Глава 26 Планы мести
Колени болели, а руки я ободрала в кровь, пока пыталась вылезти на улицу по одному из узких лазов. Горло свело, легкие горели, а порезанная Вероникой рука снова заныла. Я не сразу сообразила, что мы вышли совсем не в то место, которое обнаружили с Владом неделю назад. Получается, парень мне снова врал, когда делал вид, будто не в курсе, есть ли выходы наружу и где они находятся.
— Я думала, ты не знаешь, как выбраться из подземелий на поверхность, — укоризненно посмотрела я на Влада и осторожно поднялась с колен. Все тело болело, руки дрожали, и с трудом получалось держаться. Больше всего хотелось хотя бы немного передохнуть, а лучше — вздремнуть в безопасном месте, а проснувшись, обнаружить, что ничего не было и моя жизнь проста и беспечна, как до поступления в этот проклятый лицей.
— Прости, — как ни в чем не бывало улыбнулся Влад, даже не заметив моего задумчиво-обреченного вида. — Просто никому не был готов выдать свое тайное убежище.
— Даже я про него не знал, — подтвердил слова друга Ян и поинтересовался: — Где это мы? Очень интересное, атмосферное место… тут хорошо.
Я не могла согласиться с Яном. Мне не было тут хорошо, скорее — жутко. Впрочем, я слишком долго находилась в состоянии ужаса, чтобы адекватно оценивать окружающую меня действительность.
Уже давно стемнело, морозило, и в тонкой куртке я быстро начала замерзать. Видимо, недавно прошел первый снег, так как траву покрывала тонким слоем белая крупа. Прямо перед нами, меньше чем в двух метрах, высилась монументальная стена с квадратными, обкрошившимися столбами из красного кирпича и кованой решеткой между ними.
В душе зародились смутные сомнения, и я резко обернулась. Все так и есть! Потайной ход вывел нас на заброшенное кладбище. Дверь на поверхность располагалась под одним из могильных камней. Влад, видимо, нажал на скрытый механизм, могильная плита отъехала в сторону, а сейчас встала на место.
Я никогда не боялась кладбищ, но это, в слабом свете луны, пугало. Старые корявые деревья с ветвями, похожими на старческие руки; покосившиеся кресты на засыпанных листвой могильных холмах; небольшая заброшенная часовенка вдалеке, выделяющаяся черным силуэтом на темно-синем, усыпанном звездами небе, и девственно-белая, словно покрытая саваном, земля. По спине пробежала дрожь, и я поежилась.
— Кладбище, — с довольной улыбкой произнес Ян. Я исподлобья посмотрела на него, не понимая причину веселья. Похоже, парню здесь просто понравилось, и Влад это предполагал, так как взглянул на него с едва заметной понимающей усмешкой и сказал:
— Пойдемте, я покажу, где тут можно переночевать. Самое безопасное место поблизости к лицею. Про него никто не знает, дороги, если и были, давно размыты, от проезжей части отделяет лес, от лицея — поле и заросший овраг.
Я не хотела ночевать здесь, на кладбище, но находилась не в том состоянии, чтобы качать права. Влад уверенно двинулся вперед, я пошла следом, а Ян замыкал наш маленький отряд. Мы недолго блуждали по кладбищу, оно оказалось не таким уж и большим. Миновали покосившуюся, зияющую пустыми провалами окон церковь и вышли к высокому, похожему на мавзолей склепу с черной кованой решеткой вместо ворот. Искусно выполненные, изящные лилии с металлическими бутонами, которые, казалось, столь тонки, что могут колыхаться на ветру, были неуместны на кладбище и внушали еще больший ужас. Склоненные головки выкованных цветов словно скорбели по тому, чье тело заключено в склепе.
— Я туда не пойду, — заявила я неожиданно, даже для самой себя. Место вызывало панический ужас. Парни покосились на меня удивленно, но слова не восприняли всерьез. Влад лишь отмахнулся.
— Не бойся! Там нет ничего страшного. Это не более чем угол, в котором можно ото всех спрятаться. Тут хорошо и безопасно.
— И часто ты здесь прячешься? — подозрительно прищурившись, поинтересовалась я. Похоже, везде видеть подвох стало привычкой. Я не доверяла Владу и ничего не могла с собой поделать.
— Бывает, когда все надоели. — Улыбка Влада была располагающей и беспечной. Я даже на нее купилась и улыбнулась в ответ, чувствуя, как ледяная корка, покрывающая сердце, тает.
