Глава 23
Я едва успела закончить утренний звонок по плану рекламной кампании, как услышала хлопок входной двери. Лео должен был быть на тренировке. Значит, это не он.
Я встала, накинула тонкий халат и вышла в гостиную.
Передо мной стояла она.
Клара.
За ней — его мать и отец. А рядом с ними — ещё пара людей, которых я не узнала сразу. Они были богато одеты, ухожены, с таким выражением лиц, будто всё в этом доме принадлежит им.
— Простите? — я произнесла тихо, но с ноткой холода. — Вы кто?
— Мы родители Клары, — первая заговорила женщина, улыбаясь почти матерински. — А вы, должно быть, Ава? Милая, мы тут обсудим семейные дела.
Семейные?
В этот момент вошёл Лео.
Он замер на пороге, как будто врезался в бетонную стену.
— Что вы здесь делаете? — его голос стал жёстким.
— Лео, сядь, — сказала мать. — Нам нужно поговорить.
Он не пошевелился. Я тоже стояла, чувствуя, как изнутри начинает ползти тревога. Холодная, липкая, тяжелая.
— Мы пришли по поводу свадьбы, — вмешался отец Лео. — С Кларой. Мы договорились с её родителями. Контракт подписан. Всё решено.
Мир застыл.
Я не сразу осознала, что именно он сказал.
— Что? — тихо прошептала я, но никто не обратил внимания.
— Это было решено давно, — продолжила мать. — Просто ты тогда был с ней, потом... ушёл в себя. Но мы договорились, Лео. Семья Клары обеспечит выгодные инвестиции в клуб, её отец готов покрыть долги команды, а ты вернёшься в элиту — уже как муж наследницы миллиардной империи. Это не обсуждается.
— А как же я? — спросил он, голос был глухим.
— Ты должен делать то, что правильно для семьи, — холодно ответил отец.
Я шагнула вперёд. Сердце колотилось, в ушах шумело.
— Простите, — мой голос был тих, но в нём звенел лёд. — Но он уже с кем-то живёт. Со мной. Мы любим друг друга.
— Детка, — перебила Клара, — не будь наивной. Ты — временная. Лео всегда возвращается ко мне. Правда ведь, Лео?
Я посмотрела на него. Он стоял, как вкопанный. Не отвечал. Только смотрел на всех, потом на меня. И я увидела в его взгляде — ярость. Отчаяние. Боль. Но не согласие.
— Вы что, серьёзно? — я прошептала. — Вы только что вошли в наш дом и заявили, что он... что? Уже продан? Как товар?
— Это не продажа, это контракт, — твёрдо сказала мать. — Это будущее.
— А моё будущее где в этом уравнении?! — взорвался Лео.
Он резко прошёл мимо всех, подошёл ко мне, встал передо мной и взял за руки.
— Слушай меня. Я не знал об этом. Они не имели права.
— Лео... — я дрожала. От обиды. От бессилия. От ненависти к этим людям, к этой женщине, к себе — за то, что впустила любовь.
— Ты — единственное, чего я хочу. Я не подпишу ничего. Никаких браков, никаких контрактов.
Клара встала рядом, скрестив руки.
— Ты забудешь обо мне, Лео? Всерьёз?
— Я забыл тебя тогда, когда впервые увидел Аву. И не хочу вспоминать.
Она фыркнула, повернулась к его родителям:
— Всё ясно. Удачи вам с вашей... журналисткой. — И вышла.
Остальные медленно пошли за ней, но отец Лео бросил напоследок:
— Ты сделаешь ошибку. Женившись на ней — ты теряешь всё.
Лео не ответил. Только захлопнул за ними дверь и прислонился к ней затылком, тяжело дыша.
Я стояла посреди комнаты, сердце било больно и быстро.
— Лео... — начала я.
Он подошёл ко мне. Осторожно обнял. Его рука легла мне на затылок.
— Я с тобой. Никогда. Не думай иначе. Я не позволю никому решать за меня. Даже им.
Я уткнулась лицом в его плечо и, впервые за долгое время, заплакала.