Глава 10
Меня разбудил шорох. Я открыла глаза и обвела просторную палату полусонным взглядом.
- Доброе утро, - улыбнулась светловолосая девушка в одежде медсестры. - Как вы себя чувствуете?
- Хочу умереть, - подумала я, но вслух:
- Где моя дочь?
- Скоро ее принесут. С ней все в порядке. А вам пора вставать.
- Вставать? - в ужасе переспросила я. Мне даже просто пошевелиться больно.
- Да. Чтобы избежать последствий операций. Если долго лежать, могут появиться спайки. А они вам совсем ни к чему. Сейчас я помогу вам надеть бандаж. С ним будет легче.
Эластичный пояс туго стянул живот.
- Давайте я вам помогу сесть, - медсестра, которую, как выяснилось звали Ирина, протянула мне руки. - Держитесь.
Мне показалось, что внутренности сейчас выпадут на пол. А от боли дажe в глазах потемнело.
- Это пройдет. Сейчас я сделаю вам обезболивающий укол. Дальше будет легче.
Уже уходя, она добавила:
- Скоро принесут завтрак.
Я совсем не хотела есть. Я жить не хотела. Зазвонил телефон. Он лежал на тумбочки, до которой было подать рукой, но в моем состоянии между нами были километры. Каждое движение отдавалось адской болью внизу живота. Я боялась, что шов может разойтись.
- Алло, - ответила, отдышавшись после приступа.
- Рита? - удивилась Лера. - С тобой все в порядке?
- Нет, я в больнице.
- Что случилось? - тут же
испугалась подруга.
- Вчера мне сделали кесарево.
- О Боже! Рита, ты как? Почему так рано?
Я с трудом сдерживала слезы.
- Так получилось, - дышала глубоко.
- Все в порядке? Как ребенок?
- Я ее еще не видела, но говорят, она в порядке.
- Я сейчас же к тебе приеду. Почему ты не позвонила сразу?
- Мне как-то было не до этого.
- Я уже еду, - бросила она в трубку и отключилась.
Я попыталась встать, но не тут-то было.
- Так, так, так, не спешите, - вошла медсестра. - А откуда слезы? Все же хорошо закончилось. Кивнула, не желая вдаваться в подробности.
Ирина помогла мне дойти до
ванной и привести себя в порядок. Выглядела я, мягко говоря, ужасно. Спутанные волосы, черные круги под глазами, пересохшие губы. И живот... Он никуда не делся.
- Он уйдет, но не сразу, - рассмеялась Ирина. - Придется потерпеть.
Я снова легла уже в чистую постель, которую успели сменить.
- Сейчас принесут завтрак. Обед уже закажите сами.
- Я не хочу есть.
- Это еще почему? Вам ребенка кормить. Вы должны теперь хорошо есть. Вам понадобится много сил.
А я хотела, чтобы меня просто оставили одну. Лера ворвалась в палату с огромным букетом цветов и мягким зайцев в обнимку.
- Рита, как ты?
- Все в порядке, - я с трудом
выдавила из себя улыбку.
- Это главное, - выдохнула она. - Что говорит врач?
- Мы успели. Пусть даже на тридцать седьмой неделе, но все закончилось хорошо.
- Слава Богу, - Лера положила букет и зайца в кресло и огляделась. - Игорь уехал домой? Я уставилась в потолок, не зная, что сказать. Это имя отозвалось внутри
болью. Как будто тронули свежую рану.
- Рита? - насторожилась подруга. - Что с тобой? Что случилось? Вы поссорились - закрыла глаза, пытаясь сдержать слезы, но не получилось.
- Рита, что произошло?
- Он мне изменял, Лера, -
прошептала я.
- Кто? Игорь? Почему ты так решила ?
- Я видела его фото с ней в журнале, - я уже рыдала.
- Какое фото? С кем?
- C Анной.
- C Анной? - не поняла Лера.
- С Красиловой. Они целовались. Лера, они целовались на глазах у всех. После ужина в ресторане.
Я закрыла рот ладонью, не в силах сдержать рыдания.
- Рита... - подруга не знала, что сказать. Она смотрела на меня сочувственно, но помочь ничем не могла. - Ты с ним разговаривала?
- Не хочу. Я не хочу снова слушать ложь, - я старалась дышать глубоко, чтобы остановить душившие слезы.
- Может, это какое-то недоразумение? - Лера пыталась оправдать Игоря. - Ошибка.
- Какая ошибка, Лера? Он целовался с другой женщиной. Это было не просто фото их ужина или прогулки. Это был ПОЦЕЛУЙ!