— Прошу прощения, что прерываю, — бесцеремонно встрял Ян, — но, Влад, тебя в данный момент активно ищут. Поэтому стоит предпринять какие-то меры. Я не хочу пока ни с кем ссориться, поэтому сейчас возвращаюсь обратно и изображаю бурную деятельность, но через час-полтора вернусь, и ты, Влад, уйдешь объясняться с Шешей. Если ты этого не сделаешь, то подставишь многих.
— А что будет со мной? — Я прервала во многом непонятный монолог.
— С тобой останусь я, — пояснил Ян. — Думаю, Влад придет к компромиссу с собственным наставником. А пока вам нужно поговорить.
— Да, — согласилась я. Сумасшедший побег слишком сильно впечатлил меня. В некоторые моменты казалось, что я просто сойду с ума, а потом чувства просто отключились. Я поняла, что не могу и не хочу пугаться. Остался первобытный, панический ужас, но и он отступал, освобождая место оцепенению и апатии, из состояния которой непросто выйти.
Мир, в котором я существовала всю жизнь, рухнул, его место заняла совсем иная, незнакомая реальность, и я уже ей почти не удивлялась. Вот и сейчас меня практически не волновало то, что я могу с минуты на минуту узнать тайны, раскрыть которые стремилась последние два месяца. Впрочем, быть может, это просто на меня так действовал гипноз Влада, я все еще чувствовала его липкие щупальца и испытывала почти физическое желание от них избавиться. Даже знала как. Нужно просто уцепиться и оторвать, но я этого не делала — знала: как только пропадет воздействие, вернутся паника и ужас.
Влад, дождавшись, когда Ян скроется в темноте, подошел к двери склепа и осторожно скользнул пальцами по кованой решетке. Там, где металла касалась рука, появлялся светло-голубой, немного светящийся след. Когда старательно выведенный рисунок — лилия, похожая на клеймо на плече Миледи, — был завершен, дверь скрипнула и с едва слышным шуршанием отъехала в сторону, открывая темный проход. Молодой человек щелкнул пальцами, и у входа зажглись неяркие фонари, высветив узкую каменную лестницу, ведущую вниз. Влад подал мне руку и настойчиво потянул за собой. Было некомфортно, но я посчитала, что упираться глупо, и, чувствуя, как начинают дрожать колени, двинулась вниз, постоянно принюхиваясь.
Я была на похоронах лишь единожды за свою жизнь, но запах запомнила навсегда. Его отголоски чудились мне везде: в маршрутке, возле женщин в черных платках; мельком в супермаркете; всегда на кладбище — и вот сейчас я старательно пыталась его обнаружить и здесь, но не могла.
Возможно, потому, что это место никогда и не было склепом? Может, оно изначально задумывалось как тайное убежище? Вопрос: кому и зачем это было нужно? Внизу располагалась довольно просторная комната, освещенная настенными светильниками. У стены был выложен камин из темно-красного кирпича, рядом с ним валялась охапка дров, прямо на постеленной на пол медвежьей шкуре.
— Она настоящая? — подозрительно поинтересовалась я.
— Подделок не держим, — кивнул Влад и начал уверенно разжигать в камине огонь, а я огляделась. Деревянный стол на толстых резных ножках; старый шкаф — такой достался нам в наследство вместе с дачей под Питером — и вполне современный диван. В этом месте правда было вполне уютно.
— В шкафе есть кофе, чай и довольно много печенья. Мои скромные запасы. Жаль, нет электричества, поэтому холодильник тут не поставишь.
— А лампы? — удивилась я, мне-то казалось, что они просто сделаны под старину.
— Это популярные в девятнадцатом веке газовые светильники. Немного усовершенствованные мной…
— Ты маг? — дрожащим голосом спросила я и получила в ответ лишь усмешку.
— Не говори глупости. Ты слишком много читала в детстве сказок.
— Тогда кто ты?
— Думаю, ты знаешь, — нежно улыбнулся парень и подошел ко мне вплотную. — Зачем же задавать лишние вопросы?
— Расскажешь мне все? — чувствуя, что снова тону в золотистой радужке его глаз, я сделала шаг назад. Хотелось сохранить трезвую голову во время разговора. Влад, как никто другой, мог врать, увиливать от ответов на вопросы, но при этом говорить столь складно и искренне, что я верила ему снова и снова.
— Возможно, я расскажу тебе многое…
Влад не стал снова пытаться сократить дистанцию. Он отошел в сторону, поворошил потрескивающие поленья в камине и, взяв со стоящего в углу кресла клетчатый плед, подошел к дивану.
— Садись, — скомандовал он. — Ты, наверное, замерзла.
Он присел рядом и укрыл меня пледом.
— Никогда не страдал косноязычием, — заметил он, бесцеремонно притянув меня к себе. Я, немного поколебавшись, положила голову ему на плечо. — Но сейчас не знаю, с чего начать.
