне ничего не надо!

Дома***
Сону уснул не сразу, он долго был в возбужденном состоянии, то смеялся, То плакал. Я укачала его на руках, как младенца. Мы завернулись в огромное одеяло вместе, и я читала ему книгу, пока он не заснул у меня на груди. Это был наш маленький мир. В этой детской комнате, где за закрытыми дверьми я чувствовала себя его матерью. Пока эта самая дверь не открылась, и жена не показалась на пороге в шелковом длинном халате с
распущенными блестящими волосами

- Уложила? А теперь идем поговори

Ее тон не терпел возражений, а я боролась с внутренним желанием вцепиться ей в лицо и расцарапать его До мяса.
Осторожно положила его на кровать, укрыла и вышла из комнаты.
- Я заплачу за полгода вперед. Собирай свои манатки и проваливай.
- У меня заключен договор.
- Да плевала я на ваш договор. Я здесь хозяйка. Это мой сын, мой дом. Я хочу, чтоб ты убралась вон!
Меня ослепило на какие-то мгновения, на доли секунд. Я могла именно сейчас водраться ей в волосы и бить ее лицом о стенку. Долго. Сильно. Пока не превратится в кровавую кашу.
- Что ты смотришь на меня? В этом доме я нанимаю прислугу. И ты мне не подходишь

Держать себя в руках. Держать изо всех сил. Я должна.
- Почему? Ваш.... сын прекрасно ладит со мной, он меня слушается.
- Ты мне не нравишься! И мне неинтересно, что там ему нравится
Ты не подходишь мне! Мой сын не
пытался спрыгнуть с окна до твоего появления! У него не было таких сильных рецидивов. А с тобой он как невменяемый. Мне одного взгляда достаточно, чтобы понять, как себя чувствует мой мальчик.

Чон как раз поднялся по лестнице.
- В чем дело?
- Она не может оставаться в этом доме!
Моему сыну с ней только хуже. Ты разве не видишь? Он не в себе. Он не подпуси меня, не идет к тебе! Она что-то делает с нашим сыном!
- Может! И останется! Я так решил!Ему с ней хорошо! Хочешь устроить истерику - устраивай ее мне!
- Значит отсюда уйду я!
Схватил ее под локоть и дернул к себе. А у меня от этого прикосновения искры из глаз посыпались. Болью все тело свело, как судорогой. Как будто мне душу наизнанку в этот момент выкрутили.
- Не уйдешь. Шагу больше отсюда не сделаешь.
- Будешь насильно держать?
Бросилась к нему на шею, впилась губами в его губы при мне, и я свою губу закусила с такой силой, что показалось кровь мне в рот хлынула, наполнилось горло солью и горечью, когда за ними дверь спальни закрылась.

-Давай, держи меня насильно, только возьми меня.... слышишь, Чон?!!
Выдери, как последнюю шлюху!
Заткнула уши руками. Прислонилась к стене, закрывая глаза, стискивая пальцы в кулаки. Нельзя взрываться, надо терпеть, надо взять себя в руки. У меня есть план, есть юристы, которые потом помогут вернуть ребенка. Но для этого я должна уничтожить их.... и мне нельзя терять эту работу.
Только внутри все переворачивалось от боли и обиды, внутри все жгло, как кислотой серной. Схватила сотовый и набрала нужный номер.
- Я хочу, чтоб вы это сделали сегодня.
He через неделю, как мы планировали!
- Вы уверены? Слушание еще не закрыто.
- Уверена. Пусть считает, что он победил.
Отключила звонок и выдохнула, стараясь унять злость и взять себя в руки. В это время пришла смска.
Отшвырнула сотовый и закрыла лицо руками. Я начинаю запутываться, начинаю балансировать на тонкой грани между настоящей и вымышленной жизнью. Нина, которую я придумала, она иногда вытесняет Лису. Она берет все в свои руки и.... она влюблена в проклятого
Чона так же, как и Лиса.Только не ревность, только не это дикое и мерзкое чувство, от которого трясло все тело и хотелось завыть, представляя, что они там делают в этой спальне.
Представлять, как он ее...

Мне казалось, что я надломилась, что я треснула по склеенным швам, и сейчас из меня трухой высыплется начинка из боли и отчаяния, из страха и дикого одиночества.
Я рыдала в ванной, открутив воду на полную мощность. Рыдала так, что
казалось все мое тело разорвется на куски. Меня давно так не трясло. Я переоценила себя. Я возомнила о себе то, чем никогда не была. Нет, я не сильная, железная женщина, которая пришла мстить с холодной головой. Я слабая, сломленная девочка, которая
попалась в свои же сети и теперь стонет
от боли, которую сама же себе и причинила. Годы я готовилась к этому,
годы репетировала, учила языки, училась быть иным человеком, наращивала панцирь и что? А ничего... я так же уязвима, я так же бессильна, как и раньше.