- Так, все, все, все, дорогая. Успокойся. Тебе сейчас нельзя нервничать. Главное, сейчас восстановиться. Ты нужна своему ребенка. Думай только об этом, - она бросила взгляд на поднос с завтраком. - Ты, что, ничего не ела?
- Нет, - вытирала я слезы.
- Так дело не пойдет, подруга. К черту Игоря, но ты должна думать сейчас о своей дочери. А ей нужна здоровая мать, полная сил.
- Я ничего не хочу, Лера, - прошептала я, чувствуя, как по щекам снова потекли слезы. - Мне так больно.
Она села рядом со мной на кровать.
- Хочешь, я поговорю с ним? -
осторожно спросила подруга.
- Нет.
- Что ты собираешься делать?
- Разводиться, - решительно
заявила я.
Лера смотрела на меня испуганно.
- Ты уверена?
- Да. Не хочу жить с человеком,
который постоянно мне врет.
- Рита, не спеши.
- Лера, ты предлагаешь мне смириться с его похождениями и терпеть? - возмутилась я.
- Я просто хочу, чтобы ты не наломала дров. Все-таки у вас теперь ребенок.
- Ребенок, которого я чуть не потеряла из-за него, - я отвернулась, тщательно пряча боль.
- Хорошо. Давай вернемся к этому разговору, когда ты будешь дома.
- Не вижу смысла. Я уже все решила.
Лера хотела что-то возразить, но нас прервали. Эту медсестру я еще не видела. Она робко заглянула в двери:
- Можно?
- Да, конечно, - кивнула я, вытирая остатки слез.
Молодая девушка внесла в палату огромный букет нежно-розовых роз, перевязанных алой шелковой лентой.
- Смотрите, какую красоту вам прислали, - медсестра улыбалась так, словно букет предназначался для нее.
- От кого это? - приподнялась я на локтях.
- Здесь есть карточка, - она вручил ее Лере, а та - мне.
- Поставлю в вазу, - сообщила девушка и вышла.
Я распечатала маленький
белоснежный конверт, гадая, от кого могли бы быть цветы. Ведь я даже родителям еще не сообщила, что родила.
«Спасибо за счастье, что ты подарила мне. Самый счастливый отец на свете».
Рука с запиской безвольно упала на постель.
- Что там? От кого цветы?
- От Игоря, - буркнула я.
- Миленько. Что пишет?
Я протянула ей записку.
- Самый счастливый отец на свете, - вслух прочитала Лера. - Может, все не так плохо?
Она с надеждой посмотрела на
меня.
- Хуже некуда.
Дверь распахнулась, впуская полную медсестру. А на руках она держала маленький розовый сверток, от которого у меня защемило сердце.
- Ваша малышка. Она просто ангелок, - улыбнулась женщина.
Я забыла и про свежий шов и про то, что толком не пришла в себя после всего случившегося вскочила с постели, будто просто прилегла отдохнуть. За что тут же расплатилась - в глазах потемнело. Лера поддержала меня и помогла сесть.
- Тихо, тихо. Какая вы прыткая, - рассмеялась медсестра, от чего ее тело заколыхалось. - Не спешите так. Ну как?
- Все хорошо, - улыбнулась я чере силу и протянула руки к ребенку.
- Ну вот она ваша дочка.
Она была невесомой и такой крошечной. Вздернутый носик, маленькие губки и голубые глазки, которые смотрели на меня с интересом.
- Привет, - прошептала я. Глаза защипало от слез.
- Она такая крошечная, - произнесла Лера. - Пашка родился настоящим богатырем. Четыре сто.Правда, уже на сорок второй неделе.
Я провела кончиком пальца по розовой щечке. Она была такой нежной.
- Попозже зайду, покажу, как обращаться с ребенком. Я ничего не ответила, не в силах
отвести от дочки глаз. Мое счастье. Мой маленький мир. Моя Вселенная. Сердце затопила любовь, от которой стало трудно дышать.
- Мне кажется, она похожа на Игоря, - осторожно произнесла Лера.
- Он же ее отец, - недовольно ответила я.
Подруга молчала.
- Куда поставить цветы? Поближе к кровати, - вернулась улыбчивая медсестра с розами.
- Нет, поставьте куда-нибудь подальше. На окно. Улыбка сползла с лица девушки, и
она удивленно огляделась.
- Поставлю здесь на стол.
Мне было все равно, что станет с цветами.
- А ты родителям сказала?
- Нет. Я не готова им ничего объяснять.
- Но сообщить им надо. Иначе вопросов будет больше.
- Да, - согласилась я с Лерой. - Ты права. Сейчас позвоню.
