Коллин Маккалоу - Поющие в терновнике.
Есть такая легенда - о птице, что поет лишь один раз за все свою жизнь, но зато прекраснее всех на свете. Однажды она покидает свое гнездо и летит искать куст терновника и не успокоится, пока не найдет. Среди колючих ветвей запевает она песню и бросается грудью на самый длинный, самый острый шип. И, возвышаясь над несказанной мукой, так поет, умирая, что этой ликующей песне завидовали бы и жаворонок, и соловей. Единственная, несравненная песнь, и достается она ценой жизни. Но весь мир замирает, прислушиваясь, и сам Бог улыбается в небесах. Ибо все лучшее покупается лишь ценою великого страдания ... По крайней мере так говорит легенда.
Будь доволен тем, что ты есть и что имеешь.
- В жизни не все выходит так, как нам хочется.
- Во всякой бочке меда есть своя ложка дегтя.
-... какая адская пытка - жизнь!
... всегда блекнут воспоминания, даже самые дорогие сердцу, словно помимо нашего сознания душа исцеляется и заживают раны, как бы ни была велика наша отчаянная решимость ничего не забыть.
Никому и никогда не испытать чужую боль, каждому суждена своя.
Лучше править в аду, чем служить в небесах.
... только и остается терпеть и уверять себя, что мучаемся не напрасно.
Только попробуй полюбить человека - и он тебя убивает. Только почувствуй, что без кого-то жить не можешь, - и он тебя убивает.
Поистине милостлив Господь, что создает людей слепцами.
Тот, кому нечего терять, может всего добиться, того, кто не чувствителен к боли, ничто не ранит.
Быть может, это и есть ад - долгий срок земного рабства. Быть может, сужденные нам адские муки мы терпим, когда живем...
Птица с шипом терновника в груди повинуется непреложному закону природы; она сама не ведает, что за сила заставляет ее кинуться на острие и умереть с песней. В тот миг, когда шип пронзает ей сердце, она не думает о близкой смерти, она просто поет, поет до тех пор, пока не иссякнет голос и не оборвется дыхание. Но мы, когда бросаемся грудью на тернии, - мы знаем. Мы понимаем. И все равно - грудью на тернии. Так будет всегда