Лунный кот

Та же ночь.

Перед собой Надя видела его. Тот, кого она так любила. Тот, кого так желала. Тот, с кем улыбалась. Тот, кто забрал всю радость с собой. Она бы соврала, если бы сказала, что не хотела его видеть. Но это было сложно, больно, тяжело. Всё вокруг словно размылось и только его взбаламученный силуэт ярко виднелся в её глазах.
- Я должна закрыть двери и оставить тебя тут одного. - робко, словно маленькая девочка, которая осталась дома без родителей, произносит девушка, при этом вкоренившись в лесные глаза мужчины.
- Но я не могу.
Пускай она покажется слабой. Пускай в ней нет гордости. Но закрыть перед ним дверь она просто не могла. Как она это сделает, если, всё о чем мечтала последние время это как он приходит к ней. Как он так же, как и сейчас, стоит и прожигает её своим взглядом.
- Я не могу больше делать вид, что мне всё равно. - Валера же полностью игнорировал сказанную ему фразу. Он готовился. Готовился сегодня весь день. Вчера. Позавчера. И все те дни, когда оставался наедине с собой. Да. Пускай Надя и сделала ему больно, и воткнула нож в спину. Но он ничего не мог поделать с чувствами, что до сих пор испытывал к ней. Да и вряд ли они когда-то пройдут. Ему казалось, что он сходит с ума. Одному в квартире было просто не выносимо находится. Всё косвенно напоминало о ней. Не говоря уже о том белом рояле в третьей комнате.
- Я могу зайти?
- Нет. - больше всего сейчас девушка боялась остаться с ним наедине, так еще и в закрытом пространстве. Его она не боялась. Надя боялась, что оставшись так близко к нему, она потеряет последний здравый ум и просто обессиленной упадет в его руки.
- Без проблем. Я буду говорить здесь. - пожимая плечами, Валера был согласен на любое обстоятельство, лишь бы она его выслушала. Было всё равно, что его могут услышать. Главное, что услышит она.
- Не нужно ничего говорить. Ты уже всё сказал, или тебе есть, что добавить? - Надя сама от себя не ожидала, как все те тоскующие чувства, резко сменились на чувства злости. За всё это время, она ни разу не испытывала к нему ни злость, ни ярость, только обиду и тоску. Сейчас же, встретив его впервые после того злосчастного вторника, она наполнилась новыми эмоциями.
- Дай мне хотя бы объясниться....
- А ты дал мне объяснится? Что сделал ты, когда я пыталась тебе всё объяснить? - и пускай она упустила тот момент, что тогда в подвале, Надя словно воды в рот набрала. Это ничего бы не изменило. Он её не слушал. Просто ушел.
- А что было еще слушать? То, что ты поповская дочь? То, что ты уже занята другим? - каждый раз вспоминая эти факты, Валера заводился как в первый раз. Даже сейчас, когда он был готов упасть на колени, он не смог ничего с собой поделать, когда начинал повышать голос.
- И что? Я теперь не человек? - абсолютно обессилено, девушка проговорила эта так тихо, как могла. - Я не выбирала в какой семье мне родится. И если, это причина отвернутся от меня - то уходи.
- Я не уйду. - остывая, и сам Валера понизил тон своего голоса. Ему было стыдно, что он так осудил свою любимую. Что он так поступил. - Больше не уйду.
- Валера, я так не могу. Я не смогу каждый раз ощущать эту пустоту снова и снова. Я не смогу пройти через это снова. - опустив голову, Надя всё так же держалась за входную дверь. Она пыталась в это экстренное время обдумать всё выше сказанное и что-то решить. - Я не железная.
- Мышка, это я не смог. Не смог без тебя. Я думал, что это легко - выкинуть тебя из головы. Но это не возможно. Я повсюду слышу твой голос. Я повсюду пытаюсь найти тебя глазами. Хоть мельком уловить твой силуэт, твой образ. Но не находя ничего из этого, я слово обезумел.
- Пожалуйста, прекрати. - с каждым его словом, она сдавалась все сильнее. Её границы, стены, что так тщательно она выставила сквозь слезы и боль, рушились. Рушились только его словами.