Я аккуратно положила малышку на кровать и набрала маму.
- Что? Как родила? Кого? Когда? Еще рано, - сыпала мама вопросами.
- Вчера. Девочку, - у меня даже не было сил улыбаться.
- Но почему ты не позвонила? Максим! Максим, Рита вчера родила девочку. Мы сейчас же приедем. Боже, я бабушка, - мне показалось, что мама заплакала.
Я положила телефон на тумбочку и погладила малышку. Она мирно спала даже не подозревая о том, что творилось у меня на душе. А глаза у нее, действительно, были папины. Вот только цвет другой, но я читала, что у всех новорожденных глаза голубые. Значит, со временем они тоже станут карими. И я снова буду ненавидеть чай.
- Давай положим ее в кроватку, - предложила Лера. - Хочешь, я помогу тебе ее переодеть?
- Нет, я сама, - я осторожно взяла дочку на руки. Выпускать ее из своих объятий совсем не хотелось.
Дверь снова распахнулась. Я подняла глаза в ожидании очередной медсестры.
- Привет, - Игорь смотрел прямо. А в руках у него была целая гроздь розово белых шаров.
У меня не было сил смотреть на него, поэтому я опустила глаза на малышку.
- Ладно, я пойду, - тут же поднялась Лера. - Завтра еще загляну. Если что, звони.
Она поспешно ушла, оставив меня один на один с личным палачом.
Игорь
Я проснулся на рассвете от дикой головной боли. Спал прямо в гостиной на диване, так и не раздевшись. В телефоне не было неотвеченных. Рита не звонила. Я свесил ноги и на что-то наступил. Проклятый журнал. Сегодня же надо вытрясти с них опровержение. Но сначала в душ и кофе.
Холодная вода быстро привела меня в чувство. Кофе очистил мысли от тумана и напомнил ночной разговор с Ритой. Я вспомнил ее глаза. В них было столько боли, что хватило бы не на одну жизнь. И виноват в этом был ТОЛЬКО Я.
- Чертов идиот, - процедил я сквозь зубы и с такой силой сжал чашку, что она треснула. Ну хоть не порезался, хотя вполне заслужил бы и это.
Выбросив в мусорное ведро осколки, я набрал своего юриста. И плевать, что было только раннее утро. Мне хотелось уничтожить журнал, сравнять его с землей, но это ничего бы не исправило. Рита мне больше не верила.
- Доброе утро, Виктор. У меня к тебе не совсем стандартная просьба.
- Доброе утро, Игорь Владимирович, - голос его был спросонья. - Что случилось?
- Мне нужно, чтобы одно чертово издание немедленно дало опровержение одной своей статье.
- Какое издание? О чем статья? - он ничего не понимал. А мне очень не хотелось вдаваться в подробности, но без этого было никак.
- Журнал «Hit Moscow», - я взял глянец, который жег мне пальцы. - Вчера они написали статью о том, что у меня якобы роман с одной известной женщиной. Я хочу, чтоб они сегодня же дали опровержение. Если надо, подключи Андрея.
Виктор растерялся.
- Хорошо, я попробую что-нибудь сделать.
- Нет, Виктор, ты не будешь пробовать. Ты сделаешь так, что они сегодня же принесут свои извинения за клевету. Пригрози им иском, штрафом, не знаю чем. Но они должны СЕГОДНЯ же написать, что никакого романа нет и быть не может.
- Хорошо, Игорь Владимирович, я вас понял.
Я отключился, не попрощавшись. На часах было начало восьмого. В двери повернулся ключ.
- Доброе утро, Игорь Владимиров поздоровалась Ирина Васильевна. Вчера я разрешил ей прийти попозже. Готовить завтрак все равно было не для кого.
- Доброе утро. Как Маргарита Максимовна? - осторожно спросила она.
- Все хорошо.
- А ребенок? - со страхом спросила домработница.
- Девочка, - улыбнулся я, вспомнив розовое личико. - С ней тоже все хорошо.
- Ну слава Богу, - выдохнула Ирина Васильевна. - Приготовить вам завтрак?
- Нет, я не буду завтракать. Если что, я в кабинете. Но свернул я в детскую. На полу еще стояли пустые банки из-под краски, в углу лежал скомканный целлофан, которым что-то укрывали. На подоконнике лежали какие-то инструменты. Рита говорила, что вот вот должны привезти мебель. Я не представлял себе, что малышки в этой комнате не будет, и собирался сделать все, чтобы Рита из роддома вернулась сюда.
Пионы заказывать не стал. Мне хотелось чего-то более грандиозного готов был осыпать Риту золотом, бриллиантами и утопить в розах. «Я больше не хочу детей», - кажется.
