Глава 45
Я отхожу, пока наши руки не разъединяются. — Я скоро вернусь.
У длинных столов, где женщины расставляют еду, я натыкаюсь на маму Лизы.
Она одета в свободное красное платье и выглядит моложе моей матери.
Люди думают моя мама красивая, но миссис Андрияненко имеет безграничную красоту суперзвезды. Ее глаза большие и выразительные, темные ресницы достают до бровей, слегка бронзовая кожа безупречна.
Я дотрагиваюсь до ее плеча в тот момент, когда она раскладывает салфетки на столе.
— Здравствуйте, миссис Андрияненко.
— Ирина, так? — спрашивает она.
Я киваю. Представление окончено, Ира. Прекрати увиливать.
— Эм, с тех пор, как я пришла, я хотела кое-что вам сказать. И это может быть лучшей представившейся возможностью, а теперь я бормочу что-то несвязное и не приступаю к тому, что хотела сказать. Я делаю так всегда, когда нервничаю.
Женщина смотрит на меня, как будто я немного не в себе.
— Продолжай, — подгоняет она.
— Эм, да. Я знаю, что мы начали не совсем удачно. И мне жаль, если вы почувствовали, что я вела себя неуважительно в последнюю нашу встречу. Я просто хотела сказать, что не приходила к вам домой с намерением поцеловать Лизу.
— Тогда позволь поинтересоваться о твоих намерениях?
— Простите?
— Каковы твои намерения в отношении Лизы?
— Я.... Я не знаю, как вам ответить. Мы сами пытаемся в этом разобраться.
Миссис Андрияненко кладет руку мне на плечо.
— Бог знает, я не самая лучшая мать. Но я люблю своих детей больше жизни. И сделаю все, чтобы защитить их. Я вижу, как она на тебя смотрит, и это пугает меня. Я не смогу видеть, как ее снова ранит кто-то, к кому она неравнодушна.
Слушая маму Лизы, мне отчаянно хочется иметь такую же маму, которая любила бы меня и заботилась бы обо мне.
Забыть то, что только что сказала миссис Андрияненко невозможно, я пытаюсь проглотить это, но чувствую, как ее слова оставили ком, размером с мячик для гольфа, в моем горле.
По правде говоря, я больше не чувствую себя частью моей семьи. Я кто-то, от кого моя семья ждет полного повиновения и идеального поведения. Я играла эту роль слишком долго, поэтому мои родители забыли о Тане, которой и необходимо все их внимание.
Иногда это очень трудно, скрываться за маской 'нормального ребенка'. Никто не говорил мне постоянно, что я должна быть идеальной. Просто моя жизнь полна нескончаемым, безмерным количеством вины.
Вины за то, что родилась нормальным ребенком.
Вины за то, что я чувствую это мой долг убедиться, что Таню любят так же, как и меня.
Вины за то, что я боюсь, мои дети могут родиться такими же, как Таня.
Вины за то, что я чувствую стыд, когда люди пялятся на Таню в публичных местах.
Это никогда не кончится. Как оно может кончиться, если я родилась виноватой? Для миссис Андрияненко семья означает любовь и защиту. Для меня семья ассоциируется с виной и условной любовью.
— Миссис Андрияненко, я не могу обещать не причинять боли вашей дочери. Но я не могу держаться от нее подальше, даже если это именно то, чего вы хотите, я уже пробовала это.
Потому, что когда я с Лизой, моя собственная темнота отступает. Я чувствую, как слезы бегут по моему лицу. Я расталкиваю толпу, пытаясь пробраться к ванной комнате.
Лева как раз выходит оттуда, когда я пролетаю мимо него.
— Я бы советовал тебе подождать... — голос Левы глохнет, как только я закрываю за собой дверь и запираю ее.
Вытирая глаза, я смотрю на свое отражение в зеркале. Я выгляжу ужасно, моя тушь потекла и... ах, к черту! я сползаю вниз и сажусь на холодный кафельный пол. Теперь я понимаю, что Лева пытался мне сказать. Тут воняет; и запах такой сильный, что почти заставляет тебя тошнить. Я закрываю нос рукой, пытаясь игнорировать эту вонь, пока я думаю о словах миссис Андрияненко.
Я сижу в ванне, вытираю слезы туалетной бумагой и пытаюсь заткнуть себе нос. Громкий стук в дверь прерывает мой слезный порыв.
— Ира, ты там? — Голос Лизы доносится из-за двери.