- Я не знаю, что тогда было со мной. Когда Вера сказала мне, что для тебя уже есть пара, я просто выключил мозги. Я был словно в другом мире, не видя и слыша ничего вокруг. Я не чувствовала, как твои слезы разбивают мне сердце, как твой плач очерняет мою душу. И только когда я остался один, без водки и без тебя, я почувствовал все то, что заглушала ярость и бутылка. Я ощутил на себе каждую твою слезинку, каждый твой децибел голоса, каждый твой тяжелый вздох. Я просто не мог нигде спрятаться, убежать от этого. Твои крики преследовали меня везде. Твой измученный вид снился мне во снах и я просто перестал спать. Господи, мне так стыдно. - взявшись за голову, Валера простонал, оттягивая свои волосы ладонями. Как долго он пытался врать себе. Как долго он пытался врать окружающим, друзьям. Но это и есть его карма - Надя. Зависимость от этой девушки и есть его расплата за все содеянные грехи.
- Как ты думаешь, я смогу быть счастлива с другим? - неожиданный вопрос девушки, заставляет Валеру поднять на неё его мокрые глаза и нахмурить брови.
- Никогда. - и он был прав. Она никогда не будет счастлива с другим, так как была счастлива с ним. И пусть это убивающая любовь. И пусть это любовь с ножами.
- Мне было трудно тебя не ждать, не отходя от двери. - наконец оторвав свою руку от двери, Надя делает пару шагов назад, молча показывая ему, на то, что она отступает. - За это можно всё отдать.
Она с каждой секундой открывала ему своё израненное сердце, запуская мужчину туда вновь. Хотя вряд ли он вообще покидал это место. Она не могла противиться ему. Надя понимала, что она слабая, что она не сможет быть сильной рядом с ним. Но не могла ничего поделать с этим.
- Я не ненавижу тебя так, как должна. - пристально наблюдая, как Валера входит в её квартиру и закрывает за собой дверь. Её голос рвался на дне гортани и все, что она могла - почти шепотом говорить.
- Твоя ненависть не помешала моей любви. - аккуратно подойдя к любимой, мужчина просто боялся сделать какое-либо движение, сделать что-то не то. Поэтому они и стоялом друг перед другом, ночью, в пустой квартире.

‼️ Следующий текст имеет подробное описание постельных сцен. 18+ ‼️

Надины глаза находят мужские и они смотрят друг на друга, тяжело дыша. Так много слов остались невысказанными. Но все это отошло на задний план. Испытывая совершенно новое тепло внутри себя, девушка, удивляя саму себя, берет мужское лицо в свои ладони и страстно целует его губы. Он же врезается в поцелуй, в таком собственническом и страстном, что сердце обоих делает кувырок.
Валера долго не заставляет себя ждать и уже через мгновение он обхватывает пышное тело руками и притягивает его как можно ближе к себе. А его горячий язык проникает между девичьих губ и сотрясает восхитительными движениями. Только девичий приторный аромат уже задурманивает его голову и волна наслаждения накатила с безумной скоростью. Надины виски пульсируют в унисон с безумным сердцем. И они оба не могут нарадоваться вкусом этого поцелуя.  Мужской язык находит девичий и они переплетаются, сливаясь воедино.
Валера бы мог целовать эту девушку часами и этого было бы недостаточно. Он мог бы целовать её до тех пор пока не задохнется, ведь прерываться ради глотка воздуха, он никогда не захочет.
Со стороны они казались дикими. Словно животные, которые не могли остановится.
- Мышка, что ты делаешь? - Валера заметил, как Надя убрала свои руки и стала развязывать ремень своего махрового халата. Если она продолжит в том же духе, он просто больше не сможет держаться.
- Я хочу быть с тобой. - Надя была словно в дурмане. Она сама не понимала, что делает. Но точно знала, что именно этого сейчас и хочет. - Стань моим первым и единственным.
И теперь у мужчины окончательно срывает крышу. Он помогает девушке откинуть от себя халат и одним движением, поднимает Надю так, что б её ноги обвили мужской торс. Вздох девушки, который она издаёт от неожиданности, кажется Валере самым сладким, самым приятным из всех тех, что она могла бы издать. Теперь она осталась перед ним в одной майке и белых хлопковых трусах, что так и говорили о её невинности.
