Глава 30. Ее тайна.
Молодой мастер попытался убедить свою мать:
- Мама, даже если ты не можешь ее усыновить, ты все равно можешь взять ее с собой. Каждая собака умеет вилять хвостом и благодарить за еду, не говоря уже о людях. Самый рентабельный бизнес — предлагать доброту в обмен на лояльность.
Зная, что у сына с детства были свои устоявшиеся взгляды, мадам не стала возражать против его выбора.
В это время небо сильно потемнело. Женщина подумала, что возвращаться так поздно было плохой идеей, поэтому она сообщила об этом своему сыну, прежде чем отправиться к Линь Бо, чтобы обсудить ситуацию.
После того, как его мать ушла, подросток повернулся к Линь Синьюй, стоявшему у двери, и спросил:
- Почему ты все еще здесь?
Мальчик ответил:
- Как Линь Синь?
-Моя мать сказала, что заснула. Вероятно, она не проснется до завтрашнего утра.
- Тогда я пойду и присмотрю за ней.
Прежде, чем подросток успел ответить, мальчик открыл дверь и поспешно вошел.
Когда Линь Синьюй увидел, что девочка спокойно лежит в постели, его сердце успокоилось. Подойдя к ее постели, он заметил слегка приподнятые уголки ее губ. Казалось, ей снится хороший сон. Сердце мальчика было отягощено горькой болью. Ему хотелось плакать, но, зная о том, что позади него стоит подросток из семьи, которая собирался удочерить Линь Синь, Линь Синьюй постарался скрыть свои эмоции. Он подавил слезы и затаил дыхание, чтобы убедиться, что случайно не разбудит ее.
Когда он поправил одеяло, чтобы укрыть ее, он непреднамеренно коснулся ее запястья и обнажил нежную кожу девушки под ним, покрытую розовыми пятнами засосов.
Директор пообещал ему, что он перестанет бить Линь Синь и будет кормить ее каждый день. В тот день Линь Синьюй поверил словам мужчины, но кто знал, что результат будет таким. Его обманывали, ему лгали все это время.
Я такой наивный.
Когда он вспомнил прежние самоуверенные и бесстрашные глаза Линь Синь, мальчик почувствовал, как будто его сердце пронзили ножом. Он мог только сжать кулаки и выдержать боль в сердце, тяжело задыхаясь.
Вскоре боль утихла, и он понял, что это не так страшно, как он себе представлял. Он не умер; он был еще жив. Получается, что вся его боль со временем исчезнет, если он стойко ее вынесет.
Линь Синьюй натянул одеяло, чтобы накрыть плечи девочки, затем убрала волосы с ее щек, обнажив острый подбородок. У нее было совсем еще детское лицо; маленький рот, плоский нос и тонкие брови. Она явно выглядела как ребенок, но всегда вела себя как взрослая, поднимая кулак и говоря: «Если другие ударят тебя, иди и ударь их в ответ».
Если бы он дал отпор, как она сказала ему раньше, сегодня эта девочка не лежала бы здесь беспомощно. Трусость и терпение только навредят тем, кто ему дорог, оставив их на попрание и надругательства.
Линь Синьюй осторожно поправил волосы девочки и молча наблюдал за ней, ожидая, пока она проснется. Он хочет стать самым сильным человеком в мире. Как бы она ни выглядела, когда проснется, он будет стоять рядом с ней и защищать ее от всех тех, кто попытается причинить ей вред.
Когда молодой господин вошел в комнату, он увидел Линь Синьюй, сидящего у кровати и пристально наблюдающую за девочкой. Он мог видеть, что глаза мальчика полны нежности и любви, и эти двое вместе создавали тихую сцену, похожую на картину. Как будто мальчик был и художником, и героем картины; и ничто другое в целом мире не имело для него значения.
В этот момент внутри Сяо Тяня зародилась некая неконтролируемая эмоция, побуждающая его сделать шаг вперед и уничтожить эту картину.
Неожиданно девочка, лежащая в постели, медленно открыла глаза и остановила взгляд на Линь Синьюе. Она смотрела на него, широко улыбаясь. Просто и невинно, как обычная придорожная трава, каждое утро приветствующая восходящее солнце хрустальными капельками росы.
Линь Синьюй был ошеломлен. Линь Синь, которую он знал, была человеком, который всегда смотрел на него холодно и говорил, что он ей не нравится, призывая его держаться на расстоянии. Она никогда не улыбалась ему так счастливо, как сейчас. Она... как будто полностью изменилась.