так я говорил ей когда-то. И она смирялась с этим. А сейчас я не мог себе представить жизни без дочери. Она была бы пустой.
Свой выбор я остановил на розах. Нежно-розовых, как крошечные пальчики моей малышки. Слова для записки пришли в голову сами собой. Букет обещали доставить в течение пары часов. Я надеялся, что Рита его не выбросит. В офис ехать мне совсем не хотелось, а в роддом я никак не решался. Как нашкодивший мальчишка, который боится показаться на глаза строгой маме. Вот только лет мне было намного больше, и боялся я вовсе не маму. Я боялся потерять Риту.
«Я подаю на развод». Эти слова звучали в моей голове
набатом. Я не готов был ее отпустить. По дороге в роддом купил целую кучу воздушных шаров. Они еле поместились в машине.
- Для внучки? - с улыбкой спросила меня продавец.
- Для дочери, - гордо ответил я и заработал восхищенный взгляд. Когда я вошел в палату, Рита держала на руках нашу дочь. И в тот момент я ясно понял, что ни за что ее не отпущу. Даже если для этого мне придется запереть ее на ключ.
Рита не смотрела на меня. Она сидела на кровати, склонившись над малышкой, и молчала.
- Не смог пройти мимо них, - кивнул я на шары.
- Не стоило, - ответила холодно.
- Я хотел порадовать нашу дочь, - подошел я ближе.
- Она еще не понимает.
- Пусть.
Я огляделся и пристроил белорозовую охапку возле кроватки.
- Как ты?
- Нормально.
Не признается, даже если все хуже некуда.
- Что говорит врач? Когда вас выпишут?
Рита с трудом поднялась с кровати. Я испугался, что она может упасть, и осторожно забрал малышку. Она спала. Мне показалось, что до этого момента я вовсе не любил и не чувствовал.
- Она прекрасна, - улыбнулся я и взглянул на Риту. Она тут же опустила глаза. - Сегодня в детскую привезут мебель. Я позвонил Альбине.
- Я поживу у родителей.
- Это плохая идея.
- Плохой идеей было таскаться по любовницам, - бросила Рита в сторону.
Я хотел положить малышку в кроватку, но передумал. Мне нравилось держать ее на руках. Так, казалось, безопаснее.
- У меня нет любовниц, - устало выдохнул я, рядом с Ритой. Она взглянула на дочь и отвернулась. - Сегодня журнал выпустит опровержение.
- Сколько ты им за это заплатил? Или пригрозил уничтожить? - моя девочка смотрела на меня с горькой насмешкой.
- Они написали откровенную ложь. И должны за это ответить. Мой юрист уже работает над этим.
- Это все равно ничего не изменит. Факт остается фактом. Ты целовался другой женщиной. И судя по фотографии, тебя к этому вовсе не принуждали.
Я все же положил дочь в кроватку и вернулся к Рите.
- Да, я целовался с ней, - спокойно произнес я. Моя девочка стиснула зубы. Не представляю, каково ей было сейчас. Но обманом я мог сделать только хуже. - Но не был инициатором.
- Да, мне стало сразу легче, - горько рассмеялась Рита.
- Это был деловой ужин. Мы обсуждали дела фонда.
- А обсудить их, конечно, можно было только в ресторане.
- Ты же знаешь, что я много деловых встреч провожу в ресторане. И эта не исключение.
- И как часто ты целуешься с тем, с кем проводишь деловые встречи? - в ее взгляде застыло обвинение.
- Это была ошибка. Я растерялся.
- Да. Обычно так и говорят, - кивнула Рита.
- Анна застала меня врасплох.
- А если бы она захотела большего?
- Ничего бы не было.
- Я в этом не уверена.
- Это правда. В мире есть только одна женщина, с которой мне хочется заниматься сексом. Это ты.
Рита молчала.
- Но ты никогда в это не верила, - пришла моя очередь обвинять.
- И была права, - она горько усмехнулась.
- Нет, черт побери, - рявкнул я. Рита вздрогнула. - Прости. Я не изменял тебе. И никогда бы этого не сделал.
- В тот вечер ты пришел другим, - произнесла она напряженно. - Я это видела. Но надеялась, что мне показалось. Я видела это в твоих глазах.
Я хотел сказать, что дело было не в том, что у меня появилась другая женщина, что я вовсе не собирался изменять, но нас прервали.
- Боже, Рита! - Марина кинулась к дочери.
- Мама, - с трудом выдавила из себя улыбку Рита. Я отошел в сторону. - Все хорошо.
- Игорь, - счастливо улыбался Макс. - Ну, каково это быть молодым отцом?