Совершенно не смотря по сторонам, или куда-либо, они снова соприкасаются губами в горячем поцелуе. Делая широкие шаги, мужчина открывает двери первой попавшейся спальни на его пути.
- Это не моя. - всё, что успевает сказать Надя.
- Блять. - почти в полной темноте, с девушкой на руках, Валера наощупь прокрадывается в нужную комнату. Его член уже пульсирует, не желая ослабевать. Вместе с ним, пульс бьется и в голове. Ткань джинсов натягивается в зоне паха, подчеркивая каждый изгиб и линию.
Её грудь поднимается и опускается с каждым вздохом. Через ткань футболки, он чувствует как её соски твердеют. Она стонет и хнычет, прижимаясь к нему, а вершинки грудей касаются его так невыносимо соблазнительно, что это заставляет мужчину громко застонать.
Кое-как очутившись в спальне, Валера аккуратно кладет девушку на кровать, сопровождая это нежным поцелуем.
- Точно? - всматриваясь в излюбленное лицо, которое освящается лишь светом луны, мужчина искал хоть долю сомнения, намека на то, что им нужно остановиться. Но её глаза горели диким огнем и никакого сомнения там было даже не видно.
- Я делаю то, в чём уверена и что хочу. - робко улыбнувшись, Надя схватилась рукой за край голубой майки и медленно стянула её с себя.
Каждый сантиметр её пышного, обнаженного тела выжжен в его сознании. Она прекраснее, чем он мог себе представить. Валера смотри на её обнаженную грудь, его глаза жадно впиваются в идеальные изгибы. Мужское сердце колотится от желания и тот факт, что он видит Надю обнаженной - вызывает головокружение. Не смотря на тусклый свет, он видит всё, замечает всё. Даже родинку под левой грудью.
Не теряя времени, он опустил свой горячий рот на затвердевший сосок девушки, пробуя на вкус кожу. Первый громкий стон сорвался с девичих губ и она полностью откинулась на кровать. Проводя языком вдоль горошины, мужчина то и успевал улавливать Надин голос. Накрыв рукой вторую грудь и вовсе потерялся.
Мир застыл, казалось, навсегда. Пока они были в этой спальне.
С каждым нежным поцелуем, её бедра поднимались и горячий жар соприкасался с его телом.
С него хватит. Он аккуратно стягивает последний кусок ткани с тела девушки и трусы падают на пол. Наконец-то она полностью обнажена перед ним и, Боже, это самое красивое, что он когда-либо видел. Она самая сексуальная девушка, которую он когда-либо держал в свои руках. И то, что он первый - только сильнее возбуждало его. Её соски едва заметны, почти такого же цвета как и загорелая кожа. Эти крошечные бутоны сморщиваются от его пристального взгляда, от ночного холода, что гуляет по комнате. Они влажны, после его недавнего прикосновения к ним. Между ног, все так, как он и представлял: под темными волосками, она вся розовая, с мягкими линиями и изгибами, к которым так и хотелось прикоснуться адской силой. И можно было смело сказать, что Надя возбуждена так же, как и он. Клитор был у же набухшим и так и просил прикосновения. Она смущена, но девичье обнаженное тело так и манило Валеру.
- У меня с собой ничего нет. - его голос так и рушился на их идиллию. Собираясь впопыхах , он даже и не думал, что его, возможно и неудачный разговор, закончится так. Так сладко. Поэтому о наличии защиты даже речи не шло.
- Тогда позволь этому случится. - шепчет Надя, запуская пальцы в его растрепанные, влажные волосы. Её глаза безумны, лихорадочны. Кружится голова. Дыхание выходит поверхностным. Она не в себе. Она безумна.
Девичий голос сладок, как сахар, когда она просовывает дрожащую руку между телами и находят его джинсы, растягивая молнию.
Надя тихо смеется, когда он целует в её шею, оставляя свои багровые следы, помечая её. Он отвлекает её, от поспешных действий. Её нужно подготовить, нужно расслабить. Он заставляет себя быть хорошим парней. Это то, что ей сейчас нужно. Но её тихий смех плавно переходит в стоны, как только мужские пальцы находят путь между девичий ног. Валера видит, как она вздрагивает от удовольствия, когда он впервые касается её клитора, чувствуя её горячий, тугой жар. Она же, словно в дурмане, хочет почувствовать эти пальцы внутри, ощутить их движение, ощутить то удовольствие о котором так часто говорят, пока окончательно не потемнеет в глазах. Но он только гладит её, дразнит, пока она просит большего, пока ни один из них не сможет больше выносить эту пытку.
