8
Глава 8
Я попыталась закричать, потому что Архипов вскинул руку и сжал мой подбородок, фиксируя голову.
Крупное тело мужчины еще сильнее придавило меня к двери, я пыталась оттолкнуть Влада. Но он лишь крепче держал меня.
– Выходит, я тебе не подхожу, Ария? – прорычал он в мои губы.
– Не подходишь! – парировала я, злясь на него еще больше, испытывая ярость от того, что он давит на меня, – Я не хочу тебя! Понял?!
Он сделал вид, что не слышит моих слов. Его рот жадным ураганом смял мои губы.
А я резко сомкнула зубы, кусая его почти до крови. Рассчитывала на то, что Архипов. оттолкнет меня сам. Освободит меня из плена. Но мужчина лишь крепче стиснул меня, фиксируя мою голову.
Поцелуй, ненавистный мне, нежеланный, непозволительный, становился все глубже. Жесткие властные губы терзали мой рот, будто наказывали. А я, сжав руки в кулаки, колотила ими по спине и плечам Архипова. Вот только для него мои удары были практически не ощутимы.
Зато его ладонь ловко пробралась мне под платье, сжала ягодицы под трусиками.
– Не смей мне врать, Ария! – прорычал он в мои губы и тут же протолкнул язык мне в рот.
Дыхания не хватало, я не переставала колотить ладонями по мужским плечам, а он лишь напирал еще больше.
Я боролась с гранитной скалой и даже не заметила, как горячие пальцы вклинились меж моих бедер. Я была не готова к подобному. Совершенно не ожидала, что руки Влада Архипова окажутся настолько бесстыжими... откровенными... нежными...
Его пальцы безошибочно пробрались прямо под мои трусики. Мужское дыхание становилось все более тяжелым, надрывным, а губы сдвинулись от моего рта к моему уху.
– Влад, пожалуйста, нет! Не нужно..., – умоляла я, но уже не отталкивала его, вцепилась в пиджак, чтобы не упасть. Хотя, Архипов держал меня настолько крепко, что я даже сдвинуться с места не могла бы.
–Я просто покажу тебе кое-что, девочка, – его голос звучал настолько низко, рокочуще, соблазнительно, коварно, что я лишь замотала головой и всхлипнула.
– Не хочу! – повторила я, Влад в ответ жадно выдохнул и провел языком по моей шее, спускаясь к плечу.
Я задрожала. Воздух касался моей кожи там, где оставались влажные поцелуи Влада. А мужские пальцы медленно коснулись моей плоти.
– Нет! – повторила я, но уже понимала, что не могу оттолкнуть его. Не хочу.
Архипов властно закинул мою ногу на свое бедро. Ширина платья позволяла. К тому же, красивая ткань уже сбилась к самой талии, обнажая меня. Я боялась подумать, как выгляжу со стороны. Ненавидела себя за слабость. А потому закрыла глаза. Даже чувствовала, как по щеке катится слезинка.
Влад продолжал меня пытать. Не силой, а ласками. И не понятно, что хуже. Наверное, лучше бы он меня ударил. Но нет, Влад Архипов искусно и медленно разжигал в моем теле огонь. От которого мне не спрятаться. Который сжигал меня. Превращал в пепел.
Я чувствовала, как его пальцы обводят, изучают, оглаживают меня. То касаются возбужденного бугорка, то проникают глубже, растягивая стеночки лона. Убийственно медленно, знакомя меня с моим же телом. С его потребностями и желаниями.
Я не знала, что могу гореть вот так. Задыхаться от потребности в ком-то. Жаждать новых ласк. Бояться, что умру, если его руки вдруг покинут мое тело.
– Вот так ты меня не хочешь, Ария? – заговорил он в мои губы, шевельнул пальцами, требовательно, даже, кажется, больно. Но эта боль была сладкой. И я застонала, добровольно открыв рот.
Наш поцелуй был сродни лесному пожару. Уничтожал меня. И менял до неузнаваемости. Алчный. Первобытный. Порочный. Пошлый.
Низ живота вспарывали горячие спазмы, все мое существо, казалось, натянулось, точно струна. Готовое лопнуть от напряжения.
Влад изменил положение наших тел. Я ненавидела уже себя за то, какой податливой и послушной вдруг оказалась в его руках. Но его пальцы... Они были повсюду. Задевали, гладили, давили на такие точки, о которых я и сама прежде не знала.
И вдруг стало пусто внутри. Влад убрал свою руку из моих трусиков. Я широко распахнула глаза. Что увидел он в них? Не знаю. Но его взгляд обжигал, нет, не триумфом. Он будто и сам испытывал то же, что и я. Жажду. Голод. Потребность.