Я бросил взгляд на Риту и видел, как тяжело ей было изображать спокойствие.
- Мне понравилось, -признался улыбкой.
- О, так нам стоит ждать еще внуков? - Макс похлопал меня по плечу.
Наши с Ритой глаза встретились. Она тут же отвернулась. Но я успел заметить в них сожаление.
- Все может быть, - пожал плечами.
- Дайте взглянуть на внучку, - он тут же забыл обо мне.
- Боже, какая крошечная, - произнесла Марина.
- Как вы ее назвали? - оглянулся на нас Макс. А у нас даже времени не было обсудить это. И вряд ли мое мнение кто-то теперь будет слушать. Я взглянул на Риту.
- Пока никак, - выдавила она из себя.
- Что значит никак? - удивился ее отец. - Ребенок родился, а имени нет?
- Макс, все произошло слишком быстро, - пытался я защитить Риту.
Он махнул на нас рукой и склонился над кроваткой.
Я заметил, как побледнела моя девочка. Ее ладонь скользнула на живот.
- Что случилось? - тут же подошел я.
- Мне надо лечь, - лицо Риты исказила гримаса боли.
Я помог ей. Она даже не сопротивлялась, значит, все было плохо.
- Что говорит врач? - подошла -
Марина.
- Все нормально. Это пройдет.
- Когда вас выписывают? - спросил Макс.
- Пока не знаю, - Рита дышала глубоко.
- Нужно найти няню, - решительно заявила Марина. - Ты в таком состоянии одна не справишься. А Игорь целыми днями на работе.
Моя девочка опустила глаза. Я ждал, что сейчас она расскажет родителям, почему не поедет домой. Но Рита промолчала. Во мне затеплилась надежда.
- Я не хочу, чтобы ребенком занимался кто-то чужой, - произнесла Рита.
- Что за глупости? - возмутилась Марина. - Мы найдет хорошую няню. Хотя бы на первое время, пока ты не восстановишься.
- Я сама справлюсь.
- Упрямая. Вся в отца!
Я только улыбнулся. Если бы кто-то знал, сколько сил и нервов я трачу на это упрямство!
- Мам, все в порядке. Врач говорит, что через пару недель я уже буду бегать.
- Рита, у тебя же была операция. Это не палец разрезать. У тебя разрезан живот!
Рита прикрыла глаза и тут же посмотрела на мать. Мне был знаком этот жест. Я заранее знал, что Марина проиграла.
- Мы обсудим это, - вступил в спор, не желая разжигать его еще больше.
Моя девочка стрельнула в меня гневным взглядом.
- И как ты с ней справляешься - спросил Макс.
- Я просто ее люблю, - пожал я
плечами.
Рита не смотрела на меня, поджав губы.
- Ладно, не будем тебя утомлять, - произнесла Марина. - Отдыхай. Если что, звони. Завтра я заеду.
- Хорошо, мам.
Мы снова остались вдвоем. Рита молчала и смотрела на кроватку. Мне хотелось ее обнять, поддержать, но я боялся прикоснуться, боялся, что она оттолкнет меня.
- Твой отец прав. Надо дать имя ребенку, - произнес я, не зная, что еще сказать, а уходить не хотелось.
- Я еще не думала об этом.
- Может, подумаем? - предложил я.
Нехотя кивнула. Внутри меня все ликовало. Шансы на возвращение Риты росли с каждой минутой.
- Ты, кажется, составляла список имен. Что там было?
Она молчала долго. Я видел, что внутри нее шла борьба, но ждал.
- Пусть будет Вероника, - наконец произнесла Рита. Я довольно улыбнулся.
- Ты же не хотела?
- Это имя подходит ей. Я буду
называть ее Никой.
- Хорошо.
Я смотрел на Риту и в очередной раз подумал с сожалением, что мы потеряли слишком много времени. И все из-за моих дурацких страхов.
- Я люблю тебя, - произнес, чувствуя, как сжимается от этого чувства сердце.
- Игорь... - попыталась Рита
возразить.
- Нет. Тебе придется с этим смириться, малыш. И никакого развода ты не получишь.
Она вонзила в меня взгляд, в котором полыхал гнев.
- Ты не сможешь запереть меня дома.
- Смогу, если потребуется, - я навис над ней, от чего Рита испуганно вжалась в подушку. - Дракон охраняет свои сокровища до последней капли крови, малыш. Запомни это.
Не дожидаясь ответа, я ушел. Пусть подумает над моими словами и смирится с тем, что ей никогда не видать свободы. Только после моей смерти. А я теперь собирался жить долго. Очень долго.