Вокруг них так и веяло возбуждением и желанием.
Надины глаза всё так же полузакрыты, когда она тянется к расстегнутым джинсам и отодвигает мужские трусы, освобождая твердый член. Он выглядит болезненно возбужденным, словно вся кровь, что находилась в мужчине, была именно в паху. Валера стонет и закрывает глаза, когда она ахает от собственного наслаждения, едва успевая обхватить пальцами толстую головку, которая влажна от его собственной смазки. Надя не торопится и это убивает его. Но если смерть такая, он хотел бы, что б она делала это каждую секунду каждого дня.
Он сдерживался так чертовски долго. Слишком долго. И он больше не может продержатся и секунды, не чувствуя, как её напряженность сжимает его, обволакивает его. Слегка отдалившись от девушки, сопровождая все его действия девичьим мучительным вздохом, Валера, как никогда быстро, стягивает с себя футболку и опустил джинсы вместе с трусами, откидывая их подальше.
Теперь уже и Надя смогла рассмотреть его подкаченное, мясистое тело. Облизав губу, она стала плавно опускать свой взгляд с груди, пока не добралась до выпирающего, стоячего члена. Теперь она могла лучше рассмотреть набухшие вены по всей длине. Как он слегка подергивался. Как он болезненно набух, а на кончике виднелись капли смазки. Прикусив изгиб указательного пальца, она только и представляла как он будет ощущаться в ней, как будет заполнять её, как будет вколачивать её.
- Помоги мне добраться. - нависая над Надей, Валера улыбается и берет ее дрожащую руку. Нежно поцеловав пальцы, он кладет её ладонь на свой член. Он старается быть нежным, старается дать ей больше свободы, больше выбора. Она же, со всей смелостью, обхватила всю его ширину и стала слегка поглаживать по всей длине. Под ней вся его плоть была раскаленная, она чувствовала, как каждый раз от движения её руки, он дергался, а вены пульсировали. Услышав одобрительный и манящий мужской стон, Надя улыбнулась. Всё же, пустая болтовня Люды ей таки пригодилась.
На секунду, девушка выглядит смущенно, но следующее, что он помнит, как она трется кончиком его члена об свой клитор и сладко стонет от удовольствия. Однако, Надя делала всё неспешно. Как бы она не старалась, в каждом её движении чувствовалась неопытность и робость. Но это никак не смущало Валеру.
Прерывистыми движениями, девушка стала опускать мужской член к её входу, посмотрев на мужчину широко открытыми глазами. Всё внутри натянулось тонкой струной. Жар уже было невозможно игнорировать. Пульсирующий клитор так и просил о продолжении. В глазах дикое желание было вперемешку с диким страхом.
А потом плотина прорвалась, и Валера больше не смог сдерживаться. Он толкнулся в неё. И знает, что это было слишком грубо, знает, что это может быть больно, но он больше не мог себя останавливать.
- Аааах! - Надя визжит под ним, когда он толкается в неё и она задыхается, задыхается, и задыхается.
- Тебе больно? - прерывисто спрашивает он об этом, между вспышками удовольствия. Его член никогда не чувствовал себя так хорошо. Он никогда не был в более узком проходе. Его удовольствие почти не выносимо, что заставляет видеть пятна перед глазами, когда он медленно, но безжалостно, погружался в складки своей любимой. - Скажи мне: это больно, мышка?
- ДА! - девушка просто кричала. - Я так сильно тебя ощущаю, но это так больно.
Кто б мог подумать, что Надя будет падка к боли. Но чем сильнее Валера прижимался бедрами к её извивающемуся телу, тем громче она со стоном выкрикивала его имя. В её голосе было чистое отчаяние, сочащееся первобытной потребностью отдаться ему, позволить забрать всё, что она копила все эти годы......для него.
