Эпилог
Джейк Уотсон
(два года спустя)
Поправляя воротник рубашки, я попутно смотрел за ребёнком, который, как говорит Лиам, просто изучает мир. Крис сидел на стуле и следил за птицей, которая порхала за окном. Я вздохнул и подошёл к ребёнку.
— Ну и что ты понял, Кристофер?
— Много чего, — улыбнулся мальчик. — Во-первых, птицы умеют летать, а во-вторых, на улице идёт дождь.
— Замечательное открытие. А сколько у нас осталось до выезда?
— Шесть минут, — кивнул Крис.
— Все ли собрались?
— Мама ещё красится, — скрестил руки на груди сын и пошёл в соседнюю комнату.
Я последовал его примеру. Зайдя в комнату, я опёрся на дверной косяк, наблюдая за женой и сыном. Аня и вправду стояла у зеркала, поправляя пряди тёмных волос. Крис подошёл к женщине и жестом попросил его взять на руки. Девушка положила помаду на стол, которая ещё пару секунд назад была в её руках, и протянула руки навстречу сыну.
— Какой ты у нас тяжёлый! — воскликнула Аня.
— А вот папа легко меня поднимает, — вздёрнул подбородок Кристофер.
Аня крепче перехватила ребёнка в руках и подняла его высоко. Так, что он почти дотягивался до потолка.
— Потому что мне достаточно быть красивой и умной, а сильной —необязательно, — посмеялась шатенка.
Я смотрел на Аню и мысли в моей голове путались. Она была такой же, как и два года назад и одновременно другой. Скорей, не другой, а той же Аней, просто немного повзрослевшей. Она ещё в свои семнадцать была умной, но сейчас ещё добавилась некая мудрость, которая, я уверен, передалась нашему ребёнку.
Девушка поймала мой взгляд, и одарила искренней улыбкой. Мы прошли через многое и явно заслужили счастья. Счастья в виде спокойной жизни и ребёнка, который считает, что родители должны всё внимание уделять ему. Это частые случае, когда мы с Аней не понимаем, что хочет сказать Крис, но в большинстве он всегда спокойный и вполне разумный для своего возраста.
Я сильнее надавил на педаль газа, попутно слушая, о чём говорят Аня и Крис.
— Ну и куда мы едем? — допытывался мальчик.
— Мы едем к тёте Эмили и дяде Генри.
— Мы их дом уже проехали, — со знанием дела произнёс детский голос.
— Откуда ты узнаешь? — подключился я к разговору.
— Потому что мы к ним ездим довольно часто, что я уже эту дорогу наизусть запомнил.
— Понимаешь, сынок, — начала Аня. — Мы едем к ним, но только не домой.
— А куда же? — допытывался ребёнок.
Будь на его месте кто-то другой, он бы начал меня раздражать. Но это мой сын. И в нём я вижу точную копию себя в детстве и немного темперамента Ани. Мой характер и её темперамент... Эта та ещё смесь!
— Мы едем в больницу. Оттуда сегодня выписывают тётю Эмили, — вздохнула Аня.
— Больница? Тётя Эмили больна? — испугался Крис.
— Ага, — посмеялся я. — Болезнь называется «беременность». Очень заразная, кстати. Но не переживай, сынок, нас с тобой это не заденет.
Аня фыркнула. Автомобиль припарковался около городской больницы. Я вышел из машины, открывая дверь жене и сыну.
— Веди себя тихо, понял Кристофер? — напутствовала Аня.
— Понял, — кивнул мальчик.
Мы прошли дальше. Я смотрел по сторонам, держа Криса за руку. Мальчик весело прыгал по асфальту, ступая на отдельные места, которые знает только он. Я умилённо посмотрел на сына. Другая рука коснулась руки Ани, переплетая наши пальцы. Сейчас, между двумя дорогими мне людьми, я понял: вот оно — счастье.
Тогда, два года назад, я боялся. Не детских плачей и бессонных ночей, а того, что, как мой отец, не смогу достойно воспитать сына, чтобы он был счастливым. Но ведь самое главное — это желание. Если есть желание стараться, учить жизни, то всё непременно пойдёт в лучшую сторону.
