Индейцы

В детях рай,
Но в них и все пороки,
Мария Цветаева

Пролог

Дорогой читатель, я расскажу тебе всю историю, со всеми её ужасными подробностями. Постарайся понять это не попытка оправдаться или сбросить груз, а желание донести мораль и не отдать забвению события тех лет.

...
Июнь. Начало каникул. Солнце в это время рано встает и поздно садиться. Ты уже успел забыть про школу, но еще только начинаешь наслаждаться летними деньками. И как говориться только «входишь во вкус». Но мы с первого дня каникул знали, что будем делать.
Еще в апрели мы нашли замечательное место для игр в индейцев. Мы жили на окраине города в обыкновенных хрущевках. Если отойти к северу от дворов, то вы обязательно выйдете к заброшенным складам, а прямо за ними река. Все местные ходили туда купаться. Но если идти вдоль берега, то можно набрести на полянку. Никто сюда не ходил, и мы могли устроить здесь самое настоящее племя индейцев.
Две недели мы готовились. Сначала нужно было каждому найти себе удочку, ведь индеец должен уметь добывать себе еды. Следующим шагом было смастерить шалаши. Как у индейцев! Непременно из веток и полотна. Вовка Фысь стащил у матери простыню. И хотя потом Вовке попало он был невероятно горд собой. Конечно, ветки и бечевку достать было проще пареной репы. Мы запаслись едой и одеждой.
Оставалось только одно - собрать ребят. Очень не хотелось, чтобы много людей знало про наше тайное место и поэтому мы молчали. Но от Женьки Рыжухи ничего нельзя было скрыть. Она знала буквально все новости, сплетни и подробности каждого местного. При виде нашей компании она задирала свой курносый нос, откидывала назад свои пышные ярко рыжие волосы и с взглядом напыщенного безразличия спрашивала: «Куда направляетесь, мальчики?».
Конечно, при её внешности она должна была стать предметом вечных насмешек со стороны таких как мы, но именно её характер, привычка совать свой нос в чужие дела стало причиной что мальчики её не обижали, а скорее опасались, ведь она сама кого угодно могла обидеть. Так что нам пришлось её взять, хотя я был даже рад. Женька была нашим другом.
Под словом «мы» я говорю о нашей компании. А именно о Вовке Фысе, Кирилле Электронике, Денисе Краснове и обо мне - Паше Зубове.
Денис был старшим, его мы слушали. Он был высоким и сильным, уже имел подростковые прыщи, но лицо еще не потеряло детское выражение. Свои светлые волосы он коротко стриг или прятал под головными уборами, наверное, стыдился. В карих глазах будто засела вечная злоба и обида на весь мир. Даже когда смеялся он выглядел как садист, а не как счастливый мальчик.
А Вовке Фысе я уже говорил, но не упомянул о его странном прозвище. До того, как Вовка пошел в школу он был ужас какой картавый. Его с трудом можно было понять, но потом у него еще и выпал зуб и его речи стали совсем неразборчивыми. И тогда кто-то придумал ему эту кличку. Низкий рост и смуглая кожа превратили его в самого настоящего гнома, но не стоило его недооценивать. Родители отдали маленького сынишку на бокс, так что его стали боятся сначала вся малышня, а потом и ребята постарше, но прозвище осталось.
Кирилл Электроник был фигурой исключительной в нашей команде. Он не был похож на хулигана, как мы. В школе был самым обыкновенным ботаником. Копна светлых волос обрамляла маленькое овальное лицо, очки похожие на иллюминаторы. Электроником его стали называть после того как он сам дома собрал приемник.
Ну и я. Что обо мне говорить? Я был таким же как и они.
Нас было четверо, мы учились в шестом классе, мы были детьми.
Еще мы взяли с собой Сашу с другого двора. Он был из бедной семьи и воровал, много времени проводил на улице и, наверное, поэтому его уважали. Его внешность была самой обыкновенной для таких мальчуганов: короткая стрижка, пара голубых пучеглазых глаз и вечно грязное лицо, ну, а руки будто в саже.
14 июня 1996 года все было готово к игре