Валера же не останавливается, а лишь толкается глубже в нее, пока Надя хватала ртом воздух, дико сжимая простынь под своими руками. Она стонет, откидывав голову назад, когда он снова и снова проникает в неё. Она невероятно, до боли тугая, но ему это безумно нравится. Мужчина начинает раскачивать свои бедра вперед, безжалостно вгоняя всю свою длину. Он обхватил её грудь ладонью и проглотил очередной ни то стон, ни то крик, слегка щипнув, при этом за сосок.
Он чувствовал, как Надя прижимается к нему, когда Валера проводит по девичьему телу, исследуя руками каждый участок. А звук её стонов и ощущение того, как она бьется об него, окончательно сводит его с ума. Её бедра вздымаются вверх, и он ощущает, как проникает в самую бархатную сердцевину, а самый жар, когда Надя вскрикивает от удовольствия и боли.
- Не останавливайся. - её крик больше походили на молитву, чем на просьбу.
- Ни за что на свете. - он даже не думал об этом. Его разум был слишком сосредоточен на скольжении её сердцевины вокруг набухшего члена. На том, как она сжимала его. На огне, которое она зажгла в основании его позвоночника, и удовольствии, которое он почувствовал во всем теле. У него был контроль. И никто не посмеет отнять это у него.
Наде требуется некоторое время, что бы привыкнуть к этому. Валера же так умопомрачительно увлечен её крепкой хваткой, что едва замечает тихие девичьи всхлипы. Её тугое влагалище не только держит его член в тисках, но и захватывает весь его безумный разум. Сейчас он не может думать ни о чем другом, кроме как трахать её, снова и снова вгоняя в неё свой член. Он уже зависим. Сильнее, чем был до этого, хотя казалось, что это невозможно. Валера должен был понять, что один вкус Нади сведет его с ума, требуя всё большего и большего от её невинного, целомудренного тела.
Девушка выгибает спину для него, требуя большего, и его руки скользят под неё, притягивая ближе, когда он выдыхает её имя. Его член твердеет до такой степени, что вот-вот лопнет. И Надя, похоже, тоже.
- Пожалуйста, пожалуйста. - кричала Надя мужчине в губы, каждый раз отчаяннее предыдущего, пока всё её тело не напряглось, глаза не закрылись, а губы не приоткрылись. Она прижалась к Валере и застонала во время своего оргазма.
- Ты восхитительна. - проводя полоску влажных поцелуев между грудей, он полностью восхищаясь ею в этот момент.
И это разожгло его собственный, когда он уткнулся головой в девичью грудь, ускоряя интенсивность толчков.
Он кончает в неё, когда она выкрикивает его имя, полностью теряясь в удовольствии которое пронзало его.
Валера так устал, что готов рухнуть рядом с ней, но он целует Надю еще раз, наслаждаясь её вкусом, её прерывистым дыханием. Он медленно вытаскивает свой член, пока она хнычет. Его сперма пачкает всю простынь, вместе с девственной кровью. Господи, какой же беспорядок они устроили.....Но какой это прекрасный беспорядок. Надя прижилась к мужчине, все еще дрожа от оргазма и ощущая жгучую боль между ног. Валера на секунду закрыл глаза, благодаря Бога, что сделал это возможным для него. Что подарил ему её. Что отдам ему её. Девушка целует его нежно, но так же страстно, как будто он всё для неё. Хотя возможно это так и было.
- Насколько сильно это больно? - тихо спрашивает мужчина, прерывая их поцелуй, когда Надя лежит его в объятиях. Девичья голова покоится на его плече, а пальцы кружат по голой мужской коже. Ему было действительно важно знать, хотя и понимал, что нежным не был.
- Сильно. - смотря прямо в зеленые глаза, девушка ответила с дьявольской усмешкой на устах. Увидев бы её кто-то сейчас, никогда бы не сказали, с какой семьи она пришла. Но может именно сейчас её барьер и рухнул? Может именно сегодня ночью, она сняла с себя свои оковы? - Но мне было хорошо, Валер. Это всегда так больно?
- Нет, мышка. Не всегда. - Валера лишь мягко улыбнулся от её невинности. - В следующий раз будет лучше.
И лишь от одного представления в своей голове следующего раза, его член снова твердеет.
Эти двое так и заснули: голые, потные, счастливые. Никогда в жизни им еще не было так хорошо, так спокойно. Рядом с друг другом они нашли свой дом.