Настала спокойная, счастливая жизнь. Без всяких драк и разногласий, хотя, в семейной жизни без этого не обойтись.
— Тётя Эмили! — закричал Кристофер и кинулась в объятия давней подруге.
— Крис! Как ты вырос, — подошёл Генри.
— Смотри, Крис.
Мальчик обернулся к Эмили и увидел на асфальте коляску, около которой уже стояла Аня. Он неуверенно ступил ближе, заглядывая внутрь. Я тоже сделал шаг вперёд. Маленькая девочка тянула к нам ручки. Аура добра и спокойствия. Она ангел. Чувствую, в будущем она сыграет огромную роль в жизни Криса. Странное предчувствие, но, как говорится, поживём — увидим?
— Как её зовут? — спросила Аня, повернувшись к Эмили.
— Летти, — улыбнулась брюнетка, обнимая себя за плечи.
— Красивое имя, — прошептала Аня.
— Предлагаю отметить, — весело предложил Генри.
— Вообще-то, у меня ребёнок, — возмутился я.
— Аня, верни мне моего Джейка, которому стоит заткнуться про клуб, как он уже сидит на бархатном диване, распивая пиво.
— Когда это я пил пиво? И вообще, привыкай. У тебя жена и ребёнок. Новорожденный!
— Ладно, вино лучше, — усмехнулся Генри.
— Мужчины, я, конечно, всё понимаю, но хватит говорить про алкоголь. Мне уже плохо от этих разговоров, — поморщилась Аня.
Я сел на корточки перед сыном и посмотрел в его глаза. Он ответил мне взглядом, полным нежности и доверия.
— Ну что, Крис? Поехали в кафе? — поднял я его на руки и начал кружить в воздухе.
— Ура, кафе! А ты купишь мне пиццу? — деловито осведомился мальчик.
— Конечно, — кивнул я, чувствуя прилив тепла внутри.
И мальчик, подхватив коляску, пошёл в сторону кафе. Я уже инстинктивно взял Аню за руку, смотря на дорогу.
— Джейк, я хочу шоколадку, — взмолилась шатенка.
Я улыбнулся, видя в взрослой девушке ту маленькую девочку, которой она была ещё пару лет назад и крепче сжал её руку.
— Эмили, посмотрите за Крисом, мы сейчас. Генри, если вернусь и услышу от него хоть одно нецензурное слово — твой ребёнок останется без отца.
— Понял, — рассмеялся Генри, а мы с Аней пошли в сторону магазина.
Облака в небе смеркались, контрастом играя со взглядом Ани. Горький шоколад. В детском доме шоколад давали раз в месяц и то за хорошее поведение, которого у меня не было. Даже инстинкт самосохранения не срабатывал и колкость срывалась с губ сама собой. Шоколад — для победителей, а я им никогда не стану. Но только сейчас, я понял, что глубоко заблуждался. Победа — это семья и верные друзья, которые окружают меня на протяжении всей жизни.
Аня подошла к витрине со сладостями и потянулась за плитками шоколада.
— Три — это всё тебе? — удивился я.
— Нет, — отрицательно покачала головой девушка, — одна упаковка Крису, другие две — мне, — под моим пристальным взглядом, она раздражительно цокнула и продолжила: — Ладно, одну мне, а другую — тебе.
— Вот видишь. Ты меня уже без слов понимаешь.
Мы подошли к кассе. Я достал из кармана кошелёк, достал оттуда карту и протянул продавщице.
— Ну что, довольна? — протянул я, выходя на улицу.
— Довольна, — блаженно кивнула девушка. Я выхватил из рук Ани шоколадки и развернул обёртку, — Эй, ты не любишь шоколад!
— Всё поддаётся изменениям, — пожал я плечами, выглядывая в толпе детей на детской площадке пару знакомых глаз.