Я не успела даже сделать вдох, а уже оказалась прижатой животом к двери. Влад развернул меня, вдавил в свое каменное напряженное тело, а руку вернул туда, где мне было больно от удовольствия. От ощущения, что меня вот-вот разорвет изнутри.
Приоткрытым ртом он целовал мое плечо, шею, чувствительное местечко за ухом. Бедрами вжимался в меня, и даже через одежду я ощущала, насколько он возбужден.
А его пальцы... Он вновь проник в меня, уже более напористо и жадно. Чуть качнулся назад, заставляя меня прогнуться.
Боже, как же унизительно это было... И как горячо... Порочно.... Сладко...
Его ладони держали меня, пальцы хозяйничали в моем теле, лаская изнутри, оглаживая стеночки лона, размазывая влагу порочно и пошло, погружались настолько глубоко, что я готова была кричать.
– Тише, тише, – сипло шепнул он и накрыл мой рот ладонью, повернул голову, жадно подхватил мою мочку, едва прикусил.
И вновь качнулся назад и вперед. А я ощутила, как его плоть толкнулась в мою попку. Кажется, я даже чувствовала, насколько он горячий, огромный, твердый...
Ладонью я вцепилась в его широкую и сильную ладонь. То лив стремлении отбросить его руку подальше от меня, то ли наоборот, прижать сильнее, заставить проникнуть глубже, еще и еще.
Понимала, что царапаю кожу. Но я хотела сделать ему больно.
Влад сипло рассмеялся. Негромко. Лизнул кожу на моей шее, прихватил губами.
Я задыхалась. Потеряла всяческий контроль над эмоциями, чувствами, телом. Мужские пальцы быстрее и резче ласкали меня, сменив ритм. И я громко застонала прямо в его ладонь.
– Вот та-а-ак, малышка, – хрипло шептал Влад мне на ухо, двигая бедрами так, что я чувствовала, как пряжка ремня упирается в мою поясницу. А эрегированный член вжимается в мои ягодицы.
Господи, как же низко я пала! Я крепче зажмурилась. В голове образовался вакуум. Грудь сдавило тисками от нехватки кислорода. Я жадно дышала носом. Сил не было, чтобы убрать ладонь Влада от моего лица.
А он все гладил меня, ласкал теперь уже неторопливо, размазывал следы моего унижения по моему обессилевшему предательскому телу.
– Ты моя, Ария! – жестко, хриплым голосом выдохнул он. А я от собственного бессилия уперлась лбом в прохладную поверхность.
– То, что случилось... – сипло прошептала я, – ничего не меняет. Просто физиология. Ты очень опытный любовник, Влад. Ты показал, что можешь заставить меня. Но я клянусь, что никогда не приду к тебе по своей воле.
Архипов вынул руку из моих трусиков. Развернул меня лицом к себе. Я не сопротивлялась. Но не открывала глаз, потому что не хотела видеть его лица.
Влад пальцами стер слезы с моих щек. И я, наконец, подняла тяжелые веки.
– Теперь, надеюсь, ты уйдешь? Уйди, пожалуйста! – попросила я, что готова умолять его об этом. Плевать, только бы он ушел сейчас. Хотя бы из моей комнаты.
Влад молчал. Его ладонь удерживала мое лицо. Кончики пальцев будто неосознанно гладили мою щеку, едва касались уголка рта.
Влад был все еще возбужден. Я это чувствовала. Даже через слои одежды ощущала его твердую плоть.
Где-то самый дальний уголок сознания кольнула мысль, что вот сейчас он уйдет к той самой женщине в саду. Они будут заниматься любовью. Он будет целовать ее точно так же. А она... Она сделает все, чего бы он ни захотел.
– Уходи. Тебя ждут, – повторила я и отвернулась, избегая его тяжелого, горящего взгляда.
Я испытала ледяной обжигающий холод, когда меня перестали держать его руки. Выдохнула, только когда дверь осторожно захлопнулась, и я осталась в одиночестве.
Сползла по стене прямо на пол. И разрыдалась.
Мое тело все еще оставалось в плену пережитого экстаза. Ноги не слушались, губы горели. А одежда... Трусики были мокрыми, а платье измятым. Как и моя душа.
* * *
Влад вышел из комнаты и уткнулся лбом в стену.
Черт раздери! Твою мать! Мать твою!
Член требовал продолжения. Влад ведь едва сдержался, чтобы не содрать одежду с Арии и не ворваться в ее тело. Так, как хотелось ему.
Ария...
– Блядь! – выругался Архипов и оттолкнулся от стены.
Ему нужна минута перерыва. Просто подумать. Просто успокоиться. Потому что девчонка его. убила. Какая же она... Мягкая, тесная, горячая. Она как обжигающая лава.