— Хочешь, помогу? — поинтересовалась я и, не дожидаясь ответа, начала: — Этот лицей кишит нагами, но я не могу понять, что вам понадобилось здесь, в холодной и суровой России? Вроде бы ваша родина Индия.
— Ты не совсем права, — подхватил разговор Влад. — По легендам, предки древних индийцев — арии — жили на севере, в районе Арктики, до наступления Ледникового периода. Там был очень комфортный климат. Наша родина находится там. Только с наступлением холодов мы двинулись на юг и осели в Индии. Сейчас многое изменилось, люди перестали верить в наших богов, нагов рождается все меньше и меньше. В Индии свои законы, там обосновались старшие боги: Индра, Шиву и Вишна, — а вот королю нагов Шеше снова пришлось искать себе новый дом, тогда он и вспомнил про свою прародину.
— Король нагов… Анатолий Григорьевич? Это правильная догадка? — с замиранием сердца поинтересовалась я.
— Ты умна, и в этом твоя беда, не стоило лезть в это так глубоко, — погладил меня по волосам парень. — Теперь я не знаю, как тебя защитить, и это убивает…
— То есть в этом лицее собрались те, кто должен стать нагом… и я в их числе? — Разговор казался совершенно нереальным. Я даже испугаться как следует не могла. С одной стороны, я уже осознала, что наги реальность, а с другой… не могла отделаться от ощущения, что мы обсуждаем какой-то увлекательный фильм.
— Твоего обращения я не допущу, — горячо возразил Влад и сильнее прижал меня к себе.
— Почему? — отстранилась я и с интересом заглянула ему в глаза. Влад немного отвернулся и постарался говорить практически без выражения, видимо, для того, чтобы я не смогла понять его истинных чувств.
— Сначала я должен тебе немного рассказать о сути нагов. Нагами станут далеко не все…
— То есть…
— Древние боги и мифические существа являются теми, кого вы называете энергетическими вампирами… нам необходима жизненная энергия людей, мы питаемся ей, чтобы выжить.
— То есть одни здесь потенциальные наги, а другие обычные люди? Пища? — Вот тут до меня начало потихоньку доходить. По спине пробежал холодок. — То есть наги паразитируют на обычных людях, которых вы доставляете в лицей, словно… — я замялась, подбирая определение, — обычный скот?
— Не утрируй, — поморщился Влад. — К тому же совсем обычных людей здесь нет. Во всех есть частичка сущности нага, но она настолько мала, что не играет практически никакой роли… Не все могут обратиться.
Я замерла, закусив губу, и с замиранием сердца спросила:
— А я наг или пища?
— Ты — нагайна, сама же знаешь. Неужели ты ни разу не пробовала чужую энергию?
— Не знаю, — честно созналась я, чувствуя, как к горлу подкатил комок то ли отвращения, то ли страха. В душе появилась маленькая червоточинка сомнения, не хотелось признаваться даже себе, что я немного лукавлю. И тем более я не собиралась об этом говорить Владу, намереваясь стоять на своем. — По крайней мере, специально — точно нет. Но я чувствую, если пытаются брать мою.
— Это тоже одна из способностей, — пояснил парень. Похоже, он не собирался меня пытать или настаивать на чем-то. Я за это была ему благодарна. — Ей ты овладела очень быстро.
— Что бы произошло со мной, если бы ты меня не вытащил?
— Не знаю, — честно признался Влад. — Шеша не любит тех, кто раньше времени узнает его секреты… я не стал дожидаться его реакции и решил сначала спасти тебя, а потом узнать о планах. Если бы он хотел тебя убить, то, думаю, уже сделал бы это… скорее всего, он бережет тебя для чего-то.
— У тебя есть предположения — для чего?
— Возможно, но я расскажу тебе о них позже… к сожалению, у нас осталось не так много времени. Сейчас придет Ян и побудет с тобой до моего возвращения. Постарайся поспать.
— Но у меня еще столько вопросов! Что случилось с Машей? Много ли тут нагов? Елена Владленовна — одна из вас? Почему Вероника знает обо всем? Из-за чего ты не хочешь, чтобы я стала нагом? Неужели ты думаешь, я смогу уснуть? Да у меня просто в голове не укладывается! Если честно, меня просто трясет от происходящего.
— Я отвечу тебе только на два, — нежно улыбнулся Влад. — На большее просто не хватит времени. Вероника — будущая королева нагов, поэтому Шеша хотел, чтобы мы были вместе. Более того, он грезил этим.
— Почему?