Цвет глаз ребёнку передался от Ани, за что она мне несколько дней радовалась, одновременно хвастаясь. Я каждый раз глупо улыбался и всё время кивал. Если она так хочет, я соглашусь даже с тем, что Земля плоская.
Синие глаза радостно блеснули и мальчик к нам. Я посадил его на колено, в то время, как Аня подала ребёнку шоколадку.
— Спасибо, — улыбнулся малыш, — потом Летти вырастет и мы будем с ней вместе шоколадки есть!
— Обязательно, — погладила его по голове девушка.
— А знаешь, куда мы сейчас поедем? — прошептал я.
— Куда? — в тон мне спросил Крис.
Я посмотрел в глубину его глаз, видя в них столько доверия и доброты. Пусть кто-то только попробует тронуть моего демона!
— В горы, — уголки губ поднялись вверх, образовывая улыбку.
Посмотрев на Аню, я увидел на её лице такой же, подобный моему, восторг и ни капли не жалел о своих словах.
— И когда же? — полюбопытствовала девушка.
— Да хоть сейчас, — подхватил я Криса вверх и закружил над самым небом. — Пойдём помашем ручкой тёте Эмили и дяде Генри.
Эмили Робинсон
Подул прохладный ветер, но он не остужал лёгкие, а наоборот только раздувал пламя, тлеющее внутри. Я никогда не думала, что сейчас, в свои двадцать лет, я буду стоять на улице, находящейся посередине дома и наблюдать за быстрой сменой эмоций на лице дочери.
Чистый и невинный... ангел.
Малышка Летти мимолётно улыбнулась, сразу пряча улыбку за новой порцией слёз, которые будут нашими с Генри завтраком, обедом и ужином. Много ли нужно для счастья? Просто стоять рядом, держать за руку любимого и мило улыбаться друг другу, радуясь своему чуду. А маленькая девочка в коляске непосредственно являлась им.
Ветер вновь усилился, давая понять, что он нам не рад. Я улыбнулась и посмотрела в сторону Генри. Так было всегда: любая беда, моя улыбка и поддержка, теперь уже мужа. Кто бы мог представить, что одноклассник, друг и одновременно человек, который вытащил меня из кошмара, сейчас будет стоять рядом со мной, закрывая от всех непогод.
Так было всегда: его рука, улыбка и неизвестность, которая тянула меня за собой. Мне нравилось время, которое настало после. Спокойное, умиротворённое, но также наполненное своими красками и узорами. Чувствую, как только подрастёт Летти, нужно будет следить за ней. По крайней мере в первые годы жизни. Это в том случае, если своей непоседливостью девочка пошла в отца, который ещё пару лет назад искал себе приключений.
Генри изменился. Как и все мы. Каждый из нас выбрал свой путь, по красной дорожке которого сейчас гордо шагает, улыбаясь миру.
— Ты меня удивил, Генри, — появился Том из ниоткуда, отряхивая сигарету от пепла. — Я и не думал, что ты станешь примерным семьянином.
Мужчина рассмеялся, одаривая нас своим хорошим настроением, которое, впрочем, было и у нас самих.
— Все меняются, Том, — Генри обнял меня за плечи.
Воздуха стало не хватать. Но не оттого, что в его объятиях мне было тесно. Довольно уютно. Лёгкие сдавило из-за прилива нежности и любви, которой меня травил любящий взгляд.
Но это перестало быть ядом и превратилось в противоядие.
Конец
***
По вечерам я долго скиталась по улицам, ища хотя бы в шелесте деревьев ответ на мои вопросы. Почему родной город, в котором я родилась и живу больше восемнадцати лет начал сам же меня душить, перекрывая все возможности найти хоть каплю кислорода?
У меня было всё: любящая семья и друзья. Те люди, которые меня безмерно любят и считают ангелом, которым, фактически, я и являюсь. Но я не могу здесь оставаться. Я хочу, чтобы моя мечта сбылась, а не пылилась в дальнем ящике. И я знаю, как поступлю...
Даниэла Крэсмондс «Без фонограммы» — продолжение книги «Падший ангел».
Скоро.