Как наркотик.
Нет, он теперь точно не отступит. Хрена с два! Она ему принадлежит. И он будет повторять все, что делал с ней, пока она не признает этого. Будет слушать, как она кончает от его рук, от его. члена, даже от голоса. Он научит ее всему. Научит получать удовольствие и не стыдиться этого.
Влад так же незаметно, как и поднимался, спустился на первый этаж. Отделаться от Лыковой было легко. Сложнее распрощаться с Борисом, который хотел обсудить с Архиповым пару вопросов по текущему проекту.
А Влад мог думать лишь о том, что там, этажом выше, осталась малышка, мокрая после оргазма.
Чем она занимается сейчас? Принимает ванну? Душ? Раздевается? Ложится спать? Или собирается спуститься к гостям?
Влад хмуро осмотрелся на предмет потенциальных ухажеров. Лично он был знаком только с малой частью приглашенных. Он и сам согласился приехать в последнюю минуту. Не планировал быть здесь. Но примчался настолько быстро, что, кажется, даже Элла Шулеева удивилась.
Нет, рано уходить. Стоит убедиться, что Ария не спустится к гостям. Потому что если, упаси бог, он узнает, что она с кем-то флиртовала...
Архипов залпом осушил стакан. Скривился. Отстойное пойло. Зато помогло отвлечься от поганых мыслей.
А взгляд метнулся к окну. Шторы все еще были задвинуты. И казалось, что в комнате никого нет. Но почему-то Влад чувствовал, что Ария там.
Спустя полчаса, когда вечеринка изрядно надоела, а Владу уже не хотелось ни пить, ни бить кому-то морды, он собрался уезжать.
Распрощался с гостеприимными хозяевами, вышел из дома Шулеевых, подошел к своей машине.
И уже садясь в распахнутую дверь заметил что-то странное.
Ему показалось, что за углом там, где заканчивался освещенный участок сада, мелькнули знакомые пряди волос. У Арии были удивительные локоны. Платина с серебром. Очень красивые, редкого оттенка. Он вообще думал, что они не настоящие, пока не прикоснулся руками. А сегодня и вовсе дышал ими. Потому твердо знал их запах, вкус, каковы они наощупь.
Он узнал их даже в темноте. А потому, махнув рукой водителю, велел отъехать подальше от дома и ждать его.
А сам ринулся туда. Ему казалось, нужно убедиться, что он обознался. И там не его девочка. А кто-то другой. Зачем Арии бродить в темноте?
Влад широким шагом двигался вперед. Оказавшись на узкой тропинке, понял, что не ошибся. Впереди легкой поступью шла Ария. Он узнал запах ее духов, очертания силуэта, длину волос, собранных в низкий небрежный хвост.
Он позволил ей удалиться на достаточное расстояние, чтобы оставаться незамеченным, но и не потерять ее из виду.
Девушка миновала кованные ворота, юркнула мимо сторожки смотрителя и затерялась меж могильных плит.
– Твою мать! – шепотом выругался Влад и замер.
Что она делает здесь ночью? И Влад вспомнил, как Ария говорила, что ее мама умерла. Да, точно. Выходит, девчонка пришла навестить родного человека.
А грудь пронзило чем-то острым, ледяным. Что же у девочки за жизнь, если ей не к кому больше податься, только к давно усопшему?
Архипов вернулся к сторожке. Растолкал сонного смотрителя. Сунул ему пару крупных купюр.
– Шулеева где похоронена? Номер сектора! – требовательно рявкнул он.
– Так там... это. того самого..., – промямлил старик и все же выдал Владу нужную информацию.
Архипов вернулся к могилам и, подсвечивая дорогу фонариком, принялся искать нужный сектор. А потом убрал телефон в карман, потому что свет был не нужен. Он услышал, как плачет девчонка. Навзрыд, сдавлено, глухо, словно пыталась заглушить этот звук.
Влад осторожно приблизился к сгорбленной хрупкой фигурке. Ария сидела на лавке, обхватив себя руками за плечи, склонившись к коленям, почти уткнулась в них лбом.
Он молчал. Сел рядом и, преодолев сопротивление, усадил Арию на свои колени.
– Уйди! Убери руки! Ненавижу! – она всхлипывала, говорила неразборчиво, пыталась ударить его кулаками.
А он просто прижал ее к себе. Обнял, накрыв ладонью затылок, путая пальцы в мягкие волосы.
– Н-н-не х-х-хочу! О-о-отпусти! – рыдала она, а Влад лишь осторожно раскачивал хрупкое дрожащее тело, прижимая мокрое от слез лицо к своей груди.
Права девочка, он – чудовище и монстр. И ее горькие слезы тому подтверждение.