— У него на это свои причины… как-нибудь я поведаю тебе о них. А пока отвечу на второй вопрос. Я не хочу, чтобы ты стала нагом, потому, что ты изменишься, и неизвестно, как сильно. Нагайна Алина не будет похожа на Алину-человека, и никто не знает, насколько. Я не хочу рисковать. А ты мне дорога такой, какая ты есть…
В голове было столько сведений, что переварить их за раз казалось невозможным. С одной стороны, Влад подтвердил все мои догадки, а с другой — я не могла поверить, что все это реальность. Тайный лицей, в котором непонятно зачем воспитывают нагов, погибшие ученики, которые, возможно, как раз и были пищей… Но почему они умерли только спустя какое-то время после того, как покинули лицей? Все это хотелось узнать у Влада, но я подозревала, что он не ответит, по крайней мере сейчас. Как и не расскажет, зачем заморочил голову Григорию Романовичу или куда все-таки исчезла Маша. Эти вопросы я оставила на потом, не удержавшись лишь от одного, хотя прекрасно понимала, что мне не понравится услышанное. Руки мелко дрожали, а лоб покрыла испарина.
— Тогда, осенью, Кирилла Дмитриевича, преподавателя, которого подменял ты, убила Елена Владленовна, да?
Влад сморщился, словно проглотил кислый лимон, и отстранился.
— Это был несчастный случай… Досадная ошибка…
— Его убила гигантская змея… по мне, очень подозрительно… не похоже на несчастный случай… — Комок застрял в горле. Мы говорили об убийстве человека как о рядовом, ничего не значащем происшествии. Я знала, кто убийца, но ничего не могла с этим поделать. И никак не могла доказать или пойти в полицию. От отчаяния хотелось кричать, но я не могла даже заплакать, лишь с каменным лицом выслушивала логичные и бесстрастные объяснения Влада.
— Наги, находясь в змеином обличии, не всегда могут сдержать свои порывы. Елена Владленовна была обижена на Кирилла Дмитриевича по личным причинам и поэтому не сдержалась. Она была за это наказана.
— Какое наказание может изменить случившуюся трагедию? — горько вздохнула я, вложив в эту короткую фразу все свое негодование и отчаяние.
— Никакое. Эту трагедию не может изменить уже ничего. Мы можем лишь сделать определенные выводы и постараться не допускать подобных ошибок в дальнейшем.
— Ты знаешь, мне сложно поверить во все это… — вздохнула я и потерла виски. — Два с половиной месяца я жила в сплошной лжи. И даже сегодняшний разговор лишь приоткрыл завесу над тайнами. Не знаю, смогу ли я тебе когда-нибудь поверить снова. Ты так спокойно говоришь об отвратительных и ужасных вещах, что мне становится по-настоящему страшно. Я просто хочу проснуться, но день за днем открываю глаза, а кошмар по-прежнему продолжается.
— Я не буду тебя сейчас просить все забыть и простить меня, — согласно кивнул парень. — Некоторые тайны не принадлежат мне, и я не жалею, что скрывал их от тебя. Я бы предпочел, чтобы ты оставалась в неведении как можно дольше. Тогда в твоей жизни не было бы этого не заканчивающегося кошмара. Но отменить его я, к сожалению, не могу. Ты сама влезла во все это.
— Нет, Влад, — твердо заметила я. — Кошмар все равно бы был, просто я бы про него не знала. Безопасность и иллюзия безопасности — это далеко не одно и то же. Скажи мне хотя бы, а сейчас между нами есть тайны?
- Нет.
— А если бы были? — исключительно из упрямства уточнила я.
— Я бы соврал. — По глазам молодого человека я видела, что это правда. Первая за долгое время. Сейчас он не обманывал, но это мало меняло дело. — Ты сможешь меня простить? — Влад говорил медленно, было видно, что слова даются ему с трудом. — Я сделал много глупостей, но сейчас осталось только желание быть с тобой.
— Не знаю, — покачала головой я. — Доверие для меня значит слишком много, а тебе я не доверяю. Если у тебя получится доказать мне, что я не права, тогда, возможно, у нас появится шанс. Пока я хочу оказаться как можно дальше от этого места и от тебя. Возможно, это лишь мимолетное желание. Произошло слишком многое.
— Тебе стоит отдохнуть, — не стал возражать молодой человек, — а когда я вернусь, мы поговорим еще раз. Возможно, у меня получится точнее объяснить свои мотивы или ты воспримешь ситуацию несколько иначе.
— Вряд ли получится уснуть, — невесело отозвалась я, но послушно опустилась на подушку.
— Я помогу тебе. — Влад легко скользнул губами по моим губам, дунул на ресницы и ласково погладил по голове, а я почувствовала, как закрываются глаза. На душе стало спокойно, я поверила, что в безопасности, и уснула.