Линь Синьюй боялся, что она действительно станет совсем другим человеком. Он боялся, что она больше не та Линь Синь, которую он знал. Тот факт, что она не будет тем человеком, который холодно отвергал его в прошлом, на самом деле обеспокоил его больше, чем что-либо еще.
Линь Синьюй отшатнулся и осторожно посмотрел на девочку, желая убедиться, что это все еще она.
У него была тайна. Секрет, которого никто не знал. Нынешняя душа Линь Синь была... кем-то другим. Он заметил, что она совершенно изменилась после болезни. У Анан и все другие сироты думали, что она просто забыла все свои прошлые воспоминания, но только он знал, что она больше не являлась той «Линь Синь», которой была в прошлом. Он один понимал симпатии и антипатии каждого в приюте. Прежняя Линь Синь никогда не ела зеленый лук, а нынешняя Линь Синь за милую душу уплетала рис, смешанный с зеленым луком. Мисками!
Как могут измениться привычки человека из-за потери памяти?
— Ты проснулась?
Резкий голос молодого мастера прервал размышления Линь Синьюя.
Сияющая улыбка девочки тут же исчезла, как будто была лишь иллюзией. Она бдительно посмотрела на молодого мастера, а затем скользнула поглубже в одеяло, словно нашла безопасное место, чтобы спрятаться.
Подросток был весьма удивлен ее реакцией. Он покосился на девочку в постели и спросил:
- Как ты могла отрезать XXX этого мужчины?
Его тон, казалось, подразумевал: «Что за неправильное лекарство ты приняла сегодня, чтобы вести себя так странно?»
Он никогда не думал, что его слова могут ранить ее чувства.
Молодой человек и сам не понимал, что это была за «странность» в ее поведении, пока не произнес эти слова только что.
С самого начала он не относился к ней как к ребенку, воспринимая как к человека, с которым он мог говорить на равных. Интеллект и зрелость Линь Синь, а также ее уверенность в себе, заставляли его чувствовать, что она не из тех, кто легко сдается. Даже если кто-то сломает ей кости, она не впадет в депрессию и растерянность.
Однако, даже если кто-то может лгать и притворяться, то как обьяснить следы от поцелуев на ее коже? Может ли она на самом деле быть жертвой и страдать от последствий произошедшего?
Сейчас, увидев ее улыбку, похожую на восход солнца, он почувствовал, что его подозрения усилились. Молодой человек хотел знать, какие мысли крутятся у нее в голове, поэтому он не мог не высказаться.
Внимательный взгляд Сяо Тиана был острым, как у орла. Сердце Линь Синь было в смятении, когда она поспешно спряталась под одеяло. Поскольку она не была хорошей актрисой, лучшее, что она могла сейчас сделать, это спрятаться и что-то бормотать себе под нос; уже поздно притворяться глупой или рыдать. Не стоило так рано праздновать победу. Что теперь будет?...
По мнению Линь Синьюя, девочка спряталась, потому что ее чувства были задеты. Ведь он свято верил: Линь Синь полностью бесстрашна.
Линь Синьюй внезапно встал и ударил подростка своим маленьким телом. Застигнутый врасплох, молодой господин отшатнулся на два шага назад и приземлился на пол.
Маленький мальчик сердито закричал на подростка:
- О чем ты ее спросил? Ты осмелишься сказать это снова?!
Раньше молодой человек просто чувствовал, что с девочкой что-то не так, поэтому он не принял во внимание чувства Линь Синь, когда задал этот вопрос. Он понимал, что сексуальное насилие оставит психологический шрам у жертвы, но он не понимал травмирующей боли, стоящей за таким опытом.
Что удивило его еще больше, так это то, что этот слабый мальчик действительно смог столкнуть его на пол!
Подросток сел и задрал подбородок, требуя ответа:
- Кто ты для нее? Поскольку ты оставил ее на моем попечении, твои отношения с ней на данный момент окончены! Я заберу ее завтра, так что, нравится тебе что-то или нет, последнее слово за мной.
Линь Синьюй только сейчас осознал эту проблему. Несколько часов назад он дал молодому мастеру свое благословение, надеясь, что с этого момента он сможет подарить Линь Синь новую жизнь. Но всего через несколько часов он не хотел ее отпускать. Его мысли полностью переменились.
Линь Синьюй не знал, как опровергнуть слова молодого мастера, и мог только молчать.
Увидев, что лицо мальчика побледнело, молодой мастер торжествующе улыбнулся.