друзья 18+
Олег, можешь мне помочь немного? — не отвлекаясь от конспектов, между делом спрашивает Разумовский и перелистывает страничку, тут же одергивая палец от разряда боли. Тц, порезался. Не до крови и ладно.
— Смотря с чем, я в твоих гипер-математических бумажках вероятности ниче не понимаю, — парень совсем недавно вернулся с тренировки и теперь просто лежал на своей кровати, отдыхая.
— Да у меня зачет вот буквально послезавтра, а я не уверен, как материал знаю. Мне надо, чтоб прям посреди ночи разбуди, и я все скажу. Последний предмет, от которого моя степуха зависит.
Сережа наконец вынимает палец изо рта и поворачивается на стуле, руки укладывая на его спинку, а ноги разводя. Рассматривает такого расслабленного друга и ненадолго даже засматривается. Скользит взглядом все ниже и ниже, пока объект осмотра этого даже не замечает.
— Предлагаешь тебя ночью разбудить? Так ты и так по ночам не спишь, — хмыкает Волков, приподнимаясь на локтях. Рыжие локоны друга, струящиеся по плечам, завораживают своим блеском.
— Да нет, мозгой шевели, Волч. Просто прогони меня по билетам, нам их файлом скинули на зубрежку, — закатывает глаза и прикусывает нижнюю губу, на которой в последнее время живого следа не остается. Волков в этом деле не последнее лицо.
— А что я получу взамен твоего нудного бормотания теории вероятности? — уже более весело спрашивает Олег и полностью усаживается на кровать, свешивая ноги к немного прохладному полу.
— А что предложишь? — заинтересовано отвечает вопросом на вопрос, еще сильнее прикусывая губу, что выступает совсем маленькая капелька крови.
Волков встает с кровати немного тяжело, ноги после тренировки все еще забиты и требуют хотя бы немного отдыха. Видимо не сегодня, но, если Сережа согласится на предложение, то это будет и меньшая из зол.
— На колени вставай, Сереж, — ухмыляется Волков и немного наклоняется вперед, чтобы взъерошить рыжину волос и поцеловать в лоб, а за одно томно прошептать на ухо — Ты же помнишь, что за тобой должок с прошлого раза?
От шепота по коже проходятся мелкие мурашки и парня передергивает. Он тут же вспыхивает алым цветом, упирая взгляд в пол, где теперь стоят ноги Олега. Точно, он же не так давно терроризировал отдыхающего друга и теперь он ему торчит. Как неудобно вышло, получается.
— Олег, а как я, по-твоему, с членом во рту, буду отвечать, — фыркает Разумовский немного раздраженно, но послушно сползает вниз, тут же приникая щекой к острой коленке друга.
— У тебя будет время не обдумывание ответа, — пожимает плечами Волков и гладит Сережу по голове, хоть тот ее и скидывает надменно.
Еще немного попереступав ногами по полу, Олег отходит обратно к кровати и берет с него одеяло, бросая после его на пол к ногам Сережи. Сам же берет с его стола тетрадку с вопросами и немного вчитывается в корявенький почерк. Надо было Разумовскому на врача идти. На его же вопросительный взгляд кивает на одеяло:
— Ноги застудишь, пол прохладный, сядь лучше на покрывало. Мягче будет, — немного приулыбается Олег, снова проходясь рукой по приятным локонам, — И можешь начинать.
Сережа снова показушно закатывает глаза, но все же приспускает серые спортивки. С удивлением для себя замечает, что под ними совершенно ничего нет и в неком замешательстве поднимает взгляд на Олега, машинально беря орган в руку и начиная медленно надрачивать.
— Олег, ты с каких пор нижнее белье не носишь? — хмыкает парень и на пробу облизывает головку, проходясь кончиком языка точно по отверстию уретры.
На такое Волков только тихо выдыхает и немного крепче обхватывает тетрадку пальцами. Сережа ловит себя на мысли, что не против был бы почувствовать эти пальцы внутри прямо сейчас. Может, предложить поменять действие прямо сейчас? Но тут так хорошо видно то, как Олег сдерживает себя…
— А? А… Да я что-то пошел в душ и только там уже понял, что забыл их в комнате. Вышел бы, там сразу место бы заняли, так что я так. А потом что-то забыл надеть, — пожимает плечами Волков, одной рукой опуская Сережину челюсть и толкаясь внутрь.
От такого напора парень закашливается, но игру принимает и с готовностью открывает рот еще шире, чтобы не задевать нежную кожу зубами. Удобно, ему, получается, даже делать ничего не нужно будет, стой, да отвечай. Красота.
— Итак. Первый вопрос. Что такое распределение Гаусса и каковы его свойства? — вчитывается в мелкий почерк, прищуриваясь, и в то же время рукой вплетается покрепче в копну волос. — Посильнее, послабее?
Кивает на показанную на пальцах Серым единицу и въезжает на половину размера. Член еще не до конца встал, поэтому Разумовскому особого дискомфорта такое действие не причиняет. Он елозит языком по мягкой коже ствола и сам насаживается глубже, показывая готовность к большему. Олегу на подобное только довольно хмыкает, но после выскальзывает из теплого плена.
— Ваш ответ, Разумовский? — пародирует препода на зачете парень и скользит головкой по губам и подбородку. Чтож, Серому пошло бы сидеть на коленках под преподавательским столом.
— Гауссово распределение – частый случай нормального распределения, когда математическое ожидание равно нуля, а отклонение единице, — внезапно прерывается, пропуская головку за щеку и топит ее в этом жаре своего нутра, что Олег не сдерживается и скулит. — Плотность вероятности всегда максимальна в среднем значении и убывает по мере удаления от него. Достаточно, Олег Давидович?
Он улыбается совершенно бесстыдно и снова берет в рот, вылизывая по всей длине уже окрепший член. Руками скользит по выпирающим косым мышцам, от чего пресс друга немного подрагивает, а ноги на секунду подгибаются.
Сережа без слов машет Волкову на тетрадку, чтобы он ее убрал и немного толкает назад, чтобы оперся о стол задом. Парень повинуется и откидывает голову на очередном толчке внутрь, когда головка касается скользкой стенки горла. Какая уж тут учеба, когда сейчас больше всего лучшего друга выебать хочется о потери голоса, а не гонять по учебной программе.
Бедра начинают буквально автоматически ходить туда-сюда, проникая все глубже, пока Сережа не требует брейка и Волков останавливается в самой глубокой точке, медленно вытаскивая, что полностью проезжается по шершавому языку.
Проходится пятерней по волосам Разумовского, по которым с ума сходит и резко хватает за корни, поднимая голову друга вверх, чтобы видеть голубые бусины глаз. С небольшими слезками в уголках, но со все той же своей излюбленной улыбка человека, который победил. И Олега он совершенно точно победил.
Кончает парень бурно, что не успевает вытащить и часть попадает Разумовскому в рот, а остальное растекается по довольному лисьему лицу. Нельзя же сказать другу, что он бы принял полностью и все, так еще и вылизал дочиста. В целом, это ему никто делать не запрещает, поэтому под протестующий стон сверху, он снова берет в рот и языком собирает остатки.
— Ну что, Разумовский, с такими навыками на пять сдашь? — хмыкает Волков и поднимает того с колен, прижимая к себе поближе.
Заправляет член обратно в штаны и обнимает за талию, второй рукой проходясь по спине. Сережа, словно кот льнет к прикосновению и улыбается довольно, прикрывая глаза. Тычется в чужие губы своими в ленивом поцелуе.
— Иди нахуй, Волков.