Валькирия

Оборотни, пригибаясь, скользили, пытаясь отыскать слабые места в защите противника. Пацан явно был профи. Возможно, даже не совсем 15-летний подросток.

Точнее, совсем не. Оборотни живут долго. Но оборотни, укушенные вампирами - ещё дольше! И выглядеть могут как угодно! А если вспомнить про существование морока...

Алекс присмотрелся к травянисто-зелёным глазам и, совершенно не сомневаясь, недовольно протянул:

-Отеееец.

Морок слетел как листва с дерева. С тихим зловещим шелестом перед мальчиком предстал печально знакомый родственник.

- Значит, недаром тебя там прикармливали, - с презрением бросил папаша и грубо сплюнул.

- Недаром. И от кого же у тебя "новый выводок"?

- Не твоё дело. Уж во всяком случае, от куда более добротной самки, чем твоя мать!

- Да твои дети мне и в подмётки не годятся! - со злостью бросил Алекс.

Задеть может только то, в чём есть доля правды. Иначе это бы воспринималось как пустая брехотня. И Орлову удалось это сделать. Ведь это была истина!

Солнечный волк априори был сильнее всех своих сводных братьев и сестёр, если таковые имелись. Он родился от сильного оборотня и не менее сильного мага, которой и в подмётки не годилась какая-то верфольфа!

А дети, как известно, часто вырастают сильнее родителей. Что ж, сейчас он это и проверит.

Кажется, ежедневные кошмары либо прекратятся навеки, либо сменят локацию...

- Значит, "Я тебя породил, я тебя и убью"?

С человеческой литературой, в отличии от русского, у парня было всё в порядке.

- Да нет, хотел бы - уже бы убил, - не понял намёка Квалуп.

- Не будь таким самоуверенным, отец, я уже не беззащитный недоучка, как 2 года назад. И в магии смыслю поболе тебя.

- Против 1000-летней ведьмы ты всё равно не выстоишь. А именно она делала мне амулеты. Я пришёл по велению Совета.

- А разве не ты им заведуешь? Или тебя понизили за излишнюю мягкотелость? - с издёвкой спросил Орлов, намекая на события 2-летней давности.

- Дррряной щенок! Такой же как и мать. Надо было тщательнее выбирать шавку для потомства! Ну ничего, Совет сказал схватить тебя живым и взять в плен. Не знаю, для чего ты им, но они тебя не получат - сам убью! Думаю они позволят мне эту маленькую привилегию.

Матёрый вервольф, явно задетый за живое, оскалился. Он тоже давно отсёк сострадание: слишком мешало жить. Как и совесть...

- Ах ты!...

Алекс терпеть не мог, когда заговаривали о его маме. Тем более, когда так откровенно клеветали и позорили, да ещё кто?! Убийца! О мёртвых либо хорошо, либо - ничего.

Родственники сошлись как ураган. Блики от магии на стали мечей блестели на стенах давно заброшенного тоннеля.

Когда-то здесь хотели провести новую ветку. Но, проехав пару десятков раз, оставили её за ненадобностью. Маршрут не окупал себя. Сейчас остались, разве что, ржавые балки и рельсы.

И вот, тишину и лязганье оружия прервал звук рвущейся ткани, а потом - и сдавленный крик.

Более крупный отец достал мечом до
левого плеча, а Алекс, занятый сохранением своей головы, не успел до конца увернуться.

И снова зубы не выдержали, выпуская стон наружу.

Огромный заряд магии прошил Орлова насквозь. Видать, ведьма занималась не только защитными амулетами...

Парень понял, что если не соберётся сейчас сам, то его уже не соберут. И послал по адресу предка огненную волну.

Хорошее решение. Волки боятся пламени, а в отце осталось куда меньше человеческого, чем звериного.

Но и Квалуп подготовился. На душевное равновесие это никак не повлияло, но оберег создал вокруг непроницаемый для стихии пузырь. Жаль, что для оружия такого эффективного заклятия нет.

Орлов разукрасил лицо папаши длинным, глубоким порезом. Вожак взвыл. Ну да, травмы глаз всегда очень неприятные. И опасные.

Но оборотни из леса привыкли опираться в первую очередь на обоняние и слух, так что бой ещё не окончен.

Алекс рано радовался: его приложили об рельсы и постукали головой об стену.

Парень на миг потерял сознание, и этого хватило, чтобы в следующий раз он пришёл в себя на полу, в грязном месиве из его и отцовской крови.

С мечом у горла.

- Ты мне никогда не нравился. Как и твоя мать-идиотка. - фыркнул вервольф.

В полубреду мальчишка увидел призрак мамы на головой вожака. Она печально качала головой, а по щекам текли прозрачные слёзы. Падая, они взрывались небольшими огненными цветками.

Слева от нависшей фигуры...

Сбоку...

Над его головой...

Парень отчаянно напрягся и прошептал:

- Мама.

Пламя лизало на сей раз беззащитного Квалупа. Агония длилась недолго. Всего пару секунд. Но этого хватило, чтобы последний крик долго звенел в ушах распластанного на рельсах мальчика.

Ему казалось, что она сквозь слёзы улыбнулась ему и погладила по щеке.

- Отпусти.