— Нет.
— Пожалуйста, выходи.
— Нет.
— Тогда впусти меня.
— Нет.
— Я хочу научить тебя кое-чему на испанском.
— Чему?
— No es gran cosa.
— Что это значит? — Спрашиваю я, вытираю глаза.
— Впусти меня и я скажу.
Я поворачиваю ручку пока не раздается щелчок.
Лиза заходит внутрь.
— Это значит 'это не так уж и важно'. После того, как она закрывает за собой дверь, Она наклоняется и обнимает меня, притягивая к себе. Потом она принюхивается. — Черт побери, тут был Лева?
Я киваю.
Она приглаживает мои волосы и шепчет что-то на испанском.
— Что моя мать сказала тебе?
Я прячу свое лицо у нее на груди.
— Она была просто честна со мной, — говорю я ей в рубашку.
Громкий стук в дверь прерывает нас.
— Abre la puerta. Soy Elena.
— Кто это?
— Невеста.
— Впустите меня, — приказывает Елена.
Лиза отпирает дверь. Видение в белых кружевах с десятками долларовых купюр пристегнутых булавками к ее подолу, врывается внутрь и запирает дверь.
— Окей, что происходит? — Она вдыхает смрад. — Тут что, был Лева?
Лиза и я киваем.
— Что же такое этот парень есть, что оно выходит таким вонючим, черт! — говорит она, намачивая салфетку и прикладывая к своему носу.
— Это была очень красивая церемония, — говорю я через собственную руку. Это самая нереальная ситуация в которой мне когда-либо приходилось быть.
Елена хватает меня за руку.
— Выходи и наслаждайся вечеринкой. Моя тетя бывает, склонна к конфронтациям, но она не желает никому зла. К тому же, глубоко внутри, мне кажется, ты ей нравишься.
— Я отвезу ее домой, — говорит Лиза, играя моего героя. Интересно, когда же она устанет от этого?
— Нет, ты не отвезешь ее домой, иначе я запру вас в этом вонючем месте только, чтобы вы остались.
Елена отчеканивает каждое слово, она не шутит.
Еще один стук в дверь
— Vete, vete.
Я не знаю, что сказала Елена. Но она сказала это с удовольствием.
— Soy Хорхе.
Я пожимаю плечами и поворачиваюсь к Лизе за подмогой.
— Это жених, — говорит она.
Хорхе заходит внутрь. Он не невежа, как мы, он просто игнорирует то, что в комнате пахнет, как будто кто-то умер. Но через некоторое время его глаза начинают слезиться.
— Пойдем Елена, — говорит он, пытаясь потихоньку закрыть нос, но ему это не очень удается. — Твои гости интересуются тем, куда ты пропала.
— Ты, что не видишь, я разговариваю с Лизой и ее девушкой?
— Да, но...
Елена поднимает одну руку, чтобы заставить его замолчать, пока другой все еще держит салфетку у носа. — Я сказала, что я разговариваю с Лизой и ее девушкой, — повторяет она с характером, — и я еще не закончила.
— Ты... — говорит она, указывая на меня. — Идешь со мной. Лиза, я хочу, чтобы ты с братом и сестрой спели для нас.
Лиза качает головой.
— Елена, я не думаю, что...
Елена поднимает руку на нее, также заставляя замолчать.
— Я не прошу тебя думать, я попросила тебя найти Катю и Диму и спеть для меня и моего мужа.
Елена открывает дверь и тащит меня за собой, пока мы не оказываемся во дворе. Она отпускает меня, только чтобы отобрать микрофон у певца на сцене.
— Лева! — говорит она громко. — Да, я разговариваю с тобой, — указывает она на него, разговаривающего с несколькими девчонками. — В следующий раз, когда захочешь посрать, делай это в чьем-нибудь другом доме. Девушки тут же отходят от Левы и смеются.
Хорхе подходит к сцене, пытаясь угомонить свою жену, пока все смеются и хлопают.
Когда Елена, наконец, уходит со сцены, а Лиза разговаривает с музыкальной группой, гости приветствуют ее и ее брата с сестрой аплодисментами.
Лева подходит ко мне и садится рядом.
— Извини за ванную, я пытался тебя предупредить, — говорит он смущенно.
— Ничего. Я думаю, Елена достаточно пристыдила тебя. — Я наклоняюсь к нему. — Серьезно, что ты думаешь о наших с Лизой отношениях?
________________________________
20⭐️, 2💬- следующая глава